Unfriend

На этот раз я сначала ощущаю запах свежего мяса, кажется бекона. Несколько нервно, я открываю глаза и поднимаю голову. Судя по всему, я в гостиничном номере. Серые стены, чёрная мебель, чёрные простыни, совсем мало места. Здесь есть стол и шкаф. Я слышу Лексу в другой комнате. Осторожно двигаю руками, но даже через несколько минут я не могу освободить руки из наручников. -Я приготовила тебе поесть. Испуганно смотрю влево в глаза Лексы. Они ещё более уставшие. Она протягивает тарелку с яичницей и беконом. Только когда я зло смотрю на неё, она понимает, что я не могу использовать свои руки. Она потирает лоб и смотрит в сторону ванной. -Тебе нужно в душ? - спрашивает она, и я киваю. Лекса подходит ко мне и достает из кармана ключ. Она толкает меня в спину, чтобы я легла на бок и она могла снять наручники. Когда он нажимает, я думаю на мгновение, что должна атаковать и избить её. В конце концов, она довольно худая и вряд ли обладает большой силой. Пока я размышляю об этом, она вытаскивает меня с постели настолько решительно и с такой силой, что я даже думать перестаю о сопротивлении. Только когда она вталкивает меня в ванную, и оставляет еду на раковину, я снова могу думать. -Спасибо, - шепчу я. -Не за что, Кларк. Дверь закрывается, и я слышу щелчок замка. Со слезами на глазах я ем что-то, прежде чем раздеться и залезть в душ. Я знаю, что мне не светит быстро отсюда выбраться. Кроме того, я подозревала, что в Лексе есть что-о особенное. Оно, конечно, было, но не в том смысле, в котором я подозревала. Когда я стучу в дверь, Лекса открывает. У неё не занимает много времени, отвести меня на кровать. Когда я поворачиваюсь к Лексе, мокрые волосы прилипают к моему лицу. Она смотрит на меня полным любви взглядом. Медленно наклоняюсь к ней. Она останавливается, чтобы привязать меня к кровати. Когда она нагибается так близко, что можно поцеловать её, резко дотягиваюсь до плеч и кидаю её на матрас, пытаясь победить. Прежде, чем я успеваю что-то понять, она опускает руки мне на талию, и через несколько секунд я лежу на спине, тяжело дыша. -Это была ошибка. - Она заикается и берёт наручники. -Лекса, извини. Я просто хочу поговорить с тобой. Без наручников. Она смотрит на меня несколько секунд, прежде чем надеть их на мои запястья и затянуть. Я снова оглядываю комнату. Здесь нет даже окна, через которое можно было бы сбежать. Лекса толкает меня к стенке. И я наблюдаю, как она нервно ходит по комнате, снова и снова запуская руку в волосы. -Ты ... ты останешься здесь, хорошо? - спрашивает она, заикаясь. Я вижу ее неуверенность, задаваясь вопросом, сколько раз она вообще общалась с людьми. После моего кивка она глубоко вздыхает, прежде чем расстегнуть молнию и снять байку. Затем следует её майка. Я бесстыдно смотрю на нее, когда она стоит передо мной в лифчике. Она такая худая, что видны кости. В то же время она настолько притягательна, что заставляет меня пускать слюни. Она избавляется от своих джинсов, и идёт в ванную. По её жестам и поведению я вижу, что она абсолютно не уверена, возможно она даже не знает, что она сейчас делает. -Я сейчас вернусь. Полежи тихо, ладно? -Я киваю на вопрос Лексы. Только когда я слышу, как включается дождик, я начинаю кричать. Так громко, что лёгкие уже горят. Я замечаю Лексу только когда она кладет руку мне на рот. -Пожалуйста, Кларк, извини. Пожалуйста, не кричи, я не могу попасться. Тяжело дыша, я смотрю в глаза Лексы. Затем ниже. Всё, что на ней есть - полотенце. Я сглатываю, потому что она действительно красива. Медленно она убирает руку со рта, но я не успеваю ничего сказать, потому что она берёт что-то рядом с кроватью. Через несколько секунд мне в рот возвращается платок, через который я не могу говорить или кричать. Лекса делает несколько глубоких вдохов, её тело напряжено. Теперь я точно знаю: она боялась, что кто-то меня услышит. Когда она встает и медленно возвращается в ванную, я смотрю на нее. Полотенце не слишком широкое, и поэтому у меня прекрасный вид на её длинные тонкие ноги. Спустя двадцать минут Лекса возвращается в комнату. На ней чёрные брюки и только один лифчик. Я опять сглатываю. Я пытаюсь сказать