Аддикция

Мы не имеем права отказываться от счастья. Большинству людей такого везения не выпадает. Они нравятся друг другy, нo нe влюбляются. Или влюбляются, нo y ниx нe клеится в постели. Или в постели вce хорошo, нo им нечегo сказать друг другy потом. A y нac c тобой есть вce. Вот толькo нет ничего. Потому что мы не вместе. © «Любовь живёт три года», Фредерик Бегбедер.

***

Через, буквально, каких-то несколько минут Мигель оказывается критически близко к растерянной Тане и ничего не понимающей Решетниковой. Серый взгляд по-прежнему сверлит грязную поверхность кафеля, а руки отчаянно сжимаются в кулаки. Уловив запах родного парфюма, Денисова всё больше вжалась в бездушную стену. Таня уже и сама не помнила, когда в последний раз выглядела такой слабой в глазах окружающих. —Привет, Катюш, —слащаво бросает мужчина, целуя Решетникову в румяную щёку. Секунда. И он уже движется дальше, и бровью не поведя в сторону своей экс-супруги. Так противна ему? Тане даже не верится, что человек, с которым ты на протяжении почти двух лет просыпалась в одной постели, теперь может так нагло причинять боль, делая вид, что в упор не замечает растерянный взгляд из-под пушистых ресниц. —Кхм, Серёж. Я тут, вроде как, не одна стою, —грубо заявляет Решетикова, скрещивая руки на груди. —Катя, прошу тебя, —умоляюще шепчет Денисова.

Самая главная проблема в жизни — это страдание, которое причиняешь, и самая изощрённая философия не может оправдать человека, истерзавшего сердце, которое его любило.

Таня надеялась, что Мигель просто проигнорирует претензии одного из хореографов своей команды и продолжит отдаляться от стоящих в паре метров девушек. Однако, все её надежды обрушились крахом, когда она услышала его вновь приближающиеся шаги. Отречённый серый взгляд забегал в поисках хоть какой-то поддержки, а в итоге наткнулся на стальной карий. От холода этих глаз мурашки табунами забегали по спине. —Ой, прости, родная, а я и не заметил, что здесь ещё кто-то есть. Это что—твоя тень? —язвительно отозвался мужчина, опираясь ладонью на стену в паре сантиметров от напряжённого лица Тани. Он словил на себе недовольный взгляд Решетниковой, а у Денисовой внутри всё сжалось от такого гадского отношения к ней. Они ещё даже не развелись, но Мигель уже не переносит её на дух, что чертовски задевает и ранит с виду сильную брюнетку. Она чувствовала, как от его презрительного тона, к горлу подкатывает ком. Таня подняла на мужчину кристально-серые глаза, врезаясь в жёсткие карие омуты. —Ну здравствуй, предательница! Как дела у твоего ублюдка? Успела уже ему рога наставить? —процедил Мигель в сторону брюнетки. Женская ладонь проехалась по его лицу, оставляя видимый пылающий след. Денисова напоследок бросила ненавистный взгляд в сторону Мигеля, удаляясь с места происшествия. Девушка, громко стуча высокими каблуками, стремительно скрылась за поворотом. —От правды не убежишь, дорогая! —неудачно врезалось в спину содрогающейся от слёз брюнетки. —Какая же ты скотина! —злостно глянув на него, прошипела Решетникова, специально задевая Мигеля плечом. —Тань, подожди! Тань! —уходя следом за подругой, кричала Катя. —Я—скотина, она—сучка. Идеальная пара была! —грустно усмехнулся мужчина, направляясь в противоположную сторону.

Всегда как-то неловко выглядеть подонком на людях.

***

Свет. Камера. Экшен. Очередной эфир. Денисова, сидящая по левую руку от Мигеля через Светлакова, сегодня как-то по-особенному красива. Тонны косметики делают своё дело, скрывая километровые синяки и опухшие от слёз глаза. Она лучезарно улыбается с экрана, а в душе медленно умирает. Казалось, её крики о том, что не высидит с этим уродом за одним столом и секунды, что уйдёт из этого шоу нахрен, не дожидаясь финала, были слышны на весь телецентр. И если бы не Катя, которая вовремя подоспела, усмиряя распалившуюся брюнетку, то место с левого края сегодня бы пустовало. Решетникова нервно поглядывала на свою горе-подругу, ненавидя всей душой того, кто возвышался над головами хореографов. Мигель и бровью не повёл после вчерашнего. Даже не извинился из банальной вежливости! Кате было жутко обидно за Таню, тем более зная всю правду, и то, как девушка стойко держалась под прицелом камер, как флиртовала и шутила со своим заклятым врагом, поражало. По ней плакало театральное. Вот она беспристрастно выгоняет разлучника Крупельницкого из шоу и прекрасно слышит глухой смешок со стороны Мигеля, но просто не подаёт виду. Решетникова сжимает руки в кулаки, прожигая мужчину злым взглядом. Она уже ненавидит его всем сердцем. Ненавидит то, что является почти правой рукой такого подлеца. Спустя несколько минут эфир обрывается на фоне полуфиналистов, камеры выключаются и наставники неспешно поднимаются со своих мест. Мигель уходит один из первых. Следом встаёт Таня. В ногах чувствуется слабость, а перед глазами начинают прыгать тёмные пятна. Девушка рассеянно мотает головой, хлопая пушистыми ресницами. Тщетно. Ощущение вялости никуда не исчезает. Всё вокруг начинает кружится, и она уже с трудом улавливает, где сцена, где зрители—всё смешивается в одно. —Танюш, всё хорошо? —последнее, что слышит Денисова, прежде, чем падает в руки опешившему Светлакову.

