Новогоднее желание

POV САША Все как на иголках с самого утра. Нервные, со встроенным на спине, как у Карлсона, моторчиком. Ведь надо все-при все успеть. Сегодня же не просто день, а тридцать первое декабря. Сестра носится, как угорелая, подметая полы и вытирая пыль, и еще при этом параллельно шпыняет свою одиннадцатилетнюю дочь Юлю, чтобы та не пялилась в смартфон. И при этом укоризненно смотрит на меня, мол, ей хватает одной заторможенной, витающей в облаках. Конечно. С утра все мысли только о Максе. Всего два дня не виделись, и дыхание спирает от того, как сильно по нему соскучилась. Только бы у него получилось приехать в новогоднюю ночь. Только бы все срослось. Загадала, если он приедет до боя курант, и мы вместе встретим Новый год, то у нас все сложится, его жена даст развод, отпустит. Если после — будут сложности. Но мы справимся, я верю. Если вообще не приедет, то не судьба. Но об этом думать совсем не хотелось. «Треньк». Я хватаю телефон и чуть не опрокидываю чашку кофе. Только не хватало смартфон искупать в бодрящем утреннем напитке. Любовь любовью, но за руками надо следить, а то окружающие подумают, что они у меня из одного места растут. «Доброе утро, Сашуля», — улыбаюсь, чувствую, как кровь приливает к лицу. Не часто он меня так называет, — «с наступающим Новым годом. Пусть для нас он будет счастливым, и мы проведем его, и не только его, вместе. Ты же не против? Я постараюсь приехать к Новому году». Я вздыхаю. Конечно не против. Раз написал, значит говорить не может. А так хотелось бы позвонить ему и услышать голос. Отношения на стороне — демо-версия отношений. Пиратская демо-версия. Невозможно позвонить тогда, когда хочется. Страшно нарваться на его жену. Не хочу встречаться с этой мадам. Хотя мне это в последнее время стало сниться в кошмарах. Что она приезжает на квартиру к Максу и застает нас. Какое счастье, что я переехала на свою квартиру. Так намного спокойней. «Конечно, я буду ждать». Пишу ему адрес квартиры сестры, где мы будем отмечать Новый год. «До встречи», — написал он. Не так давно видела фотографии жены Максима в одной социальной, она точно модель. Но видно, что и без пластики не обошлось. Нос вполне возможно, делали хирурги. Худющая. Наверняка, даже меньше моих пятидесяти пяти килограмм. Но по своему весу совсем не переживаю, меня он устраивает. Смотрела на себя в зеркало и удивлялась, что во мне нашел Макс… Известный хоккеист, не обделенный вниманием поклонниц. Да, я не уродина, но и красавицей меня назвать сложно. Каштановые волосы по плечи, любящие отдельными прядями вставать майским одуванчиком, да еще и виться при этом, карие миндалевидные глаза, прямой округлый носик. Кожа лица иногда сюрпризы подбрасывает в виде прыщиков, и это в двадцать то четыре года. Щеки пухлые. Хотя моя подруга и утверждает, что пухлых щек я еще не видела. Грудь. Ну. Спасибо и на этом. Вот чем горжусь — так это бедрами. И ноги вполне себе стройные. Утренняя гимнастика знает свое дело. Особо успехов не имею, работа скромная, но такая приятная сердцу. И живу в любимом городе. Вот так посчастливилось. Влюбилась в Макса. А он - в меня. И все бы и ничего, но он женат. Я часто вспоминаю нашу первую встречу, когда он перелез через балкон, чтобы открыть мне дверь. Я на самом деле очень испугалась за него. Хотела отговорить, но не успела. Мало ли что, а я буду виновата. Сердце бешено билось, пока он там занимался балконным альпинизмом. Успокоилась лишь тогда, когда Макс открыл дверь, улыбнувшись мне. Вот в тот момент я, кажется, и пропала. Циферблат на