Часть 1
1 января 2018 г., 17:20
У Чонгука всегда всё было лучше всех: хорошо учился, никогда серьёзно не болел, имел много друзей, был любимчиком в любой компании, в которую попадал, родители души не чаяли в нём, жизнь всегда казалась ему прекрасной. Пока с ним не случился Ким-пиздецки-раздражающий-заучка-отличник-новенький-Тэхён. Именно в тот момент, когда этот парень переступил порог их класса, у Чонгука всё пошло по интимной женской части тела. И это ещё не очень грубо сказано. Тэхён просто повсюду, куда бы ни пошёл Чон. Нет, он не следит за ним, даже больше того — Киму нет никакого дела до надменного брюнета, но Гук продолжает замечать его во всех местах, словах и предметах. Он помешался. Конкретно сошёл с ума и даже не отрицает этого.
В прошлой школе многие называли Тэхёна уродом, ботаником, идиотом, психом и многими другими «очень» лестными словами. А он всегда доверчиво смотрел на их лица и влюблялся в любого, кто хоть раз проявлял к нему доброту. Что изменилось в этой? Ровным счётом ни-че-го. Ну, разве что, у него появился личный дьявол в лице одноклассника — Чон Чонгука. Этот чёрноволосый, нереально красивый подросток взял на себя роль персонального ада для Ким Тэхёна. И если у Чонгука ад безопасный и тихий, то у Тэ — очень даже заметный и шумный.
/…\
— Я так понимаю, физичка на нас забила? — Насмешливо произносит Чонгук, поднимаясь со своего места. — Конец года, Гукки, что ты хочешь, — смеётся одна из тех одноклассниц, которые готовы в рот заглядывать ему и даже при любом удобном случае подставить свою задницу. — Завались, Сонми! Ещё раз меня так назовёшь — будешь зубы на полу искать, поняла меня? — Рявкает Чон, хватая её за волосы. — Д-да, прости, Чонгук, — скулит та, и Гук с силой отшвыривает её от себя, вызывая страх в глазах остальных. — Так вот, раз урок у нас самоустранился, — прищурившись, тянет Чон, — можно заняться чем-нибудь интересным, — он обводит одноклассников глазами и останавливается ровно на парте Тэхёна, находящейся прямо посреди класса. Тэ бы и рад сидеть где-нибудь в уголочке, но зрение не позволяет, — Тэхён-а, ты с нами уже сколько? — Обращается к нему Гук, поднимая голову и делая вид, что действительно подсчитывает, — около месяца, так? — С хитрой ухмылкой на губах подводит он итог, подходя ближе. Ким внезапно хочет превратиться в воздух или хотя бы в воду, чтобы раствориться прямо здесь и судорожно не придумывать, что делать, — тебе не кажется, что за это время мы заслужили того, чтобы ты хотя бы раз взглянул на нас? — Спокойно спрашивает Чонгук и опирается руками на стол Тэ. Класс затихает и собирается вокруг разворачивающегося шоу, — ты даже ответить не считаешь нужным? — Начинает злиться Чон, стараясь заглянуть в лицо парня. — Я же просил меня не трогать, — тихо произносит тот, старательно пряча глаза. — Ах, точно! — Картинно восклицает Гук, — а ты до сих пор не понял, что мы на просьбы не реагируем? — Резко подавшись вперёд, шипит он, слыша осторожные смешки со всех сторон. Рассмешить этих придурков не является его целью. Есть кое-что другое, чего он хочет добиться во что бы то ни стало, ведь он ненавидит проигрывать. — Чонгук, я понимаю, что это странно, но почему ты просто не можешь забить на это? — Спрашивает Тэ, изучая свои сцепленные в замок руки, лежащие на коленях. — Ну нет, Тэхён, это было бы слишком просто, — ухмыляется тот, наклоняясь всё ниже. Ким уже чувствует его дыхание на своей макушке, — либо ты сейчас поднимаешь свой стыдливый взгляд и осматриваешь каждого в этом классе, либо… — он молчит несколько секунд, а затем продолжает, — либо твоя жизнь в этой школе станет просто невыносимой. Решать тебе, — грубо выплёвывает Гук, выравнивается и скрещивает руки на груди, ожидая ответной реакции. Тэхён зажмуривается, собирается с мыслями и, резко подорвавшись с места, выбегает из помещения и несётся по направлению к туалетам. Далеко убежать ему не даёт крепкая ладонь на запястье, тормознувшая его за две двери до назначенной цели. — Отпусти, пожалуйста, — вырывается у Тэхёна, когда его грубо впечатывают в зелёную стену, извёстка с которой, скорее всего, останется потом на его любимых джинсах и рубашке, но это не то, что его сейчас волнует. — Прости, но не сегодня, — без капли сожаления в голосе бросает Чонгук, удерживая парня за плечо, — я не из тех, кто так просто сдаётся, — ухмыляется он и перемещает пальцы на подбородок Тэ. — Я это уже понял, — закусывает