Судьба на двоих

Глава 10

      На следующее утро Руангрой проснулся и по привычке повернул голову направо, чтобы увидеть спящего рядом Криста. Но половина кровати была пуста.       Руангрой кивнул сам себе: верно, это правильно. Так и должно быть, ведь не дело — ежедневно просыпаться рядом с парнем. Вот только сердце тревожно заныло, а рука провела по прохладной простыне…       Последний месяц слуга уже не приходил будить его, поэтому Руангрой привёл себя в порядок и спустился вниз.       — Доброе утро, господин Прачайя, — улыбнулся Крист и отсалютировал ему чашкой с чаем.       Сидит за низеньким столиком в гостиной — точно так же, как в их первую встречу. Бьющая через край энергетика от него наполнила всю гостиную. Огромные глаза сияют на красивом и милом лице, внимательно следя за каждым его движением. С каким-то необъяснимым восторгом, заставляющим трепетать сердце.       — Доброе утро, господин Перават, — ответил Синг, улыбнувшись.       Крист поставил чашку на стол, откинулся на спинку диванчика и осмотрелся.       — У вас красивый дом. Всё оформлено элегантно и со вкусом, и в то же время чувствуется уют. Здесь приятно находиться.       — Благодарю.       Руангрой сел напротив Криста. Оба немного помолчали, затем Крист сказал:       — Слышал, у вас сегодня встреча с родственниками мисс Майлин…       — Да. Мы хотим обсудить будущее партнёрство в строительстве. На мероприятии я познакомился со многими важными людьми, все вместе мы можем добиться успеха.       — Это хорошо, что у вас в руках есть важное для вас дело.       — Оно прибыльное, но, конечно, это не то, чем бы я хотел заниматься всю жизнь.       Слуга стоял поодаль от парней, но слышал весь их разговор, удивляясь всё больше и больше манерой их речи. Такой непривычной для уха, отстранённой, чужой, совершенно не принадлежащей этим двум парням.       — Молодой господин, вы будете завтракать?       Руангрой напряжённо сверлил чёрными глазами Перавата. С чего это вдруг он решил говорить с ним официальным тоном? Что за игру устроил?       — Принеси в мой кабинет, — бросил он слуге, встал и, схватив Криста под руку, уже обратился к нему. — Идём со мной, есть разговор.       Крист послушно встал и пошёл за Сингом. Да, разговор был.       В кабинете Руангроя парни устроились на своих привычных местах: Крист — на диване, Синг —за своим рабочим столом.       Слуга зашёл и поставил поднос с завтраком.       — Молодой господин, не забудьте, что с минуты на минуту прибудут родственники по линии молодой госпожи.       — Помню, — вздохнул Руангрой.       Он так увлёкся Кристом, с головой окунулся в нереальный мир, что уже плохо воспринимал саму реальность, которая постепенно уплывала от него.       Слуга вышел из кабинета, а Крист задал давно мучивший вопрос:       — Когда ты планируешь жениться на Майлин?       — Так сильно хочешь, чтобы женился? — в ответ спросил Руангрой и посмотрел на Криста. Тот молчал, лицо было подобно маске.       Крист встал с дивана и подошёл к книжному шкафу, делая вид, будто усердно выбирает книгу. На деле же он просто не мог усидеть на месте. А ещё не мог показать своего расстроенного лица. Но это было его личное решение, так что он продолжил:       — Она — неплохая партия для тебя. Её семья богата. Для развития семейного дела то, что нужно. Если ты считаешь, что для тебя это будет хорошо…       — Сейчас речь не обо мне. Я спрашиваю тебя: хочешь ли ты, чтобы я женился? Крист обернулся к Сингу. Зачем он спрашивает, если ответ и так ясен? Как бы умом он ни понимал, что для Прачайи это хороший шанс упрочить своё положение в высшем обществе, да и быть одному ему не стоит, сердце кричало совсем о другом. Но есть ли у него право?       — Не думаю, что тебе нужно оставаться одному…       — Крист?       Руангрой встал, обошёл стол и присел на край, напротив парня.       То, о чём Крист так много думал, наверное, пришло время рассказать. Он сделал глубокий вздох.       — Я хочу тебя. И с каждым днём всё сильнее. Наизнанку выворачивает. Но думаю, ты и сам это знаешь.       На мгновение он замолк и усмехнулся.       — Не знаю почему, но я хочу быть под тобой. Это смущает, знаешь ли: я под кем-то. Но этот кто-то — это ты, так что всё в порядке, мне нравится. Сама мысль об этом заводит.       Он закрыл глаза и покачал головой, улыбаясь, его щёки слегка покраснели. Глубокий вдох, пара хлопков рукой по груди в надежде вернуть дыханию привычный ритм.       — Чёрт, сердце сейчас остановится… Я впервые говорю кому-то подобное.       Руангрой смотрел на него, не в силах шевельнуться. Что этот парень говорит? Хочет быть под ним? Разгорячённый и богатый на фантазии мозг услужливо подкинул красочные образы двух тел, отдающихся бесконтрольной страсти, но в то же время от картины веяло нежностью и… любовью? И это было так естественно и… правильно, что он сам себе удивился.       Крист сделал ещё один глубокий вдох-выдох и продолжил:       — И я хочу, чтобы ты знал, что тот поцелуй был не просто поцелуем ради забавы или любопытства. Я хотел попробовать, какие твои губы на вкус. Я до безумия хотел тебя поцеловать.       Он перевёл взгляд на губы Руангроя и облизал свои. Сам Руангрой смотрел на движения Криста и прерывисто дышал. Их поцелуй до сих пор был на его губах, и он ярко помнил свои невероятные эмоции.       — Даже сейчас их вкус на моём языке. Я помню их нежность, помню, какое удовольствие доставил мне всего лишь поцелуй с тобой. Боюсь даже представить свои ощущения от близости с тобой. Я ещё не раз хочу испытать на себе всю твою нежность и заботу. Ощущать твой запах, вкус твоего тела, чувствовать твою кожу под своими пальцами.       Ещё несколько секунд, чтобы перевести дыхание и успокоить колотящееся сердце.       — Я скучаю по тебе, когда не вижу. Я хочу находиться рядом с тобой, часами готов сидеть и смотреть, как ты читаешь книгу или свои документы. Я знаю каждый изгиб твоего красивого лица. Я помню каждое из его выражений, когда ты задумчиво закусываешь нижнюю губу, хмуришь брови или поднимаешь в удивлении. Я выучил все твои привычки. Я знаю то, что тебе нравится. А значит, и мне это нравится. Не могу видеть, как ты грустишь... Так как ты думаешь, хочу ли я видеть рядом с тобой другого человека? Если бы я только сам смог… Наверное, я просто сошёл с ума.       Руангрой судорожно выдохнул. Слушая Криста, он даже внимания не обратил, что какое-то время не дышал. Он пару раз кашлянул, восстанавливая сбившееся дыхание, и набрал воздуха в лёгкие, чтобы ответить, но стук в дверь и вошедший слуга его остановили:       — Господин Прачайя, к вам пришли.       — Хорошо, — ответил Руангрой, не оборачиваясь. Сейчас его взгляд был полностью прикован к стоящему напротив парню и совершенно смущённому. Было похоже на то, что Крист сам не ожидал от себя такой речи. Он отводил глаза, боясь встретиться взглядом с Руангроем. Боялся услышать его ответ. Поэтому быстро сказал:       — К тебе пришли, нужно встретить. А я… я лучше пойду.       — Дождись меня, — сказал Руангрой и увидел на лице Криста такую тёплую улыбку и настолько нежный взгляд, что сердце забыло, как биться.       Парень уже выходил за дверь, как до него донеслись слова Криста, сказанные тихо самому себе:       — Забрать твою душу? Я бы не посмел.       Руангрой улыбнулся и покачал головой. Опять эти его сверхъестественные штучки. И только закрыв за собой дверь, он прислонился к ней и тихо прошептал:       — А я бы тебе её отдал.

