His black mind, her white soul

Луи не находил себе места и не оставлял попыток разговорить Малика вплоть до того момента, как они приехали в квартиру Лиама. Хотя, даже после этого он продолжал действовать Зейну на нервы своими расспросами, хотя тот отвечал одинаково всякий раз: «Расскажу уже при Лиаме. Я не хочу повторять дважды» Лиам был не очень рад их видеть (как удивительно, не так ли?). Ну еще бы: эти двое ведь не удосужились подумать о «жене, детях и обязанностях» Пейна, а приперлись просто так, в десять утра и без предупреждения, зато с пистолетом (Лиам, увидев оттопыренную футболку Зейна, чуть было не получил инфаркт). Извиняясь перед женой, ему таки удалось выпроводить нежданных гостей на террасу, что имелась в его личном доме, и уже там все обсудить.  — То есть, вы хотите сказать, что знаете, кто распространяет наркотики? — с сомнением переспросил Пейн.  — Я не знаю и говорить ничего не хочу, — встрял Лу. — Он знает, а мне просто интересно.  — Ну, так, может, уже просветишь нас? Зейн с довольными видом йоды уперся на выкрашенные в белый перила у ступенек, и закурил, хоть как Лиам и пытался отобрать у него сигарету.  — Девушки, — коротко сказал Малик, все не переставая гордиться собой.  — Что, прости? — уточнил Томлинсон, думая, что не правильно расслышал.  — Это какой-то новый клан, или семья, или просто компания. Суть в том, что заправляет у них там всем девушка. Последовала секундная пауза, в течении которой Луи и Лиам переглядывались между собой, а потом пялились на своего просветителя.  — Слушай, тут или мы тупые, или ты умничаешь, — подитожил Пейн. — Объясни все по порядку. Зейн вздохнул, со скучающим видом сделал еще пару затяжек и, потушив сигарету, начал раскладывать по полочкам свои умозаключения.  — Сегодня утром, Лиам, Луи обнаружил прикрепленную к нашим входным дверям записку. Листок бумаги и роза, пронизаны ножом. Нож самый обыкновенный, он нам ничего не даст. А вот остальное… Лу, повторишь, что там в записке писалось? — парень послушно повторил строки, но, кажется, все еще ничего не понимал. А к Лиаму, судя по всему, начинало доходить. — Я не знаю, откуда это, но это не важно. Будь это мужчина, или даже парень, он бы просто написал какую-то угрозу, или изрезал бы нашу дверь этим самым ножом, или подкинул бы дохлое животное. Ну, как мы сами делали. А здесь все очень…  — Утонченно, — подсказал Пейн. — Явно женский стиль. Еще и роза.  — Об этом я и говорю, — подтвердил Зейн, кивая в подтверждение своих слов. — Поэтому я считаю, что мы имеем дело с прекрасным полом.  — Тогда нам придется в разы труднее, чем раньше, — очень кстати заметил Лиам. — Девушки куда более изобретательны мужчин.  — И именно поэтому — куда опаснее, — добавил Малик.  — И именно поэтому мне нравятся парни, — закатил глаза Луи и направился в машину — он страшно не любил, когда парни начинали играть в шпионов. Хотя сам и научил их этих игр.

