Из князей в грязи

Что такое празднества с королевским размахом? Это настоящая феерия безумной роскоши и ненужных, но красивых жестов, лицемерия и пускания пыли в глаза, нечто более нереальное и призрачное, чем Кафка, бессмысленная попытка перевернуть весь мир вверх ногами, дыра в бюджете страны, и вечная зависть простолюдинов, не попавших на праздник. Королевская свадьба — это все то же самое, но в квадрате, и с поправкой на тараканов в голове у Короля. У Фобоса тараканов, скорпионов, арахнидов, и прочей живности в голове было предостаточно, да и пребывание на Земле сказалось на принце, и очень многие были очень удивлены тем, что он требовал. Ладно стража, которой вручили начищенные до блеска автоматы Калашникова, правда забыв их обучить ими пользоваться. Но вот Меридианская знать была глубоко возмущена требованием в один день ознакомится с земной модой, и переделать себе наряды на этот манер, хоть это возмущение и не высказала никаким образом, ибо главный принцип выживания на Меридиане при Фобосе: жить хочешь — делай что скажут. Учитывая, что способов увидеть земные наряды ни у кого не было, дворяне всех мастей проявили невиданную креативность в создании того, что они считали земной одеждой. Результат был в основном красив и элегантен, но когда Эмили сказали, что это земная мода, девушка почему-то долго смеялась, благо ее никто кроме Миранды в этот момент не видел. Украшения замка не уступали в фееричности его гостям, особенно картины некогда знаменитой, но ныне забытой группы художников-гашишинов, знаменитых своим пристрастием ко всевозможным наркотическим травам. Не меньшее впечатление производила пятиметровой высоты модель Минас-Тирита, которая расположилась перед парадными воротами замка. Табличка возле модели гласила (в переводе с вымершего, и от того никому кроме Фобоса не известного языка) "Таким видит Великий Принц Фобос свой замок, ибо ничто больше не смотрелось так эпично в том фильме". В целом замок представлял из себя сейчас какое угодно сказочное зрелище, но реальным он не выглядел ни на йоту. И вот среди всего этого, наряженные во что удалось стащить из школьного театрального кружка, пробирались стражницы с астральным клоном Элион. На их счастье, никто их не узнавал, кроме одного старого барона, который, однако, решил что это не настоящие стражницы, а коньяк принц выставил превосходный, и что-то одобрительно прокричал стражницам вслед. Близилось время начала церемонии, и заговорщицы все сильнее нервничали. И понять можно — если они провалятся и на этот раз, то им даже не удастся сбежать. Или не в том количестве, в котором они пришли сюда. В любом случае, уровень пафоса для сегодняшнего "все или ничего!" превысил все возможные границы, и если бы собственно не атмосфера праздника, принц бы учуял стражниц за сто километров. Но не судьба, и Фобос даже умудрился не заметить стражниц, когда те пробираясь через толпу прямо натолкнулись на него. Занятый беседой с одним очень богатым шахтовладельцем, принц прошел в метре от белоснежно бледных врагов, которым потребовалось потом минут десять на то, чтобы прийти в себя. Но вот подошло время, гости столпились по сторонам тронного зала, Фобос стоял возле трона с седым стариком в одеждах архимага Меридиана ("безобиднейший, слепой как крот, сонный старый пень" — по словам самого принца), стражницы заняли места почти в первых рядах, так, чтобы и быстро добраться до Фобоса, и чтобы он их раньше времени не заметил, а по красной дорожке, тянущейся от дверей в трону вошла Эмили. От восхищения оцепенели даже стражницы, настолько было красивым платье, так завораживающе переливалось разными цветами оно от света, так идеально оно подходило Эмили. Принц улыбнулся, думая о том, что даже первая владелица платья не выглядела в нем так потрясающе. Девушку вела под руку Миранда, и лишь немногие из гостей заметили что это не исполнение традиций, а просто Эмили настолько смущалась и боялась всего, что даже идти сама не очень могла. У трона Фобос взял ее за руки, и подвел к архимагу, незаметно пнув того, чтобы проснулся. Старик отчаянно щурясь через огромные стекла своих очков уставился на принца, пытаясь что-то вспомнить. Наконец он встряхнул головой, и начал вести ритуал. Стражницы в зале переглянулись. — Пора! — Шепнула Ирма. Вилл кивнула, и вместе с клоном Элион стала пробираться вперед. — Эмили Лейтон, согласна ли ты взять принца Фобоса Эсканора в мужья, и