Дневник Баттон Мэша

Прошло некоторое время с той ссоры Баттона и жеребцов. Блэк не мог смотреть Джеймсу в глаза, так как при виде его синей морды, ему казалось, что они вновь сидят у Баттон Мэша. Пегас, проще говоря, игнорировал его: после работы в Кантерлоте, он предпочитал не сразу лететь домой, а пройтись по столице Эквестрии да или просто посидеть в парке, но желания вернуться обратно в Понивилль не было никакого желания. За тот случай Блэку было тошно видеть Джеймса, но последний знал, что заслужил этого. За свою отвратительную наглость и несдержанность, разумеется. Та ссора просто сидела в его теле и высасывала из него все жизненные соки. Синего пони сейчас - раздавленного - нельзя было узнать в том синем пони - злобно настроенным. Казалось, что это совсем разные, ничем не связанные личности. Радует, что никто: ни Блэк, ни Эпплджек (хотя она даже и не знает о том случае, да и не интересовалась), ни Брайт Войс (да, он иногда, на неделе, встречается поговорить о жизни с Джеймсом) - не хотят напоминать ему об этом, зная его убитое состояние. Но в душе его презирали за подобную наглость, но в глаза не говорят. Все равно синий пони сам знает это. "Я вечно сожалею о тех вещах, когда делаю перед тем, как подумать. Но не думал, что буду ТАК сожалеть о том. Какой же я идиот", - думал он, вспоминая это. Конечно, две недели спустя ему стало легче, но в тот вечер, после того инцидента, Джеймс думал, что не дойдет до дома, а умрет от вины раньше. Просто упадет на дорогу, испустит последний вздох, и его больше никто не вспомнит. Конечно, этого не случилось, и Джеймс жив, но ощущение было для него настолько тошнотно. Был обычный день - суббота. Синий пони дремал на диване, видя некие сны, а пегас читал давно заброшенную книгу фантастики после того, как помыл гриву и высушил ее феном. Сальная, свалявшаяся грива не к чему. И вот уже приближался конец книги, как Блэк услышал стук в дверь. Так как Джеймс спал, дверь придется открыть ему, что он, в принципе, и сделал. - О, здравствуй, Дерпи, - обрадовался он, увидев серую пегаску-почтальона на пороге. На ее плечах была сумка, переполненная письмами. А в ее копытах была небольшая коробочка, обернутая скотчем. Своими слегка косыми глазами она посмотрела на Блэка и сказала: - Добрый день, сэр. Простите за беспокойство. Для вас и мистера Джеймса пришла посылочка. От некоего "Б". Мы не знаем, откуда она пришла, но оповестить вас обязаны. Видимо, отправитель захотел остаться нераскрытым. - Ого, спасибо, Дерпи. - Не за что, надеюсь, посылка вас обрадует. До свидания, - попрощалась пегаска, улетая дальше разносить почту, чтобы опустошить свою сумку. Блэк помахал ей копытом в след и закрыл дверь. Пегас стал разматывать противный скотч, прилипающий постоянно к копытам и крыльям, из-за чего его можно было принять на развалившуюся мумию с лентами на некоторых конечностях. Но все-таки, как бы ни было долго, но он смог вскрыть коробку, правда, разбудив своего друга. Естественно последний стал спрашивать, мол, что шумишь, на что Блэк ему честно ответил, что им что-то пришло с почты, указав на анонимный адрес. Джеймс нахмурился, но стал вглядываться в коробку. Удивлению их не было предела: посылкой оказался дневник Баттон Мэша, который когда-то ребята нашли. Но в этот раз внутрь на одной из страниц была вложена маленькая оранжевая закладка, указывающая на законченную страницу. Ее раньше здесь не было, поэтому она и привлекла их внимание. ""Кажется, я догадываюсь, кто такой мистер Б." - Усмехнулся Джеймс, а Блэк ему поддакнул. Открыв на той странице, где была закладка, жеребцы ахнули: это была новая запись Баттона, которую он явно писал недавно, явно не в детстве. - Что это значит? - Во всяком случае, раз он снова прислал дневник, значит хочет, чтобы мы прочитали с того места, где эта штучка была вложена. Неспроста он ведь это сделал, верно? - Что верно, то верно. - Пожал плечами пегас, так как не мог не согласиться, ведь, по факту, слова Джеймса имели смысл. И, как