***

6 лет назад  — Эй, парни! Закругляйтесь, у нас есть работа. Зейн вернулся домой раздраженный и злой, так что не удивительно, что он хотел испортить настроение остальным, поэтому и начал командовать с порога. Парни, тем временем, занимались, кто чем: Гарри копошился за компьютером, сидя на кухне, Луи крутился около него; кажется, он что-то готовил, но, судя по запаху, это что-то уже подгорело. Лиам чистил пистолеты в гостиной. Никто даже с места не сдвинулся, услышав Зейна, к слову.  — Как отец? — поинтересовался Пейн, когда Зейн вошел в комнату.  — Все также. Док говорит, что шансы пятьдесят на пятьдесят, — едва ли не шепотом ответил парень. Он пытался казаться спокойным, честно, пытался, но сжатые кулаки и напряженные скулы говорили, что его попытки безуспешны. — Они ответят за это, — вспыхнул парень, выпуская свою злость на хрустальную вазу, что теперь валялась разбитая. Откуда она вообще тут взялась?  — Успокойся, Зейн. Сядь, — ровным тоном произнес Лиам, глядя прямо на друга. Малик сам не понял, почему, но послушался. — Мы не можем действовать без приказа. Это будет самовольность и…  — Да плевать я на это хотел, — прошипел Зейн и вновь подорвался с дивана, теперь направляясь на кухню. Уравновешенный вид Луи и Гарри его взбесил и показался равнодушным. Парни сразу почувствовали, что сегодня с Маликом лучше не шутить; Гарри предусмотрительно закрыл ноутбук и прижал его поближе к себе.  — Значит так, вы двое. Ты, — он посмотрел на Томлинсона, — сейчас одеваешься как человек и идешь заводить машину, ждешь нас с Лиамом. А ты, — пришла очередь Гарри, — сидишь тут и не мешаешь. В случае, если мы не вернемся до вечера, сообщаешь нашим парням.  — Что сообщить? — нерешительно переспросил Стайлс.  — Что они должны доделать работу за нас. Пошли.

***

Если с первой своей утренней неожиданностью Зейн кое-как таки управился (хотя еще предстояло выяснить, что имели ввиду отправительницы послания, цитируя Данте), то со второй еще только предстояло столкнуться. Джиджи хотела, чтобы Зейн пришел к ней на ужин, дабы познакомится с её лучшей подружкой. Что ж, если она хочет, то пожалуйста. Зейн будет самым прелестным парнем из всех, которых когда-либо видел свет.  — Эта её лучшая подруга… — начал Зейн, стоя перед зеркалом в своей спальне и поправляя галстук. На спинке стула рядом весел пиджак, купленный по совету Томлинсона.  — Лили, — уместно подсказал Луи.  — Да, Лили… Она… Нормальная? Ну, в смысле, ты с ней знаком?  — Она довольно нормальная, да, — улыбнулся Луи. — Может быть слегка резкой, если ты ей не понравишься, но это только из-за её чрезмерной заботы за Джиджи.  — Ты тоже такой чести удостоился? — с усмешкой спросил Малик.  — Лили меня терпеть не может. Думает, что я какой-то альфонс и качаю с Джи деньги. И плевать ей на то, что я гей. А так она нормальная, конечно. Зейн опять улыбнулся уголком рта и, взглянув на часы, направился к выходу. Луи оставался дома: они приняли тот факт, что Томлинсон будет жить здесь, как что-то само собой разумеющейся и не требующее обсуждений.  — Только попробуй выкинуть какой-то фокус, пока меня не будет. Я знаю, чего от тебя можно ожидать, — на всякий случай предупредил Малик, выходя из квартиры.  — Лили считает меня альфонсом, а ты что же? Думаешь, я подделаю документы и продам твою квартиру, пока тебя нет? — иронизировал Луи. После трехчасовой прогулки по торговым центрам он чувствовал себя устало и хотел просто выспаться, а напакостить Зейну он всегда успеет.  — Я сказал, что знаю, чего от тебя ожидать. Продажа квартиры — это очень банально, как для тебя. Какой-то свиньи от тебя можно ожидать, когда мы будем в тебя больше всего нуждаться. С такими словами Зейн покинул квартиру и Луи только и оставалось, что стоять, пристиженным, и пялиться на свое отражение в зеркале. Оттуда на него смотрел худощавый парень, который давно перестал ухаживать за собой, но все же не терял какого-то былого шарма, что был у него с рождения. Щеки запали, под глазами круги, руки в синяках и ссадинах — опять подрался с кем-то в клубе, но такие проишествия он даже не запоминал: чересчур уж часто с ним такое приключалось, чтобы уделять этому внимание. Одежда тоже оставляет желать лучшего. А вот зато у Зейна полно классных шмоток… Только подумав так, Лу улыбнулся самому себе и направился в спальню Малика — колоссальную месть он придумает позже, а вот на пару футболок Зейн точно не обеднеет.