губу Ким, зажмуривая глаза. — Тогда просто поддайся мне, что может быть проще? Удовлетвори мой интерес, и я отстану от тебя, — вкрадчиво произносит Гук, поднимая лицо парня. — Ни за что, — шепчет Тэхён, жмурясь ещё сильнее. — А если я заставлю? — Усмехается Чон, изучая лицо Тэ и представляя, какого цвета у него могут быть глаза. — Попробуй, — улыбается тот, вжимаясь в стену и готовясь в любой момент дать отпор. — Ты сам напросился, — выплёвывает Чонгук и замахивается, чтобы со всей силы ударить одноклассника по лицу, но кулак сам замирает в сантиметре от его скулы. Тэхён чуть поворачивает голову вправо, в ожидании удара, но, когда спустя несколько секунд ничего не происходит, он осторожно приоткрывает один глаз, думая, что вообще стоит тут один, но видит Чонгука, по-прежнему напирающего на него. — Ну? — Усмехается Тэ, опуская глаза в пол. — Сука ты, вот что, — бросает Гук, отстраняется и уходит. Тэхён расплывается в маньячьей улыбке и всё-таки идёт в уборную. Запирает дверь на ключ, подходит к раковине и смотрит в зеркало. Глаза лихорадочно блестят, руки трясутся, а сердце вот-вот вырвется наружу. Да, никто не предупреждал его, что в лучшей школе Сеула есть такой человек, как Чонгук, и что его нужно сторониться. Умывшись холодной водой, Ким идёт обратно в класс, морально настраиваясь к травле и ненависти. Но, пройдя на своё место, он замечает, что всем внезапно стало на него плевать. Одноклассники разбились на кучки и тихо разговаривают о каких-то своих делах. Никто не смотрит в его сторону, не обсуждает, не достаёт, в конце концов. Это странно, но не радовать не может, поэтому он спокойно открывает учебник и принимается за домашнюю работу на завтрашний день, раз появилась свободная минутка. Единственный, кто не участвует в беседах, помимо него самого — Чонгук. Тэ несколько раз боковым зрением замечает, что тот на него смотрит. Он не знает точно, как выглядит Чон, но все вокруг говорят, что он красивый. Судя по его телу, он действительно шикарный. Хотелось бы верить. Ещё бы характер нормальный и вообще идеал был бы. Но хорошего понемножку./…\
До выпуска остаётся пара недель, и все ученики только и заняты тем, что готовятся к итоговым экзаменам. Правда, с приближением выпускного, многие уже задумываются об одежде, спутнике и о прочей не особо важной ерунде тоже, но не так сильно, как о предстоящих тестах. Тэхён относится к тем, кто с головой ушёл в учёбу и не замечает ничего вокруг. С того дня прошло ровно два месяца, и, к огромному удивлению Тэ, его никто ни разу не тронул. Чонгук обещал ему очень «сладкую» жизнь за неповиновение, но ничего так и не произошло. Не то чтобы Ким ждал издевательств, но каждый день был наготове. Невыносимым, скорее, стал сам Чонгук, а не жизнь Тэ в школе. Ему кажется, что тот превратился в его безмолвную тень. Куда бы он ни пошёл — везде Чон. Тэхён по-прежнему не знает, как выглядит его лицо и узнавать пока не собирается. В конце концов, через несколько дней они будут совершенно чужие друг другу люди. Хотя они и были таковыми, но связь в виде общего класса всё-таки присутствовала. Ким не сильно загоняется по этому поводу, а сосредотачивается на том, что хочет поступить на маркетолога и надеется, что не зря столько лет впахивал на экзамены и сдаст их больше, чем хорошо./…\
«298 баллов» — красным маркером светится на оценочном листе, и Тэхён едва сдерживается от того, чтобы не запищать от радости на весь класс. С разных сторон слышатся и грустные, и счастливые вздохи и выкрики. Кто-то доволен своими результатами, кто-то — нет, но Кима мало волнуют остальные одноклассники. Он всё ещё сверлит взглядом свой лист и мысленно прикидывает, какова вероятность того, что это ошибка? — Поздравляю, — совершенно неожиданно звучит над ухом голос человека, именуемого в контактах телефона Тэхёна, как «Личный ад». В голосе ощущается искренняя улыбка, и Тэ теряется на некоторое время. — Спасибо, — спохватывается он, когда Чон уже делает шаг в сторону, — а у тебя сколько? — Не оборачиваясь, спрашивает он, остановив парня за руку. Не сказать, что его это так волнует, но ради приличия нужно же поинтересоваться. — 280, — немного расстроенно отвечает Гук. — Это тоже очень хороший результат, молодец! — Не задумываясь, выпаливает Тэ, повернувшись к Чону. — Хах, конечно, — закатывает глаза тот и, вырвав руку из пальцев Тэхёна, идёт на своё место. Ким только пожимает на это плечами и представляет, как позвонит своему старшему брату и обрадует его./…\