мобильном извещает, что до Нового года осталось восемь часов. POV МАКСИМ Я оставил телефон на столе и посмотрел на часы. До новогодней ночи оставалось восемь часов. Мама с утра у плиты, Катя хлопочет по дому. Ее по-прежнему мутит от вида еды. Третий месяц беременности и такой токсикоз. Хотя врачи говорят, что это нормально. В последнее время она чересчур капризна. Это ей не нравится, то неудобно. То душно, то жарко, и, конечно же, не пей свой противный кофе при мне. Я терплю, пытаюсь. Каких сил мне стоит не срываться на ее капризы. И все больше замыкаюсь в себе, не общаясь с Катей. Все мысли о Саше, и о них лучше никому не знать. Я вспоминаю декабрьский вечер, когда отец раскусил меня. Пожалуй, он единственный в моей семье, кто понял меня. Что я люблю другую. Но она не знает, что Катя ждет ребенка и возможно, от меня. Загадал, что если встречу Новый год с Сашей, то история с разводом пройдет безболезненно. Ха, так не бывает. А если всё-таки не успею к ней до боя курант, то нас ждут серьезные испытания. Третьего варианта, что я не смогу совсем, даже не рассматриваю. — Максим, помоги, пожалуйста, посуду достать, — Катя зовет из гостиной. Я ставлю чашку из-под кофе в раковину, чмокаю маму в щеку, которая что-то мешает в кастрюле, и совсем забываю о мобильном, лежащем на столе. — Иду. В гостиной Катя ставит стул к серванту с намерением достать тарелки с верхней полки. — Вон те, с фиолетовой каемкой. — Хорошо. Я открываю стеклянные дверцы серванта, встаю на стул и достаю стопку тарелок, на которую указывает Катя, отношу их на стол. — Ты так и будешь теперь со мной односложно разговаривать? — Катя чуть склонила голову набок. — М-м-м, — я даже не знаю, что на это сказать. — Макс. — А что ты хочешь услышать? — Хоть что-то больше, чем два слова за предложение. — Пожалуйста, услышала, — я нервно вздыхаю. — Я бы хотела, чтобы мы помирились до Нового года, — говорит Катя. — Что? POV САША Сижу, улыбаюсь и пытаюсь прикрыть улыбку рукой, прислонив к ней голову и опершись локтем о стол. — Саша, ты продолжаешь с ним общаться? — спрашивает Света, строго посмотрев на меня. — Да, — говорю я без тени сомнения. Мы давно не виделись с сестрой, но что-то по телефону я ей рассказываю. — «Парней так много холостых, а я люблю женатого», — сестра вспоминает известную песню и в излюбленной манере качает головой. — А что поделать, если мне одни женатые попадаются? — я вопросительно смотрю на нее. Света знает эту историю. — Эх, Саша… — Ну не вздыхай. Я верю Максу, — упрямо говорю я. — Что с тобой будет, если он тебе сердце разобьет? Если вдруг не сдержит обещания? И где твоя гордость? Саша, он женат, — пытается вразумить, но, по-моему, это все бесполезно. Где живет счастье, гордости места нет. А я счастлива. Окончательно я сдалась, когда Максим меня остановил. Я на самом деле не была готова тогда уйти. Мне нелегко дался тот разговор. Но он не дал мне сделать шаг назад, бросить его. Я впервые почувствовала, что нужна. И он пообещал, что я никогда не буду второй. Ту ночь мы провели вместе, забыв обо всем. И у меня такого никогда ни с кем не случалось. Чувство странное, непонятное, но наполняющее... Жизнью? — Света… Я не знаю, — я на самом деле этого не знаю. POV МАКСИМ — Что? Вот так новости… К такому я не готов. Что опять Катя задумала? — Помирились? — я очень удивляюсь. Уж чего, а такого от Кати не ожидал. Думал, она готова на развод. Но оказывается, нет. Катя подходит ко мне и кладет свои руки мне на плечи. Неприятные ощущения. Мурашки пробежали. Как от холода. Думаю, она хотела бы и