Не надо

Джаз запаниковал. Саундвейв хоть и отнёс его к Хуку после догонялок в катакомбах, назад в отсек вёл за «ухо». Было больно и неудобно, ему приходилось идти на полусогнутых ногах, потому что так требовал десептикон. Но даже не это столь пугало Джаза. Его напрягло то, что Саундвейв, водворив питомца в своё личное пространство, тут же куда-то свалил. Явно что-то задумал, гад синежопый! И Джаз бы многое дал, чтобы узнать, что. Вообще, он уже неоднократно жалел, что его не убили сразу после допроса. Время тянулось томительно долго. Можно, конечно, было лечь и уйти в оффлайн, но Джаз боялся. Боялся, что ему снова приснится кошмар вроде предыдущих. Сейчас, когда он был в плену и терпел унижения, для него было важно верить, что на базе его ждут друзья, добрые, понимающие, готовые помочь автоботы, которые откачают его после всего этого, а не добьют… - Шлюшенька, я дома! – известил ненавистный голос после открытия двери. - Ты знаешь, что невежливо молчать в ответ на приветствие? - фыркнул связист, быстро оказавшись рядом с платформой. - Ты тут типа самый вежливый, - тяжело вздохнул Джаз, обречённо подняв на него взгляд. - Не груби, - погрозил пальцем Саундвейв, пряча что-то за спиной в другой руке, - иначе могу наказать, сладенький мой. -И что за игрушку ты притащил теперь? Мне будет очень больно? - Зря ты так поверхностно судишь, - лязгнув ушедшей в пазы маской, оскалился десептикон. - Я вообще-то тебе гостинец принёс, - он наконец показал пленнику то, что прятал. Это был средних размеров довольно аппетитный куб энергона. Джаз недоверчиво взял его в руки и повертел, ища подвох и пытаясь не выронить. - Ты подмешал туда синтетик? - Ага, - грубо, небрежно и честно ответил тот. - Упрощённый вариант схемы «коннекться за еду», - грустно констатировал гонщик, - И сколько там? - Достаточно, чтобы ты полез на мой… - Ладно, я понял, - перебил автобот, лихорадочно думая. Есть хотелось. С таким уровнем энергии он долго не протянет. Но, с другой-то стороны, как унизительно! Он ведь будет сам желать этого, если выпьет! И он даст десептикону сделать это с собой, или, ещё хуже, сам прыгнет к нему на болт. Джаз хорошо помнил это чувство, это непреодолимое желание, когда ты уже готов сколь угодно грубо, в любой позе, когда почти умоляешь партнёра…. Ладно, думать было плохой идеей. Он просто отогнал все мысли и залпом выдул весь куб. Как будто был другой вариант, серьёзно. Саундвейв ухмыльнулся и устроился рядом на платформе. Ожидание входило в его планы. Гонщик же с первых кликов ощутил эффект. Он почувствовал, как его корпус начинает нагреваться. И ладно, это можно было бы терпеть, но игнорировать это тянущее ощущение внизу живота было не так уж и просто. А это неприятное в таком контексте чувство лишь усиливалось… Десептикон внешне не проявлял никаких признаков интереса, правда, под визором косился на пленника. Он даже засёк время, которое тому потребуется на борьбу с гордостью и чувством долга. Джаз не знал, куда себя девать. Мда, в данной ситуации весьма точным было сравнение с нулёвкой: стыдно, страшновато и никвинта не понятно, что же будет дальше. Он вёл тяжёлую внутреннюю борьбу. - Слушай, а вынужденный синтетиком коннект считается за изнасилование? – нервно спросил автобот. - Хм… думаю, да. А почему тебе интересно? – удивлённо отозвался дес. - У моей совести будет меньше поводов изводить меня, если наш контакт будет считаться таковым, - сознался Джаз. Он не мог чётко излагать мысли от накатывающего желания, однако это было и к лучшему. - Не знал, что у тебя есть совесть, - хмыкнул Саундвейв и немного пододвинулся к собеседнику. Тот был упрямым, нужно отметить. Джаз, конечно, заметил это, но попытался игнорировать. Однако его взгляд уже был прикован к десептиконскому связисту и не мог оторваться. Его тёмная фигура казалась такой манящей, привлекательной, властной. О, эти широкие плечи и плоская грудь, к которой так удобно прижиматься, прозрачная дека, которую можно вылизывать, когда он прикоснётся к его антеннам.