Общение с кошками нормализует артериальное давление...

      Председатель Мяо всегда был… особенным котом. Когда Магнус в приюте для животных выбрал именно Председателя, то его сразу предупредили, что за два года жизни этого кота разные хозяева возвращали обратно уже четыре раза. Магнус искренне не понимал, как можно отказаться от такого чуда, которое ты сам же и привёл в свой дом. Особенно такого красивого, пушистого, гордо держащего мордочку вверх, с умными и хитрыми голубыми глазками. Да, кот вёл себя агрессивно со всеми, кто был ему не по нраву, но разве люди не такие же? Разве люди не ведут себя так же с теми, кто не нравится им? Если бы человека гнали отовсюду, если бы он нигде не чувствовал себя в безопасности, то тоже ощетинился бы на всех и перестал доверять, желая нападать первым. Но с Магнусом ему не нужно было защищаться. С Магнусом ему не нужно было ждать подвоха. Он мог ему всецело доверять и дарить свою преданность и тепло в ответ. И Магнус ни один день не пожалел, что его выбор пал именно на Председателя Мяо. И он ни разу не пожалел, что его выбор пал на Александра Лайтвуда. Для Магнуса тот тоже был особенным.       Особенно в тот день, когда Алек согласился переехать к нему. Однако со своей, как считал Магнус, роскошной задницей Алек перевёз не только шмотки, книги и зубную щётку, но и Дух, мать его, Рождества. Нет, Магнус абсолютно ничего не имел против этого яркого и тёплого праздника, наоборот, каждый год он отрывался с друзьями как в последний раз. Просто он не имел привычки ставить ёлку, наряжать квартиру, запекать рождественскую индейку и выпекать имбирное печенье. Он банально брал из своего бара одну из бутылок и шёл к друзьям, у которых весь этот выше перечисленный набор уже имелся.       В этом году всё было иначе. И Магнус не понимал, как вообще мог согласиться на семичасовой марш смерти в виде поиска и покупки идеальной ёлки, но вечером того же дня он с умилением наблюдал, как Алек с детским восторгом наряжал это вечнозелёное дерево. Вся эта предрождественская суматоха того определённо стоила. Определённо. Алек с таким трепетом доставал каждую ёлочную игрушку из коробки, что Магнус не мог перестать этому умиляться. Взрослый бугай под два метра ростом, а… Магнус ни на граммулечку не удивится, если его серьёзный и брутальный Александр в ночь перед Рождеством оставит около ёлки молоко с печеньем, дабы угостить Санту за принесённые подарки. С Председателем Мяо всё вышло немного сложнее. Тот тут же зашкерился под кроватью, стоило перенести эту ёлку через порог квартиры. Поначалу Магнус пытался ласково его и дозваться, и достать собственными руками, и выкурить за вкусняшку, но тщетно. В итоге было решено, что тот выползет сам, когда проголодается. Выполз. Это Магнус и Алек поняли посреди ночи, когда проснулись от того, что что-то загрохотало по всей квартире, и выбежали из спальни посмотреть. И предстала перед ними прямо Библейская, блять, картина — горизонт у ёлки завален, игрушки, что уцелели, раскатились какая куда, а те, что не выжили - ну, добрая им память, а Председатель Мяо в свойственной ему царской манере сидел рядом, виляя хвостом. И Алек был готов поклясться, что в кошачьем и довольно агрессивном «мяу-мяу» он очень отчётливо услышал вполне себе человеческое «гори синим пламенем, адская супер-макака». Вот без преувеличений, он готов был на это деньги поставить. — Это твоя ёлка, — развёл руками Магнус и скрылся в спальне, давая понять, что не будет вот это вот всё убирать посреди ночи. — Это твой кот, — ответил ему парень, но даже если и был услышан, то безрезультатно.       Алеку осталось только печально вздохнуть и отправиться за веником и совком, чтобы хотя бы убрать осколки. «Завтра он пойдёт и просто купит пластмассовые игрушки», — думал Алек. «Мяо привыкнет», — думал Алек. «Нужно просто показать крохе-коту, что ему нет смысла так остро реагировать на какое-то дерево», — думал Алек.       «Это уже начинает бесить», — думал Алек, когда в очередной раз вставал посреди ночи, чтобы вытащить из-под ёлки кота и вытащить у него из пасти еловую ветку, вернуть эту самую ёлку в вертикаль и собрать игрушки. А ещё надо было постараться не психануть и не выкинуть эту ёлку в окно, а следом за ней и кота. Решение пришло оттуда, откуда вообще не ждали. На следующее утро Алек получил от друга несколько ржачных мемов. Среди них как раз была фотография рождественской ёлки, вокруг которой поставили… решётку! Решётку, Карл! А рядом сидел очень грустный рыжий кот. Очень грустный. И пусть для этого друга эта фотография была просто поводом поржать, то для Алека это было вполне себе отличное и продуманное ноу-хау. Он бы послал корзинку фруктов, если бы знал, кто первый до этого додумался.       Его страданиям и страданиям несчастной ёлки наконец-то пришёл конец. Только вот… — Что это и что оно делает в моей квартире? — вернувшись домой, спросил Магнус, когда оглядел решётку со всех сторон.       Казалось, что вся эта ситуация его тупо забавляла, и он с нетерпением ждал, чем же закончится эта межвидовая битва между человеком, животным и растением. А ещё казалось, что Магнус во всей этой ситуации был единственным победителем. Почему? Потому что все последующие дни Председатель Мяо наворачивал круги вокруг импровизированной ёлочной тюрьмы и орал, будто на дворе уже март и яйца у него горят, будто намазаны красным острым перцем. А Алек чувствовал себя не очень комфортно, потому что иной раз просыпался от того, что Мяо начинал по нему топтаться своими лапками, а в его глазах читалось «Ты хоть понимаешь, что ты натворил, мышь двуногая? Этой ночью я поимел твою мамку. Теперь живи с этим». А ёлка… вам бы понравилось, что вас сначала истязали, пытали, а потом посадили за решётку? Нет. Вот и выходило, что в шоколаде был только Магнус, который только и надеялся что на рождественское чудо.       И чудо произошло вечером в сочельник. Когда Магнус вернулся домой, Алек уже вовсю развалился на диване и лениво втыкал в телевизор. Председатель Мяо спокойно лежал у того на груди, тихо урча и периодически впивая в его грудь коготки, а ёлка стояла целёхонькая и без решётки. — Знаешь, иногда мне кажется, что у нашего кота биполярное расстройство, — пошутил Алек, рукой подзывая Магнуса к себе, чтобы не вставать. — Так теперь это НАШ кот? — Магнус оставил лёгкий поцелуй на губах Алека, а Председателя почесал за ушком, отчего тот начал урчать чуть громче. — Один вопрос. Как? — Я его подкупил, — Алек указал на небольшую искусственную ёлочку, стоявшую рядом с бывшей заключённый и которая была украшена различными кошачьи лакомствами, какие только Алек смог прицепить на пушистые ветки. — Видимо, Мяо тоже хотел украшать ёлку, только у него был задуман свой собственный дизайн. — Знаешь, ты был бы отличным папочкой, — отметил Магнус и соблазнительно прикусил нижнюю губу. — Это предлагаешь или соблазняешь? — усмехнулся Алек, наблюдая за тем, как Магнус встал и направился в сторону спальни, по пути снимая с себя пиджак и расстёгивая рубашку. — Не знаю, — пожал плечами Магнус и, чуть обернувшись, подмигнул, — сам выбери…