На выпускной Тэхён идти не хочет. Совершенно. Вообще. Абсолютно. Во-первых, ему не с кем, а во-вторых, никакого желания наблюдать пьяные лица людей, с которыми он больше никогда в жизни не увидится. Пусть он и так их не видел, но тела наблюдать не хочется ещё больше. Юнги-хён утверждает, что сходить нужно. Мол «ты и так никуда не выходишь, мелкий, развеешься заодно», и улыбается с экрана ноутбука такой. Конечно, ему в своём Пекине легко говорить, у него там жизнь кипит и процветает. Они с Чимином там двести раз на дню разные мероприятия посещают. А вот Тэхёну тут совершенно не круто. Если бы Юнги-хён знал причину, по которой «мелкий» не выходит на улицу — не говорил бы так. Но Тэхён, как хороший младший брат, заботится о его душевном спокойствии, поэтому и не рассказывает, отмахиваясь тем, что из-за учёбы времени у него ни на что не остаётся. Но раз даже Юнги-хён говорит сходить, то Тэ сходит. Не зря же он, в конце концов, два дня назад купил те латексные чёрные штаны и белую майку с вырезом до груди. Отрываться — так на полную. В клубе, специально снятом для вечеринки, неприятно пахнет алкоголем, потом и чем-то ещё не менее отвратительным. С первых секунд пребывания в этом месте, Тэхён понимает, что выпускной ему не понравится. Уже не нравится, если честно. Торжественную часть провели ещё утром, так что сейчас только развлекаться и отдыхать, но настроения нет никакого. Уже бывшие одноклассники разбредаются по помещению, кто куда. Значительная их часть собирается возле барной стойки. Получили свободу, называется. Ким тихо фыркает и подходит к небольшой сцене, на которой ди-джей принимает заказы на музыку. Тэ заказывать ничего не будет, потому что ту музыку, которую слушает он, только на похоронах включать или когда совсем плохо. Поэтому немного понаблюдав за движениями рук ди-джея, он идёт к бармену. Просит что-нибудь безалкогольное, потому что пить не любит совершенно. Ему хватило одного своего дня рождения в компании брата и его друзей, когда они заставили его пить всё, что наливали, и его воротило ещё два дня после праздника. Поблагодарив довольно хорошо сложенного парня за стойкой, Тэхён берёт свой, как оказывается, апельсиновый сок и присаживается на круглый стул. — Ты не пьёшь? — Сквозь внезапно зазвучавшую музыку спрашивает бармен, разливая разное пойло по бокалам. — Нет, — качает головой Тэ, оглядываясь по сторонам. — А чего так? Твой выпускной же, напился бы как все, — усмехается парень, и Ким уже жалеет, что вообще сел сюда. — Не хочу, — бросает он, собираясь ретироваться. — Он просто не «как все», он особенный, — насмешливым тоном вклинивается в их диалог кто-то слева. Кто-то с красивыми руками и выпирающими на них венами. Кто-то в пиджаке от «Armani». Кто-то, кого зовут Чон Чонгук. — Тебя не спрашивали, — фыркает Тэхён и встаёт, чтобы пересесть на вульгарно-красный диван в середине помещения. — А меня не надо спрашивать, — усмехается в ответ Чон и зачем-то идёт следом за Тэ, — ты так вырядился, чтобы на тебя слюни попускали и потом всю жизнь жалели, что так и не подружились с таким охуенным Ким Тэхёном? — Продолжает ухмыляться он, плюхаясь рядом с брюнетом, который размышляет над тем, как спровадить приставучего парня. И что он там сказал? — Ты пьяный или идиот? — Смеётся Тэ, уткнувшись взглядом в свой стакан с оранжевой жидкостью. — Сам такой, — улыбается Чонгук, и Ким понимает, что первое, — пошли потанцуем? — Приторно тянет Гук и кладёт руку поверх ладони Тэ. Хотя и второе тоже. — Какого хрена? Иди других доставай, — Тэхён вырывает ладонь, ощущая странное волнение в груди. С чего бы? — Я тебя ещё не доставал, — уже заплетающимся языком произносит Чон и продолжает ластиться к Киму. — Чонгук блять, — выпаливает тот, с силой отпихивая его от себя и чувствуя мгновенно прилившую краску к лицу. Ещё бы! Он никогда ни с кем не имел такого тесного контакта, даже с братом, а тут всем телом наваливаются, за руки хватают, ещё и бред несут. Естественно, невинное сердечко не выдерживает такого напора. — Ну-ну, ты ещё потом жалеть будешь, что оттолкнул меня, — относительно совладав с речью, выпаливает Чонгук и сваливает к друзьям. Тэ облегчённо выдыхает и прикладывает холодные руки к горящим щекам. Нет, серьёзно, какого хрена?/…\