… Гонщик попытался выбросить из головы навязчивые мысли, но это было уже слишком сложно, даже невозможно. Он уже буквально видел, как его великолепную талию в мощной хватке держат чужие руки, как эти руки лапают его и…. Пленник замотал головой, пытаясь отвертеться от этого видения, но от собственного желания убежать, знаете ли, сложно. И Джаз снова решил действовать быстро, чтобы совесть не успела вмешаться. Саундвейв не успел даже удивлённо охнуть, как автобот оказался сидящим у него на коленях, вернее, колене. Он всё ещё стыдился, но уже практически не мог себя контролировать. Джаз нетерпеливо ёрзал на чужой ноге, размазывая вытекающую из портов смазку по белой броне и вжимаясь промежностью в эту же броню. Он кусал губы и возбуждённо дёргал антеннами, тихо всхлипывая от желания и стесняясь поднять взгляд на своего мучителя. Тот же довольно улыбнулся, ненавязчиво положив ладонь ему на талию. Джаз застеснялся пуще прежнего и попытался поджаться, но только ещё больше нагрелся от этих попыток противостоять. - Ты что-то хочешь сказать, красивая машинка? – Саундвейв взял пленника за подбородок и поднял его голову, заставляя смотреть на себя. Сейчас, раскрасневшийся, дрожащий, со связанными манипуляторами, автоботский лейтенант заводил ещё больше. Создавалась даже некая иллюзия его невинности. А тот молчал, стыдливо кусая губы и поджимая локаторы. - Ты хочешь мне что-то сказать. Давай, говори, - криво улыбнулся дес. - Я согласен на коннект, – выпалил Джаз, чувствуя, как ситуация, набирая скорость, укатывается из-под остатков его контроля. - Что ты сказал? Прости, не расслышал, крошка, - наигранно нежно проворковал связист, плавно поглаживая пленника по боку. - Я… я хочу этого! - А с чего ты взял, что хочу я? Гонщик оквинтевше заморгал. Чужой корпус был дразняще холодным, в нём действительно не чувствовалось никакого желания, которое так мучило его самого. - Ты издеваешься...? – всхлипнул Джаз, уткнувшись фейсплейтом в чужую шею. - Я всего лишь хочу, чтобы до тебя наконец дошёл факт твоей принадлежности мне и моей власти над тобой. - Это ведь всё синтетик, - проскрежетал гонщик. - И, когда его действие закончится… - …я снова накачаю тебя им. Это гораздо проще, чем вылавливать тебя под платформой, - Саундвейв ненавязчиво пододвинул пленника к себе и положил уже оба манипулятора на его талию. – Это будут сумасшедшие ночи. Ты будешь отдаваться мне, стонать в мои губы и молить о том, чтобы я делал это с тобой снова и снова. - Перестань…! – Джаз почувствовал, что потёк сильнее. Горячие струйки поползли по внутренним сторонам его бёдер, пачкая чужие ноги. - О, моя маленькая ушастая шлюшка, ты желаешь. Не противься, вспомни, как тебе было хорошо. Ты успел забыть, как стонал подо мной, кричал «Сильнее, милый», как визжал от удовольствия? - Я не хотел этого! - Но тебе было хорошо. Не обманывай себя. - Почему ты так меня возненавидел? - Потому что ты грязный интер, но, шлак подери, какой упрямый! - И поэтому ты мучаешь меня, когда я желаю этого так, как никогда не желал…? – Джаз понимал, что долго не продержится. Он действительно был очень горд и, хоть его корпус горел, не стал бы ползать на коленях и умолять десептикона. - Да. Поэтому. Я наказываю тебя, плохой мальчик, и мне