Бессонница

Сердце бьется неестественно громко, настолько, что заглушает шум машин. Темнота налепляется на кожу как грязь, которую хочется смыть, стереть, стряхнуть, но она только сильнее липнет, оставляя неприятный невидимый след. Тэхён не может спать. Тэхён обнимает подушку, как будто она может спасти его от самого себя. Кук уже месяц по ночам не видит снов. – Тэ, выглядишь уставшим. – Шуга всегда волнуется за Тэхёна, как старший брат, сколько бы безразличия он на себя ни напускал. А у того только и сил, чтобы слабо улыбнуться и мотнуть головой, мол, ты что, никаких проблем. Не хочу тебя беспокоить. Все в порядке. Я буду в порядке. "Я буду в порядке" ,– мантра, которую Тэхён повторяет каждое утро, чтобы не сойти с ума. Кук отчаянно хочет подойти к Ви, но что он ему может сказать? Заметно ведь, что от вопросов о самочувствии его уже тошнит не меньше, чем от переутомления. Сказать, что Чонгук давно заметил, как Тэхён ворочается в кровати с завидным постоянством и даже почти через равные промежутки времени? Сказать, что сквозь тонкие стены отлично слышно, как тот в четыре часа утра пишет песни, а затем комкает листы бумаги и снова пытается уснуть? Едва ли хорошая идея для начала разговора. Как давно Кук не чувствовал всю свою беспомощность, когда человеку рядом с тобой плохо, и ты совсем-совсем не знаешь, что делать. На репетиции Ви такой же активный, как остальные: так же громко смеется и не упускает ни одного движения в танце. Выкладывается максимально, как будто старается прыгнуть выше головы: ведь если не пытаться прыгать выше головы, то зачем вообще это все, правда? И только Кук замечает, что у Тэхёна кружится голова после каждого танца; как он глушит одну чашку кофе за другой, даже не чувствуя ее вкуса. Замечает секундный измотанный взгляд, когда хореограф говорит повторить еще раз. - Тебе нужно расслабиться. – Кук делает первую попытку наладить контакт с Ви и протягивает руку, когда тот первый раз падает, перепутав движения и поэтому потеряв координацию. - Нам всем иногда нужно расслабиться, - Тэхён смотрит исподлобья безразлично, но с заметным раздражением. Беспокойства Кука кажется ему наигранным, а он ненавидит две вещи: когда кто-то видит его неудачи и когда кто-то пытается пожалеть его только потому, что «так надо». Бессонница обостряет чувства, оголяет нервы, даря разряд тока любому, кто к ним прикасается, путает белое и черное и стирает границы реальности и сна. – Вы правы, ребята, нам всем очень нужно расслабиться, – Намджун подходит к ним обоим, улыбаясь, и Тэхён думает, как же все-таки хорошо, что он не знает сути разговора. – Сегодня все идем ко мне! – Рэпмон ерошит волосы обоим парням и уходит, подмигивая, не давая возможности отказаться. Много музыки, много алкоголя, много людей – много-много-много. Для Тэхёна всего много: сложно, когда на ослабший организм сваливается так много за раз. Море. Неизведанное. Ощущения. Громко. Оставьте меня в покое. Нет нужды пить слишком много коктейлей с ромом, чтобы быстро уснуть. Тэхёну сначала кажется, что алкоголь никак не действует на него, а затем в голове начинает звенеть, и какое-то давно забытое тепло, заставляющее ноги и руки плавиться, разливается по всему телу. Тэхён засыпает в углу на диване, и усталость, смешавшаяся с лонг айлэндом, дает полную гарантию, что Ви никто не помешает. И все равно Кук старается не отходить далеко, чтобы удостовериться, что с Кимом будет все в порядке. «Если это вообще можно назвать ″в порядке″». Сон, нервный и тревожный, подступает с опаской, как дикое животное, но головокружение мучает Тэхёна настолько, что вряд ли ему удастся, как обычно, встать и пойти заниматься делами, раз не получается уснуть. Он закрывает глаза, по привычке притянув к себе маленькую подушку, и старается окунуться с головой в тягучую бездну. Сон раскручивает его тело как на детской карусели и, наконец, впускает к себе. Тэхён просыпается один. Абсолютно один в квартире: она кажется неестественно пустой, как будто ничего не было, как будто он заявился к абсолютно чужим людям, а возможно, эту квартиру еще даже никто не арендовал и она здесь простаивает, ожидая хозяина. Белый свет сквозь тонкие шторы. Пепельный паркет. Голые стены и запах штукатурки. Тэхён ненавидит запах штукатурки с тех пор, как к нему попытались приставать пьяные рабочие в родительской квартире во время ремонта. Он осторожно ступает на холодный пол, осознавая, что он без обуви. В квартире холодно, но душно, абсолютно нечем дышать, как будто весь воздух выкачали из квартиры, оставив Ви задыхаться в бездушном вакууме. Свет не налипает на кожу, но лучи, скользнув по рукам, начинают жечь сразу же, без