притянуть меня к себе, но не решается. Мы слишком далеко друг от друга. — Хотя бы ради ребенка. — Но… — Сейчас это не важно, потому что он — с нами и все слышит. Я вздыхаю. — Я подумаю, — говорю сухо. Это удар ниже пояса. Уже с утра гадаю, как мне уехать к Саше до боя курант, а тут такое заявление. Неожиданность года. Да, жаль, что у меня нет электроника. Его бы здесь оставил, а сам спокойно поехал к Саше. Она сама до последнего не знала, что приедет в Череповец. Я бы все устроил, чтобы встретить праздник с ней. Катя уносит на кухню помыть тарелки, оставив меня одного. … Со мною вот что происходит: совсем не та ко мне приходит, мне руки на плечи кладёт и у другой меня крадёт… Я вздрагиваю. В гостиной включился телевизор. Видно, папа опять притаился на диване и слышал наш с Катей разговор. Удобный у нас диван. Стоит в центре комнаты к телевизору, закрытый пледом. Если кто-то входит в комнату, то лежащего на диване сразу не заметит. А тут по тв еще и «Ирония судьбы». Как иронично. Совсем по-другому теперь воспринимаю эту песню. Дорос, видимо. …Со мною вот что происходит… — Со мною вот что происходит, — я допел песню с Никитиным, хмыкнул и вздохнул, глядя, как на экране Женя Лукашин и Галя наряжают елку. Звук телевизора затухает. — Максим, ты еще здесь? Папа, видимо, подумал, что мы ушли вместе с Катей. — Да. — И что будешь делать? — отец садится на диване и приглашает меня к себе. — Напьюсь и в баню пойду, — шучу я, — точнее наоборот. — Да уж. Вариант на все случаи жизни. А я серьезно, между прочим. — А если серьезно, то я обязан встретить этот Новый год с Сашей, я обещал. Она здесь с семьей. — Ну и как ты себе это представляешь? — серьезно спрашивает папа. — Есть у меня одна идейка… — Я не про Сашу, я про Катю. Ты помни, что, увы, все еще женат. Я, конечно, на твоей стороне, но… — Я прокололся с ее днем рождения. Если еще и не исполню обещание с новым годом… — Не давай невыполнимых обещаний, совет на будущее. Я уставился на свои руки, мои планы рушились, но я не готов это принять. — У вас еще много совместных праздников будет. Если она тебя любит, то все поймет. — Пап, думаю, Катя не будет гулять всю ночь. Когда она заснет, прикрой меня перед мамой. А я поеду к Саше, — я смотрю на отца. Не знаю, что папа увидел в моем взгляде, но он соглашается мне помочь. POV САША На обед с сестрой нарезаем салатик. Она включает телевизор на кухне, а там «Ирония судьбы», Женя поет Гале «никого не будет в доме». Вспоминаю, как осенью Максим играл мне на гитаре. Романтично это, очень. — Эй, не улетай, ты мне нужна, — Света щелкает пальцем возле моего носа, — крепко ж он тебя забрал. Это сестра бурчит уже себе под нос, но я то все слышу. — Песню заслушалась. — Ну-ну. — Опять вы это старье смотрите? — на кухню маленьким ураганчиком с красно-синей мишурой врывается Юля. Достает табуретку и украшает окно, — бабушка приедет скоро! С мандаринами и тортом! — Юля, ты кого больше ждешь? Бабушку или торт? И вовсе не старье. — Лучше б «Елки» посмотрели, классный фильм. — Это там, где пьяный Куценко лезет на елку в костюме дракона? Ну да, уж я лучше старье посмотрю, — фыркает Света. — Вообще-то очень добрый фильм, — возражаю я. — О-о-о, ура! — Юля подлетает ко мне и обнимает, — в нашем полку прибыло! Пошли в комнату, у меня на ноуте включено. Раздается трель дверного звонка. — Юль, открой. Племянница пулей выбегает в коридор, только пяточки и сверкают. — Саша, это тебя… Я вздрагиваю. Кто? Ни с кем, кроме Макса не договаривалась. Но до встречи с ним еще дожить надо. Подкрадывается одна