начинает казаться, что этот способ гораздо эффективнее, - Саундвейв оскалился. Да, его пленник был жутко красив, напуганный и стыдящийся, дрожащий от возбуждения и почти плачущий. - Если ты думаешь, что я смирюсь с этим, то ты глубоко ошибаешься, - криво улыбнулся Джаз и слез с чужих колен. Отвалившись в сторону, он отвернулся к стене от недоумевающего деса. Со связанными манипуляторами будет не особо удобно, но автобот справится. Он устроился поудобнее на боку и, согнув одну ногу в колене, отставил вертикально, чтобы дать себе доступ к порту. В воздухе сильнее запахло смазкой, и Джаз поспешил запустить в себя пальцы. Со связанными руками действительно было неудобно, но это было лучше, чем ничего. Гонщик так давно этого не делал, что, даже если бы его пальцы слушались, было бы сложно. Собственные руки казались ему невероятно холодными, когда он начал растягивать себя ими. Локаторы задёргались, давая понять, что что-то у него всё же получается. Десептикон смотрел и не мог оторвать взгляда. Какой поразительно находчивый ублюдок! И, шлак подери, он начал сам возбуждаться. Возбуждаться от того, как его пленник без доли стеснения стонал и громко всхлипывал от желания. Возбуждался от того, как его локаторы двигались вверх-вниз, как своеобразный индикатор, показывая чувствительность зон, к которым Джаз прикасался, пытаясь себя удовлетворить. Возбуждался, в конце концов, просто потому, что Джаз был невероятно красивым ублюдком. - Ладно, твоя взяла, автоботская шлюха! - фыркнул Саундвейв, резким движением переворачивая пленника на спину. Гонщик томно выдохнул, его приоткрытые губы блестели от влаги. Оптика тускло мерцала под визором. Десептикон взялся за чужой подбородок, большим пальцем водя по тёплым губам и надавливая на них. Улыбнувшись своим мыслям, он грубовато перевернул Джаза на живот. Автобот оказался прижат к платформе. Он не мог толком пошевелиться под чужим корпусом, мешавшим свести ноги, но это только подливало масла в огонь. Саундвейв закинул чужие связанные руки к себе на шею, заставляя пленника прогнуться в спине. Последний сдавленно заскулил и потёрся горячими портами о чужие дразняще холодные паховые щитки. Кассетник же не спешил, наслаждаясь моментом и гладя ставшего податливым и послушным автобота. По бёдрам, немного задержавшись на корме, огладив бока и одной рукой оставшись гладить по животу, чтобы другой подняться и уверенно облапать капот, затем вдоль сине-красных полос скользнув ещё выше и проведя по разогретой шее, чтобы взяться за горло и повернуть голову диверсанта к своему лицу. А затем почувствовать на своих губах чужие губы, прикоснуться глоссой к чужой страстной глоссе, ощутить всё исходившее от пленника желание. Джаз жадно причмокивал, пытаясь максимально углубить поцелуй и стоная в рот партнёра. Он ощущал всю его власть над собой и, как ни странно, всё больше возбуждался от этого. А Саундвейв истязал его, давая тереться об себя, прижиматься, целовать, но не переходя к самой желанной им части. Он мучил гордого автобота нежными поглаживаниями, неспешным и будто бы чисто символическим ответом на поцелуй, мучил, вжимая пылающее тело в ложе. - Вейви, милый! – горячо зашептал Джаз, разорвав такой желанный поцелуй. - Я согласен, я на всё согласен! Я… я буду тебя слушаться! -Честное автоботское? – холодно спросил десептикон, коготками водя по чужой проводке. - Честное, ах! – всхлипнул мех. - Я буду твоим послушным мальчиком! - На остаток своей жизни? И Джаз уже чуть не согласился, но осёкся. - Я жду, шлюхобот! Гонщик приник к чужим губам, что, по его аварийному плану, должно было быть расценено как «да». И план