17.
4 мая 2018 г., 16:55
«Мы едем в Венецию»
***
Pov Элизабет — Да, мам, я всё собрала. Буквально несколько часов назад Зейн и мои родители договорились, что он возьмет меня с собой. Не знаю, как ему это удалось, но мой чемодан уже собран, а мама стоит чуть ли не со слезами на глазах, прощаясь со мной. — Милая, мы будем скучать. — Я тоже. Мы крепко обнялись, и я запоминала запах её духов, словно уезжаю на всю жизнь. Мой маленький братишка обнял меня за ногу, не желая отпускать. Пообещав, что буду звонить каждый день, я вышла из квартиры и спустилась вниз, где меня ждал Зейн. — Элизабет… Я подарила ему милую улыбку, и мы вместе вышли на улицу. Его чёрный мерседес уже ждал нас, дабы отвезти в аэропорт. Вот так вот и живут богатые люди, ездят одни, а не в маршрутке, наполненной людьми. Зейн загрузил мой чемодан в багажник машины, а затем открыл мне дверь. Стекла были затонированы, чтобы никто не смог увидеть, что происходит в машине. Водитель сидел и ждал указания босса, по радио играла спокойная песня, которая заставляла расслабиться. После того, как Зейн сел в машину, мы тронулись с места. — Альберт, нужно немного поторопиться. Единственная фраза, которую произнес Зейн, прежде чем приобнять меня за плечо и уткнуться в мою макушку. Мы проезжали мимо леса: зеленые деревья, такого же цвета трава, разноцветные цветы, одним словом — лето. Мои глаза разбегались в разные стороны, чтобы запомнить эту красоту, которую я не увижу три дня. Машина остановилась, и мы оказались около главного входа. Водитель вышел из машины, дабы помочь с багажом, а Зейн открыл нам дверь и, подав мне руку, помог выйти. Мужчины обменялись рукопожатиями, после чего Альберт уехал. — Готова? — Думаю, да. Его лицо посетила мимолётная улыбка, заставлявшая всё внутри скрутиться. Зейн повесил сумку на плечо и забрал чемодан у меня из рук; так мы и пошли к стойке регистрации. — Здравствуйте, прошу извинить нас за опоздание. — Мы всё понимаем, могу ли я проверить ваши паспорта? Зейн протянул девушке за стойкой документы и притянул меня ближе, чтобы девушка смогла разглядеть нас. После проверки мы получили билеты на самолет и прошли в зал ожидания. — Зейн, это бизнес-класс? — Да, что не так? Я лишь покачала головой, не хочу заставлять его волноваться. Бизнес-класс… Это новый опыт для меня. Наверное, там сидят лишь богатые люди, а не простые рабочие. — Элизабет, ты меня слышишь? — А, да, прости, что ты сказал? — Ты будешь что-нибудь? Я осмотрелась вокруг, мы находились в магазине сладостей и о, господи, это рай. Я бы взяла всё, даже не раздумывая. Мы стояли около большого стеллажа с коробками конфет разных производителей. Но я заметила лишь последнюю упаковку «m&m's» и указала на неё рукой, широко улыбаясь. Малик лишь закатил глаза и, положив упаковку в корзину, отправился в сторону алкоголя. — Ты уверен, что это обязательно? — Я должен сделать какой-то презент своим будущим коллегам. Я лишь кивнула, стоя рядом с ним. К нам подошёл консультант и они начали выбирать «бизнес вино» для встречи в Венеции. И да, я была тем человеком, который просто рисовал круги своими шагами, пока они выбирали напиток. «Началась посадка на рейс Лос Анджелес — Венеция, платформа B9»***
Pov Автор — Большое спасибо, что выбрали именно нашу фирму. Отличного отдыха в Венеции! — сказала стюардесса, провожая приезжих на курорт. Элизабет и Зейн также спускались с самолета, попадая в зал для очередного паспортного контроля. Им повезло, что они летели бизнес-классом и не приходилось ждать по несколько минут, чтобы продвинуться вперед на пару шагов. Сделав штампы, пожелав прекрасного отдыха и мило улыбнувшись, сотрудники аэропорта продолжили свою работу. Вот она, Венеция. Выйдя из аэропорта, Элизабет шла за Зейном по деревянному мосту к катеру, который был заказан перед поездкой. — Это будет наш транспорт? Делора с огромной улыбкой и каплей волнения, сжимая руку мужчины, спрашивает этот вопрос. — Да, прошу Вас. Девушка лишь хихикает, вкладывая свою руку в руку Зейна, и залазит на борт катера, следом за ней и сам капитан. — Я никогда не думала, что смогу увидеть всю эту прекрасную природу и архитектуру, — Элизабет с закрытым ладонями ртом тихо прошептала эту фразу, а затем услышала звук мотора. Малик завел катер и собрался отъезжать. Девушка, дабы не упасть, села на место рядом с ним и начала осматривать окрестности. Её голова ворочалась из стороны в сторону, она иногда прикусывала губу и восхищалась людьми и красотой Венеции. Наблюдать за этим зрелищем Малику было только за радость. Он видел в ней маленького ребёнка, который хотел увидеть и почувствовать всё. Ребёнка, который принадлежит ему. Они с медленной скоростью проезжали по каналам Венеции, здороваясь с местными и осматривая архитектуру. Здания поражали своей красотой, многие из них были реставрированы под отели. И вот, они заплывают на Гранд-канал, на самое известное место во всём мире, на самое прекрасное творение. Множество лодок, людей, старинных зданий. Туристы запечатлели всё на свои камеры, не слушая гида, который рассказывал историю создания того или иного архитектурного творения. Элизабет перевела свой взгляд на Малика, который следил за дорогой, и прижалась губами к его щеке, а затем тихо прошептала «спасибо». Катер остановился на обочине и двое сошли