нехорошая мысль. О нет, только не… Ну сколько можно. Вздыхаю, а Света подозрительно смотрит на меня. — Са-а-аша-а-а-а, дед Мороз к тебе. — Что? — я выхожу в коридор. — Привет, с Новым годом! Приходит новый год к нам… Это Вадим. И уже слегка навеселе. Не рановато? До праздника еще семь с половиной часов. Принесло же на мою голову. Он стоит на пороге в костюме Деда Мороза. Красный халат, валенки, борода, шапка и мешок за плечами. Все, как полагается. — И можно свободно ожидать чего угодно, — подпевает прыгающая рядом Юля, пока я на нее не шикаю, и она не ретируется в комнату. — Вадим. — Ну вот, рассекретила Снегурочка Деда Мороза. Я к тебе с подарком и приглашением встретить Новый год вместе. — Ты пьян… — Если только от любви. — Какой любви? — удивляюсь я. — Не отвергай замерзшего Деда Мороза, Саш, отогрей в своих объятьях, а то меня тут на корпоратив звали. — То корпоратив, то новый год вместе, ты уж определись. — Увезу тебя я в тундру, увезу к седым снегам, белой шкурою медвежьей брошу их к твоим ногам, — запел «дедуля». — Вадим, перестань, — мне не нравится весь этот цирк, я устаю. Мало прошлого раза, когда Максим ему врезал? — Уйди, пожалуйста. — Все еще с ним. Я-я-ясно, — протягивает он, — ладно. С наступающим. Я ничего не говорю Вадиму, закрываю за ним дверь и возвращаюсь на кухню. — Что же ты не пригласила Деда Мороза? — спрашивает Света. — Да он был пьян. В оливье пьян, — вздыхаю я. Снова раздается звонок. Да что ж такое то? Вадим что-то забыл? Открываю дверь, уже готовясь послать его к черту, но вижу маму, слова, слава Богу, не успеваю вырваться наружу. Хватаю пакеты и приглашаю маму. Давно не виделась, соскучились. — Проходи, сейчас ужинать будем! Света помогла маме спрятать торт, а я про себя отмечаю, насколько же наша мама красивая. Ей никто не дает шестьдесят. Она молодо выглядит, следит за собой, ухоженный макияж и красивые покрашенные волосы. А сейчас на ней ещё и приталенное зеленое платье в пол. Вот разве что морщины у глаз выдают слегка ее, что не так молода. — Дать халатик? А то платье жаль, — бегу за ним в комнату, даже не выслушав мамин ответ. Она лишь с благодарностью его принимает. И теперь она почти наравне с нами. Потому что мы еще все в домашнем и не накрашенные. — Ба, а расскажи историю про Новый год в поезде, — просит Юля, пока мы сидим и обедаем. Хотя, вернее, ужинаем. — Ну, мы же ее уже сто раз слышали, — возражает Света. — А мне нравится, — Юля — сущий ребенок, как ей отказать? Мама и не против в сотый и в двухсотый раз рассказывать. — Мы были после института, я подговорила свою подругу встретить Новый год в поезде «Москва-Санкт-Петербург». И вы представляете, все спали. Одни мы сидели со свечкой и бутылкой лимонада. Все-таки Новый год! И было так хорошо! Только вот проводница, всякий раз проходя мимо нашего столика, свечку гасила. А мы просили ее: не гасите свечку, мы же никому не мешаем, сидим тихо, у нас нет даже спиртного. А она все равно проходила и гасила. Утром гуляем по Дворцовой. Тишина, никого нет. Все спят. Шел один пьяный шатающийся мужик и голосил: «Люди, отчего вы делаете вид, что ничего не происходит? Пришел Новый год!» Мы его потом в кафе встретили, он подсел к нам с чашечкой кофе, и говорил: «а я вас узнал, вы на площади гуляли. И у вас такое же новогоднее настроение, как и у меня!» Мы пили кофе, разговаривали о какой-то ерунде, и он как неожиданно посмотрел на меня и сказал: «девушка, у вас такие лучистые глаза. Не верьте мужикам. Мы ведь все врем». И ушел. Этот случай нам с подругой на всю жизнь запомнился. — А