Дочь Тьмы. Рожденная править.

      Время до нового учебного года пролетело слишком незаметно. Свободное время, если его таковым можно было назвать, Кассандра посвятила глубокому изучению учебного материала для шестого курса. Отец постепенно вводил дочь в курс своих дел и ближайших планов. Теперь мисс Мракс являлась членом приближенного круга Пожирателей Смерти, занимая практически второе место по значимости среди всех, оставляя первое место лишь для отца. Внешний вид девушки преобразился — волосы перестали быть непослушным гнездом на голове, а стали красивыми темно-каштановыми локонами, глаза приобрели неведомый ранее огонек власти и… аристократизма, одета Кэсси была с иголочки, а её указательный палец левой руки украшал фамильный перстень Блэков. В голове девушки появился холодный расчет, она стала учиться вынимать из всего выгоду для себя.       Мисс Мракс готовили к тому, что отныне она ученица факультета Слизерин, и за оставшееся время до школы девушка успела познакомиться с некоторыми своими сокурсниками, такими, как Драко Малфой, Пэнси Паркинсон, Блейз Забини, Теодор Нотт, Дафна и Астория Гринграсс. Именно с этими людьми Кассандра установила теплые дружеские отношения, и именно эти люди ввели её в курс дел Слизерина и в будущем помогут в жизни юной наследнице. Особенно мисс Мракс сдружилась с Пэнси Паркинсон, Дафной Гринграсс и Блейзом Забини. Приезжавший несколько раз в поместье Северус Снейп, новый декан Кассандры, к безмерному счастью девушки, объявил, что наследница будет жить в одной комнате с мисс Паркинсон и мисс Гринграсс. Это не могло не радовать. Тот же профессор Снейп поведал девушке о традициях и обычаях факультета, объяснил, что все слизеринцы — братья, готовые рвать глотку друг за друга другим факультетам. Все собственные представления о Слизерине у девушки рухнули в бездну. Она посмотрела на мир новыми глазами, окинула все свежим взглядом.       Магическое сообщество потрясло невиданное ранее известие: умнейшая ведьма столетия, верная подруга Мальчика-Который-Выжил, истинная гриффиндорка, оказалась дочерью Темного Лорда. Не раз уже папарацци запечатляли её гуляющей вместе с известными Пожирателями и слизеринцами, такими как Амикус Кэрроу, например, Блейзом Забини, Люциусом и Драко Малфоями. Магические газетные издания с ума сходили, выпуская все новые и новые теории, каждая из которых была безумнее предыдущей.       «Кассандра Мракс, не так давно звавшаяся Гермионой Грейнджер, лично возглавит отряд малолетних Пожирателей Смерти», — вещали магические таблоиды.       «Дочь Того-Кого-Нельзя-Называть развяжет войну между факультетами Хогвартса, переманивая все больше и больше подростков на темную сторону», — кричали на каждом углу.       «Она — Дочь Тьмы», — окрестил юную заложницу обстоятельств «Ежедневный Пророк».       Как на все это реагировала виновница столь сильного ажиотажа среди прессы — неизвестно. Было неизвестно до определенного времени. 30 августа, за день до начала нового учебного года в Хогвартсе, Кассандра Мракс решилась дать интервью Рите Скитер, которая буквально преследовала её по пятам, не давая свободно вздохнуть.       «Сегодня в гостях у „Ежедневного Пророка“ самая нашумевшая личность современности — Кассандра Мракс! И я, Рита Скитер, первая, кто получит всю достоверную информацию из уст самой Мракс! Кассандра, это правда, что вы дочь Темного Лорда и Беллатрисы Блэк? — Да, это абсолютная правда, — немного нехотя отвечала девушка. — Мой отец — Том Реддл, более известный, как Темный Лорд или Лорд Волдеморт, моя мать — Беллатриса Блэк, великая чистокровная ведьма. — Почему ранее вы были известны под именем Гермиона Грейнджер? Что это, преднамеренное вторжение к Гарри Поттеру или вы все-таки сами являлись заложницей обстоятельств? — с большими от удивления глазами, любопытствовала Скитер. — Я всегда была заложницей. Жила под чужим именем, делала чужую работу, надевала фальшивую улыбку. Я правда была привязанна к Гарри Поттеру и Рону Уизли, всей большой гриффиндорской семье, но это не моя жизнь и это не я, и всего обиднее то, что теперь, вернувшись в свою жизнь, к