было раньше, обязанность читать предоставилась Блэку. Впрочем, он не так был против, как в первый раз, ему самому было любопытно, что же новенького написал Баттон. Только бы не оскорбления в их адрес, а даже если они и будут, то неспроста. "Да уж, давненько я сюда ничего не писал. И потому что не хотел вспоминать боль, причиненную Свити Белль и Меткоискателями, и потому что, переезжая, оставил дневник за батареей отцовской комнаты. Прошло около десяти лет с тех пор, как я записал последнее слово детства сюда и два года, как я переехал. Как оказалось, нашлись пони, поселившиеся в моей старой доме и волею судьбы напомнившие мне об этом - жеребцы по имени Блэк и Джеймс. Они нашли дневник и прочитали его от корки до корки, узнав мою историю. Разузнав мой адрес (каким-то образом, надеюсь, законным), они посетили меня, уже на момент обучающегося в колледже Понивилля на первом курсе, и вынудили закончить историю, так как, по их словам, были заинтересованы. Разумеется, я поверил не сразу, да и Блэк с Джеймсом, будь на моем месте, поступили бы также, но делать нечего. Я испугался, что они в противном случае будут шантажировать меня сведениями, полученными из дневника, если не узнают финал. И, набрав побольше воздуха в легкие, я выпалил конец, который абсолютно ничем интересным не светил. Свити Белль и я остались чужаками, Меткоискатели стали намного дружнее, и именно на такой чудесной ноте кончилась школьная пора. То есть, я до сих пор не вернул общение с единорожкой. Блэк и Джеймс слушали меня, не перебивая и практически не дыша. Неужели им взаправду было интересно? Удивительно! Дослушав до конца окончание, Джеймс решил попробовать меня научить уму-разуму, мол, он самый умный здесь, заставляя меня поговорить со Свити Белль. Как заведенный, честно. Я не собирался дать ему спуску, показывая, что ему стоит замолчать. Но нет, не вышло. И он, и я не могли успокоиться. Дело едва не дошло до драки, мне так хотелось вмазать ему в нос. Радует, что Блэк хотя бы был спокойнее, сидя просто молча и со стороны контролируя ситуацию. Именно он нас и разнял, напомнив, что пора идти домой. После этого инцидента мне было плохо и мерзко - я вспомнил это вновь, пережил даже, хотя надеялся, что давно похоронил Меткоискателей в памяти. Видимо, судьба никак не хочет оставить это в прошлом, забыть навсегда и больше не возвращаться к этому. Так еще наш спор с Джеймсом еще больше грыз мне душу, мне обидно, что эти двое не только прочитали мою страницу жизни, но и хотели научить меня, как правильно жить. Причем это все связано со Свити Белль ... - Святая Селестия, неужели мы когда-то дружили? - думал я, решив перечитать самые лучшие моменты нашей дружбы с единорожкой, записанные мной сто лет назад. Жеребцы все-таки соизволили вернуть мне дневник. Казалось, что я и она вновь дружим, и никаких Меткоискателей никогда не было. Я вспомнил, как мы, напуганные Ночью Кошмаров, прижались вплотную друг к другу, лишь бы нас не проглотил зомби-Рамбл. Почувствовал, как задыхаюсь, вспомнив, когда Свити Белль пришла ко мне в гости, и я подавился ластиком от карандаша. Благо, что единорожка оказалась рядом и освободила мне горло. Почувствовал холодок на теле, прочитав моменты, когда я, Свити, Скут и Скеддадл играли в снежки. Их смех надо мной, когда снег попадал в рот, из-за чего приходилось отплевываться, стоял у меня в ушах. Я будто вернулся в прошлое. Прошлое, когда мы еще не стали чужаками друг другу. Не думал, что дневник мой обладает такой могущественной силой, вызвавшей слезы на глазах. Я так хочу вернуть то время, но не знаю как. Хотя Джеймс предложил свою идею (и даже раздобыл адрес Свити Белль), но ... стоит ли пытаться? Ведь столько времени прошло. И как к этому всему отнесется единорожка? Вдруг она не помнит меня? Именно с такими вопросами я сидел полтора часа почти не моргая, разыскивая ответ в дневнике. Я забыл обо всем, в голове стоял один вопрос: воспользоваться случаем или не воспользоваться? Сделать так, как считает