кое-кто продолжает верить, — Света бурчит очень тихо под нос так, чтобы слышала только я. Легонько пинаю ее ногой под столом. — Вы посмотрите, обедать почти в шесть вечера собрались. А я и не обратила внимания. Это так много времени Вадим отнял? Или просто день стремглав промчался? — Так вся ночь впереди, — улыбается Юля и берет ложкой салат, — ты же не прогонишь меня спать? — Посмотрим на твое поведение. — Так нечестно! — возмущается Юля. — Сашенька, а ты что непривычно тихая? — спрашивает меня мама. — Да к ней тут дед Мороз пришел. Только не тот, которого она ждала, — поясняет сестра. — Я, пожалуй, пойду, отдохну, — говорю я, — на работе завал был, плюс учеба в конце года, я почти не спала. — Хорошо, — удивляется мама, — иди, отдыхай. Возвращаюсь в гостиную, где на ноутбуке сестры играл фильм «Чародеи». Зарываюсь в плед на диване, кутаюсь, чтобы согреться. Как же хочется, чтобы это был последний Новый год, который я встречаю одна. С семьей, конечно, но одна… Хочу, чтобы Макс был со мной. Был только моим. POV МАКСИМ Легкий снежок припорошил двор, некое подобие зимы все же ощущалось. Но мороз даже не обещают. Где-то около нуля. Двор загородного дома украшен — на деревьях наши дамы развесили мишуру, а на окнах мерцают гирлянды. Елка стоит в гостиной. Большая, до потолка, искусственная. Отец ставит в окно радиоприемник, который возвещает о том, что до Нового года остается всего четыре с половиной часа. И играет песенка про огоньки. Кажется, это Гарик Сукачев. …А огоньки вокруг смеются, Снежинки тают на лету. Хочу опять туда вернуться — В ту благодать и красоту… Вот уже и больше половины последнего дня в этом году пролетело. Пока Катя отдыхает, все мирно и спокойно. Но не у меня в голове и душе. Какой диссонанс. Я сделал свой выбор, но мне не дают прийти к нему. Кольцо уже давно не ношу. С того момента, как признался Саше в любви. И вот сейчас в животе что-то сворачивается в трубочку, когда думаю о ней и дышать почти не могу. И есть волнение за нее. А ведь сразу второго числа мы едем на выезд в Минск. И еще несколько выездных игр почти до середины января. Хотя бы смогу нормально разговаривать с ней по телефону… А еще эта странная просьба Кати — помириться... Хотя бы ради ребенка. И как смириться?.. После предательства? Такое вообще возможно? Я не могу. Интересно, как бы я все пережил, не встреть я Сашу? Да больно, но боль тупая. О том, что я обманулся, В своих чувствах, в чувствах Кати. С папой во дворе готовимся к шашлыкам. Мы их жарим не только летом, но и на Новый год. Папа достает мангал, мясо уже замариновано. Я же изучаю пачку с углем, как разжигать костер. Хотя только делаю вид, все это я знаю. — Максим, сыграешь нам сегодня на гитаре? — спрашивает отец. — Что? Да, конечно. Что хочешь? — «Секрет» от тебя давно не слышал. — Ну, хорошо, — соглашаюсь я, — пойду тогда, аккорды посмотрю. Отец кивает, я ставлю пачку с углем на стол и возвращаюсь в дом. Снимаю куртку, надеваю мягкие тапочки и прохожу на кухню за телефоном, который там еще в обед оставил. Помню, что оставил его на краю стола. Ищу и не нахожу. Замечаю его на диване. Х-м-м. Ладно. Поднимаюсь к себе в комнату, по дороге набирая в гугле: «последний час декабря, текст, аккорды». Одна из любимых песен папы. — Макс, — вздрагиваю. Я не готов. Беру гитару. — Не уходи, — просит она. И что-то в ее голосе есть такое, что меня задерживает, я сажусь на краешек кровати, ставлю гитару на колени, изучая аккорды, перебираю струны. — Я знаю, что ты не в восторге от моего предложения… — Кать, это