Парень из Портсмута

Они умирали на глазах, бросят вовсе не за город, а за его жителей. С глубокими ранениями и дрожащими руками держали винтовки, еле надавливая на курок. Глазами полными боли целясь В противника, лежа на земле, слушая свист скользящих по воздуху пуль, пролетавших над головой. После того, как бомбардировщики временно покинули город, госпитали были перегружены.

***

В одном из больничных коридоров, из-за нехватки мест, лежал тот самой юноша. Фрэнк, музыкант, вынужденный работать помощником плотника в ближайшем порту. Он редко приоткрывал глаза, осматривая стену перед своим носом. Недавно наложенные швы на раны все еще давали о себе знать легкими порывами и не позволяли ему спокойно улечься на спину. Чуть выше располагалось небольшое окно с обветренной стеклянной рамой, углы которого были пришиты паутинами, а за ним падал легкий снег, вырисовывая изящные следы в воздухе. Смотря на них, парень начал потихоньку засыпать, осторожно ослабляя пальцы и переваливаясь на спину. Ему безумно не хватало сна, так как с момента операции прошло больше суток, и все это время он старался держаться. Он уже начал падать на спину, безумная боль прошлась током по всему его телу. Он не успел понять, что произошло и резко распахнув глаза, взвыл от острой боли. Юноша старался отдышаться и успокоиться, что получалось с трудом. То ли невнимательные, то ли уже привыкшие к крикам за ближайшие сутки, медсестры отреагировали не сразу. Фрэнк ворочался, словно перевернутый на спину жук, и молился всему, что он знает, лишь бы ему помогли встать. Недовольные, проснувшиеся и столь же вымученные пациенты наконец обратили на него внимание, подзывая врача, на что тот недовольно хмыкнул. Увидев юношу, он в панике, что было странно, учитывая его опытность, перевернул того на бок, готовясь вколоть ампулу дешевого успокоительного, если бы Фрэнк не начал задыхаться, хватая ртом последние остатки воздуха, ища глазами спасения, но видя лишь дымчатые силуэты. Врач немного растерялся, ища рядом с собой более сильные препараты для успокоения, отчаянно схватывая какие-то с полки. Юноша вырубился и его сразу поместили на скрипящую кушетку, отвозя за двери операционной. Врач был в бешенстве, то и дело чередуя отборный мат с возгласами вроде «Что за криворукий идиот так наложил швы?». Раны начали гноиться, кровь хлынула новым потоком, пульс участился, а дыхание наоборот сбилось, все доступные аппараты давали не самые положительные показатели. Наложив пару стежков сквозь плоть, врачу понадобилась помощь. Его руки безумно тряслись, словно это была самая сложная операция, пусть он и сделал таких уже за сотню. Пара практикантов ворвалась в помещение, стараясь сообразить самим, что от них требуется. Им не понадобилось много времени, они быстро подбежали к юноше, вновь взяв в руки медицинскую иглу. Один из практикантов ахнул, узнав в пациенте своего недавнего спасителя. В голове проносились потоки мыслей. « Нельзя, чтобы он променял свою жизнь на мое жалкое существование.» Парень крепче сжал иглу и уже более сосредоточенно стал сшивать параллельные куски кожи. Все остальное происходило на автомате. Парень больше не слышал голосов товарищей и скрипа приборов, был лишь он, игла и парень, чья жизнь сейчас в его руках. Операция прошла успешно, юноше выдали отдельную палату из-за того, что первый раз врачи допустили ошибку. Но это и не обошлось без приложения рук практиканта, что договорился оплачивать тому еду и присматривать за ним хотя бы раз в день, так как медсестры не поспевали следить за всеми. Выслушав условия, парень выбежал проверить своего первого пациента. Все практиканты понимали, что он бы попросту не выжил в грязных коридорах госпиталя и поэтому активно помогали Джерарду. Фрэнк был их первым серьезным пациентом и они чувствовали ответственность за него. Все приборы показывали норму, и швы уже были аккуратно обработаны. Фрэнк по-прежнему рассматривал обвитую краску на стенах, стараясь не заснуть, что выходило неважно. Очередной практикант делал обход и, заметив это, вколол ему усыпительное, предварительно перевернув пациента на живот. -Солнце взойдет и ты попытаешься снова спасти всех.