на сушу, как бы странно это не звучало. Они были на главной площади Венеции, которая была заполнена туристами и местными, и водой, поэтому люди снимали обувь и наслаждались прохладой. Также поступили и Зейн с Элизабет. — Идём. Девушка, весело смеясь, потянула мужчину в самый центр, где играл какой-то мужчина на гитаре. Они остановились напротив него, слушая мелодию. Зейн обнял русоволосую со спины, ставя свой подбородок на её макушку. Улыбку девушки можно было увидеть за километры, она крепче прижалась к мужчине и они наслаждались прекрасной песней в прекрасном месте. На небе было яркое солнце, которое не закрывалось облаками или же тучами. На улице стоял шум от различных разговоров людей. На площади продавали различные сувениры, букеты. Один из таких букетов сейчас находился в руках Элизабет, а сами они направлялись в кафе, которое также находилось в воде. — Зейн, почему практически везде вода? — Приливы и отливы, ученые утверждают, что объем воды всё повышается и повышается. Посмотри на здания, они будто парят над водой. Заключение может быть лишь одно: в скором времени Венеции не станет, поэтому нужно наслаждаться моментом, Элизабет. Мужчина притянул девушку к себе, приобняв за плечи, а та с ужасом начала осматривать город. Неужели такое прекрасное творение может исчезнуть? Неужели это было создано лишь для того, чтобы бесследно уничтожиться? — Те руки, они словно показывают на безысходное состояние Венеции, она медленно тонет в своих же творениях. Малик прошептал это в макушку Делоры, чтобы лишь она могла услышать это. Девушка посмотрела на эти руки, что были как руки человека, просящего о помощи, и крепче прижалась к мужчине. — Здравствуйте, добро пожаловать в наше кафе «Три цвета», пройдемте, я покажу вам свободный столик. Официантка повела пару к столику, что находился около канала. С этого столика был прекрасный вид, что открывался на старинные здания и проезжающие мимо лодки. — Что ты будешь? — Круассаны? — Девушка, будьте добры, французские круассаны, кофе и… — И виноградный сок. Элизабет с Зейном встретились глазами и та засмущалась, сама не понимая почему. Официантка, имя которой Люси, записала заказ и быстро убежала, чтобы не заставлять ждать посетителей. — У неё британский акцент. — Здесь много британцев, не удивляйся. — Один из них ты. Делора хихикнула и снова перевела свой взгляд на Венецию. После слов мужчины она старалась отложить в своей памяти как можно больше. Хотела сохранить частичку Венеции у себя в сердце. Спустя пару минут на их столике стояла огромная порция настоящих французских круассанов, а также чашки с кофе и виноградными соком. — Мне кажется, что круассанов слишком много. Ты уверен, что мы всё это скушаем? — Ты удивишься от самой себя, Элизабет. Зейн подмигнул девушке и положил к себе в рот круассан, запивая глотком свежего кофе. Делора повторила его действия и запила соком, который заставил прикрыть свои глаза, наслаждаясь вкусом, который запомнится навсегда.***
Спустя час двое всё-таки вернулись на свой катер. Если бы не зашедшее солнце, то они бы гуляли по этим улицам намного дольше, целовались бы намного больше, ощущения были бы намного ярче. Они также медленно плыли по каналам, Элизабет перебирала волосы мужчины, немного отвлекая его. Её губы касались его щеки, оставляя мимолетные поцелуи. Вот оно, счастье. Вот она, Венеция. Катер остановился около белого здания, которое являлось отелем. Зайдя в него, можно было увидеть всю красоту и просто ослепнуть. Такого ты больше нигде не увидишь, такое бывает только здесь. — Зейн Малик. — Да, вот ваш ключ, добро пожаловать! Мужчина кивнул женщине, сидевшей за стойкой, и направился в сторону лестницы, беря за руку Элизабет. Их пальцы были переплетены, а девушка послушно шла за мужчиной. — О, боже! Первое, что произнесла русоволосая, зайдя в номер. Пастельные тона присутствовали везде, а от люстры нельзя было оторвать взгляда. Элизабет крепко обняла Зейна, утыкаясь в изгиб его шеи. Она не могла передать словами насколько благодарна ему, это было просто не выразить. Малик обхватил руками тонкую талию и крепче прижал к себе. Наверное, это будет первым путешествием, которое ему понравится, которое он проведет в компании человека, которым дорожит. За окном была полная темнота, а в комнату спальни попадал свет луны. Зейн стоял на балконе, медленно куря сигарету вкуса мяты. Ему хотелось продолжить этот день, продлить на целую ночь, но завтра встреча и он просто не мог себе это позволить. Сигарета медленно тушится, мужчина поворачивается в сторону спальни. Тело Элизабет при свете луны было ещё прекраснее. — Зейн, пойдем. Её мягкий голос, который звал его в кровать. Наверное, он бы подумал, что находится под наркотой, если бы не этот день, который доказал, что всё, что здесь происходит, — правда. Он заходит в спальню, поправляя пижамные штаны, что висят на бедрах. Элизабет лежит на своей половине кровати, обнимая одеяло. Её волосы разбросаны по подушке, а губы приоткрыты. Малик аккуратно, чтобы не разбудить девушку, ложится под одеяло и пододвигается к ней. Руки мужчины обволакивают талию русоволосой, прижимая к себе, а носом утыкается в её плечо, слабо целуя. Именно так и должен был закончиться этот день, именно в такой идиллии, именно в такой атмосфере. Вот она, Венеция.