С поступлением в университет у Тэхёна… не меняется ничего. Похоже, у него, в принципе, в жизни никогда ничего не поменяется. Карма. Участь. Может быть, судьба. Неважно, но это факт. Ни с одним из одногруппников Тэ не находит общий язык. А как вообще парень, не смотрящий людям не то что в глаза, а даже на лица, сможет подружиться хоть с кем-то? Единственное отличие от школьных лет — на него всем наплевать. Как и ему на всех. Он просто учится в своё удовольствие там, где сам захотел, попутно подрабатывая в кафе, находящемся недалеко от его квартиры. Юнги-хён редко приезжает к нему в гости либо один, либо с Чимином. Чимин, как понял Тэ, — парень его брата. Никто из них об этом слова не говорил, но Ким не слепой, чтобы не заметить всей той химии, что происходит между этими двумя. Вот уже год Тэхён осваивает такую сферу деятельности, как маркетинг. Лучший в своей группе. Ему завидует половина одногруппников, но молча, и это несказанно радует парня. В его планах — окончить университет с красным дипломом и начать своё дело. Деньги он начал собирать уже сейчас. Он думал, что придётся во многом себя ограничивать, но, как ни странно, покупает он исключительно хорошие продукты, а одевается в довольно дорогих магазинах. Сегодня как раз такой день, когда Ким открывает шкаф и понимает, что ему срочно нужна рубашка от «Gucci». «Armani» ему уже знатно поднадоел. При мысли об этом бренде одежды, у Тэ автоматом всплывает в голове образ бывшего одноклассника. Тряхнув головой, он достаёт один из своих любимых мягких свитеров и светлые джинсы. Переодевшись, берёт карточку, на которую, буквально, вчера пришла кругленькая сумма зарплаты, и выходит из квартиры. Бредя по пустующим улицам (осень, холодно, все сидят по домам), Тэхён думает о том, когда он в последний раз видел хоть чьё-то лицо, кроме своего и Юнги с Чимином. Память подкидывает не самые лучшие воспоминания из его первой школы и мерзкую рожу одного из учителей. Эти воспоминания — то, чего он панически боится, то, из-за чего вся его жизнь пошла наперекосяк, то, чего он никому никогда не расскажет. Магазин с вывеской «Gucci» появляется перед его глазами слишком неожиданно. Он едва успевает отскочить от открывшейся двери. Пропустив выходящих людей, Тэ заходит в бутик и направляется прямиком на второй этаж. Он знает этот магазин также хорошо, как свою квартиру, потому что это один из самых любимых его брендов. У обожающего шоппинг Тэхёна глаза разбегаются при виде огромного количества рубашек самых различных расцветок. Закусив губу, Ким с неким восторгом перебирает одежду, задерживаясь на особо красивых цветах и фасонах. Поэтому совершенно упускает тот факт, что возле него уже несколько минут топчется какой-то парень. — Кх-кхм, — раздаётся над ухом, и Тэ испуганно подскакивает на месте, скашивая взгляд в сторону источника звука, — я могу чем-то помочь? — Спрашивает, исходя из формы одежды, консультант, и Тэхён на секунду тормозит. Этот голос. Очень знакомый. Очень. — Нет, спасибо, я сам справлюсь, — сдержанно отвечает он, возвращая своё внимание рубашкам. — Я понимаю, что всех бесят приставучие продавцы, но я правда могу тебе помочь, — неожиданно для Тэхёна произносит парень, — я реально разбираюсь в этом, так что могу подобрать тебе такую рубашку, что от тебя никто глаз оторвать не сможет, — уже с насмешкой в голосе говорит он, принимаясь выбирать определённую вещь. Ким очень сильно тормозит от всего происходящего, осторожно разглядывая новоиспечённого помощника. Сильный, накачанный, скорее всего красивый. И всё ещё очень знакомый, — вот, померь эту и эту сначала, если что, у меня ещё пара на примете есть, — отрывает его от рассуждений консультант, протягивая две действительно красивые рубашки. Тэхён бы не нашёл их сам. — Хорошо, спасибо, — выдавливает он, принимая вещи, и уже хочет пойти в сторону примерочных, но его останавливают за предплечье. Пальцы. До боли знакомые пальцы. — Стой, у нас в примерочных сейчас ремонт идёт, так что придётся здесь примерять, — сообщает продавец, возвращая Тэхёна на место, — в конце концов, я парень, чего тебе стесняться? — Спрашивает он, видимо, заметив вспыхнувшие щёки Кима. — Х-хорошо, — тушуется тот и, развернувшись спиной к парню, стягивает с себя уютный свитер. Кожа мгновенно покрывается мурашками от разности температур, но он быстро надевает на себя первую рубашку, чтобы сильно не замёрзнуть. Застегнув её по самое горло, поворачивается к консультанту. — Нет, так не пойдёт, — говорит тот и подходит вплотную