Кто?

Знаете, когда ты пытаешься быть лидером, главным, все держать под своим контролем, то непременно в один момент спотыкаешься, шумно падая на землю. Именно то же происходит и со мной сейчас, на похоронах Сплинтера, сенсея, отца, давшего нам больше чем кто-либо мог дать по определению. В глупой попытке выглядеть сильным, ты ломаешься. Слабая рука еле разжимает комья грязи, которые должны отправиться в свежую могилу. Вспышка. Копаешь, что есть мочи, только чтобы скрыть его лицо, его мертвое родное лицо. Падаешь. На колени и ползешь. Лишь бы рядом, лишь бы не одному. Братья и друзья хотели бы оттащить тебя, но уж больно сильно ты въелся в наскоро сделанный памятник учителю. Рано или поздно они смиряются. Просто разжимают объятья. А я продолжаю лежать в этом глухом лесу далеко за городом, в котором ты потерял так многое и куда, наверное, уже не вернешься. Да и зачем?! Мир спасать? А душу мою кто спасет? Не кому да и незачем. Если бы только Карай была рядом, но и ее нет, она еще не вернулась из своей сверхважной поездки, поэтому мне, отважному слабаку, приходиться рыдать на пустой могиле сенсея, усеянной свежими цветами и солнцем. Три дня. Вот сколько мне понадобилось, чтобы выплакать все слезы, выдавить всю свою грусть и наконец взять себя в кандалы. За это время мало чего изменилось. Раф лишь сильнее стал дубасить куклу для битья, Дон больше задерживаться в гараже, Майки проводить все время перед телевизором, Кейси уезжать надолго в город, а Эйприл молчать. Хм, молчать. Очень странно молчать.. Да, мне определенно стало легче. Вернее, моя боль на пару минут отступила, чтобы наконец раскрыть мне веки для постижения истины. Нужно пообщаться с братьями, делая вид, что со мной все в порядке, аккуратно приближаясь к правде, что пока скрыта от меня. - Эйприл? Что ты здесь делаешь? – обнаружил я девушку на чердаке. - Лео? Да так, тут тихо, спокойно, хорошо.. Присаживаюсь рядом со странной особой на тюк сена. - Что происходит? Расскажи, уж поверь, я умею хранить тайны. - Не знаю, я бы могла рассказать это тебе, но… - она виновато потупилась. - Боюсь причинить боль. - Давай же. - У большинства людей есть аллергия. Я не являюсь исключением. Мой организм категорически не воспринимает успокоительные. Я почти сразу же отключаюсь. И вот в тот вечер, когда произошла эта история со Сплинтером.. После тренировки я просто безжизненно упала на диван, проспав часов шесть. - Может усталость? – попробовал я. - Но не настолько же сильная! Так определенно бывает после принятия каких-то препаратов. - И ты думаешь, что кто-то тебе подсыпал средство, чтобы ты ничего не увидела и не услышала? - Именно. Только прошу, не говори об этом никому! Пожалуйста! – Эйприл схватила меня за руки, вынуждая верить ее слабости. Я торжественно пообещал выяснить все потихоньку и направился к тому, к кому имеется слишком много вопросов. Комната Микеланжелло была на втором этаже, поэтому поднимаясь, я успел заметить, что наверху подозрительно тихо, вернее, так тихо, что я слышу свое дыхание. Открыв рывком дверь, мельком замечаю, что все раскидано и поломано, даже хуже, чем обычно, хотя не так уж я часто и бывал в его комнате, чтобы знать, когда грязно здесь, а когда нет. Но одного сложно было не разглядеть.. Майки лежал на полу, раскинув в стороны руки, а на лице замерла улыбка. Спит? Ага, а кровавые разводы на полу ему сняться? Падаю на колени, проверяя пульс. Отсутствует. Делаю искусственное дыхание, сопровождающееся массажем сердца. Реакция отсутствует. Холоден, бездыханен, мертв. Что же здесь происходит? Кто-то убивает моих родных? И все из-за меня? Нет, это слишком сложно. Глупо, оставлять позади себя горы трупов, чтобы подобраться к одному. Глупо вообще убивать, думая хоть о какой-то пользе происходящего. Глупо. Все это глупо - жить, понимая, что ты ничего не можешь сделать с убийцей, мало того, ты даже не знаешь, кто это и как глубоко он пустил свои корни в твоей семье. - Кто же убил тебя, брат? Кто? - не выдержал я, закричав во все горло.