Её звали Стайлз Стилински.

Случилось это в пятницу. Пятницу тринадцатое. Шел дождь с грозой. Её звали Стайлз Стилински. Ей было шестнадцать. Она любила мистику. Её больше нет.

Радио раздражает Стайлз своим шипением и она несколько раз постучит по магнитоле, разбивая экран. Её медово-карие глаза наполнены слезами от прежних воспоминаниях в чертовом лофте. Ей больно, так больно морально, что Стилински кусает губы до мяса, чтобы хоть как-то прикрыть эту боль, вот только не помогает. Проклиная лофт Дерека Хейла, Стайлз не справляется с управлением. Боль резко раздается по всему телу, и теперь моральная не так заметна. У неё шок, именно такой диагноз ставит сама себе Стилински, именно поэтому она не кричит от сломанных рёбер, вывиха кисти и раздробленной ноги. Кто-то открывает дверь уже не машины, а огромного куска металлолома. Непутевый водитель не может разглядеть кто этот спаситель, она только чувствует капли дождя на ее лице и холодный асфальт, на котором лежит. «Вызывай скорую. Скорее!» Голос Стилински узнает и, улыбнувшись, с трудом открывает глаза полные ласки и заботы, но в то же время вызывающие дрожь по телу от осознания того, что человек умирает. И Эллисон это слишком хорошо понимает. Девушка пытается не плакать, прижимая тело подруги все крепче к себе, но гиперактивная особа, лежащая в руках, знала, что умрет. Она видела Лидию на дороге, видела те мокрые клубничные локоны, ядовито-зеленые глаза и мертво-бледные губы, которые шептали «Она ждет тебя, Стайлз. Смерть ждет тебя». Арджент не знает, как стая справиться без Стилински, она лишь кричит на Айзека до хрипоты в горле, Стайлз же тихо говорит, что все хорошо. Парень, любящий шарфы, наклоняется и кладет руку на плечо шатенки. Яркая вспышка боли ослепляет его на мгновение и исчезает, будто её и не было. «У меня не получается. Стайлз я не могу. П-п-прости.»-хрипит Айзек, сильнее сжимая плечо. Для него девушка не просто саркастическая машина, она часть в их стаи, а стая без Стайлз… Простите, это слишком трудно представить. «Ты все-таки хороший, но этот шарф меня порядком бесит.» И Айзек смеется от сумасшествия, от безумия и от раздирательного крика Лидии Мартин, крика банши. Эллисон рыдает в объятиях уже неживого тела, вдыхает запах волос мертвой подруги и нежно гладит её волосы. Виски будет ассоциируется у неё именно со Стайлз Стилински, поправка с мертвой Стайлз. Скорая приехала через пятнадцать минут и забрала тело с холодного асфальта, а так же с теплых рук Эллисон Арджент. «Мечислава Стилински умерла 13.08.16 года в 23:42.» Так говорят Шерифу Стилински в больнице. Тот кричит и бьет подходящих санитаров, которые пытаются вколоть успокоительное мужчине. Мелисса успокаивает его, обнимая нежными руками и прижимаясь мокрой щекой к нему. Джон кричит и рыдает, вдыхая запах лекарств от футболки МакКолл, а через несколько минут он уже будет обнимать бездыханное тело дочери. Тело своего ребенка, которая любила улыбаться и ненавидела тайны. Он не знал, что она умирает. Он был на ебанном дежурстве, а должен был быть с ней. С девушкой, которая так похожа на Клаудию, которая была единственной, кто выливал его алкоголь, которая любила лакросс и болела СДВГ. Только теперь её нет. Она больше не напомнит ему о забытых ключах, не будет нелепо улыбается оттого, что где-то напортачила и не поворчит на своего старика за неправильное питание. Потому что Стайлз нет. Джон начинает много пить и уходит с работы, выкинув значок прямо в лицо кому-то из начальства. Он не следит за здоровьем, потому что она делала это за него. Шериф пытается покончить с собой, но Мелисса помогает вылезти из болота, став его якорем. Стайлз была бы рада за них и восхитительно выглядела в платье подруги невесты. Скотт узнал о смерти, можно сказать сестры, от крика банши и воя Айзека. Он смотрел «Звездные войны». Фильм, который Стайлз заставляла его посмотреть долгие годы. Скотт появился в больнице раньше Шерифа. Обычно Стайлз выиграла у смерти, но даже у самых прославленных спортсменов были проигрыши. Парень просто не верит, да и кто поверит, что Стилински умерла в автокатастрофе. От монстра, укуса оборотня, стрелы, да возможно, но не от аварии. Но, видимо, у судьбы отменное чувство юмора, Стайлз уж точно оценила. Скотт убегает. Убегает в лес, где они привязывали Лиама, нашли труп Лоры Хейл, познакомились с Дереком, украли Джексона и напились, точнее напилась. И он улыбается кривой улыбкой, попивая виски с аконитом. Он проклинает эту хуевую жизнь, которая забирает самое ценное. Макколу становится тошно от воспоминаний о этой смешной особе. Скотт отремонтирует джип и оставит себе на память о лучшей подруге, но не забудет, так и будет ночевать возле её могилы, принося известия о всех. Иногда он представляет лес, где они сидят как раньше, только она мертва. И вспомнив об этом, он начинает плакать возле её могилы. Она сидела на камне спиной к Лидии и смотрела на Бэйкон своими глазами. «Вечером в лесу приятно находиться, «-сказала звонким голосом Стайлз, но что-то подсказывало Мартин о плохом. Она будто была приклеена к земле или же тонула в песках. «Ты виновата, Лидия.