Ночная встреча

      Красные туфельки предательски вязли в грязи, тормозя передвижения по пустынному кладбищу, но малышка всё равно упрямо шла вперёд. Её маленькая фигурка терялась в тумане, плотным одеялом окутывающим могилы и одинокие голые деревца. Любому, кто окажется в таком жутком месте поздней ночью станет тревожно, но ведьма чувствовала себя как дома. В тишине каждое хлюпанье многократно отражалось от невидимых стен, но даже этого звука не хватало чтобы разогнать зловещую атмосферу. Где-то вдалеке раздался одинокий крик совы, внезапно скрипнула старая проржавевшая насквозь ограда. Из темноты то и дело выглядывали разнообразные надгробия, обычно в виде пригорюнившихся ангелов с опущенными крыльями. Издалека они выглядели как фигуры людей, мрачной стеной окружающие маленькую девочку. А ей было всё равно. Она была одета в милое красное платьице в крупную бантовую складку и розовые чулочки. Куди цвета красного дерева беззаботно покачивались при каждом шаге. Всё это вместе создавало образ самого милого ребёнка. Всё, кроме угрожающе светящихся болотными огнями глаз.       Именно глаза обычно отталкивали сверстников от Гвендолин. Дети очень чутки. Они видят то, чего не могут взрослые, потому что ещё чисты и невинны. Могут без проблем заглянуть прямо в душу. А её глаза горели зелёным огнём.       Слово «ведьма» никогда не ассоциируется с чем-то хорошим. Ведьма — главная злодейка всех сказок про принцесс и рыцарей, которыми хотят стать все в таком возрасте. Взять хотя бы злых колдуний из историй про Элли в Изумрудном городе, они всегда пугали малышей, стуча кривыми зубами за экранами телевизоров. Многие стали запрещать своим детям играть с ней. О семье Каннингемов давным-давно ходили слухи, преследующие её членов уже несколько поколений подряд, и хоть люди в городе давно привыкли ко всей чертовщине вокруг, с этой фамилией предпочитали не связываться.       Внезапно обо что-то запнулась и едва не упала. Благо успела схватиться за чьё-то надгробие, иначе платье было бы безнадёжно испорчено. Вытащив маленькую ножку из вязкой грязи, прищурилась, чтобы рассмотреть в тумане имя похороненного здесь.       — Спасибо что поддержали, мистер Уил-кин-сон! — длинную фамилию пришлось читать по слогам.       Она не боялась ни могил, ни темноты, ни тумана, ни подозрительных шорохов, доносящихся из каждого уголка этого мрачного места. Нужно было спрятаться от глупых людишек, они никогда не сунутся на кладбище поздней ночью. Гвендолин шмыгнула замёрзшим от долгого нахождения в тумане, носом, и продолжила свой поход в никуда, надеясь набрести на место, где не будет этой жуткой грязи, в которой вязли ноги. Чего ей бояться? Зомби? Зомби не существует. Демоны? Нет смысла бояться мелких бесов, обретающихся на свежих могилах, никто из них не посмеет напасть на маленькую, но всё же ведьму. Единственное чего она хотела — одиночества. Больше никакого внимания от глупых человеческих детей глупых человеческих родителей. Да и дома около неё начали бы скакать как глупые цирковые клоуны, стараясь утешить и успокоить. Гвендолин не любила, когда её жалеют, даже если это делала мама.       Ей стало зябко. Долго гулять в тумане было неприятно, но разворачиваться и иди назад было уже поздно. Знала, что находится где-то на противоположном конце кладбища и скоро наткнётся на забор, узнавая надгробия, которые показывала ей мама. Ведьма знала, что дочь однажды забредёт сюда, поэтому заранее научила ориентироваться по запоминающимся могилам и статуям. Странный навык для малышки. Снова шмыгнула носом, и, подняв голову, встретилась взглядом с... она не знала с кем.       Светящиеся в темноте жёлтые глаза были похожи на лампочки, а их владельца было не разглядеть в тени склепа. Казалось, что это просто два светлячка, зависшие рядом друг с другом, потому что не было видно ни очертаний лица, даже не было намёка на фигуру. Девочкой мгновенно овладело любопытство, поэтому она решила шлёпать по грязи ещё быстрее, уверенно двигаясь к светящимся глазам без зрачков и склеры. Обладатель сего чуда неуверенно покачнулся, а потом всё же решился выйти на лунный свет, чтобы поближе посмотреть на храброе дитя.       