сработал. Всё происходило быстро и жёстко. Джаз заорал, когда в него наконец вставили. Джаз был квинтовски горяч, и всё, кроме него самого, казалось ему ужасно холодным, даже чужой коннектор. Саундвейв приподнялся и, взявшись за чужие бёдра, резко втолкнул. Так как связанные запястья пленника были всё ещё перекинуты через его шею, ему пришлось прогнуться в спине и от этого ещё явственнее прочувствовать это движение. - Неужели… - выдохнул десептикон, вытягивая свой болт назад. - Неужели ты наконец мой, красивая машинка!? – торжествующе зарычал он, снова толкая внутрь. - Да квинта с два! – вырвалось у Джаза. Джаз тут же пожалел об этом, хотя та гордая оскорблённая часть его натуры ликовала. - Что…? – Саундвейв не просто удивился, он обалдел и замер на пару секунд, пытаясь осмыслить только что произошедшее. - Что слышал, - вполголоса отозвался гонщик, понимая, что только что подписал себе смертный приговор. - Жаль, очень жаль, что ты такой плохой мальчик, - укоризненно покачал головой связист. - Что ж… Ты забыл кое о чём. - О чём же? – настороженный таким спокойным тоном, поинтересовался Джаз. - Ты желаешь этого. И первым тебя накажет твоё же желание, - ухмыльнулся кассетник, садясь. Он не стал снимать с коннектора пленника, наоборот, даже поправил его ножки, чтобы тому было удобнее на нём сидеть и прыгать. - Та-ак, это было очевидно…. Подожди, первым? А вторым всё же будешь ты? – относительно успокоившийся было гонщик снова всполошился. - Нет-с, вот тут ты ошибся, - Саундвейв неспешно вытащил что-то из кармана брони и показал Джазу. Это была розовая карточка, на которой значилось: «Улучшение в сфере обслуживания! В течение трёх дней будет открыт бордель. До истечения этого срока всех желающих в интерботы примем без испытательного коннекта. Нежелающих приносить связанными и разоружёнными. По всем вопросам обращаться к Свиндлу.». И вот тут автобот понял, что теперь ему точно конец. Хотя, с другой стороны, сколько раз он это понимал, и всё ещё жив? - Этим ты ничего не добьёшься, - заявил Джаз, пытаясь подавить панику и никуда не девшееся желание. - Я и сейчас ничего не добиваюсь, а так хоть будет от тебя какая-то прибыль. Знаешь, содержание тебя мне не даром обходится. Возможно, это хоть чему-то тебя научит, глупый автобот, - равнодушно откликнулся десептикон. - А что, если меня сломают? - Мне будет жаль. - А если затрахают насмерть, то тебе тоже будет жаль!? - Очень. Джаз замолчал. Ситуация действительно сложилась безвыходная. Он безо всякой поддержки на десептиконской базе, связанный и накачанный синтетиком, сидит на болту у любимца Мегатрона. И ах да, он рискует действительно стать интерботом с лицензией. Нет, конечно, ему и раньше могло не слишком везти, но не настолько тотально! - Вэйв? – неуверенно позвал Джаз, переживая тяжёлую внутреннюю борьбу. - Что такое, красивая машинка? – криво улыбнулся тот. - Может, мы… ну… без этого как-нибудь обойдёмся? – он чувствовал себя предателем, слабаком, последней шлюхой, но, шлак подери, как же он хотел остаться в живых! - Ты должен безропотно подчиняться мне. Более того, ты должен возжелать меня, как бондмейта своего. Ты сделаешь это? - И не мечтай, сутенёр недоделанный!!! - Значит, мне придётся отправить тебя на заработок к доделанному сутенёру, - спокойно констатировал Саундвейв, взяв пленника за «ухо» и потянув его голову к себе. - И, если ты ещё не передумал удовлетворяться, советую сделать это сейчас, - влажно шепнул тот ему на аудиодатчик. - Потому что те, к кому ты попадёшь дальше, будут куда меньше беспокоиться о твоём комфорте, красивая ммм… - последнее слово утонуло в смачном