нужным Джеймс или нет? ... Набрав побольше воздуха в легкие, я постучал в дверь. Да, я все-таки, через силу, через боль, решился поговорить с единорожкой. И потому что решил попробовать, и потому что хотел доказать себе, что Джеймс не прав. Да уж, не верю, что делаю это спустя столько лет. Так вот:буквально за несколько секунд вышла она, еще более красивая, чем в детстве. Черты мордочки стали более взрослыми, но не утратили былую доброту. Я чуть вслух не сказал: "Ого!" Мое появление явно ошарашило Свити Белль. - Привет, Свити Белль, - сказал я, - узнала меня? Единорожка медленно покачала головой, указывая на нет. Неужели я так изменился? Ну подрос, ну голос стал ниже, и что? Ах да, мы же в последнее время мало общались, вот поэтому Свити не сразу поняла, кто я. - Вижу, что нет. Баттон. Баттон Мэш. - Б-Баттон? - переспросила единорожка, до сих пор не сумевшая прийти в себя, но я ее не виню. Сам бы на ее месте сделал бы также. - Да. - Через несколько мгновений до нее дошло: - Ого, не ожидала тебя увидеть, Баттон! Я так рада, мы так давно не виделись. Входи, как раз ко мне еще Скуталу и Эпплблум пришли. Прости, что не сразу узнала, ты так вырос. - Да ладно, Свити Белль, все в порядке. Остальные Меткоискатели тоже удивились, увидев меня, но тем не менее вроде бы обрадовались. Пегаска по-дружески обняла меня, а желтая пони угостила свежим яблочком. Девочки как раз, насколько я понял, делали вместе доклад или готовились к приближающейся сессии, хотя это не особо меня волнует. Мы немного поболтали, рассказав о нашей нынешней жизни и вспомнив веселое, беззаботное детство. Кобылки, как оказалось, до сих пор остались Меткоискателями, но теперь, став студентами, помощью остальным занимаются уже не так одержимо. Удивительно, они хоть не так занимаются пустобокими, как раньше, но их дружба, напротив, намного сильнее окрепла. Жаль, что со мной не произошло похожего. А хотя чего жалеть, я пришел как раз с этим вопросом! И вообще: хватит жалеть, сейчас я сделаю это - расскажу правду о себе. Пусть они узнают, что Баттон Мэш на самом деле чувствовал. Да уж, Джеймс, ты выиграл. - А что ты расскажешь, Баттон? - спросила Свити Белль. После некоторого молчания я все-таки смог это сказать: - Вообще-то я давно хотел это сказать, - еще в детстве - но все время откладывал на потом. Теперь же смолчать не получится, поэтому простите, если буду грубоват. - Правда? - удивилась Эпплблум. - Да. Особенно это касается тебя, Свити Белль. Видишь ли, ... эх ... после того, как мама Спиди забрала его в Кантерлот, я не надеялся на дружбу, чувствуя невыносимое одиночество. Все обиды, причиненные им, забылись, покуда я смотрел, как мой друг уезжает с вокзала. Это было невыносимо. Но ты, Свити Белль, придя в наш класс, подарила мне дружбу вновь, даже более крепкую, чем со Спиди. Многие мои интересные приключения связаны с тобой, для меня было большим счастьем записывать их в свой дневник. Ты меня спасла от судьбы одинокого интроверта, спрятавшегося в себя. Именно ты помогла мне раскрыться, показать себя. Я всегда дорожил твоей дружбой и никогда не хотел потерять ее. Но, когда ты стала Меткоискателем вместе с тобой, Скуталу, и с тобой, Эпплблум, я заметил странную вещь: я вновь вспомнил, что такое тоска. Ты стала настолько занята, будучи Меткоискателем, что ... забыла обо мне. Я множество раз видел, как ты, не глядя в мою сторону, убегаешь с ними пробовать новые занятия. От нашей прежней дружбы не осталось и следа, я чувствовал себя брошенным. Глядя на пустующее рядом с собой место, я осознавал, что тебя нет больше рядом. И что мы становимся чужими друг другу, общение наше сходилось на убыль. Помнишь, когда мы чудили с Рамблом, постоянно приставая к вам? Этим способом мы пытались сделать вас менее сплоченными. Тогда это казалось хорошей идеей, но сейчас я понял, каким эгоистом я был, пытаясь поссорить вас. Я мечтал, чтобы моя лучшая подруга чувствовала себя плохо ради того, чтобы я чувствовал себя хорошо. За это я прошу и