«Дай мне напеться!»

Как оказалось, взять в руки гитару и спеть перед Бабулитой песню для прабабушки Коко было не сложно. То есть, сейчас это кажется совсем несложным, если смотреть с высоты всего, что произошло за последний год. Намного сложнее было отбиваться от полицейских, пришедших за «украденной» гитарой де ла Круса. А еще сложно было убедить всех в Санта-Цецилии, что их кумир — лишь пустышка, убийца и вор… Тяжелые были времена. Но мы справились. Доказали, что гитара по праву принадлежит семье Ривера, показали миру письма и тексты песен, познакомили людей с тем, кто действительно достоин славы — рассказали всем о тебе, Гектор. И… Я надеюсь, что это имело хоть какой-то смысл. Велика вероятность, что в тот памятный день, год назад, я не успел бабуле Коко о тебе напомнить, и каждый раз, когда я думаю об этом, мое сердце сжимается так, что становится больно. Эта боль не давала мне взять в руки гитару весь этот тяжелый год, заставляла часами сидеть перед стеной, увешанной письмами, и мысленно просить, чтобы ты остался со мной. Чтобы был рядом в единственный день в году. Наверное, то же чувствовала бабуля Коко, перечитывая письма десятилетиями и ожидая, что ты вернешься, как обещал. То же остается и мне, пока я не услышу стук костей на дороге к дому. Кажется, Данте что-то о тебе известно, но пес молчит и не может выдать твоих секретов — он лишь радостно толкает меня к гитаре, закрепленной на стене музейной комнаты. Пытается, наверное, сказать, что пора репетировать, ведь в своей семье, вернувшейся было на путь музыки, я — один единственный с музыкой в самом сердце. В сердце, которое потухло год назад, стоило только солнцу взойти над горизонтом. Прошел целый год. Целый год мы боролись за твое доброе имя. Целый год я не мог взять в руки гитару. Целый год… я боялся, что не успел. Поэтому, Гектор, сегодня — к чёрту. Сегодня, ближе к утру, я увидел цветной, такой же яркий, как Город Мертвых, сон — и ты там был, ты пел вместе со мной веселую, светлую песню. Песню наших с тобой сердец, что стучат в унисон в бешеном ритме… И, кажется, сегодня я все же возьму в руки гитару, как того желала Бабулита. Поэтому, Гектор… Обещай мне, что подыграешь, когда услышишь эту песню на празднике мертвых… Играй, и дай мне напеться.