ТЫ! ТЫ НЕ СМОГЛА МЕНЯ СПАСТИ.Я ТАК НУЖДАЛАСЬ В ТЕБЕ, Лидия» Стайлз повернулась лицом и рыжая уже готова была кричать, но девушка приложила ей палец к губам. «Тс-с… Милая Ариэль.» Её лицо было грязное и в дырах, по которым лазили черви, а губы бледными и синими, даже те живые глаза приобрели холодный оттенок цвета. Это был труп. Стайлз наклонилась, так что их губы почти соприкасались и сказала: «Я люблю тебя, Лидс.» И банши закричала, сдувая свою подругу, как пыль. Лидия приходит в больницу, как лунатик, босиком в ночнушке, с кипишем на голове и только ради ходячей катастрофы, которая так же бы пришла и к ней. Мартин банши. Она должна привыкнуть к смерти, но она не может отпустить Стайлз, потому что не готова жить без нее. Ее обнимает Эллисон в приемной, которая до сих пор рыдает, будто ищет маму. Маму Стайлз. Лидия не плачет, не рыдает и не оплакивает. Она в агонии от боли сгорает в собственном огне, вот только внутри. И Лидия не может спать, ведь ей снится Стилински. Эллисон винит в смерти Стайлз себя. Она чувствует ту беспомощность и наивность, как тогда после нападения альфы в школе. Девушка старается не моргать, ведь стоит ей закрыть глаза, как появятся умершая. Эллисон не может смотреть в глаза друзьям, да и они тоже. Малия узнала о смерти Стайлз через пару дней и даже подумала, что Лейхи шутит, но увидев скопившиеся слезы возле глаз, поняла, Стайлз больше нет. Она вдруг почувствовала, как что-то внутри потерялось, какой-то яркий свет, домашнее тепло и сердце. Это исчезло, как и Стайлз. Малия резко падает в бездонную пучину, в свою душу без яркого луча, по имени Стайлз. Возможно, они и расстались, но эта девушка была её семьей. Она научила её жить ярко и радостно, а как жить теперь? Без её Стилински? Она не знает, да и никто не знает. Она живет в шкуре койота днем, а ночью приходит спать домой к любимой. Шериф укрывает её одеялом и целует в лоб. Лиам лишается сварливый мамочки, которая приходила, уводя его из компании задорных ребят или же она помогала ему вместо Скотта успокаивать себя. А теперь их семьи нет. Без веселой девчушки, она не та. Папа Скотт больше не улыбается, сестра Лидия в своем трансе, тетя Эллисон не смотрит на них и только брат Айзек стал добрее… И он не может понять, как они вообще справлялись без той ещё проблемы по имени Стайлз. Лейхи и правда изменился в лучшую сторону, но только из-за просьбы Стайлз. Ее последней просьбы. Он выглядит сильным и хладнокровным, но ночью сидя в кресле МакКола он молится ей. Не богу, а именно ей. В бога он давно уже не верит, в Стайлз —да. Он тихонько помогает стае окрепнуть и в итоге у него получается: вернуть Скотту надежду, помочь Малии в нахождении якоря (в виде себя), возвратить взгляд Эллисон, восстановить стаю из пепла. Он не заменит Стайлз, но Лиама из плохих компаний уводить сможет. Айзек помог всем, кроме Дерека… Дерек умер. Внутри, но умер. Его сердце остановилось, когда он увидел хладный труп и все. На этом все. У него не было слез, как у Эллисон, агонии, как у Лидии, потери надежды и скуления по Стилински, просто, потому что его сердце раздроблено. Оно больше не может чувствовать, оно только и делает, что впивается осколками в легкие и царапает внутренности, когда Хейл вспоминает свою девочку. Как бы кто не говорил, что виноваты они, Дерек знал, что она погибла из-за него. -Дерек, я люблю тебя…-Стайлз сказала это прямо, прямо в лицо, — Мы с тобой уже долго скрываем наши отношения, но зачем нам страдать? Я люблю тебя и хочу быть с тобой. Брюнет натягивает ухмылку и отходит в сторону от Стилински: -Противна, -единственное, что он произносит. -Что? -все вдруг рушиться внутри Стайлз. -Говорю, ты мне противна. И слышится плач, который сбивает уверенность Хейла. Стайлз Стилински слишком сильная, чтоб плакать. По крайней мере он так думал, но ошибся. Она кричит, пытается бить и выговаривает ему всё дерьмо, которое она думает о Хейле. Вот только шатенка так не думает и Дерек не думает, говоря те слова. Просто они идиоты. Все резко утихает позади парня, нету больше криков, нету нападений и нет Стайлз, как и бутылки виски, стоящей на столе… Дерек и Стайлз идиоты. Вот только Стайлз мертва, а Дерек жив. Пока жив…