к Тэхёну. Ким почти отшатывается назад, но парень всего лишь протягивает к нему руки, чтобы расстегнуть две верхние пуговицы, и снова отходит, — вот, совсем другое дело, — улыбается, похоже. Тэхён внезапно хочет увидеть его улыбку, но сдерживается. — Правда, хорошо? — Спрашивает, не поднимая глаз. — Да, честно, сам посмотри, — мягко говорит продавец и поворачивает к нему зеркало, стоящее тут всё это время. Ким смотрит на своё отражение и понимает, что этот парень действительно шарит. Потому, что он выглядит отменно. — Вау, — выдыхает он и берёт вторую вещь в руки. Снова переодевается, но на этот раз долго — расстегнуть тугие пуговицы не так-то просто. Спиной чувствует чужой взгляд на себе и хочет слиться с мебелью. Стыдно и страшно. Прямо как тогда. — Эта смотрится ещё лучше, — снова, скорее всего, улыбается консультант, когда Тэ справляется со второй рубашкой-поло и теперь специально не застёгивает её до конца. Он чувствует, как все его мышцы облепляются тканью и, глянув в зеркало, получает подтверждение этому. Не то чтобы у него их было так уж и много, наоборот, он довольно худой, но фасон этой поло предполагает облегающий вариант. — Да, спасибо за помощь, — смущается Тэ и, быстро заменив брендовую одежду своим свитерочком, берёт из рук консультанта обе рубашки и разворачивается по направлению к кассе. — Не за что, — произносит ему вслед парень, — надеюсь, ты придёшь ещё, — добавляет он, и Киму как-то не по себе становится. Это прозвучало так искренне, как будто он его не в магазин пригласил снова заглянуть, а к себе домой. Расплатившись с покупкой, Тэ выходит из бутика и отправляется в свою квартиру, думая, что ещё не раз вернётся сюда. Не ошибается. Приходит снова, буквально, через два дня. За новым поясом, которые тоже находятся на втором этаже. Консультант уже не хвалится своими познаниями в одежде потому, что в ремнях не соображает почти ничего. А что там, собственно, соображать? Каждый выбирает тот, что понравится. Вот и Тэхён полчаса выбирает один пояс, который ему, кстати, не особо-то и нужен. Но отказать себе в удовольствии снова услышать голос этого парня он не смог. Да и руки, мягко перебирающие ремни, слишком классно выглядят, чтобы Тэ упускал такое зрелище. — Этот или этот? — Спрашивает он уже, наверное, в десятый раз за несколько минут и представляет, как консультант закатывает глаза. — Бери оба, — посмеиваясь, сдаётся тот. — Нуу, я не настолько богат, — смеётся в ответ Ким, вешая пояса обратно. — Тогда вот этот, — ловит его за руку парень, и Тэ чувствует внезапную дрожь, пробежавшую от кисти до плеча. — Хорошо, спасибо, — не подав вида, улыбается он и действительно покупает этот ремень, услышав уже знакомое «приходи ещё». Возвращается через три дня. За галстуком. На второй этаж. — Если будет как в прошлый раз с ремнями, я позову другого продавца, — смеётся парень, когда Тэхёну не нравится уже пятый предложенный галстук. — Неет, только не это, я на всё согласен, только не другие консультанты — они противные, — смеётся он, даже не задумываясь над своими словами. С этим парнем как-то спокойно, весело, интересно, он не задаёт лишних вопросов и он… всё ещё очень знакомый. — Я, значит, не противный? — Самодовольно спрашивает тот, выуживая с самых последних полок ещё один галстук. — Неа, — честно улыбается Тэ, заинтересованно смотря на разноцветный кусочек ткани в руках консультанта. — Вот это — то, что тебе нужно, — заверяет тот и самостоятельно накидывает галстук Тэхёну на шею. Его руки снова оказываются в паре сантиметров от лица Тэ, и он почти вспоминает, где мог их видеть, но парень быстро затягивает узел и отстраняется. Ким смотрит в зеркало и понимает, что он чертовски прав — это то, что ему нужно. — Обалдеть, спасибо большое, — в который раз улыбается он и, не снимая галстука, расплачивается за него, услышав уже привычное «приходи снова», но с неожиданным продолжением в виде: «я буду ждать». Смущения скрыть не получается. Приходит спустя неделю. Зачёты, все дела. — Мне нужны новые джинсы, — едва залетев на второй этаж, выпаливает он. — Я думал, ты уже не вернёшься, — обиженный тон парня заставляет Тэхёна улыбнуться. Его ждали. Его действительно ждали. Впервые в жизни. — А что? Соскучился? — Язвит он, скрывая за этим искреннюю радость. — Конечно, меня уже порядком достали эти богатенькие выпендрёжники, которым всё не так, — усмехается консультант, и Тэ только сейчас