Touchin on my

Луи аккуратно потянул вверх футболку парня, буквально на секунду разрывая их сладкий и чертовски горячий поцелуй, давая лишь малое мгновение на то, чтобы наполнить лёгкие хотя бы небольшой порцией кислорода. Стайлс откровенно стонал в рот шатена, его руки блуждали по спине парня, а колени сотрясались от каждого прикосновения Луи к его телу (особенно сильно в те моменты, когда наглый Томлинсон лапал его за задницу, в который была пробка, очень хорошо давившая на простату). — Пожалуйста, не говори, что ты трахнешь меня прямо в коридоре, потому что я не хочу этого тут, потому что слишком грязно и тесно, — немного возмутившись пробубнил Стайлс, на что получил лёгкий шлепок по ягодице и буквально сводящий с ума шёпот в самое ушко: — Ты думал, что я тебя трахну? — голубоглазый оттянул мочку его уха, довольно улыбаясь, руками старательно сжимая его ягодицы. — Но…? — Стайлс просто задыхался от стонов и несправедливости, потому что он почти весь день только и грезит о члене этого шикарного молодого человека. А тут явный отказ! Разочарованный и расстроенный, он выпутывается из крепкой хватки Луи и уходит в сторону кухни, по пути скидывая ботинки и пытаясь отогнать мысли о том, как он возбуждён. Стоя у столешницы и спокойно попивая воду, он резко оказывается прижатым к ней, с него одним движением сдёргивают джинсы вместе с боксёрами, а затем он слышит протяжный стон восхищения. И Стайлс не может поверить реальности: этот чертовски соблазнительный парень стонет лишь от вида чёртовой пробки в его заднице. В заднице Стайлса! Вау! Пока он крутил в голове эти мысли, пробка плавно была убрана, ягодицы раздвинуты, а сладкий и шаловливый язычок Томлинсона постепенно водил круги вокруг раскрасневшейся и достаточно хорошо растянутой дырочки. Достаточно громко застонав, Стайлс рефлекторно начал двигать бёдрами, пытаясь как можно быстрее насадиться на язык парня, который, стоя на коленях позади него, старался не кончить лишь от одного вида этой шикарной задницы. Луи аккуратно ввёл в парня сразу два пальца, при этом продолжая невесомо кружить язычком вокруг дырочки, доводя кудрявого до пика. Стайлса разрывало от невероятного спектра эмоций, его член болезненно пульсировал, будучи зажатым между телом и холодной поверхностью столешницы, а голос начинал садиться от бесконечного количества произнесений фразы: «Ох, Луи, о, да, давай, да». — Луи, я... Я очень хочу тебя, но раз ты сказал, что не трахнешь меня, то хотя бы оттрахай пальцами, — скуля и подмахивая бёдрами в такт движениям Томлинсона, он пытался обернуться к прекрасному шатену, который скрывался за бёдрами кудрявого. На секунду оторвавшись от него, Луи встал с пола и куда-то отошёл. Гарри почувствовал себя опустошенным и брошенным, а ещё безумно беззащитным и таким раскрытым для других. Спустя пару секунд, Луи вернулся уже в одних боксёрах и нагнулся прямо над Гарри, двигая членом вдоль пульсирующей дырочки Стайлса. Положив руку на запястье Гарри, Луи продолжил движения: не снимая боксёр, он всё ещё двигался, водя второй рукой по члену Гарри, который вот-вот взорвётся. — Луи, пожалуйста... — парень услышал жалобные стоны и понял, что кудрявое чудо уже на пике. Быстро стянув штаны, он продолжил водить стоящим и полностью покрытым естественной смазкой членом по промежности Стайлса, так и не входя внутрь. Его рука медленно двигалась по члену парня, а указательный палец игрался с головкой. С трудом отпустив запястье Гарри, он хотел запустить руку в его кудри, но парень опередил его и вобрал несколько пальцев в рот, довольно посасывая их. Томлинсон застонал от такой неожиданности слишком красиво и развратно, заполняя этим звуком грязную кухню, и Стайлс, член которого всё ещё был в руках красавчика, а вдоль дырочки порхал толстый и красивый член, выпустил на секунду пальцы изо рта и застонал так громко, что, кажется, сорвал голос, при этом чувственно кончая. Его накрыла настолько сильная волна оргазма, что, если бы он не опирался на столешницу, то точно бы рухнул на пол. Перед глазами витали звёздочки, из члена лились последние капельки спермы, а в руках он сжимал руку Томлинсона, который просто замер на месте, давая парню расслабиться. Спустя пару минут, Гарри попросил дать ему стакан воды, потому что он всё ещё не может вернуться на землю от такого оргазма: — Ты меня даже не трахнул, а я еле остался в живых. Ты сумасшедший, Луи Томлинсон.