невозможно. — Я так и знала, — она грустно улыбнулась, — чем она лучше меня? — Она — другая, Кать. Ради родителей и твоего здоровья. Пока между нами возможно лишь временное перемирие. — Но к ней ты все равно поедешь. — Я обещал. Смотрю на Катю и вижу в ее взгляде немой укор о том, что и ей тоже обещал… Но и Катя своего обещания не выполнила. Мы квиты. Тихонько наигрываю аккорды песни. Да, спеть попробовать лучше в гостиной. POV САША — Скорее штопор! — А где моя ручка? — Уже Президент сейчас поздравлять будет! Мы все суетились перед встречей Нового года. Впрочем, как и всегда, чего-то в самый последний момент не хватало, или кого-то… Раздается звонок входной двери. — Гости? В такое время? — удивляется мама. — Я открою! — вскакиваю и чуть не роняю бокал, несусь в коридор, сердце сильно бьется, открываю дверь… — Макс! — С наступающим, — он приобнимает меня и целует. Крепко и долгожданно. И абсолютно все равно, что кто-то из моих сейчас может заглянуть в коридор… — Раз… Два… Три… — потекли последние секунды уходящего года. -…ЕЛОЧКА ГОРИ! САША, ПРОСЫПАЙСЯ, ВЕСЬ НОВЫЙ ГОД ПРОСПИШЬ! Я вздрагиваю под пледом. Оказывается, закимарила за просмотром Чародеев. А снилось, будто уже встретили Новый год, вздыхаю. Так сильно этого хочу, что мне приснилось. Жестоко. Меня будит Юля, прыгая на меня. — Эй, слезь, ты тяжелая. — Надо, чтобы ты проснулась! Кто со мной в центр гулять пойдет? — Ох, я совсем забыла. А Света разрешит? — щекочу Юльку. — Разрешила. Уже. Потому и тебя бужу! — А я думала, по какой-то другой причине. — Ну и три часа до Нового года осталось! — Как три? — я ужасаюсь, — никто мне не звонил? — Нет. И сообщений не было. Очень хорошо спалось, да? — улыбается Юля, — кто-то снился? — Эх, Юля. — Значит, снился, — выносит вердикт племянница, — тот другой, дед Мороз? — Угу, — вздыхаю, — только он, скорей всего не придет, — открываю смс и смотрю на утреннее послание Макса. «Не верьте мужикам, они все врут», — вспоминаю мамин рассказ. Да. А кто говорил, что будет легко? — Он придет, если ты в него веришь, — серьезно говорит Юля, — ты веришь? — Верю, Юль, Верю. — Значит, придет! Последние часы уходящего года мы провели, наряжая себя. Я заплетала Юленьке косички, а она мне помогала красить ногти. Мама уже была при полном параде, ей только носик припудрить. Собираемся так, точно на бал едем. А всего-то Новый год дома встречаем. Можно и в пижамах совсем. В следующий раз устроим халатную вечеринку. За этими приготовлениями даже не отвлекаюсь на посторонние мысли. Вот зачем они нужны. Но когда снова оказываюсь на диване, с телефоном в руках с кучей сообщений и поздравлений в вк, но ни одного послания от того, кого так жду, становится грустно. В последний час наши приготовления переместились в сторону стола, мама держит в руках бутылку шампанского и пытается отыскать штопор, а Юля прыгает рядом, держа в руках пропажу. Я вроде бы вместе со всеми, но мысли то все о другом. Смотрю на часы, без пяти двенадцать. Вот уже президент сейчас говорить начнет. Не приедет… Наивная я. И это уже не сон. Глупая, маленькая и наивная. Грустно так, что хочется плакать, но я улыбаюсь. И хочется отметить новый год и пойти спать, но нельзя. Все ведь сразу поймут. Да и Юле обещала погулять. Куранты бьют. Сестра с Юлей пишут на бумажке желание, я тоже пишу: «Я хочу быть с Максом, чтобы мы были вместе, я его люблю. Хочу, чтобы у нас все получилось». Не верю во весь этот бред с поджиганием бумажек и бросанием его в шампанское, но Юля подсмотрела эту идею в «Ёлках» и захотела попробовать. Конечно, шампанское