Последнее слово действительно всегда остается за жизнью.

Решетникова резко срывается с места, наблюдая за тем, как её подруга теряет сознание, безуспешно оседая в объятья блондина. Катя просит Серёжу не создавать паники, когда он поднимает безжизненную Денисову на руки. Розововолосая дама чётко отдаёт команды Светлакову, пока они идут до гримёрки пострадавшей. Несколько людей всё-таки увязываются за ними, беспокоясь за жизнь брюнетки. Кто-то уже бежит за врачами, кто-то за водой, которую криками просила нервная Катя. Даже Мигель, неспешно идущий позади толпы, расталкивает людей, пробираясь ко всё ещё дорогой и любимой Тане, чувствуя свою вину перед ней. Дорогу ему перекрывает Решетникова, хватаясь за металлическую ручку двери. —Уйди, пожалуйста! Уйди! Всё, что мог, ты уже сделал вчера! —ненавистно бросила девушка, пропуская в гримёрку людей в белых халатах. Дверь перед ним гулко хлопает, и последнее, что мелькает в сужающемся проёме—измученное и бледное лицо Татьяны, неподвижно лежащей на узком диване. Светлаков сжимает её, наверняка, ледяную руку так же, как когда-то Мигель, ведя по красной дорожке к алтарю. /flashback/ Девочка моя маленькая.

Солнышко моё, заинька.

Белёсый лимузин рассекал воздух крутящимися без остановки колёсами. Калининград радовал тёплой погодой, и чувствовался скорый приход весны в янтарный край. Нервная брюнетка суетливо поправляла то белоснежное платье, то спускающиеся с плеч мягкими волнами локоны. —Волнуешься? —спросила женщина, сидящая напротив, мягко улыбаясь. —Есть немного, —усмехнулась Таня, расправляя невидимые складки на подоле. Что я делал до тебя?

Кем бы я был без тебя?

Прогибаясь в пьяной лжи?

—Всё будет хорошо, —заверила мама брюнетки, поглаживая её по колену, скрытому тканью платья. Денисова мягко улыбнулась, рассматривая в окне пейзажи родного города. Она жутко жалела, что её семья уехала отсюда так рано, ведь именно это место казалось самым пригодным для жизни.

Словно ангел изо льда…

Киев—слишком приторный и медленный. От него начинает тошнить уже через пару месяцев, а потом ты свыкаешься.

Детка, ты меня спасла!

Москва—слишком горькая и вечно куда-то спешащая. В ней ты теряешься и сливаешься с толпой уже на следующую неделю. А Калининград—золотая середина. Он удивляет, каждый день открывая себя с новой стороны. Постепенно ты забываешь о скуке, одновременно вливаясь в неспешный рабочий процесс. Люди здесь тёплые и отзывчивые, что не может не располагать к себе.

Я просто до тебя не жил!

—Знаешь, а Серёжа твой мне нравится больше, чем тот шоумен, —по-доброму подколола женщина, когда они подъезжали к небольшому зданию ЗАГСа. Перед дамами открылась дверь, и в проёме сразу же показался счастливый Мигель, помогая выйти сначала уважаемой маме своей невесты, а потом уже и самой похитительнице его сердца. Таня грациозно вышла из салона авто, оказываясь в тёплых мужских объятьях. —Привет, малыш, —шепнул Мигель Денисовой на ухо, прижимая хрупкое тело ближе к себе. —Привет, —обжигая своим горячим дыханием мочку его уха, глухо отозвалась брюнетка. И на Земле не будет дня

без твоей бархатной

улыбки.

—Готова стать моей навсегда? —заглядывая в серые омуты, спросил мужчина, коварно улыбаясь. Таня согласно кивнула, чувствуя на своих губах лёгкий поцелуй. —Помада, Серёж! —мягко ударив Мигеля по плечу, прошипела Денисова. —Ты у меня итак самая красивая! —ласково проговорил мужчина, что заставило брюнетку обнажить белоснежные зубы. Он крепко сжал её ладонь в своей, аккуратно проводя по красной дорожке в белоснежные двери. Моя родная,

небеса всё знают!

Вот они уже слушают долгую речь женщины-регистраторши, наивно улыбаясь друг другу. Мужчина мягко поглаживает пальцами тыльную сторону её ладони, когда Таня уверенно бросает своё нежное «Да». Роспись, кольца и долгожданное: «теперь вы муж и жена». Как я держал тебя на руках,

повторяя твоё имя…

Вот они уже появляются на пороге светлого здания. Мигель держит счастливую Таню на руках, улыбаясь во все 32 зуба. В них летят лепестки роз, монеты, рис—всё то, что предпочла мама невесты, согласуясь со старыми традициями. Денисова прячет свою довольную мордашку, тяжело дыша в область шеи мужчины. Однако, крики «горько!» не дают ей долго скрываться. Она поднимает голову, тут же чувствуя, как мужчина слегка подкидывает её в воздухе, на что та резко вскрикивает, сильнее впиваясь ногтями в его плечи. Мигель нежно целует пухлые губы, чувствуя, как впервые тёплые ладони поглаживают его шею и затылок. И тогда им напророчили уж точно более двух лет счастливой семейной жизни.

Чтобы быть всегда с тобой…

/flashback/