***

      Пространство было покрыто голубоватой дымкой, не было видно ни конца, ни края. Не было стен, не было потолка. Казалось, что сама пустота сгустилась в этом месте. На земле, которая не была землёй, сидел старец и смотрел на сидящую напротив душу парня. Молодой, красивый. Что он здесь делает? Почему судьба к нему так несправедлива? Почему она так сильно испытывает его?       Парень неосознанно водил глазами по сторонам, ни на чём конкретно не фокусируя взгляд. Видимо, сейчас он о чём-то очень напряжённо думал. Старец дал ему некоторое время, чтобы прийти в себя, и, кашлянув, сказал:       — Какой-то ты тихий. Даже непривычно. Поприветствовал меня «ваем», обращаешься на «вы». Ты, часом, не заболел?       — Наверное, заболел. Определённо точно, я очень сильно заболел.       Старец вздохнул.       — Почему я опять вижу тебя здесь? Что с твоей миссией? Ты нашёл человека?       — Нашёл.       — И?       — Не уверен, что имею право забирать его душу и обрекать на невозможность переродиться.       — Вот как? А его душа подошла бы? Какие у него чувства к тебе?       — Не знаю, не уверен.       — А вот я думаю, что могу его забрать, он идеально подходит.       — Нет!!! — вскочил Крист на ноги. — Не трогайте его!       — Прости, но я должен…       — Умоляю, не трогайте! Только не его.       Старец наблюдал как боль и ужас отражаются на красивом лице Перавата, и оно становится совершенно бледным, практически белым. А потом, к своему изумлению, старец стал свидетелем картины, от которой дар речи потерял. Он даже подумал, что глаза его обманывают, но нет. Сейчас Перават становился на колени и делал ему глубокий поклон в ноги.       — Умоляю, не трогайте. Просто оставьте его в покое. Давайте забудем, что это было.       — А как же твоё перерождение?       — В обмен на его душу мне никакое перерождение не нужно. Пусть я здесь хоть навечно останусь, — сказал парень и уже тихо добавил. — Я не могу причинить ему боль, не могу предать его. Это выше моих сил.       Старец смотрел вниз на Перавата, на склоненную голову к его ногам. Как же сильно задел его тот парень, что он наблюдал всё это. Наблюдал, как тот, кому всегда было плевать на всех, сейчас отказывался от своей заветной мечты только для того, чтобы сохранить душу другого человека. Невероятно.       — Ты же хотел быть счастливым в следующей жизни. И как же ты туда отправишься?       — Зачем мне возвращаться туда, где не будет его… Он моё счастье. Если он не сможет заново родиться, я не смогу быть счастливым. Я хочу, чтобы он жил. И был счастлив. Со мной или без меня.       Крист выпрямился и, всё так же стоя на коленях, сел на пятки. Он бессильно закрыл глаза. Почему сейчас его мало волнует, что будет с его жизнью дальше? Почему от самой мысли, что он отдаст душу Руангроя, становилось невыносимо? Руангрой. Синг. Перед глазами всплыло его лицо, его глаза и добрая улыбка, а на душе стало тепло. Крист невольно улыбнулся.       Старец, прикрыв глаза, медленно качал головой. Мальчишка, как же так?       — Что со мной? Что это? Не могу понять.       — А я понимаю, что с тобой. Это и есть любовь. То чувство, которое ты всегда отвергал. Мальчик мой, ты влюбился. И, судя по всему, очень сильно.       Крист медленно поднял на старца глаза и тихо прошептал:       — Любовь…       Тёплая слеза сорвалась с ресниц и упала на сложенные на коленях руки. Ещё одна и ещё. Впервые за всё своё долгое существование он плакал за кем-то.       Старец с грустью и сочувствием смотрел на него и только смог сказать:       — Прости меня, пожалуйста.       — Думаю, мы уладили все вопросы, — сказал Прачайя и поклонился. Его гости несколько долгих секунд в ожидании просверлили его взглядом, но затем ответно попрощались и ушли. Руангрой расслабленно вздохнул и быстро пошёл в свой кабинет. За ним семенил слуга.       — Молодой господин, почему вы ничего не сказали насчёт помолвки и свадьбы?       — Я хочу повременить со свадьбой. Не совсем уверен в том, что мне сейчас это нужно, — сказал Прачайя и будь, что будет.       — Господин, отмена свадьбы — не самая хорошая идея. О вас и о юной госпоже могут поползти нелестные сплетни…       — Официальной помолвки не было, чтобы считать её отменённой. Я отправлю её родителям дары с извинениями.       — Как же так, господин? Почему вы поменяли своё решение так внезапно? Ведь юная госпожа вас очень сильно любит.       — Это не было спонтанным решением. И в браке должны любить оба, не так ли? — ответил Руангрой и уже потянулся к дверной ручке кабинета…       — Это из-за него?       Всего лишь вопрос, скопление воздуха, а ощущение такое, будто ударили по голове чем-то тяжёлым.       Он тоже догадался. Все, у кого есть возможность видеть их вместе, без труда догадаются, какие чувства между ними.       — Нет, не из-за него. Просто я понял, что именно мне нужно, — ответил Руангрой и скрылся за дверью кабинета раньше, чем его слуга мог задать другой вопрос.       Он надеялся, что Крист всё ещё ждёт его, но нет, в кабинете никого не было. Руангрой слегка разочарованно вздохнул. Ладно, он подождёт его до вечера. А потом расскажет ему всё. Расскажет о своих чувствах, о том, что постоянно думает о нём, о том, что тоже желает его, о том, что…       Парень сам себе усмехнулся: «Ну надо же. Ты вообще соображаешь, что творишь? Ты только отсрочил классическую свадьбу с девушкой и теперь мечтаешь о парне? Парне, который вообще не из этого мира. С головой всё в порядке?». Плевать. На всё плевать. Даже если не всё в порядке, жизни уже никогда не будет такой, как прежде. Он не в силах остановиться, не в силах удержать свои растущие с каждым днём чувства. И не хочет их удерживать.       Руангрой остановился возле стола и только сейчас заметил лежащую на нём записку. Определённо от Криста. Сердце болезненно сжалось. Почему-то парень решил, что именно этот белый листок бумаги не предвещает ничего хорошего. Он прочитал послание. Предчувствия его не обманули. Руангрой сжал записку в кулаке до боли в побелевших пальцах, до боли стиснул зубы. И всё возрастающая боль поднималась из глубины души, сжимая органы в тугой узел, перекрывая дыхание.       — Так вот, значит, как? Ты решил вот так просто уйти? Уйти и оставить меня одного? А о моих чувствах ты подумал?! Когда уходил бесследно, ты подумал, как я буду жить здесь без тебя? Один! Без тебя!!! Сукин ты сын!!!       Он со злостью отшвырнул от себя бумажку. Истерзанный белый лист плавно опустился на пол — единственная вещь, которая осталась от него. Единственное, что напоминало о том, что он не был сном или больным воображением уставшего мозга.       На ладонях остались кровавые ранки от впившихся ногтей. Больно. Сердцу больно. Так сильно больно, что и душа плакала вместе с ним, обливаясь алой кровью. Он ворвался в его жизнь так внезапно. И так же внезапно исчез, наведя полнейший хаос. Они провели вместе не так много времени, но этот парень стал ближе, чем кто-либо.       — Крист…       Его хотелось видеть, с ним хотелось разговаривать и делиться секретами, хотелось просто молча сидеть рядом. Жизнь с ним стала яркой и насыщенной, наполнилась эмоциями и бьющей через край энергией. Жизнь наполнилась солнцем и радостью только от его присутствия в ней. Ведь он даже не успел признаться ему… А он так ждал ответ…       — Крист…       Если бы ему дали ещё один шанс. Хотя бы один шанс вновь встретиться с ним. Увидеть его улыбку и смущающийся взгляд, а иногда вызывающий, пробирающий до костей. Потрогать его мягкие волосы, поцеловать нежные губы… Как же хотелось всё это повторить! И главное — рассказать. Всё рассказать! Сейчас уже поздно, но, может, в следующей жизни? Глупая надежда, не желающая покидать истерзанное сердце.       Парень медленно опустился на пол посреди кабинета и проговорил в пустоту:       — Я хочу… — голос осёкся, а в голове всплыли давние слова Криста о том, что не следует желать что-то конкретное, а следует просто пожелать себе счастья.       Ещё одна попытка. Дрожащим голосом:       — Я не буду ничего желать себе в следующей жизни, кроме одного: я хочу счастья.       Кабинет выглядел серо и уныло, его стены давили и отнимали воздух. Или же воздухом был другой человек?..       Руангрой оглянулся на диван. Может, сейчас, вот-вот он зайдёт в кабинет, привычно завалится на диван, кинет шутку в сторону Прачайи, нежно улыбнётся и будет за ним наблюдать или же уткнётся в какую-нибудь книгу. Просто оставаясь рядом с ним. Но нет, диван был пуст, и кабинет тоже.       — Хочу быть счастливым… хочу быть счастливым… — повторял Руангрой, слёзы щипали глаза.       Неужели один-единственный человек способен так сильно влиять на настроение и эмоции?..       — Хочу быть счастливым…       Неужели один человек способен настолько сильно изменить жизнь, поломать все представления о ней? Разрушить все морали и правила?       — Хочу быть счастливым…       Неужели возможно настолько сильно любить человека?..       Руангрой обхватил голову руками и уткнулся в колени, тихо сказав:       — В следующей жизни хочу просто быть счастливым! Счастливым… — он остановился и на выдохе еле слышно. — Рядом с тобой…       И после этого парень дал волю слезам. Навзрыд, во весь голос. Наверное, впервые после смерти родителей. В одиночестве, сидя на полу посредине пустого и холодного кабинета, с лежащей рядом помятой запиской, на которой всё ещё чётко виднелась единственная надпись, на прощание оставленная самым родным и близким человеком в мире:       «В следующей жизни я хочу быть счастлив. С тобой»       Конец 1 части.       OST: 林宥嘉 - 船       «Не говори мне, куда ты идёшь…»       =>>>> Часть 2. Привет, меня зовут Крист (наши дни)