своим родителям, никто из прежней жизни меня не поймет. Я всего лишь хочу быть собой, хочу жить своей жизнью, — смахнув невидимую слезинку, выговорилась Мракс. — Теперь вы являетесь приверженицей взглядов и теорий Темного Лорда, так? К этому побудило лишь родство с великим магом, или все-так дело кроется в ином? — задала очередной вопрос Скитер. — Взгляды моего отца на мир и на жизнь достаточно отличаются от навязанных стереотипов общества. Не нужно привязывать ему все грехи, что в мире совершенны, мой отец лишь хочет усовершенствовать это место. Его мировоззрение поистине завораживает, рассуждения заставляют задуматься, его мышление идет против стереотипов. Политика моего отца направлена на раскрытие индивидуальности каждого, на то, что каждый потенциально не может являться абсолютно хорошим или абсолютно плохим. В каждом человеке заключены две стороны. Но с другой стороны, цветовых сторон в человеке вообще не существует. Нельзя быть заведомо плохим или хорошим. Мой отец лишь хочет доказать это, но верхушка нашего с вами Магического Мира не хочет этого, ведь тогда раскроются их собственные грехи, которые они скидывали со своего плеча на чужое. Конечно, если говорить о том, что побудило меня понять все эти замыслы, то безусловно родство как-то помогло мне, но в любом случае я стала бы старше и илюзорные рамки и маски вокруг меня рухнули бы в один момент и вывод о действительно умных и гениальных вещах Темного Лорда дошел и до меня, так что тут лишь вопрос времени, когда бы я для себя поняла, чья сторона мне ближе. Но я советую вам правда присмотреться к политике Лорда своим умом, а не умом вышепоставленных лиц, — смотря глаза в глаза Рите, рассказывала Кассандра. — Вы являетесь Пожирательницей Смерти, мисс Мракс? — немного подумав, задала вопрос Скитер. — Нет, если вы говорите о клейме, — чуть наклонив голову вбок, проговорила Гонт-Блэк. — Но если мы говорим о внутренних убеждениях, то наверное меня нужно назвать Пожирательницей. Но давайте начистоту — многие так или иначе внутри отчасти ПСы, но из-за опять-таки убеждений власти и навязанных стереотипов, они сами убивают в себе эти убеждения, — развела руками девушка. — Хотите сказать, что каждый внутри Пожиратель? — вскинула брови Рита. — Я хочу сказать, что у каждого свои демоны внутри и все они борятся со стереотипами. Наша политика состоит в признании своих демонов и искоренении стереотипов. На этом, я думаю, нам стоит закончить, — сказала Кассандра и встала, в одно мгновение растворившись в воздухе.       Ну что же, вы только что сами услышали рассказ Кассандры Мракс о сложившейся ситуации и о её мировоззрении. Что будет с девушкой дальше — нам неизвестно, но что-то нам подсказывает, что мы еще очень долго будем наблюдать за развитием этой личности. Если говорить о впечатлениях после разговора, то эту девушку не назовешь заложницей обстоятельств сейчас, слишком она умна для своих шестнадцати лет сейчас, вобрав в себя все черты и качества обоих своих могущественных родителей. Ну, а это был эксклюзив и с вами была Рита Скитер.»       Гарри Поттер отшвырнул от себя новый выпуск «Ежедневного Пророка». На немой вопрос Рона, который еще не видел статью, Гарри ответил просто: «Там она.», а потом и вовсе вышел на улицу. Вот уже неделю они с рыжеволосым другом живут на Гриммо. Потянув носом свежий утренний воздух последнего летнего дня, Гарри пустил слезу. Он не мог поверить в то, что его Гермиона взаправду являлась Его дочерью. Все планы, мечты и цели рухнули в одночасье. Каково это, когда теряешь столь близкого человека? Гарри знал. Сначала семья, потом Сириус, а сейчас и Гермиона. Что только не выпало на долю Золотого Мальчика. Может быть, Гермиона под Империо? Может быть, её чем-то опоили? Теорий было масса, но Поттер помнил взгляд Грейнджер в тот день, когда они с Роном застали девушку с Блэк. Он был ясен и чист, а по отношению к Белле добр и искренен. Что-то изменилось в Гермионе, и Гарри не верил, что это лишь обретенная семья. Поттер вообще не верил в родство этих личностей. Быть может, в Хогвартсе, девушка изменится, кто знает. Но эти гуляния с Пожирателями… Какие у нее вообще могут общие темы с этими личностями? Ладно, Блейз Забини еще куда ни шел, да даже сестры Гринграсс, эти трое всегда славились своим нейтралитетом, но Малфои? Кэрроу?! Глаза Поттера налились кровью, ненависть застилала глаза, но Гарри вдруг усиленно начал моргать, будто прогоняя это наваждение. Он стал замечать за собой такие приступы агрессии не так давно, но первопричины найти не мог. В такие моменты он сам себя боялся. Здесь Гермиона была права — у каждого свои демоны внутри.       