Однажды в Совёнке

      Горн на завтрак разбудит меня даже под транквилизаторами. Я потянулась и открыла глаза. Алиса лежала рядом, вот ее-то завтрак не сильно волновал. Стало быть, вчера нагулялась и вернулась домой. Это хорошо, одной проблемой меньше. Понятия не имею, во сколько она пришла. Но было очевидно, что она крайне негативно отнесется к тому, чтобы сейчас ее будили. Хотя оставлять ее одну тоже плохая идея. Мною было принято решение. — Алиса, вставай! — Ещё пять минуточек.       Спонтанные решения — моя стихия. В дело вступил метод пробуждения при помощи щекотки. — Хахаха, ну хва-ахаха. Ну, хватит, все. Встаю я, встаю!       На удивление метод сработал. Кроме того, она осталась при хорошем настрое.       Мы направились к умывальникам. Вселенная мне улыбнулась. Кто-то из пионеров спросонок оставил новенькую баночку зубного порошка. Дальше по списку столовая. Чудом успели забрать свои порции, пока на них не налетели вечно голодные пионеры. Все было идеально, пока ОД не подошла к нашему столику. — Двачевская, ты не забыла какой сегодня день? — Среда? — Это конечно верно, а ещё сегодня ты с Женей дежуришь в столовой. Правда она почему-то не может. — Ничего страшного, Ольга Дмитриевна. Мне вот Юля поможет, мы справимся. — Вот и замечательно, — вожатая быстро исчезла так, что я не успела возразить. — Алис, ты же знаешь, что можно было отказаться. Я говорила тебе об этом. — Извини, как-то вылетело из головы. Я только начинаю отвыкать от пионерских обязанностей. — Так и быть, на первый раз прощу. Более того, помогу.       Закончив уборку, наконец, мы вышли из здания. И тут я решила выяснить все умолчания. — Почему ты тогда сказала «я не хочу, чтобы ты в меня влюбилась»? — Не хочу, чтобы получилось как с Леной. — А это как? — Разве ты не знаешь? — Ты, скорее всего, имеешь в виду вашу первую смену. Прости, но я не особо наблюдала за лагерями, где одни только копии. Там же все по кругу повторяется, мне не казалось это интересным. Но видимо я ошибалась. — Юль, ты уверенна, что хочешь услышать эту историю? — Конечно, если ты готова поделиться. — День отъезда не прошел без происшествий. Я лежала на пляже, неподалеку от ОД. Прибежала Мику вся в слезах и начала вываливать свой поток слов на вожатую. Оказалось, она зашла в свой дом, чтобы начать собирать вещи. Но обнаружила истекающую кровью Лену. Эта дура вскрылась, и рассчитывала, что Мику опять весь день проведет в музыкальном клубе. Спасти Ленку не удалось. Чтобы не наводить среди пионеров панику, ОД велела Мику держать язык за зубами. Странно, что ты не слышала эту историю. Ведь наша Мику точно так же, как и я прожила первую неделю, и не рассказала тебе о таком. — Бьюсь об заклад, у Мику были причины не вспоминать об этом. Возможно, это событие на нее сильно повлияло. Этим можно и объяснить почему она возмущалась когда я рассказывала про… Хотя сейчас не это важно. Ты то, как причастна к этому событию? — Во время обеда Ульянка вспомнила про письмо, которое ей дала Лена, адресованное мне.

***

— А что в нем? — Больно мне нужны ваши секреты! — Ульяна надула губки и скрестила руки. — Понятно, что же такого она тебе пообещала за тайну переписки? — Мешок конфет, если ты скажешь, что конверт не был вскрыт. И еще ты должна его прочесть в одиночестве, наверняка что-то компроматное. Расскажешь потом? — Не-а. Эй, не вешай нос! Я тебе потом сама конфет куплю в райцентре, каких захочешь, — Ленка то уже не сможет выполнить своё обещание. Но Уле об этом знать не стоит.