понимает, что они даже не знают имён друг друга. — Но я же тоже не сразу всё выбираю, — говорит он, боясь первым переступить черту покупатель/продавец. — Но ты не выделываешься, — резонно замечает парень и ведёт Тэхёна к полкам с джинсами, — вот, могу предложить вот эти, эти и эти, — сразу же протягивает он три пары Киму, в одной из которых Тэ замечает что-то смутно знакомое. — С примерочными по-прежнему проблемы? — Усмехается он, взяв штаны в руки. — Нет, всё нормально, пойдём, — консультант, как ни странно, идёт к ним вместе с Тэ. Хотя он ему уже ближе, чем просто консультант. Он как тот тип друзей, которые готовы молча таскаться за тобой несколько часов по магазинам и озвучивать своё мнение на каждый выбранный тобой образ. Только один маленький нюанс — этот парень не его друг. Выбросив эти грустные мысли из головы, Ким надевает первые джинсы — белого цвета — и выходит к продавцу. — Вау, мне нравится, — улыбается тот (Тэхён уже научился слышать его эмоции), плавно скользя взглядом по ногам Тэ. — Мне тоже, — улыбается в ответ Ким и, скрывшись за шторкой, надевает уже тёмные. — Оу, эти вообще шикарно сели, — выпаливает парень, — у тебя такие ноги красивые, — выдаёт он, отчего Тэ краснеет до кончиков ушей, но благодарно улыбается и надевает последнюю пару. — Вспомнил, — произносит он, выходя к продавцу, — у меня были такие штаны на выпускном в школе, — говорит он, невольно вспоминая тот день. — Да, я помню, — задумчиво отвечает парень, и Тэхён застывает на месте. Что? — Ч-что ты имеешь в виду? — Сорвавшимся голосом спрашивает он, мгновенно задрожав всем телом. Слишком страшно и волнительно. — То и имею, Тэхён, — говорит консультант, и Ким уже на грани того, чтобы грохнуться в обморок, — я… — Тэ не уверен, правильно ли он узнал этого парня, но, кем бы он ни был, разговаривать с ним он больше не намерен, поэтому срывается с места и несётся к выходу. Хотя бы потому, что его организм бы точно подвёл его и вырубил бы сознание. Сбегать в самый ответственный момент — его кредо, похоже. Пробегая мимо кассы, он слышит противный писк и невольно останавливается. Штаны. Точно. Кинув пару купюр кассирше, Тэ кричит что-то вроде «простите, я спешу, без сдачи» и уже без остановок бежит домой. Только захлопнув дверь своей квартиры, он относительно успокаивается, выравнивает дыхание и опускается на пол. Сидит в ступоре около получаса — не считал. Встаёт, когда конечности уже начинают затекать, а желудок просит еды. Мысли беспорядочно крутятся в голове, а страх накатывает с каждой секундой всё больше. Усевшись на кухне за чашкой кофе и парочкой бутербродов, Тэ решает позвонить единственному родному человеку — Юнги-хёну. Разговор с братом заметно улучшает его настроение, заставляет расслабиться и посмотреть на всё с другой стороны. Естественно, он ничего не рассказал Юнги об этом, просто его голос, его истории, его эмоции всегда действуют на Тэхёна успокаивающе. Поэтому он приходит к выводу о том, что посещать этот магазин больше не станет ни за что в жизни. Найдёт другой — это не так важно. Важнее то, что консультантом в этом магазине работает тот, кого Тэхён так старательно забывал в течение полугода./…\
Новый магазин Тэ не находит ни через неделю, ни через две. Таких понимающих, учтивых, обходительных консультантов с красивыми руками и голосом нет больше нигде, сколько не ищи. Сдаётся он в конце третьей и всё-таки приходит. Снова. Когда он был здесь последний раз, он не услышал необходимого «приходи ещё», и теперь чувствует себя очень и очень странно. С каждой ступенькой на второй этаж его сердце делает кувырок. На последней вообще замирает. Вместе со своим хозяином. — Тэхён… — облегчённый полувыдох — это не то, что ожидал услышать Ким, когда поднимался сюда, — не уходи, ладно? — А извиняющийся тон тем более. — Думаешь, я бы пришёл, чтобы уйти? Совсем идиот? — Нервно смеётся Тэ, чувствуя острую напряжённость в воздухе. — Ты уже как-то спрашивал меня об этом, — усмехается уже точно Чонгук, подходя ближе. — Ещё не раз спрошу, — в тон ему усмехается Тэхён и обходит его, не позволяя прикоснуться к себе или оказаться слишком близко, — помоги подобрать очки, — говорит он, осматривая немного изменившуюся обстановку. — Очки? Ты серьёзно сейчас? — Недоумевает Чон, против воли смотря в окно, — зима, Тэхён, — смеётся он на немой вопрос Кима. — И что? Ты вообще-то продавец и должен делать то, о чём попросят покупатели, а не