ей никто не даст, но с лимонадом можно. Интересно, что загадает одиннадцатилетняя девочка? Первый поцелуй? Возможно. Двенадцатый удар. Выпиваю залпом шампанское. Пепел с желанием горчит. Какой это все-таки бред — сжигать желание. Хотя нет. Поджигать, как печку, чтобы заработало. Если так, то возможно. Но запивать это еще шампанским? Интересно, кто все это придумал. — Гимн! Хором поем, это уже традиция. — С Новым годом, мои дорогие. Пусть все у вас будет замечательно. И он подарит вам столько счастья, сколько вы можете унести! — мама обняла нас. Вот такое бабье царство у нас в этот раз встречает новый год. — О, настало время прошлогодних салатов и бутеров! — командует Юля, и мы принимаемся за этот ритуал. Правда я есть совсем не хочу, ковыряю вилкой несчастную селедку под шубой. Появляется навязчивая идея выйти и погулять одной, в одиночестве, по двору, под канонаду фейерверков. Вот вроде у народа денег нет, но на новый год салютами запасаются обязательно. Всегда пальба всю ночь, со всех уголков города. Первый час нового года всегда так незаметно пролетает… — Я выйду, подышать свежим воздухом. — Эй, я с тобой, — возмущается Юля. — Юль, я пока одна, ненадолго. Потом пойдем в центр. — Хорошо, — поджимает губки племянница. Одеваю серую куртку, наматываю зеленый снуд на горло и ботинки. На улице не холодно, даже легкий снежок сыплется. Во дворе, в хоккейной коробке, соседи запускают салюты. Прохаживаюсь вдоль дома, ловлю поздравления с Новым годом от знакомых и незнакомых людей, отвечаю. По сторонам не смотрю, носком ботинка пиная мокрый снег. Вдруг вспоминаю, что телефон оставила на столе, но я уже собираюсь обратно. Чуда не произошло. Хотя какое чудо я жду? У подъезда внезапно оказываюсь в чьих-то теплых объятьях и от неожиданности утыкаюсь носом в пальто. Этот знакомый терпкий древесный запах его любимых духов. — Макс… — С Новым годом, Сашенька, я безбожно опоздал… POV МАКСИМ …Немного ранее — Последний час декабря, замри на миг, Пускай летят за моря любовь и мир, И все надежды наши Пусть сбудутся однажды В последний час декабря. В последний час декабря… Никакого настроения играть на гитаре у меня нет, но разве родителям откажешь? Когда мы все вместе сидим за праздничным столом в ожидании Нового года. Слежу за реакцией Кати. Взгляд ее какой-то отстраненный и задумчивый. Вообще хотел бы сыграть другую песню, но папа ярый фанат группы «Секрет». Отсюда и моя история с гитарой*. Которая не складывалась гладко. Но все-таки к некоторому взаимопониманию мы пришли. Она, как женщина, ревнует меня к другой. Даже к другим... К клюшке и шайбе. Потому что эти две красотки у меня на первом месте. После Саши, конечно же. Хочу спеть эту песню ей, интересно, Саша ее знает? Конечно, у нас не каждый год эта песня, да и не каждый раз удавалось собираться с родителями, и не каждый Новый год у меня гитара в руках… Но раз так все удачно совпало, то папа меня просто не мог не попросить. Кофе наспех, двери настежь, Праздник погас, разлучило утро нас. И снова в путь, время не обмануть, Эту ночь нам не вернуть. Папа улыбается. Это главное. — Да, у нас сегодня свой собственный концерт по заявкам, — улыбаюсь и я. — Уже и времени немного, пора вспомнить все хорошее, что было в уходящем году, взять все это с собой в новый год, а уж если и вспоминать плохое, то только для пользы жизненного опыта, — произносит речь папа. Мы об этом всегда вспоминаем про себя. Чтобы не пугать уходящий год, пусть уже тихо себе уходит, а новый мы встретим громко и весело. — А я просто очень рада, что вы