Стокгольмский синдром

Когда я очнулась, в глаза ударил яркий свет лампы. Я лежала на каком-то матрасе с замотанной головой - она очень болела. Я не знала, где я. И я не помнила, как я здесь оказалась. Я вообще мало что помнила. Это была странная комната. В ней не было почти ничего - лишь стул, этот матрас, какие-то полупустые полки с книгами, разными вещами и мягкими игрушками. Не было и окон. Я ужасно себя чувствовала. Меня тошнило, болела голова и начиналась истерика. Я подошла к двери и начала судорожно стучать кулаками, надеясь, что меня услышат и выпустят из этого ужасного помещения. Я услышала, что кто-то подходит и села на стул. Дверь открылась и в проходе я увидела Топа. Он курил сигарету и крутил на пальце брелок от ключей, которыми он, видно и открыл эту дверь. - Никогда не заходи в машину к незнакомым дядям, девочка. Хотя, ты больше и не сможешь. Ты же хотела оказаться дома у Топа? Вот ты и оказалась. Только сидеть ты будешь здесь. И очень долго. Пока я не решу, когда тебя выпустить. Грубо говоря, я тебя похитил. - он сделал паузу и затянулся сигаретой снова. Я смотрела на него и в его глаза. Но теперь мне уже не казались они такими добрыми, страстными. В этих глазах было какое-то, скажем, маньячество, какая-то грубость. И теперь я вспомнила, что было - я залезла к нему в машину, мы поговорили, он отвлек меня. А дальше я не помню ничего. - Отпусти меня отсюда. Зачем ты это сделал? - я начала потихоньку паниковать, смотря, как он спокойно крутит этот брелок с ключами. - Зачем? А вот захотел я. Может, ты мне понравилась. А что, дядя Таби стал плохим, да? - он потушил сигарету и кинул окурок в угол комнаты. - Отпусти меня, пожалуйста! - я больше не выдержала, и упала со стула на колени, подползая к нему, как униженная рабыня к хозяину. Он ухмыльнулся и взял меня за подбородок, когда я оказалась у его ног. - Нет, не пущу. - он расстегнул штаны. - А ну-ка, сделай дяде Таби хорошо. Кстати, с этого момента называй меня именно так - "дядя Таби". Я отпрянула и встала на ноги. У меня невероятно болела голова, но я терпела. Ринувшись к двери, я начала дергать ручку и истошно кричать. Я не знала, где я нахожусь, но я надеялась, что здесь есть люди, кроме него. Топ, что ты делаешь? Зачем? Зачем ты забрал меня и запер здесь? Конечно же, я сразу же разочаровалась в нем. Он оказался жестоким и, похоже, маньяком. Он взял меня за плечи и откинул в сторону. Я упала на этот матрас и заплакала. Я поняла, что действительно нет выхода, но внутри еще теплилась надежда, что он просто пьян и выпустит меня рано или поздно. Он поднял меня на колени и я снова оказалась у его ног. Его ширинка уже была расстегнута. - Ну так что, сделаешь мне хорошо? Я закрыла глаза руками. Я догадывалась, что сейчас увижу. Он убрал мои руки с лица и я закричала - я увидела стоящий член, из которого уже сочилась смазка. Отодвинув с головки крайнюю плоть, он взял меня за затылок, который невероятно болел и прижал губами к члену. - Попробуй его, не бойся. - сказал он, сжимая свою руку на моем затылке. Я поняла, что будет еще больнее и раскрыла рот. Он поместил свой орган в мой рот и начал двигаться. Неприятный соленый вкус почувствовала я, давясь его фрикциями. Ему нравилось это. То, что я плачу, что я мучаюсь, заглатывая его член. Он толкал свою твердую плоть все глубже в меня. Через некоторое время я почувствовала, что внутри оказалась вязкая жидкость с отвратительным вкусом. С низким стоном, он вышел из меня и от моих губ протянулась "тянучка" из моей слюны и его спермы. Выплюнув все, что было в моем рту, я заплакала еще сильнее. Взяв с полки полотенце, он вытер мой рот и поцеловал лоб. Мне хотелось лишь умереть в этот момент. Это было так грубо, так ужасно. Закрыв дверь за собой, он запер меня на ключ. Я упала на матрас и заплакала, обняв свои колени. Только бы был выход.