церемоний и прелюдий. Схватив куртку, наплевав на новенькие кроссовки, которые исчезли без следа, он выбегает из квартиры – и оказывается в стареньком дворе в Тэгу, в том самом, где стояла его школа, где он провел так много времени, пытаясь понять, кем он хочет быть. «Это место совсем не изменилось». Он идет, уже не обращая внимания на выжигающие лучи, которые то и дело норовят пройтись по открытой коже на шее или лодыжкам и оставить там напоминание о себе. Двор заполнен людьми, шум медленно поднимается из-под земли, нарастая и достигая невыносимой громкости. Тэхёну кажется, что он начинает различать лица. Лица, знакомые до отвращения. Бывшие одноклассники: смешливые ребята, всегда в движении, сбежать с уроков – самые умелые лазейки, сорвать контрольную – несложно спрыгнуть с третьего этажа, не поранившись. В Тэхёне поднимается волна ненависти и, одновременно, обиды, гнева, доходящего до слез. - Эй, ты! – один из высоких мальчишек окликает Ви, насмешливо оглядывая того с ног до головы, - Думаешь, ты такой особенный? Если бы не твоя мордашка, вряд ли бы ты куда выбился. - Ничтожество, - проговаривает красивая девушка с темными волосами, стоящая рядом, и лучезарно издевательски улыбается Ви. - Когда учителя говорили завязать тебе с музыкой, они были правы. Те самые, которые избили его, когда тот возвращался домой из музыкальной школы в 5 классе. Как забыть. Лучи жгут уже сквозь одежду, и Тэхён чувствует резь где-то в солнечном сплетении. Кук смотрит на Ви, стоя неподалеку за деревом, но все также боится подойти. Когда-то он пугался самого факта, что ему так часто снится Тэхён. Пока не осознал, что это не его подсознание. Что это самый настоящий Тэхён, который спал в соседней комнате. И все равно Кук никогда не показывался ему, предпочитая прятаться и присматривать за Кимом. Что бы тот сказал, встретив Кука в своих снах о шумящем море и белом песке? Кук не боялся показаться своей родственной душе. Он боялся того, что Тэхён просто отвергнет его. Он настолько привык следить за Ви, узнавая того все больше и больше, что ему были невыносимы ночи без их снов. И теперь он снова следит за Тэхёном, не решаясь защитить того – можно ли вообще вмешиваться в чужие кошмары? Поэтому, когда Тэхён, отворачиваясь, идет куда-то прочь, Кук, очнувшись, срывается за ним, стараясь быть незаметным. Тэхёну вслед летят камни и, не долетев, испаряются, а на том месте, куда они должны были прилететь, появляются шрамы. На тех местах, где у Тэхёна шрамы, у Кука появляются цветы. Когда Тэ добегает до речки, одним щелчком день, душный, болезненно-желтый, сменяется на ночь – не ту, которая укрывает, освежает и отпускает все воспоминания. На ту ночь, которая заглатывает все твои чувства и оставляет один на один со своими страхами. Тэхёну кажется, что он никогда не чувствовал себя так одиноко. Только кажется – память заботливо не напоминает ему, как часто он чувствовал себя так. «Мне чертовски страшно», - здесь мысли громче самого отчаянного крика. «Мне чертовски страшно», - эхо отдается в голове Кука, и тот делает шаг вперед из тьмы. Но темнота сильнее. Темнота везде, темнота сужается вокруг них так, что нельзя увидеть что-то на расстоянии вытянутой руки. Только глухая луна, лучи которой не достигают моста. Что-то черное и липкое касается ступней, затем лодыжек, выше, обвивая руки и добираясь до горла. Тэхен задыхается, но не может сопротивляться. Шрамы загораются, как будто их ошпарили горячей водой. Хочется выть от боли, но нет сил издать и звука. «Умереть в 21, так нелепо». Ладонь ложится на плечо, резко дергая Тэхёна назад. Ви падает на Кука. Он не видит его, но он точно знает, что это именно Кук. Кук, который постоянно смотрел на него и ничего не говорил ему. Кук, который больше других волновался о нем, но никогда не показывал этого. Кук, который здесь и сейчас с ним. Кук, который способен его спасти от себя. Кук, настоящий, живой, не мираж, подброшенный сознанием. Удивительно, как некоторые сложные вещи во сне становятся такими простыми и понятными. Сильные руки обнимают за плечи, и последнее, что делает Тэхен – хватается за руку Кука и зажмуривается. «Не бойся. Я рядом». «Спасибо». Тэхён просыпается на том же диване в гостиной и вокруг все такое же, как и было до этого, кроме того, что стало тихо – видимо, все остальные уже уснули. Рядом с ним просыпается Кук и смотрит на Ви взглядом, полным смятения и ожидания. - Это действительно был ты? - Да. Никому из них не нужно больше слов, чтобы что-то выяснить. Тревога сменяется приятной усталостью, и Ким переползает ближе к Куку, обнимая его и тут же засыпая. И Кук знает одно: он больше никогда не оставит Тэхёна.