Детская обида ценою в жизнь

Я очень нервничала, идя в караоке-бар. Что может учинить этот Алек? Он может сломать мой образ, отобрать у меня даже ту видимость дружбы, что я создала вокруг себя. Ведь никто меня не примет такую, какая я есть. Как ни странно, все очень обрадовались меня увидеть. Митси была веселой, хоть и поругалась с отцом, Карл сиял, как начищенная медная монета. А Алек... Его не было. Может, это и есть его сюрприз? Тогда он довольно приятный. Спустя час я решилась спросить: - А где герой вечера? Алек разве не собирался читать нам стихи сегодня? Все приуныли. Что такое? Ответил мне, конечно же, Карл. - Он позвонил и сказал, что не придет. А еще просил тебе вот это передать. Он протянул мне конверт. Что там? Моральная компенсация? Я не откажусь. Все вернулись к своим делам, а я раскрыла белый лист бумаги, начала читать (про себя, конечно): «Заиграла музыка – начинаем бал! Люд бездушно-странный наполняет зал. Туфли, платья пёстрые, украшений блеск… Как отрепетирован каждый лёгкий жест!.. Начинаем маскарад – надевайте маски! На лицо своё пустое наносите краски. Улыбки счастливые, смех озорной… Давайте, солгите. Покривите душой. Но вы запомните, актёры: Придёт тот день, придёт тот час, И кто-то маску снимет с вас, Открыв иные лица» Что за... Бумага медленно легла на стол, а я так и осталась сидеть: держа что-то невидимое в руках. - Сара? Ты впорядке? - первой заметила Митси. Я хотела ответить, но... не могла. Теперь все на меня смотрят. Я очнулась. - Ничего такого! Всем до завтра! Мне пора! - я вскочила с места и выбежала из кафе. Дыхание сбилось, сердце стучало, как бешенное. - Боже... Глаза на лоб полезли. Просто не могу нормально соображать. И когда я стала такой чувствительной? Моя защита слабеет с каждым ударом сердца. Всю дорогу до дома я раздумывала, как бы поставить его на место. Я прошла мимо Варфоломея, не обратила внимания на спящую на диване маму. Я просто пошла к себе в комнату, упала на кровать... Я расплакалась. Расплакалась как маленькая девочка, на которую повесили всю вину за общую проказу. Расплакалась как обычный подросток, который не может понять себя. Если даже я себя не понимаю, то... Кто сможет?