говорить им, что им нужно, а что — нет, — фыркает Тэ, подходя к стойке с солнцезащитными очками. — Окей, понял, — хмыкает Гук и стопорится, — как я тебе помогу выбрать очки, если ты никогда не смотришь на меня? — Выпаливает он, поздно подумав о том, что Тэ вообще-то может сейчас снова уйти и уже никогда не вернуться. — Не знаю, это твои проблемы, Чонгук, — нагло ухмыляется Тэхён, внезапно вспомнив ту самую одноклассницу, — а теперь ты должен швырнуть меня в сторону за волосы, — говорит он, бесцельно перебирая очки. — Ты в своём уме? Прекрати, — злится Чон, — если хочешь поговорить, пойдём поговорим, но не здесь, — чуть спокойнее произносит он, не отрывая взгляда от Кима. — Не хочу я с тобой разговаривать, — усмехается Тэ, — ладно, мне правда не следовало приходить, забудь обо всём, что здесь было, я не знал, что ты это… эм… ты. Я больше не вернусь, извини, если что-то не так, — на одном дыхании произносит он и направляется на выход. — Тэхён, не уходи, — останавливает его за руку Чон, и Тэ думает, что это он идиот, раз не узнал эти руки. — Не трогай меня, — звучит довольно грубо, и Чонгук действительно разжимает пальцы. Ким пользуется этим и быстро спускается вниз, а затем и вовсе выходит из магазина. Зачем он вообще решил прийти снова? За очками? Господи, конечно, зачем же ещё. — Гляньте, какая фифа, — внезапно гремит чей-то бас над головой у слишком ушедшего в свои мысли Тэхёна, и он не на шутку пугается, останавливаясь посреди тротуара. И какой только чёрт его дёрнул пойти в бутик в десять часов вечера. Нельзя было днём сходить что ли? — А куда это мы такие богатенькие спешим? — Говорит второй амбал, и они оба надвигаются на сжавшегося парня с двух сторон. — Почему такая прекрасная куколка ходит ночью одна? — Продолжает первый, и Тэхён уже всерьёз начинает молиться всем известным богам. Только бы не как в прошлый раз, пожалуйста. — Малышка настолько высокомерна, что даже взглянуть не хочет на своих будущих друзей? — Мерзко тянет один из ублюдков и, схватив Тэ за плечо, толкает к грязной шершавой стене в ближайшей подворотне. Ким жмурится от боли и теперь правда не знает, что делать. Страх сковывает всё тело, из-за чего руки совершенно не хотят слушаться. — Может быть, куколка скажет хоть что-нибудь? — Раздражается особо отвратительный тип, близко наклоняясь к Тэхёну. Тот задерживает дыхание и сильнее вжимается в стену. — Да какого мы с ним церемонимся? Раздевай его! — Командует кто-то из них, и у Тэ всё плывёт перед глазами. Только не это. Он уже хочет закричать, но рот закрывают, а на пояс ложится отвратительная лапень. Лучше умереть. — Руки убрал от него, мразь! — Звучит до боли знакомый голос откуда-то слева, и Ким едва заметно улыбается, — я непонятно выражаюсь? Сука, — далее слышится звук удара, мат — много мата — и даже какой-то хруст. Тэхён не сразу приходит в себя, но когда решается открыть глаза, то видит кашляющего кровью огромного мужика, лежащего на полу, а чуть дальше — ещё одного похожего, но над ним нависает Чонгук и очень смачно, грубо и больно бьёт его в челюсть. Несколько раз. До потери сознания. — Чонгук, хватит, ты убьёшь его, — слабо протестует Тэ, поднимаясь на ноги. На удивление, Чон слушается и, в последний раз хорошенько приложив ублюдка об землю, подходит к Тэхёну. — Ты в порядке? — Он бережно берёт его за руку и выводит на свет. Осматривает под уличным фонарём, не находит никаких повреждений и облегчённо выдыхает. — Я-то да, а вот ты, — говорит Ким, ошарашенно смотря на сбитые в кровь костяшки парня и в некоторых местах порванную одежду. — Нормально, не в первый раз, — усмехается тот. — Пойдём, — решается Тэхён и берёт Чона за руку. Вопреки своим словам, тот идёт, слегка прихрамывая и чуть дрожа всем телом. — Не надо, всё хорошо, — пытается противостоять он настрою Тэ, но тот его и слушать не хочет. — Моя квартира всего в паре шагов отсюда, так что молчи, — прерывает он, и тянет парня за собой. — Не боишься меня к себе вести? — Усмехается Чон, не вырывая руки из тёплой ладони Кима. — Боюсь, но бросать тебя одного тоже не хочу. В конце концов, ты из-за меня пострадал, — отмахивается тот, изучая землю под ногами, — зачем, кстати? — Спрашивает он, замечая свой подъезд. — А не надо было? — Хмыкает Гук и проходит за Тэхёном в открытую дверь. Тэ ничего не отвечает на это и молча вызывает лифт. Уже в кабинке Чонгук опирается на стену и осторожно проверяет, не сломано ли