***

— Алис, если ты не готова рассказывать, то не надо. — А? Н-нет, просто воспоминания тяжелые. Лена хотела, чтобы я прочитала это обращение без лишних глаз. Но я не выполнила эту просьбу, а зря. Разорвала конверт прямо в столовой, и начала читать. Ульянка все спрашивала «ну что там?». Глаза дошли до последних строк, и на них накатились слезы. В тот момент я и поняла, лучше бы делала, как велит Лена. В столовой воцарилась тишина, и все уставились на меня. Двачевская плачет, вот зрелище то! Естественно я оттуда вылетела пулей. — Не томи уже, что за письмо такое, которое вызывает бурю эмоций?       Алиса протянула мне листочек, который оставался при ней, не смотря на смену циклов. «Привет, Алиса! Прости, что собираюсь сейчас вывалить на тебя правду, но ты должна ее знать. Ты всегда огрызалась на меня когда я хвостиком за тобой бегала. Сама как думаешь, почему? Я не могла иначе. Мне было жизненно необходимо быть рядом с тобой. Черт возьми, я любила тебя! Все это время мечтала лишь раз обнять тебя, или банально за руку подержать. Но ты отвергала любые мои попытки хотя бы подружиться. Каждый раз ты разрывала мне сердце, причиняла жуткую боль. Я поехала в этот лагерь в надежде, что со сменой обстановки твое отношение ко мне хоть чуточку измениться. Но все стало только хуже. Помнишь, на пляже ты мне крикнула: «Хватит пялиться, Ленка! А то не посмотрю что ты девушка, будешь ходить с фингалом как у Электроника». В тот момент я испытала не только стыд, но и предательство любимого человека. Это стало последней каплей, надежды не осталось. Моя жизнь потеряла смысл». — Она была влюблена в меня, а я этого даже не видела, не замечала, как она страдает. Безобидную шутку она восприняла радикально. Я убила ее неосознанно. Вот как я к этому причастна. — Теперь понятно, почему у Лены нет своего лагеря, и в списке замороженных пионеров она не числится. — Когда смена началась второй раз, я подумала что это мой шанс спасти ее. И у меня получилось, я подружилась с ней, все было хорошо. Но выходит, это была лишь ее копия. Оригинальная Лена умерла и ничего уже нельзя исправить, — Алиса села на ступеньки крыльца, — Я не могу никого спасти. Более того, я могу даже навредить как в ситуации с травмой Мику. — Понимаю, тебя пугает перспектива трагичных исходов. Но если постоянно будешь избегать судьбоносных решений, то крупно пожалеешь впоследствии. Ведь никогда не знаешь наверняка ждет ли тебя куча стекла или ванильный хэппи энд. — Я боюсь, — моя собеседница перешла на шепот. Возможно, даже не хотела, чтобы я слышала последующие слова. Она ведь еще не привыкла к моему кошачьему слуху, — боюсь потерять тебя. Ты мне дорога.       Конечно, приятно было такое услышать, но что ответить я не знала. Да и вряд ли Алиса ждала ответа. Неловкое молчание прервала прибежавшая Женя. — Как хорошо, вы ещё здесь, — пытаясь отдышаться, произнесла девушка. — Что случилось-то? — Там Кевин пришел. — И что в этом удивительного? — Он с ОД разговаривает. Она ему что-то вроде экскурсии по совёнку устроила. — Чего? Где они? — В моей библиотеке. — Он теперь и марионеткам своим показаться решил? И именно в нашем лагере! Да что у него в голове твориться, ну я ему сейчас задам! — Бурчала я себе под нос, направляясь к зданию библиотеки.       Дверь тихого помещения с грохотом ударилась о стену. — Чтобы ты не планировал тут натворить, немедленно прекрати! — Начала я орать на Кевина. — Юля, как ты смеешь себя так вести в присутствии администратора нашего лагеря? — ОД встала на его защиту, — перед тобой Кевин Генда, сын основателя совёнка! — Спасибо, Олечка, дальше я сам. Не могли бы вы оставить меня наедине с этой наглой пионеркой? — Вот же нахал! Ну, он хотя бы остановил нравоучительную лекцию. — Хорошо, только вы не сильно ее ругайте, — прошептала Кевину вожатая, после чего удалилась из помещения. — Ты нафига администратором прикидываешься? Зачем было придумывать, что ты сын этого Генды? — начала я свой допрос. — А я и не наврал. Статуя на площади и правда мой отец. — Так вот почему ты создаешь эти замкнутые пространства лагерей? Наверно, в детстве отец постоянно тебя отправлял в совёнок, и он стал для тебя родным домом. Даже после смерти ты не можешь расстаться с этим местом…       От моих размышлений Кевин рассмеялся. — Нет, нет и ещё раз нет. Вспомни, как выглядит лагерь в нормальном течении времени. — Заброшка с кучей пыли. — Я не про это. В оригинальном лагере на площади стоит Ленин. Я не фанат этого чувака. А вот отца люблю, поэтому в моих лагерях стоит статуя бати. — Эх, моя невнимательность когда-нибудь меня погубит. Ладно, продолжим. Зачем ты добавил нам оленя? — О, ты его уже видела? Милашка, правда? Забрел на территорию, и я его тут же скопировал и разбросал по лагерям, — пожалуй, не буду рассказывать ему, что мы сделали со зверушкой. — А тут что делаешь? — Так Женька ведь стрелы просила новые, вот я и принес. Ну и проверить заодно, как вы тут. Может ещё чего нужно? — Он улыбнулся и склонил голову. — Лично мне пока что ничего не требуется. Слушай, а зачем ты ОД нашей решил показаться? — Эксперименты, — коротко ответил парень.       