Рыжий официант с Гороховой

Все нормальные люди открывают дверь и приветствуют стоящего за ней человека или же шлют незваного гостя на все четыре стороны. Но Лиза Неред не была бы Лизой Неред, если бы относила себя к «нормальным». Поэтому, завидев Рыжего на пороге, первое, что она спросила, принёс ли он выпивку. Даня демонстративно потряс перед лицом девушки пакет со звенящими бутылками, и был «торжественно» приглашён в квартиру. — А у тебя тут уютненько, — оценочно произнёс Кашин. — Ага. По правде говоря, всё желание пить и общаться пропало у Лизы по непонятным даже ей причинам. Будто что-то отталкивало её от парня, кричало, что произойдёт что-то ужасное. Отбросив впоследствии все негативные мысли, девушка провела Даню на кухню, а сама начала шарить по полкам в поиске стаканов или, на худой конец, кружек. Не из горла же им виски, пиво, коньяк или что там этот Рыжик притащил хлестать. — Если ищешь стаканы, то третья полка слева. Если кружки — то вторая полка справа. Можешь не благодарить, — равнодушно сказал Кашин. — И без тебя нашла бы. — То ты вечером охотно отбиваешься от моих подкатов, то даёшь номер, так потом ещё и на пьянку соглашаешься с, можно сказать, незнакомым человеком. С чего бы вдруг, Неред? — Во-первых, никогда не называй меня по фамилии, Рыжий, — зло прорычала Елизавета, — Во-вторых, мне скучно, я хочу пить и мне не с кем поболтать. А ты как раз вовремя подвернулся. Так ещё и являешься другом моего лучшего друга, так что немного, но доверять я тебе точно уж могу. — Умно, Лиза, — ухмыльнулся Даня, подумав на самом деле совершенно другое. Просидев на стуле ещё минут десять, дожидаясь, когда же девушка достанет стаканы с полок, что были расположены довольно высоко, а девушка сама низкого роста, Кашин с тяжелым вздохом встал, подошёл к «метру с кепкой», как подумал Даня, и сам достал эти злосчастные стаканы. Услышав приглушённое бурчание девушки и «спасибо», парень пошёл разбирать пакет с алкоголем. Как оказалось, он взял лишь четыре бутылки темного пива, ибо «спаивать девушку в первую же ночь — не по-пацански». Где-то откопав открывашку, девушка кинула её парню, а тот, на удивление Лизы, поймал. — Словил маслину? — не удержавшись от столь тупейшей шутки, спросила Лиза. — Никогда не думала заняться Стендапом? У тебя неплохо бы получилось покинуть сцену, даже не закончив программу. — Обоссаться, как смешно. — Спасибо, старался. Я очень смешной, знаю. — Кто сказал? — Я. — Сочувствую. На столь «замечательной» ноте пара в тишине выпила бутылочку 0.5 тёмного «Козла». Каждый размышлял о своём. Даня о том, чем же его зацепила эта несуразная девчонка, а Лиза — почему она до сих пор не выгнала эту «бесячую дылду». После второй выпитой бутылки пива, ребята решили прибраться на кухне. Точнее, за Лизу решил Даня, потому что «негоже даме жить в таком сраче!» Удивительно, что алкоголь творит с людьми… Чудеса! Вы думаете, что всё прошло гладко и спокойно, да? Что они, двухметровый шкаф и неуклюжая коротышка, могут сделать что-то аккуратно и безопасно? Я тоже так не думаю. Немного (много) пьяный парень случайно, по его словам, уронил пустые бутылку и та с характерным звуком разлетелась по всей кухне. А девушка, чьё второе имя — Мисс Везучесть 2019, получила небольшой осколок, который вошёл ей прямо в лодыжку. Была ли боль сильной? Очень. А так как Лиза очень уж боится боли и крови, то для неё она была адской. Если измерять боль по шкале Сатаны, то эта боль равняется 12 Бафометам из 10. А тут два в одном. Комбо, мать его! — Чёрт… Я не хотел, чтобы всё так вышло, — отойдя от шока, пролепетал Кашин, — Где у тебя аптечка? — В шкафчике в ванной, — «пропищала» девушка, пытаясь сесть на стул, не причиняя себе новой порции боли, что было сделать довольно проблематично. Даня моментально рванул в ванную, где, перерыв всё, в самой глубине шкафа обнаружил аптечку. Открывая её на ходу, парень бежал на кухню. Вид крови и то, как кривилось лицо Лизы от этого, моментально отрезвили парня (как ему казалось). Пока парень доставал бинт, перекись и мазь, девушка уже успела закатать свои штаны до колена, что позволяло без проблем обработать рану. — Сейчас будет немного щипать, — как маленькой девочке произнес Кашин, когда открывал перекись. — Знаю. В детстве я и перекись были лучшими друзьями. Не разлей вода! — Раз шутишь, значит, жить будешь. Обработав рану, Кашин взял мазь в руки, чтобы также нанести её на повреждённое место. Выдавив немного бальзама на пальцы, Даня начал аккуратно водить ими по ране девушки, чтобы не причинять ей дополнительного дискомфорта. Сказать, что девушке было приятно от прикосновений парня — ничего не сказать. «У меня просто давно никого не было. Просто давно никого не было. Давно. Никого. Не было»: успокаивала себя девушка, ибо прикосновения до жути были пленительными. Такими нежными, аккуратными, чувственными, что, будь девушка настолько близка к Дане, как он сейчас к ней, при других обстоятельствах, не сдержалась бы. Закончив процедуру, Даня оторвал салфеток, вытер о них руки и мазь, что нечаянно капнула на пол, и начал всё складывать обратно в аптечку. — Ну вот и всё. Доктор Кашин всегда к Вашим услугам! — Спасибо, — тихо произнесла девушка, что было на неё не похоже. Где же та бойкость и храбрость, Неред? — Да не за что, гном, — весело сказал Даня, щёлкнув девушку по носу, и убежал в ванную, чтобы убрать весь тот беспорядок, что он и там учинил. В это время девушка слезла со стула и принялась собирать осколки. Собрав всё до единого осколка, она сгребла их в одну кучу, смела веником на совок и выкинула в мусорку. Пара друзей (а кто они, собственно, друг другу?) настолько вымоталась за эту ночь, что вырубилась сразу, как убралась на кухне и в ванной комнате. Лиза каким-то образом доползла до своей комнаты, а Даня, как истинный «джентельмен», улёгся спать на диване. И уже в 5:00, когда начинается рассвет, молодые люди сладко спали, каждый думая о своём.