***

«К 16.00 подойду к главному входу твоего университета. Луи :)х » Стайлс был чертовски рад, что он решил встретиться с ним. И, спокойно дождавшись нужного времени, кудрявый вышел из здания вместе с кучей уставших студентов, желавших хотя бы на пару минут забыть о сложностях. У ступеней, где всегда была толпа курящих, стоял Луи вместе с Зейном. И, честно, Гарри даже не думал, что толпа там бывает такой огромной. А ещё он не знал, что Луи курит. Подбежав к парням, он крепко обнял сначала Зейна, а потом Томлинсона (а ещё он похлопал его по заднице), а затем встал рядом, интересуясь у Луи, что же он здесь делает. Просто прошла пара недель с их первого «совместного сексуального опыта» и дальше римминга и минета они не ушли, при этом Гарри никак не мог понять: в отношениях ли они? — Пришёл встретить тебя с учёбы, потому что соскучился, — Луи обнял парня за талию, тут же опуская руку и кладя Гарри на пах. Так как прямо напротив Стайлса стоял Зейн, то никто из стоящих рядом даже и подозревать не мог о том, что Томлинсон гладить чей-то член через джинсы. Но Гарри стало тяжело, дыхание спёрло, а затем он прошептал: — Не хочешь заглянуть в кафетерий и выпить чаю? Просто я очень хочу чаю, — Стайлс многозначительно посмотрел на шатена и пожал плечами, а тот согласно кивнул, попрощался с другом, потушил сигарету и направился в университет вместе с Гарри, думая о том, что же задумал кудрявый. Знал бы кудрявый мальчик, что голубоглазый мальчик намного продуманнее...