На этом Гарри Поттер зашел в дом, где наткнулся на обеспокоенно-заботливый взгляд Рона Уизли, но Золотой Мальчик лишь неопределенно махнул рукой, и оба друга собрали вещи и буквально через пятнадцать минут трансгрессировали на перрон, где их уже ждал Хогвартс-Экспресс.       Том и Белла давали дочери последние напутствия в школу. Это её первый год в настоящем обличии и под настоящим именем. Девушка была готова к любой агрессии, к любой атаке. На перрон она отправилась в сопровождении брата, сестер Гринграсс и Блейза Забини. Едва только прибыв на место, показалось, что мир полностью затих. Все, кто был на перроне, едва только завидев бывшую гриффиндорку, сразу же умолкали. Через минуту молчали уже абсолютно все. И хотя Кассандра была готова ко всему, но это ошарашило её. И наверное, если бы не Драко и Блейз, она так бы и стояла статуей. Парни подтолкнули девушку, и она стала приходить в себя. Малфой забрал у девушки вещи и понес их в уже приехавший поезд, а из того вагона, в который только что зашел Драко, показалась Пэнси Паркинсон, которая, завидев девушку, кинулась к ней в объятия, будто они не виделись вечность, а не неделю. — Кэсси! — радостно воскликнула черноволосая красотка, раскинув руки для обнимашек, подбегая к Мракс. — Пэнси, — так же радостно улыбнулась девушка, обнимая Паркинсон в ответ. — Идем, мы для тебя уже приготовили классное местечко, — весело подмигнув и схватив за руку Мракс, потащив девушку в вагон, сказала черноволосая.       И Кассандра шла, ловя на себе испепеляющие взгляды. Все, кого она так раньше любила, стояли сейчас здесь и молча смотрели ей в глаза. Гарри, Рон, Джинни, Невилл, Луна. Все они лишь только смотрели на нее и боялись подойти. Но в последний момент перед заходом в вагон, из-за спины все-таки послышалось тихое Невилловское «Гермиона?». Стоило только девушке обернуться, как Блейз сразу же поймал ей за руку и притянув к себе, прошептал: «Не надо, Кэсси, нет, не сейчас», и, развернувшись, мулат уже громко добавил, усмехнувшись: «Кассандра, Лонгботтом, Кассандра. А для вас наверное, просто — Мисс Мракс». Возможно, он сделал это зря, но так люди из бывшей жизни Гонт-Блэк поняли — ту девушку уже не вернуть.       Купе Кассандры было полностью заполнено полностью. Рядом с ней сидел Блейз, напротив — Драко, также в купе находились Пэнси и Теодор Нотт. Мракс наивно полагала, что вся поездка пройдет в напряженном молчании, но все было с точностью наоборот — из купе слизеринцев то и дело доносился смех. Как оказалось, Тео, Блейз и Драко составляли ядерную смесь, их шутки могли убить не хуже непростительного, а заразительный смех Пэнси никого не мог оставить равнодушным. В этой компании Мракс чувствовала себя очень уютно, но в то же время она была несколько отрешенной. Ей нравились эти люди, нравилась ситуация, но она не могла не скучать по застенчивому Гарри и неуклюжему Рону, с которыми она всегда сидела в этом поезде. Как, собственно, и везде. Драко заметил состояние девушки, и, поддавшись вперед, потрепал её по волосам. — Не грусти, сестренка, — ухмыльнулся аристократ.       Вот такое Кассандра не могла представить даже во сне — сам Драко Малфой, который, /о боги/ являлся ей братом, треплет её по волосам. И это что, улыбка? Боже, этот день девушка запомнит надолго.       