Жизнь в доме с Бантан

      Обычный вечер пятницы. У Бантан очередная репетиция перед камбэком. У Лады очередной мучительный день, она уже на девятом месяце, и ей очень сложно: эти постоянные боли в спине, голод, резкая смена настроения и хотение непонятно чего — давят и сильно выматывают. «Беременность — это что-то ужасное», — такой вывод сделала шатенка. Конечно, иметь ребёнка — это дар божий, но не вынашивать его. Пока Намджун рассказывает остальным о новом треке, Юнги решил написать своей жене. «Чаги, что делаешь? Как себя чувствуешь?» — во время беременности Мин всё время заботится о кареглазке, что немного раздражает. «Хреново, оппа… Я даже поспать нормально не могу! Это сущий ад!» «Чаги, я же уже говорил… Да, беременность это хреново, но потом у нас будет ребёночек, и это замечательно… Потерпи ещё немного», — прошло несколько минут, и Лада не ответила, что забеспокоило Юна. — «Чаги?»       Парень решил позвонить, и спустя несколько гудков шатенка подняла трубку, тяжело дыша. — Чаги, что случилось?! — Мин вскочил, тем самым привлекая внимание парней, которые мигом подбежали к Юнги. — Схватки! — прокричала девушка так, что все испугались, быстро убежав к менеджеру. — Мин, твою, Юнги, что ты медлишь? Я сейчас сдохну! — тяжело дыша, кричала кареглазка, а Юн сорвался с места и понёсся на улицу. — Чаги, я сейчас! Будь на связи, — Мин сел в машину и поставил телефон на специальную подставку, заводя мотор. — Оппа! — кричала девушка. — Да, что случилось? — Я сейчас сдохну! — Успокойся, всё будет нормально, я уже выезжаю. — Мин Юнги, если через десять минут твоей шикарной задницы не будет здесь, ты даже не представляешь, что я тебе сделаю!       Юнги промолчал, сильнее надавливая на педаль газа. Через десять минут парень уже был в квартире. В спешке Мин оставил всё и повёл жену в машину, после этого быстро поехал в больницу. Доставив жену к ближайшей больнице, Юн отдал её в руки специалистов, а сам сел в зале ожидания. Прошло полчаса, и к Юнги приехали остальные. Парень был всё время на взводе, ему ничего не говорили о состоянии его жены, а надоедливые репортёры и фанаты время от времени проходили мимо, чтобы подслушать. Прятались, чтобы сфотографировать и пытались поговорить и узнать хоть что-то. Слава вселенной, что остальные мемберы не позволяли близко подходить и фотографировать, поддерживая Юна добрыми словами. Через час, вымотанный дневными репетициями, Мин смог уснуть на полчасика, пока остальные всё также охраняли его покой. Спустя ещё какое-то время наконец-то подошёл врач. Испуганный парень резко вскочил и подбежал к нему. Немного поговорив, врач ушёл, а Юнги, закрыв лицо руками, сел на место. После парни услышали всхлип и сразу полезли с вопросами. Немного успокоившись, Юнги тихо ответил одним словом: «Мальчик». Парни удивились и не поняли, о чём он, но через секунду Намджун прикрыл рот рукой и выпучил глаза. Все сразу всё поняли. Мемберы были безумно рады, они обнимали и поздравляли Юна, звоня в агентство и сообщая об этом менеджеру. Мин улыбался, а по его щекам катились слёзы счастья. Через несколько минут к нему опять подошёл доктор и позволил пойти в палату. Радости парня не было предела. Войдя в палату, он увидел Ладу, лежащую на кровати. Юнги быстро подошёл к жене и сел рядом, гладя по голове. — Молодец, а ты боялась. Всё не так плохо… — говорил парень. — Это ты так думаешь, — хрипло начала шатенка, видимо, она сорвала голос. — Ты даже не представляешь, как я кричала, это пи… Очень больно… Я удивлена, что вообще выжила после такого. — Ха, — улыбнулся Юн. — все рожают и выживают, так что не беспокойся. — Ой… Всё, хватит с нас детей, я этого больше не выдержу… — Ой, это уже мне решать! Кстати, где наш малыш? — Сейчас принесут… Его имя Юнсок. — Что? Почему так? Это же… — Да-да-да, это название вашего с Хосоком пейринга, — ухмыльнулась девушка. — Не смей мне перечить, если я сказала Юнсок, значит Юнсок! — Как скажешь… — заворчал Мин.       В этот момент в палату зашла медсестра с ребёнком на руках. Юнги сразу же вскочил и подошёл к ней. Та с улыбкой отдала ребёнка и вышла. Парень, улыбаясь, повернулся к шатенке, от чего та хихикнула и подозвала его рукой. Юн подошёл и сел на край кровати, смотря на малыша. — Он такой милый и маленький… — улыбался Мин, пытаясь сдержать слёзы. — Прям как ты, — улыбнулась девушка и забрала ребёнка. — Видишь, какая это радость? — Да, он слишком безобидный, чтобы приносить какие-то проблемы.

Месяц спустя

      Ночь. По всей квартире слышны крики. Аудио няня разрывается. И только сонные новоиспечённые родители не спят. — Оппа, твоя очередь. — Я только ходил! — Вообще-то, я. «Блин… Почему я взял этот грёбаный отпуск? Так бы сидел у себя в студии в тишине и покое…» — ворчал про себя парень. — Говнюк! На меня всё хотел свесить? Я бы после нескольких таких ночей убила бы тебя и вообще всех… Так что ты должен быть рад, что ты в отпуске, и убивать тебя будет только помилованием… Ты говорил, что это радость, так что иди и радуйся!       Вот так и проходят ночи этой пары: постоянные маленькие ссоры и мгновение примирения, целая ночь пробежек к ребёнку, а потом полдня «ночного» сна. Дети — это проблемы, большие проблемы, так что лучше их заводить после двадцати пяти, а не в восемнадцать, как некоторые. Так проще.