вас, Меткоискатели, прощения. Но единственное, что я хочу знать: почему ты так поступила? Честно, я рад, что ты нашла еще больше друзей, и вы вместе получили кьютимарки. Но почему ты решила найти новых друзей, так поступив со мной? Неужели я стал менее значимым? Неужели я изменился в плохую сторону? ... И мне жаль, что я решил выплеснуть все это наружу, и мы все это услышали. Несколько минут они сидели, как вкопанные. Эпплблум и Скуталу сидели, смотря на меня в упор. Я не знал, что еще сказать. Это первый раз в моей жизни, когда я так высказываюсь. Именно высказываюсь, а не пишу в дневник. Неудивительно, что они застыли. Наконец, спустя некоторое время, Свити Белль отошла и сказала: - Неужели я ... причинила тебе такую боль? Я даже не замечала этого и не догадывалась об этом. - Я не виню тебя в этом, и вас, девочки, тоже. Я рад, что вы подружились. Сам виноват, что молчал. - Почему ты не сказал, что чувствуешь? - Я просто боялся, что рассказав об этом, ты возненавидишь меня. - Ты что? Нет! Даже пока я Меткоискатель, я не изменю о тебе мнения. И никогда не меняла. - Правда? - Конечно. Не буду лгать. Когда я услышала, как ты говорил обо мне такое, мне было непросто. Но мне нужно было это услышать. Иначе бы я не поняла свою ошибку. Прости меня за это, Баттон. - И нас прости, - отозвались пегаска и желтая пони. Я не верил своим ушам, это свершилось. Пускай спустя столько лет, но свершилось! - Вы не представляете, как мне хотелось услышать эти слова, - едва не прослезился я. - И вы простите меня за мой эгоизм. Но ... может, оставим все это в прошлом и начнем заново? Тем более, теперь мы не ученики, а студенты! - Именно, - сказали они. Мы попили чаю, проверили знания друг друга для сдачи сессии и в целом повеселись. "Предлагаю всем вместе встречаться каждую неделю", - предложила Эпплблум, и, разумеется, все мы согласились. Неужели это случилось?! Я вернул общение со Свити Белль и даже намного больше сплотился со Скуталу и Эпплблум. Почти стал Меткоискателем, будем так говорить. Нет, они мне этого не предлагали, да и я не напрашивался, но душой и телом я чувствовал себя именно так. Я ожидал худшего, но этого не произошло, что не может не радовать. Свити Белль поняла меня, и мы в ближайшее время мы вновь восстановим дружбу, которая будет еще лучше, чем прежде. Все, о чем я давно мечтал, сбылось. Все-таки, как говорит принцесса Твайлайт Спаркл, дружба - это магия! Блэк и Джеймс, теперь я обращаюсь к вам: огромное спасибо, что не остались равнодушны ко мне и захотели узнать недописанный финал. Без вашего вмешательства мне бы и в голову не пришло, что нужно сделать. Хотя я знал, что поговорить с единорожкой - один из вариантов, но настроиться на него без вашей помощи я бы не смог. Я вернул общение со Свити Белль, благодаря вам. И прошу прощения за тот конфликт, Джеймс, иногда меня заносит, и я никого не слышу, кроме себя. Я всегда буду благодарен вам за это. И буду признателен, если вы будете держать дневник у себя. В знак моей признательности. А сам я начну вести новый дневник уже студенческой моей жизни. И я рад, что этот дневник будет с участием Свити Белль. И все это благодаря вам". - Ого, не ожидал! - удивился Джеймс, - все-таки я смог его переубедить. Чувствую себя необычно. - Почему? - Ну как сказать, Блэк: без нас он бы не помирился с единорожкой. Мы сделали Баттона немного счастливее. Просто я рад, что мы сыграли небольшую роль в его жизни. Небольшую, но хорошую роль. - Это действительно так, - сказал Блэк, до сих пор не веривший в происходящее. - Хорошо, что ты присутствовал там, иначе бы ... - Иначе бы мы сыграли большую и плохую роль! И Баттон поставил бы тебе такой же фингал, какой мне когда-то поставил Брайт Войс, - издал смешок пегас. - Ага, прямо в точку! - усмехнулся синий пони, после чего он поставил дневник на полку, продолжая радоваться тому, что все хорошо закончилось. Действительно, Баттон не ошибся, когда упомянул главную фразу принцессы Твайлайт Спаркл: дружба - это магия.