Однострочники

Дин открывает глаза, быстро бросает взгляд на спящего на диване Сэма, потом, вспомнив, откуда доносился разбудивший его звук, смотрит на кухню. Его прошибает холодный пот. Облокотившись на плиту, там стоит человек в плаще, и пристально смотрит на Дина. "Не человек", - поправляет себя Дин. Бесшумно встав, он приближается к демону, которого не удалось убить ножом Руби. В груди рождается страх, но Дин прогоняет его прочь. Он - не тот, кто будет бояться демона. - Чего надо? - грубо спрашивает Дин, приближаясь к называющему себя Кастиэлем. - Ангелы порой падают с небес, - непоследовательно отвечает демон, - летят на огромной скорости, пробивают собой землю и разбиваются о скалы в Аду. А потом находится кто-то, кто их склеивает. Так рождаются высшие демоны. - Охуенная история. Как ты прошел через демонские ловушки? - Дин, скрестив руки на груди, стоит перед Кастиэлем, и внутри растет ненависть к существу, спасшему его из Ада. К существу, чьих целей он не мог понять. - Ты не слушал меня, - констатирует Кастиэль. - Ты должен выказывать мне уважение... - Отсоси, - выплевывает Дин, а демон резко подается к нему, крепко хватает за запястье, бьет локтем по носу и роняет на колени. Дин пытается вырваться, но после удара коленом по скуле голова начинает кружиться так, что человек едва не теряет сознание. - Уважение, Дин. Ты же не хочешь, чтобы я причинил боль твоему брату? Или твоему названому отцу? - тихий хриплый голос забивается в уши, сводя с ума. Перед глазами все расплывается. Чужие пальцы сдавливают подбородок. - Зачем ты меня вытащил? - кровь из носа заливает губы. - В личное пользование... - пальцы надавливают на челюсть, заставляя открыть рот, и сила в них - нечеловеческая, сопротивляться не получается... Дин едва не всхлипывает, когда чувствует, что по его губам скользит головка чужого члена. Он отдергивается, пытаясь вырваться, но слышит хруст, запоздало понимая, что хрустят его собственные кости запястья. - Ну же, неужели в тебе нет ни капли благодарности? - пальцы сильнее давят на челюсть, и Дин безвольно открывает рот. Похуй. Пусть делает, что хочет. Пусть демон почувствует свою власть. А потом, когда он потеряет бдительность, Дин убьет его. Он обязательно найдет способ убить. - Хороший мальчик... Демон уже обеими ладонями держит Дина за лицо, насаживая его на себя, и человек позволяет ему трахать свой рот. По лицу текут слезы, кровь, слюни, и член долбится в самую глотку. - Сожми губы. Сожмешь зубы - не поздоровится. Дин не реагирует, и Кастиэль с силой надавливает на его виски - так, что из глаз летят искры, и человек послушно сжимает губами чужой ствол, едва сдерживая рвотный рефлекс. Он ненавидит все: этого демона, таранящий рот член, солоноватый вкус смазки и собственной крови. А больше всего он ненавидит свой собственный стояк. Он столько времени провел в Аду, что боль перемешалась с сексом так, что уже не отделить. Демон обхватывает рукой его шею, сжимая, и все вокруг темнеет, а потом Кастиэль дергает его на себя, и Дин думает, что сейчас захлебнется его гребаной спермой. Она толчками бьет в горло, и Дин хочет закричать, оттолкнуть Кастиэля, но тело словно сковано, и он просто принимает все в себя. - Оближи, - командует демон, и Дин, выпустив изо рта ставший мягким член, проводит по нему языком. - Хороший мальчик, - вновь говорит Кастиэль и опускается рядом с Дином на одно колено. Он расстегивает его ширинку, сжимает его стояк, и Дин подается ему навстречу. Рука демона тут же исчезает и раздается его тихий смех. - Это еще нужно заслужить. А ты пока плохо стараешься... Кастиэль исчезает. А в следующий момент Дин просыпается. Он вздрагивает, быстро проводит ладонью по лицу. Крови нет. Запястье не сломано. Он переводит взгляд на кухню. Никаких признаков чужого присутствия, за окном уже светло, хотя демон был ночью... значит, это был сон. Вот только Кастиэль в нем был настоящим.