***

Они спокойно шли по коридору и болтали о том, как прошёл день и какая сегодня чудесная погода, но в одно мгновение Томлинсон резко затолкнул парня в открытую аудиторию, заполненную мольбертами, красками, драпировками и другими вещами, что используют художники, дизайнеры и прочий творческий народ университета. Резко схватив Стайлса на руки, он посадил его на один из столов для натуры и начал горячо целовать его губы, сжимая бёдра. Стайлс же в своё время тихо застонал ему в губы, недовольно бормоча: — А я хотел зажать тебя прямо в коридоре, красавчик, но, честно говоря, среди мольбертов я ни с кем ещё не целовался, — хихикая, Гарри продолжил вылизывать рот Луи, аккуратно положив ладони на его бёдра. — А если тебе отлижут прямо на столике для натуры? — Томлинсон уже аккуратно расстегнул джинсы Гарри и слегка приспустил их, лаская открывшиеся участки кожи. — Мне надоело так, Лу, — слегка кусая губы, Гарри посмотрел в невероятно красивые голубые глаза. И без каких-либо ещё слов Луи резко стянул с него остатки одежды и, слегка повелевая, заставил парня опереться локтями о столик. Стянув боксёры, последний и самый ненужный элемент одежды, он взял в руки несколько больших кистей, которые кто-то оставил после занятия, и несколько раз достаточно сильно ударил Гарри по ягодицам, шепча в самое ушко: — Что же тебе тогда не надоело? — Луи аккуратно пробежался пальчиками по бедру Гарри, где остался след от удара. — Ты. Я хочу всего тебя. Но мне надоела эта чёртова обыденность, Томлинсон! Мне надоело трахать себя пальцами, представляя твой член, — по щекам парня то ли от боли, то ли от обиды градом струились слёзы, а Луи ещё несколько раз резко ударил кистями Гарри по ягодицам, отчего тот слегка вскрикнул. — А ещё сейчас я чувствую себя тупой героиней «50 оттенков серого», а не самим собой. Пожалуйста, трахни меня и всё! Луи довольно улыбнулся, осознавая, что довёл Гарри до такого состояния, что ему плевать на всё происходящее, ему просто нужен Томлинсон. Схватив парня, он резко повалил его на пол, где валялась драпировка и какая-то краска. Перепачкавшись, они всё равно продолжили горячо целовать друг друга, пока Стайлс аккуратно надрачивал Луи, заставляя член парня встать окончательно. — Сладкий и самоуверенный. Люблю таких, — подмигнув, Луи уложил Гарри на полу, вытер краску со лба и слегка раздвинул его ноги. Старательно облизав пальцы, он вошёл в кудрявого одним и тут же широко открыл глаза, бормоча. — Что за фигня, Стайлс?! Гарри смущённо улыбнулся и пожал плечами, Луи аккуратно вошёл в него уже 2 пальцами и вновь воскликнул: — Ты серьёзно?! — После физкультуры я растянул себя, потому что ты сказал, что приедешь. И я очень надеялся, что это будет не зря. Самодовольно улыбаясь, Гарри наслаждался тем, как хорошо поработал над собой в туалете десятки минут назад. Луи достал из рюкзака смазку и презерватив, но, вспомнив обсуждения ранее, понял, что можно не предохраняться, так как парни чисты. — Ну и где ты там? Почему так долго? — Стайлс бормотал, рукой пытаясь нащупать член Томлинсона, по которому голубоглазый уже достаточно долго размазывал смазку. Своей же рукой кудрявый направил член к своей дырочке и тихо застонал. — Я только твой. Луи улыбнулся, припал к губам парня и, засасывая язычок, резко вошёл в достаточно податливое тело. Стайлс закричал от удовольствия, выгибаясь в спине, пока Луи закидывал его ножки себе на поясницу. Двигаясь в плавном темпе, Луи шептал Гарри различные сладости в губы, пока тот радовал его своими стонами. Слегка ускорившись, Гарри стал спокойнее принимать в себя член, поэтому он резко развернул парня, уселся на его бёдрах и начал скакать на нём, упираясь руками о грудь шатена, пока его собственный член мотался и истекал естественной смазкой. Парни были перепачканы в краске, драпировка под ними смялась, а Луи довольно постанывал, сжимая до синяков бёдра Стайлса, пока тот прыгал на его члене. Неожиданно для самого себя, парень нашёл ту самую нужную точку и поэтому каждое движение на члене Томлинсона приходилось ровно по простате. Недолго терпя такую сладостную и прекрасную «муку», Стайлс неожиданно для самого себя кончил, пачкая не только грудь и живот Томлинсона, но и его чудесное личико. Парень усмехнулся, облизнувшись, уложил Гарри на пол и, войдя под новым углом, стал двигаться с максимальной скоростью, откидывая голову назад и приближаясь к оргазму. Пара минут и парни лежат в объятиях друг друга, сотрясаемые волной оргазма. Луи долго и старательно кончал в попку Гарри, а затем, плавно выйдя, резко вставил в него уже такую любимую и родную анальную пробку. — Подари мне на день рождения в виде хвостика, хорошо? — прошептал Стайлс, пытаясь сдуть с лица кудряшку, но он был абсолютно обессилен. — Готов был подарить тебе весь мир, пока ты не обкончал меня всего, — смеясь, сказал Луи и лёг рядом с парнем, крепко обнимая его за талию и успокаивающе гладя по бедру. Дверь в аудиторию открылась и зашёл парень, спокойно подошёл к своему мольберту и резко вскрикнул: — Кто опять взял мои кисти?! Смеясь, парни укутались в драпировку и стали придумывать, как оттуда побыстрее сбежать.

***

Тёплое утро, Гарри сопит на плече у Томлинсона, но тут он резко просыпается от противного звука уведомления. Посмотрев на время, он понимает, что уже проспал пару. Резко вскочив, он попутно будит и Луи, который хотел отдохнуть.

***

— Не переживай, ты успеешь. Если что, скажешь, что опоздал на поезд или что-нибудь такое, — Луи пожал плечами, когда они стояли на платформе, парень аккуратно взял Стайлса за руку, сплетая их пальцы. — Хорошо, спасибо, что ты решил меня проводить. Поезд приехал быстрее, чем они ожидали. Просунувшись в вагон, они встали так близко друг к другу, что, кажется, даже их ночной секс был не настолько близким и интимным. Аккуратно гладя Гарри по ягодице, он смотрел в его глаза, пока кудрявый всё ещё немного неловко ощущал себя. — А теперь-то почему тебе неловко? Я твой парень и могу на всех основаниях тебя лапать, — Луи пожал плечами, смотря в бездонные глаза парня. — Просто... Не могу привыкнуть, что ты рядом. И что ты так резко появился в моей жизни, чёртов ты извращенец, — парень засмеялся и уткнулся носом в грудь Луи, а тот легонько чмокнул его в макушку, шепча: — Я люблю тебя, Гарри Стайлс, — он прошептал это так тихо и нежно, что мог слышать лишь милый зеленоглазый парень, который был сейчас счастливее всех в этом мире. — И я тебя люблю, Луи Томлинсон.