стать королевой Меридиана? — Нет! — вопль из зала заставил всех вздрогнуть. — Она должна сначала узнать правду! Вперед, Элион! К трону, двигаясь подобно неумело управляемой кукле, выбежала астральный клон Элион, и взорвалась, разлетевшись как стекло. Все присутствующие в зале как-будто потеряли свои тела, стали просто душами, висящими в воздухе, и наблюдающими. Наблюдающими, как Фобос завораживает юную Элион, как он прячет он нее правду о себе и своих слугах, как лжет ей, выставляя стражниц врагами, как сажает на трон, тот самый трон, возле которого стоит сейчас Эмили, и начинает вытягивать из нее силы. Постепенно образ Элион меняется, и уже Эмили на троне, а Фобос строит рядом и заливается дьявольским смехом, который звенит в ушах еще несколько минут после того, как наваждение исчезло. — Фобос... Что это? — Девушка смотрит в глаза принцу, и видит в них ненависть и ярость вперемешку, и в ужасе отстраняется назад. — Так это... Правда?.. Превратившиеся стражницы встают между Фобосом и Эмили, понимая что сейчас главное защитить девушку. — Ну что, Фобос, провалился твой план!? Лопнул, как мыльный пузырь, иллюзионист ты наш! Какого снова это чувствовать? — Голос Корнелии ядовит, как укусы Седрика в лучшие времена. — Вы, всегда, путались, у, меня, под, ногами... — Фобос резко вскидывает руку вперед, целясь в стражницу земли, но молния, сорвавшаяся с его пальцев летит не совсем туда, и только чудом и потрясающей реакцией Вилл не попадает в Эмили. У нее на глазах выступают слезы, и она кричит на принца. — Как ты мог, Фобос?... Теперь убить меня захотел, когда не нужна стала? Я же верила тебе... Ненавижу! Ненавижу! Тварь, ублюдок! Не желаю тебя больше видеть, НИКОГДА! Вилл... — Стражница кивнула, и подняв кристалл, открыла портал. — Эмили, стой! — Фобос бросился вперед, пытаясь схватить девушку, но та уже вместе со стражницами прыгнула в портал. Время снова замерло. Люди в зале боятся даже дышать, а Фобос стоит перед троном, вытянув руки, будто все еще пытается поймать Эмили, и абсолютно расфокусированным взглядом смотрит на стену. Когда левый глаз принца начинает дергаться, гости понимают, что пора делать ноги. Вырвавшийся из горла Фобоса рык лишь подстегивает их, и образовывается давка, в самый центр которой и попадает первая шаровая молния. Вторая следует за ней, однако вылетает за пределы зала, и взрывается уже в коридоре... Дворцовая стража, кстати, оказалась самой умной: они так сразу залезли в самый глубокий подвал, подальше с глаз принца. Меридианская же знать проявила чудеса "взаимопомощи и самопожертвования", начав от страха убивать друг-друга, всё лишь бы добраться до выхода скорее. Фобос же с упоением возглавлял сокращение численности правящей касты, делая это разнообразно, ярко, и массово. Что характерно, Рыцарей Мщения среди жертв не было, ибо те, как и стража, бежали сразу же после случившегося. День обещал быть долгим, и висящие на руках за окном одной из башен Седрик с Рейтаром переглянулись, и вздохнули, понимая друг друга без слов... А на Земле открылся портал, который изверг стражниц и Эмили. Девушка рыдала, и никакие попытки стражниц ее успокоить результата не приносили, так что Вилл через час решила просто трансформировать платье Эмили в нечто нормальное и цивильное, и уже в земном обличье стражницы повели Эмили в старый добрый штаб-ресторан, где их встретила Ян Лин, и молча ушла готовить самый мощный успокоительный чай из всех, какие только она знала. Эмили же забилась в угол комнаты, и сидя на полу и обняв колени теперь уже только тихонько всхлипывала. Вилл села рядом, и обняла ее. — Как... Как он мог?... — Голос Эмили был настолько тих, что часы на стене громче шли, чем она говорила. — Успокойся, мы тебя спасли. Больше ты о нем не услышишь, он больше ничего тебе не сделает. — Вилл не очень умела успокаивать, но старалась. Тем временем Ян Лин принесла чай, от одного запаха которого пролетавший над рестораном голубь уснул в полете. Стражницам пришлось применить гипноз, чтобы напоить Эмили этим результатом трудов китайских алхимиков, и та стала откровенно залипать. Домой Эмили уже несли, ибо находилась она где угодно, но только не здесь и сейчас, и только уложив ее в постель стражницы осознали, что они наконец победили. Все пятеро переглянулись, и засмеялись так, что их можно было бы перепутать с Фобосом в момент его триумфа: истерически довольные собой ноты смеха бывают заразны...