у меня есть, живы и здоровы, и мы все вместе встречаем новый год, — мама смотрит на нас, словно не может поверить в то, что мы здесь все собрались. — Сейчас уже поздравления Президента начнутся, — Катя кивает на экран телевизора, который до этого у нас стоял на беззвучном режиме. Папа прибавляет звук, мы встаем за столом, все, кроме Кати, с бокалом шампанского. У нее просто вода. И вот уже куранты. Новый год. Даже не верится. Так. Желание. Саша… Я хочу быть с Сашей, чтобы мы были вместе, я ее люблю. Пусть у нас все получится. Ловлю на себе взгляд Кати. Даже не знаю, что она может загадать себе на Новый год… После гимна, который мы поем вместе, выходим на улицу. Катя минут через сорок говорит, что пойдет в комнату отдыхать. Папа ловит сигнал, увлекает маму спором о шашлыках и их правильном приготовлении. Ну он и рискованный. А я не теряю ни секунды и отправляюсь к своей машине, которую предусмотрительно не поставил в гараж. Открывая дверцу машины, замечаю Катю, смотрящую на меня из окна второго этажа… Катя… Вздыхаю. Через секунду она скрывается за шторами. Прости, но я люблю другую, и я обещал. Доезжаю до Саши спокойно. Надеваю на голову красный колпак деда Мороза. Подарок то у меня для Саши есть! Странно, но она не отвечает… Прохаживаюсь у ее подъезда, не решаясь подняться до квартиры. И на свое счастье вижу ее, бредущую вдоль дома, смотрит под ноги, пинает снег. Сердце гулко ухает в груди. Она меня ждет. Ждала к новому году, а я не успел приехать. Равняюсь с ней. Так, чтобы она попала в мои объятья. Если так и не поднимет глаза — идеальная внезапность получится. Еще несколько шагов и Саша в моих руках… — Макс… — С Новым годом, Сашенька, я безбожно опоздал… — С Новым годом, Макс… — Без шапки ходишь, — я зарываюсь носом в ее волосы, точно стараюсь запомнить аромат ее шампуня, хотя и так помнил его наизусть. Крепче прижимаю к себе. Всего два дня не виделись, а так соскучился. Но впереди еще две недели в разлуке, пока я буду на выезде. И так мало времени на свидание. Его вообще нет. Это несправедливо. — Мне не холодно, — она улыбается. Я даже не знаю, что еще сказать, так рад встрече. Беру ее за руки, а говорит — не холодно, замерзла. Согреваю маленькие ладошки Саши теплом своих. И мы вот так просто стоим, не замечая никого вокруг, под праздничную канонаду салютов, возвещающую о том, что Новый год наступил. — У меня хлопушки есть! И бенгальские огни! Сок еще, — я оборачиваюсь в сторону машины, так не хочется отпускать ее нежные руки. — Так чего же мы ждем! Мы идем к машине, я достаю из багажника вишневый сок, даю Саше, чтобы она открыла банку, наливаем по пластиковым «бокалам». — За нас! — За нас! Выпиваем, и я прикасаюсь к ее губам, получается вишневый поцелуй. Даю ей хлопушки, она как ребенок радуется. Стреляем конфетти и зажигаем бенгальские огни. Обнимаю ее. — У меня есть маленький подарок… Кулон, — протягиваю ей серебряный кулончик в виде сердца. Полного сердца, а не то, как некоторые любят дарить половинки. Если уж дарить. так целиком. В этот момент из Сашиного подъезда выбегает девочка в бежевой куртке и шапке с логотипом нашего клуба. Ну конечно это Юля, я ее запомнил по августовской встрече. Кажется, нас спалили. Улыбаюсь Саше и ей. — Саша, он все-таки пришел, твой Дед Мороз! — Юля улыбается, глядя на нас. Конечно, она тоже узнала меня. Но раз сегодня новый год, то я выгляжу настоящим дед Морозом, даже красная шапка есть. — Пришел, — улыбается и Саша, а я ее крепче обнимаю. Впереди целых триста шестьдесят пять дней. У нас все обязательно получится.