что-нибудь через ткань, и задумчиво смотрит на меня. Через несколько секунд она подходит и развязывает платок. -Если закричишь ещё раз... - угрожающе говорит она, и я киваю. Когда она хочет надеть футболку, я замечаю шрам на животе. -Откуда он? - спрашиваю с любопытством. Сразу же её тело напрягается, и она останавливается, словно пораженная молнией. Я вижу много эмоций в её глазах, но ярче всех злость и грусть. -Это не важно, - отвечает она после паузы. -Хорошо, тогда скажи мне, где мы находимся и что ты со мной собираешься делать. – Безрассудная попытка, но я хочу вернуться домой. - Потому что это очень важно. Лекса садится рядом со мной на кровати, но оставляет место между нами. Она накручивает прядь на палец (она всегда это делает, когда нервничает или не знает, что сказать). Когда спустя несколько минут она так ничего и не говорит, я со вздохом отворачиваюсь от нее. -Мне жаль, Кларк, я в этом не разбираюсь. -В чем? - раздраженно спрашиваю я, не оборачиваясь. -В общении с людьми. - Я глубоко вздыхаю и разворачиваюсь к ней, сразу же ловя зрительный контакт. - В детстве мне было не с кем разговаривать...- она останавливается и смотрит на стену позади меня. Мне интересно, что она скажет. Возможно это объяснит её поведение. Она нервно играет пальцами и не смотрит на меня, продолжая. - У меня не было семьи. Родители и сестра умерли, когда мне было 5 лет. - Она сглатывает и её глаза затуманиваются. - И приют, в котором я была ... мне никто там не нравился. -Почему нет? - тихо спрашиваю я. Она снова замолкает на несколько секунд. Когда она поднимает глаза, я вижу, насколько тяжёл её взгляд. Её глаза не излучают ничего дружелюбного. Такой я её ещё не видела. Теперь я думаю, что возможно всё её поведение является защитой. Она снова сглатывает, прежде чем продолжить. -Я не много говорила, скучала по моей семье. Иногда часами я просто лежала на кровати и думала об этом. Другие дети... - она снова останавливается и сглатывает, как бы я хотела её успокоить. - Дети боялись меня. И они также... -Тебе не обязательно продолжать, Лекс. - Я пытаюсь её успокоить. Вместо того, чтобы продолжать говорить, она поднимает руки вверх и медленно снимает майку. Теперь я должна сглотнуть, потому что в горле пересыхает. Лекса смотрит вниз и указывает на шрам, который я заметила ранее. -Это - они затащили меня в комнату и избили меня, у одного из них был перочинный нож. - У меня раскрылся рот. Голос Лексы дрожит все больше и больше, когда она прикладывает свой палец к плечу, где тоже есть шрам, но не такой большой, как на животе. -Это - они нашли меня на кухне и кинули на недавно помытые тарелки. Одна из тарелок разбилась и порезала мою кожу. - Её взгляд скользит по мне, когда она берётся за нос. - И они сломали мне нос. Дважды. -Это ужасно, Лекса. Никто не должен проходить через это. - Она кивает и снова играет со своими волосами. -Я не должна рассказывать тебе это, Кларк. - Она тихо смеётся. Вероятно, потому, что она действительно рассказала мне о своём прошлом и была настолько открыта. Она снова одевает футболку и выглядит неуверенно. Медленно я полностью поворачиваюсь к ней. Только теперь я понимаю, что она сидит рядом. И это кажется довольно милым. Я думаю, что лучший способ выбраться отсюда - это узнать как можно больше о Лексе и заставить её открыться. В то же время мне действительно важно её состояние. Даже если это сумасшествие. -Что случилось с детьми? - спрашиваю я спустя пару секунд. Сначала Лекса молчит. Я вижу, как она думает, что именно сейчас сказать. И у меня возникает неприятное ощущение. -Они мертвы, - говорит она через наконец, и дрожь сразу пробегает по моему позвоночнику. - Они умерли во время пожара, Кларк. Это не я. Она резко встает и подходит к столу, я чувствую себя виноватой за то, что она почувствовала, что я думаю. -Прости, Лекса. -Все в порядке. С этими словами она садится за стол и кладёт голову на руки. Я дышу от разочарования и опускаю голову на подушку. Интересно, нужно ли мне снова кричать, но ведь в первый раз меня никто не услышал... К тому же, я не хочу снова лежать с завязанным ртом. Лекса мне доверяет, и я не хочу этого разрушать.