Вся поездка прошла бы в таком веселом ключе, если бы в один момент Кэсси не решила выйти в тамбур и подышать свежим воздухом. Там она встретилась с Джинни Уизли, которая нервно теребила подол своего платья, смотря куда-то вдаль. — Гермиона? — удивилась, но с каким-то облегчением проговорила Джинни, а потом будто опомнилась. — Ну то есть я хотела сказать «Мисс Мракс», конечно, — опустив голову, а потом и вовсе отвернувшись, прошептала девушка и было слышно, как по ей лицу покатились слезы. Кассандра развернула девушку к себе и своей рукой смахнула слезы Джинни. Рыжеволосая удивленно посмотрела в глаза Мракс. — Не надо слез, Джинни, прошу. Жизнь продолжается, как твоя, так и моя. Так и всех вообще. Ничего не изменилось с прошлого курса, кроме как переход одной ученицы на другой факультет. Не надо усложнять, прошу, — прошептала Кассандра. Ей самой было не просто, а тут еще и эта встреча. Будто отрывки из прошлой жизни. — Нет, ты не понимаешь. Ты была частью семьи, а что сейчас? Как-будто из сердца кусок вырвали, — всхлипывая, говорила Уизли. — Вы тоже были частью моей семьи, но прошу, Джинни, послушай меня, послушай, — встряхнула Кэсси некогда лучшую подругу. — Я не Гермиона, я — Кассандра. Вам нужно забыть, просто забыть о ней. Как бы тяжело это ни было. Но знай — я всегда рядом, чтобы однажды выслушать. Прости меня за все, пожалуйста, прости, — прошептала куда-то в рыжие волосы темноволосая девушка, смахивая свои же слезы. На этом стоило разойтись, что, собственно, Кэсси и сделала. Она не хотела, она не могла причинять еще большую боль кому-то. Особенно тем кто был для неё когда-то всем.       В купе Мракс вернулась в растерянном состоянии. Остальные не могли не заметить её состояния, так что расспросы начались еще когда девушка только открыла дверь. Ничего, кроме как поведать о случившемся, девушке не оставалось. Она не ожидала поддержки, так что она слишком неожиданно появилась буквально из ниоткуда. И тогда Кассандра поняла, что возможно, новая жизнь будет протекать наверное даже не хуже старой, если уже в начале она чувствует эту поистине магическую поддержку и дружбу с некогда врагами.       Большой Зал был как всегда прекрасен. Учителя приветствовали своих старых и новых учеников. Пару раз Кассандра словила на себе потерянный взгляд Минервы Макгонагалл, которая, по видимому, еще не до конца приняла всю ситуацию, но зацикливаться на этом девушка не стала. Кивнув в знак приветствия Снейпу, девушка прошествовала к своему новому месту за столом Слизерина. Все учащиеся во все глаза рассматривали зеленую змею на форме Мракс. «Ничего, они привыкнут», — надеялась девушка. И лишь стол Гриффиндора смотрел на нее со злобой, за исключением пожалуй нескольких человек — Джинни, чей взгляд был полон грусти, Рона, чей взгляд был растерян и Гарри, чей взгляд был удрученным. Даже Невилл сейчас смотрел на неё с нескрываемой агрессией. И полностью заинтересованный взгляд старика Дамблдора.       Спустившись в подземелья, где располагается новый факультет Кассандры, девушка не почувствовала обычной дрожи от холода. — Подземелья согревают истинных слизеринцев, — пожал плечами Малфой, который явно понял немой вопрос девушки. — Удивительно, — проговорила Мракс.       Новая комната оказалась очень красивой: большие мягкие и удобные кровати с бархатным темно-зеленым постельным с серебряной полоской посередине, картины в позолоченых рамах, искуственные окна, большие шкафы и большая ванная комната, дверь в которую располагалась прямо в комнате. Более чем прекрасно для жизни. В гостиной факультета повсюду стояли красивые диваны, небольшие округлые деревянные столики и большой камин, возле которого был постелен мягкий ковер, на котором было очень удобно сидеть. Вход в гостиную был закрыт картиной, на которой была изображена красивая молодая женщина. Пароль был как раз под стать Слизерину: «Яды змей». Призрак факультета, Кровавый Барон, то и дело шнырял по гостиной, знакомясь с первокурсниками. За час до отбоя в гостиную пришел Северус Снейп и рассказал о ближайших планах, также выдал Драко Малфою и Кассандре Мракс значки старост факультета. В целом, знакомство с сокурсниками и факультетом в целом прошло очень даже удачно.       Расписание на завтрашний день уже было роздано всем курсам. Первым уроком стояла пара Зельеварения. Вместе с Гриффиндором. Да, засыпала Кассандра тяжело.       Ей снилась Гермиона Грейнджер.