облизывании. Десептикон взял его локатор в рот. - Вэйв, милый, не надо! – взмолился Джаз, начав приседать на чужом коннекторе. - Шлак, шлак, я буду тебя слушаться, не в такой степени, но…. - Ты нужен мне полностью, или не нужен вообще, ушастая шлюха! – в ярости зарычал Саундвейв, вцепившись в чужой бампер. Гонщик тонко завизжал, когда в его корму вонзили когти. - Нет, нет, подожди, тебе ведь нравилось, когда я делал так, да? – затараторил перепуганный автобот, продолжая приседать, но вместе с этим сжимая кольца. Приподнявшись с чужого джампера, он сжал кольца порта до максимума и начал садиться. – Тебе нравится? Ну, нравится же? – в отчаянии стонал Джаз, стараясь не подавать вида, насколько это болезненный процесс. - Есть немного…. Но так мне нравится значительно больше! – гонщик услышал, как чужая вентиляция грозно взвыла, и тут же взвыл сам. Раздирая его бампер когтями, Саундвейв держал в стальной хватке и быстро двигал чужими бёдрами. Джаз был довольно лёгким (для Саундвейва, конечно), его можно было бы даже подкидывать без особого труда. - Ох, Вэйви, милый мой, нежнее! – завизжал автоботский лейтенант, не выдерживая борьбы на два фронта: с чувством автоботского долга, гордостью и с проклятым Саундвейвом. Выбрать что-то одно не представлялось возможным, приходилось метаться от стороны к стороне. - О, да, глупый мальчик, в роли шлюхи тебе будет не в новинку! – десептикон был просто в бешенстве. Он снова вдавил пленника в платформу и, не обращая внимания на его мольбы, крики и всхлипы, долбился в его порт. Он наотмашь лупил Джаза по бамперу, заставляя визжать. А Джаз… Джаз и рад был бы попытаться удрать, хоть и понимал, что будет наказан, но его связанные запястья всё ещё находились за головой у Саундвейва. Он висел на ненавистном десептиконе. В какой-то момент Джаз просто вырубился. Когда он очнулся, из него уже вышли. О том, при каких обстоятельствах, говорил флюид на его животе. Саундвейв расхаживал по отсеку, держа что-то за спиной. - А, наконец ты пришёл в себя, - оскалился десептикон, повернувшись к нему. - Я мог бы сделать это и без твоего наблюдения, но мне хотелось бы видеть твоё лицо в ходе этого процесса, - кассетник сел на платформу, достав из-за своей спины три маркера. - Что ты хочешь сделать? – ещё не успев испугаться, спросил Джаз. - Буду писать комментарии по использованию и подсказки для своих сослуживцев, - нагло улыбнулся Саундвейв, сняв колпачок с чёрного маркера и потянувшись к чужому корпусу. - ТВОЮ Ж ДАНИ, НЕТ! ДОСКУ СЕБЕ ДЛЯ ЭТОГО КУПИ, КРЕТИН! НЕТ!!! Н Е Н А Д О!!! – надрывался гонщик, отпинываясь от деса. На какое-то время его сопротивление спасло его. Зло щёлкнув колпачком, связист направился к столу. Вытащив из его ящика несколько кусков троса, он вернулся к Джазу. Окинул его оценивающим взглядом. Под аккомпанемент отчаянных криков и оскорблений Саундвейв всё же привязал пленника к стулу. С его манипуляторами пришлось повоевать, но, в конце концов, он был закреплён как надо: спинка к спинке, руки к подлокотникам, а ножки к ножкам. - Как же я тебя ненавижу… - проскрежетал Джаз, тяжело дыша. - Ты уже говорил об этом, - ухмыльнулся Саундвейв, нависая над ним. Взяв за подбородок, он, преодолев сопротивление, повернул чужую голову, чтобы писать на щеке. Зубами сняв колпачок, он вывел чёрным «много говорит, но хорошо сосёт» и, немного подумав, поставил стрелочку в сторону рта. - Праймус, спаси меня, - одними губами в ужасе прошептал гонщик, наблюдая, как на его броне изображают неприличные тексты и оскорбления. - Никто не спасёт тебя, ушастая шлюха, - довольно оскалился десептикон, отходя и любуясь делом своих рук.