Высокое существо, сотканное из самых чёрных теней на свете, едва заметно покачиваясь на лёгком ветру, чуть склонившись, смотрело на Гвендолин. Его лысую голову украшали два больших толстых и ветвистых оленьих рога, а на лице ничего кроме глаз и намёка на нос не было. Тонкие плечи переходили в расширяющиеся и округляющиеся предплечья и заканчивалось всё это тремя длинными когтями. Будто бы вместо ладоней служили «хваталки» игровых автоматов, только больше и толще. Существо парило над землёй. Ног вообще не было, их заменяли не то щупальца, не то длинные лохмотья, рассыпаясь пеплом. Не было ни кожи, ни одежды — ничего. Это был лишь мужской силуэт, будто бы чья-то ожившая тень. Существо не пугало Гвендолин, наоборот, вызывало неподдельные детские любопытство и восторг. На своём коротком веку она ещё не видела такого, даже на страницах маминой волшебной книги.       — Вы кто?       — Ты почему здесь одна в столь поздний час?       У существа был очень приятный, но грустный голос взрослого мужчины с мягким успокаивающим тембром. Сразу же захотелось потрогать его, узнать, откуда слышен его голос и как он говорит, не имея рта.       — Гуляю.       — А твоя мама знает?       — Неа. Я сбежала.       — По кладбищу в одиночку бродить нельзя.       Гвендолин снова шмыгнула носом и недовольно насупилась, показывая, что не хочет продолжать этот разговор. Существо наклонилось к ней, внимательно изучая взглядом — единственным, что казалось в нём живым. Девочка улыбнулась и хитро сощурила глаза, сверкнув зелёными огоньками. Он кивнул, жестом показывая, что понимает, с кем имеет дело. Несмотря на свой пугающий внешний вид буквально излучал незримое добро, да так, что малышке хотелось обнять его. Дети очень чутки. Гвендолин ведьма, но не исключение.       — Ты меня совсем не боишься?       — Нет.       Существо негромко бархатисто рассмеялось, чуть щуря глаза, которые были единственным способом узнать о его настроении. Он несмело протянул массивную руку и ласково погладил по мягким кудрям сгибом массивного когтя. Девочка радостно зацепилась за него ручками, чувствуя что-то твёрдое, как тело, и бархатистое, не такое, как человеческое кожа, но всё равно приятное на ощупь. Некто выпрямился во весь свой рост, и осторожно подхватил гостью, стараясь не ненароком не поранить своими огромными когтями. По пустынному кладбищу разнёсся весёлый детский смех, и у местного сторожа точно добавилось ещё пара седых прядей.       Маленькая ведьма не упустила случая тут же обхватить незнакомца за толстую шею, прижимаясь к его сотканному их черноты телу. Тёплый. Совсем как человек, хоть им и не являлся. В темноте было сложно разглядеть тёмноту, поэтому в ход пошли тактильне ощущения. Потянулась вверх,надеясь достать до интересующей части тела. Едва слышно, нечто вздохнуло, но всё-таки наклонилось вниз, позволяя пощупать всё, что было интересно. Гвендолин залезла на широкое плечо и начала перебирать пальцами по большим ветвистым рогам, вимательно изучая чувствительными подушечками каждый сантиметр. Совсем как олень, только, не совсем олень. Олени ведь травку едят и живут в лесу. А это больше похоже на человека. Девочка смешно сопела, а существо терпиливо стояло не двигаясь, ожидая, пока она закончит.       — И всё же, тебе не следовало убегать ночью из дома. Твои родители должно быть, очень волнуются.       — Мама отправит за мной Графа.       Существо выдало забавный вопросительный звук, который был похож на мурканье, которое обычно издают кошки. Гвен тихо захихикала и пару раз провела по лысой голове ночного собеседника. По ощущениям было чем-то похоже на короткую гладкую шерсть. Но если выбирать между человеческой кожей и кошачьей шерстью, то выигрывало несомненно первое.       — Правильно. Это мамин кот. Он большой и рыжий, мне почти по пояс. Он умный. Он найдёт меня где угодно.       — Мхм-м-м... ведьмин кот, значит. Хорошо. Такому защитнику можно доверять. Но тебе всё равно нельзя так делать. Дети в это время мирно спят в тёплых кроватках, а не ходят по кладбищам, где множество опасностей.       — Я ведьма. Чего мне бояться?       — Милая, не все проблемы решаются магией. Ты ещё юна и неопытна. Пройдёт много времени, прежде чем ты сможешь отличить друга от врага.       — Ты говоришь совсем как моя мама.       Существо тихо рассмеялось и медленно поплыло над землей, неспешно двигаясь над едва заметной дорожкой. Большие когтистые руки осторожно сняли лёгкую малышку с плеча и прижали к широкой груди для большего удобства. Постепенно появлялись знакомые силуэты печальных ангелов, которые были очень популярными надгробиями в этом городе. Они двигались к центру кладбища, но каким-то из обходных путей, где охранник не стал бы искать. Лёгкие покачивания при движении и живое тепло начали постепенно убаюкивать девочку, привыкшую в это время уже давно спать дома. Удивительно, но мёртвое чудовище было таким же тёплым и приятным на ощупь, как и обыкновенный человек.       — Ты так и не сказал кто ты.       — Проклятый призрак. Мама ещё не рассказывала про таких как я?       — Нет, пока нет. Мы наверно не дошли до тебя в книжке.       Тишину нарушало только размеренное дыхание малышки. Медленно наползала сонливсть, пару раз глаза даже сами собой закрывались. Она прижалась к нему щекой и провела ладошкой по широкой груди. Такой чёрный-чёрный, даже чернее неба над головой. Маленькие ручки, при свете полной луны, мерцающей сквозь туман, казалось, светились на таком тёмном фоне. В голове начали постепенно возникать вопросы, которые не давали окончательно заснуть.       — А кто тебя проклял?       — Я не знаю.       — А сколько тебе лет?       — Много.       — Ну сколько?       — Много, — в этот раз это прозвучало с большим нажимом.       Гвендолин шумно засопела и решила обидеться на него. Сложив руки на груди сжалась в клубок на столько сильно, на сколько могла. Было немного неудобно, но это не особо мешало игнорировать привидение. Кажется, он этому был только рад. Молчание продолжалось от силы две минуты, после чего она не выдержала и снова положила голову ему на грудь, доверчиво прижимаясь всем телом.       — А как тебя зовут?       Призрак вдруг остановился. Девочка попыталась заглянуть ему в глаза, но они превратились вдве едва заметные светящиеся щёлочки, или даже две тонкие полосы. Он сощурился, будто бы старательно старался вспомнить что-то, что казалось ему важным. Может, имя? Гвендолин тоже сделала очень серьёзное лицо, изображая бурную мозговую деятельность.       — Не помню, — наконец сдался, издав разочарованный вздох, слегка покачав головой.       — А как мне тогда тебя называть?       — Придумай? — судя по тону, эту тему поднимать больше не хотел, поэтому решил отмахнуться.       Предложение воодушевило девочку. Она немного заёрзала в руках призрака, почувствовав лёгкий прилив энергии, и включила всё своё воображение, что не очень хорошо получалось из-за наступающей усталости. На ум приходили только имена знакомых людей, но ни одно из них не подходило такому существу. Имена персоажей книг и мультфильмов так же совершенно не шли. На что же он похож? Что он? Как его описать? Минуты шли, а вот решение этой задачки этого делать не спешило. Призрак всё так же медленно шёл, постепенно приближаясь к воротам, отделяющим кладбище от остальной части города, принципиально игнорируя вымощенные дорожки. Он обогнул центральный фонтан, пройдя самым неудобным для человека и долгим путём.       Вдруг недалеко от них раздался низкий протяжный кошачий мяв, будто бы он звал кого-то. А хотя, так оно и было. Гвендолин встрепенулась и заёрзала в руках, вертясь во все стороны и пытаясь разглядеть в тумане знакомый силуэт. Вскоре из темноты выглянул громадный тёмно-рыжий кот, размером примерно с лошадь, сверкая лимонно-жёлтыми глазами. Его тело охватывали едва заметные маленькие бледно-жёлтые язычки пламени, которые едва-едва светились в тумане. Кот подошёл ближе, подставил призраку бок и слегка склонил голову. В его умных, даже умнее, чем у некоторых людей, глазах, читалась явная просьба вернуть ребёнка перепуганой матери.       — Граф!       — Это Граф? Ты говорила, что он тебе по пояс, — призрак осторожно посадил девочку коту на загривок.       — Да, но это же волшебный кот! Ты что, не знал что ведьмины коты умеют становиться большими?       — Хм, нет, не знал.       Маленькая ведьма ухватилась руками за шерсть кота, после чего он одним мощным прыжком заскочил на высокий каменный забор. Только животное хотело спрыгнуть, как она вдруг обернулась к призраку. Граф дёрнулся, но успел вовремя затормозить, иначе рисковал сбросить маленького седока со своей широкой спины. Времени придумать ему имя уже не оставалось, поэтому пришлось брякнуть первое, что приходило на ум.       — Я буду называть тебя Тенью! Тень, ладно?       — Да-да, — отозвался тот, явно отмахиваясь.       — Я вернусь! Вернусь, Тень, слышишь! Не забывай про меня!       Граф фыркнул, и подождав пока Гвендолин снова крепко зацепится за его загривок, соскочил вниз в сторону города.