Я скрестила руки и фыркнула. — То есть ты ничего зловещего не планируешь? — Это не в моих правилах. Я никогда не причиняю вреда живым пионерам, ты ведь знаешь. — Да, знаю. Просто ты в последнее время ведешь себя странно, и я чувствую — что-то не так. — Ладно, раскусила, — огорченно бросил Кевин. — Ага, я так и знала! Рассказывай.       Он тяжело вздохнул и начал. — Как ты помнишь, совёнок хоть и заброшен, но в полной сохранности. На лагерь не только зверушки забредают. Простых сталкеров и грибников я не трогаю, а вот мародеры… С ними другой разговор. Я делаю отдельные лагеря ужасов для них. Мариную разбойников пару месяцев, после чего отпускаю. Они с криками убегают и больше не возвращаются. Вот и сейчас у меня такая же работенка подвернулась. Учитывая это, плюс проект с Сёмкой, плюс забота о живых пионерах, я попросту не успеваю. — Так вот в чем дело, ты устал. — Нужен помощник, — с глазами полными надежды, он посмотрел на меня. — Ну, уж нет, ты мне и так проблем подкинул. Возьми, например, ту же Женьку. Она твоему мародеру засадит стрелы в мягкое место. — Думаешь, согласится? — Я поговорю с ней, если хочешь. — Это ведь хороший повод наладить с Женей отношения, да? А то злится на меня практически ни за что. Вот сдался ей Сёмка, всё-равно от него никакого толка. Сколько ни пытаюсь сделать из него человека — бесполезно! Дуб дубом, чес слово. — Только смотри при ней так не говори. — Хорошо, я вернусь вечером. Пусть будет готова. Скажи, чтобы ждала на площади. — Сделаем, товарищ администратор! — Никудышный из тебя пионер конечно, — Кевин с ухмылкой прокомментировал мою фразу. — На твоем месте я бы оставила эти шуточки при себе, а то помогать не буду. — Но ведь, правда, — продолжал он. — Все, я ухожу!       Перед библиотекой стояли Женя с Алисой, не решались войти. Они заметили меня, и Женя стала расспрашивать, что было внутри. Прозвенел гон на обед. Мы направились к столовой, по пути я передала Жене просьбу Кевина. Она задумалась на минуту, потом дала своё согласие.       Закончив трапезу, я собиралась покинуть помещение, но Алиса взяла меня за руку. — Ты забыла? — Робко спросила девушка. — Блин, уборка, точно!       Я села обратно, и принялась ждать, пока все столы опустеют.       Мы с Алисой вооружились тряпками и принялись за дело. Мне это занятие даже напомнило первый день в совёнке. Только тогда я подметала, и у меня в наушниках играла любимая группа. Но сейчас я разговаривала с Алисой, а это было куда приятнее. — Юль, а почему в этом лагере не хватает Ульяны и Лены? — Я поселилась тут позже Жени с Мику, но думаю, это они попросили Кевина убрать клонов Ульяны, Лены и… Тебя. — Как ты думаешь, почему? — Наверное, для спокойной жизни. Ты с Ульянкой ведь постоянно пакости устраивала. — Это правда. — А Лену, вероятно, убрала Мику. Я думаю, из-за случая, который ты мне рассказала. — Выходит, Мику подумала, что Лена каждый раз будет с жизнью кончать. Она ведь не знала из-за чего…       Точнее из-за кого. Если бы я не знала, что это происшествие случилось во времена СССР, я бы подумала, что Лена пересмотрела «Сумерки». «Отдать жизнь за любимого человека не худшая смерть…», и всё в этом духе. — Я придумала, какой фильм мы сегодня вечером посмотрим! — Жду с нетерпением! — Алиса улыбнулась.       После уборки рыжая красавица предложила отправиться в музыкальный клуб. Из нас получилось неплохое трио. Алиса играла на электрогитаре. Мику за орудовала клавишными, а я на ударной установке. Так можно и группу организовать. Репетиция продлилась до ужина.       Опустошив тарелки, мы уже не стали убираться, а направились домой. Пусть с этим разбираются следующие по списку дежурные.       Достигнув своей кровати, я впервые за день прилегла и включила фильм. После первой части Алиса потребовала продолжение. Вторую часть я ещё выдержала, а вот на третьей глаза начали слипаться. Я провалилась в сон.