Жила была девочка по имени Лилит. Не была она красавицей, умной тоже не была. Две косички в шоколаде и медовые глаза — вот её вся красота. У неё был братец смелый, старший, умный и красивый. Мама, папа, тоже были, но сильнее всех любила деду Саймона Лилит. Деда тот был необычный — он умел игрушки делать: Куклы, домики, зверюшки всё богатство для Лилит! Восемь лет уже Лилит деде волосы белит, Но тут Саймон хмурым стал: — Кажется, момент настал. Тут-то выбежал и брат, и мамаша, и папаша. — Что? Уже? Какое чудо! — радостно кричали все. Но Лилит не поняла, отчего все так в восторге. Лишь потом ей объяснили — одарённая она.
***
В восемь лет я узнала то, что изменило мою жизнь. Перевернуло вверх дном и ударило по нервам абсолютно всем моим родственникам. Тогда я ещё всего не понимала, ведь я хорошо помнила нашу семейную легенду: Семья Доллов хоть и состояла из людей, была известна многим. Ходили слухи, что именно потомок Доллов прикоснувшись к камню желаний стал первым кукольником. Каждое второе поколение у первенцев семейства Доллов, которым исполнялось десять, обнаруживали дар кукольника. Именно одарённый мог воплотить волю «Первого» и защитить человеческий род, который на тот момент был активно уничтожаемым во время «Столетней войны». Однако не только первый из Доллов пожелал спасти человечество, рядом с ним были и два его верных друга, которые тоже обрели дар. После этого все, кто имел хоть какую-то связь с родом трёх Великих, были потенциальными носителями дара. Много лет спустя два столь сплочённых рода распались и остались только Доллы. По миру тут и там изредка появлялись кукольники, которые даже не догадывались, что все они связаны прошлым своих предков. Я эту весьма неинформативную легенду знала наизусть. С детства я мечтала воплотить своих тряпичных друзей в маленьких живых помощников, но отнюдь не грустила, что этому не суждено сбыться. Я, как никак, была младшенькой в нашей семье. Ещё в семь лет я заставила брата пообещать мне, что как только ему стукнет десять лет и он обретёт свой дар, он одушевит моих кукол. Но вот брату десять, а дар не появился. В семье начался скандал, каких доселе не было. Отец заявил что сын не его, а мать ему изменяла. Мать клялась могилой предков, что никого кроме нас не любит. А дед пропал на неделю. Казалось, семья на грани распада, но исчезнувший дед неожиданно вернулся. Пьяный, растрёпанный и помятый. Мама тут же принялась за ним ухаживать, а папа, обнаружив в брюках Саймона кучу крышек от бутылок и старый свиток, заперся в комнате. Я боялась кого-то тревожить, и мы вместе с братом просто гуляли по саду, наслаждаясь весенней погодой. Но нет наслаждения там, где есть тревоги, и вскоре мне надоело быть глупышкой, которая слишком маленькая для того, чтобы обсуждать проблему. — Брат, а почему у тебя не появился дар? — наконец задала я мучивший меня вопрос. — Не знаю, Лилит, может я и правда не папин сын? — вздохнул Дарвин. — Не правда! — топнула я ножкой. — Ты же так на него похож! У вас обоих есть родинка под левым глазом, вы оба любите орехи в шоколаде… Ты точно его сын, я знаю! — моему возмущению не было предела. — Ты слишком маленькая и глупая, Лилит, — как-то злобно обратился ко мне брат. — родство определяется далеко не любимым блюдом и родинками. Родню связывает кровь. — Мне уже восемь лет! И семья — это не только какая-то кровь! Мы связаны душами, любовью и… и… — у меня сел голос, я почувствовала как накапливаются в глазах тяжёлые слёзы, а язык вязала горечь от обиды. Я обиделась на брата. Обиделась на семью и на предка, из-за которого Доллы обретали дар. Кому нужен дар, от которого все бегут?***
Спустя месяц деда объявил собрание семейства. К нам приехали дальние родственники, которых я даже не знала, и лучшие друзья. Вечером мы все сели за стол, и Саймон зазвенел вилкой о бокал. — Сегодня я хочу сделать важное объявление, — он обвел всех присутствующих взглядом. — Как вам известно, у нашей семьи есть старая легенда о даре кукольника. Когда-то я им обладал, но одна старая бабка бахнула в меня проклятием, и я лишился дара. Однако через поколение рождается новый одарённый! Все одобрительно закивали и начали шептаться. Взрослые посмеивались, припоминая «бабку» и молодого Саймона, а дети, как самое любопытное звено общества, расспрашивали о деде и проклятии. Однако Саймон не закончил. — Прошу минуточку внимания! Кхм… Месяц назад моему старшему внуку исполнилось десять лет, однако, дар не проявился, — народ в зале закопошился, а дед лишь хитро прищурил глаза. — Не переживайте, дамы и господа, недавно я порылся в архивах Доллов и нашёл кое-что любопытное: как оказалось, раньше наша весьма уважаемая семья была целым кланом! И, хоть сейчас нас осталось совсем немного, прошлое всегда нас настигает, даже в самый неожиданный момент! Он говорил с таким энтузиазмом, что у меня появилось чувство гордости за свой род. Лица некоторых приняло одухотворённый вид, и мы все, вытянув уши, слушали, как дед нам рассказывал о похождениях его прапрадеда. Как он в одиночку сразил четырёх гулей-магов, имел двенадцать жён и от каждой по три ребёнка. Таким образом его прапрадед Лукас Долл хотел увеличить свой клан и получить Великого. Всё закончилось тем, что из тридцати шести детей только у четырёх появился дар, из которых лишь один был первенцем от своей матери. Таким образом можно было сделать вывод — цикл нарушен, и легенда не столь точна и правдива. — В нашем неспокойном мире часто можно услышать поговорку: «Что случилось однажды, случится и дважды» и я смею предположить, что Дарвин не стал кукольником не потому, что его мать изменила отцу, а потому, что дар перешёл его младшей сестре Лилит. Просветление. Да, именно так надо было описать то чувство, что я тогда испытала. Все шокировано смотрели на меня, а я с облегчением вздохнула. Значит брат мне брат, мама честная и любящая жена, а я… Что?! Погодите… я одарённая?!