у него чего. Тело болезненно не реагирует на пальпацию, а значит, всё в порядке. — Вау, у тебя уютно, — едва переступив порог квартиры Кима выпаливает он, осматривая довольно просторное помещение. — Знаю, — фыркает тот и идёт в ванную, — умойся пока, а потом придёшь в зал, — говорит вошедшему Чону и, достав из тумбочки аптечку, поднимает взгляд и чуть не натыкается им на лицо Чонгука в отражении зеркала. Резко жмурится и выходит, мысленно успокаивая бешено стучащее сердце. Гук, как и сказали, моет руки, шипя от боли, умывает лицо — то же самое — один из амбалов успел неслабо заехать ему по щеке — и идёт к Тэхёну. — Садись, — командует тот, как только Чон переступает порог. Он присаживается на предложенный мягкий диван и думает, почему Тэ не включил основной свет? Только небольшие светильнички по углам, — не дёргайся только, будет немного больно, — предупреждает Ким и касается руки Гука ваткой, вымоченной в антисептике. Чон тихо шипит, но руку не вырывает. Тэ обрабатывает все костяшки, предплечья и даже плечо, но, подобравшись к лицу, опускает глаза и протягивает ватку Чону, — дальше сам, — говорит и чуть отстраняется. — Почему? — Удивляется Чонгук, недоумённо смотря на него. — Потому что, — ведёт плечами тот и выходит из комнаты. Гук вскидывает бровь, но ранки на лице всё равно обрабатывает. Тэ наливает чай, разогревает оставшийся с ужина рис и зовёт Чона есть. — Так ты один живёшь? — Зачем-то уточняет тот, садясь за стол. — Угу, — кивает Тэхён и берёт в руки горячую чашку, — а должен с кем-то? — Усмехается он, делая первый глоток. — Не знаю, с девушкой там, с родителями, — пожимает плечами Чонгук, принимаясь за безумно вкусную еду. — Родители кинули ещё в детстве, а девушками не интересуюсь, — просто отвечает Тэхён, удивляясь самому себе. Раньше он бы ни за что никому не сказал даже этого. — Оо, по парням, значит? — Ухмыляется Чон, оставляя уже пустую тарелку — слишком вкусно. — Я этого не говорил, — хмурится Тэ, чтобы Чонгук особо не догадался, — поел? Я постелю тебе на диване в зале, пойдёт? — Спрашивает он, и Чон конкретно так подвисает. — Зачем? Я же могу домой поехать, — говорит он, ставя тарелку в раковину и сразу же вымывая её. — Поздно уже, — пожимает плечами Ким, старательно маскируя всё своё волнение. — Ладно, спасибо, — улыбается Чонгук, не желая спорить с Тэ, и идёт в зал. Тэхён расстилает ему постель, взбивает подушку и кладёт на край тёплое одеяло. — Спокойной ночи, — бросает он через плечо, собираясь уйти к себе, — и… Спасибо, Чонгук, — добавляет шёпотом, как будто боясь чего-то. — Сладких снов, — усмехается Чон и укладывается на мягкую кровать, закутываясь в одеяло. Среди ночи Гук просыпается от постороннего шума, доносящегося из ванной. Разлепив глаза, он несколько секунд привыкает к свету, тонкой полоской просачивающемуся сквозь щель в двери, а затем поднимается на ноги и идёт прямиком к источнику звука. — Прости, я тебя разбудил? — Сходу спрашивает Тэхён, как только Чон осторожно заглядывает в ванную. — Нет, я сам проснулся, всё нормально, — ведёт плечами тот, наблюдая за тем, как Тэ вытирает руки об махровое полотенце. Красивые такие руки с длинными пальцами. За эти пальцы Чонгук его и берёт. Ким дёргается испуганно и пятится назад, — почему ты меня боишься? — Спрашивает Чон, излюбленным движением зажимая Тэхёна между дверью и собой. — Я не… — пытается оправдаться тот, смотря куда угодно, кроме Гука. — Тэхён, можешь мне объяснить, почему ты никогда не смотришь на людей? В чём проблема? — Мягко спрашивает Чонгук, сверля взглядом опущенную голову парня. — Не могу, это не твоё дело, — тихо отвечает Ким, пытаясь освободить запястье от цепких пальцев. Не получается. — Уже моё, — собственнически заявляет Чон и, опустив руку Тэхёна, осторожно поглаживает тыльную сторону его ладони. — С чего вдруг? — Усмехается Тэ, чувствуя, как щёки постепенно приобретают красный оттенок. Такая близость для него — слишком. — Я спас тебя от возможного изнасилования, избиения и ограбления, заслужил же я хотя бы одного твоего взгляда, Тэ? — Как-то отчаянно произносит Чонгук, поднимая голову парня за подбородок. — Пожалуйста, Чонгук, не надо, — дрожащим голосом отвечает Ким, закрывая глаза и впечатываясь в дверь. — Я ничего тебе не сделаю, почему ты так трясёшься? — Уже сам пугается Гук, обеспокоенно смотря на такое красивое лицо Кима, — я просто хочу, чтобы ты хоть раз взглянул на меня, Тэхён, хочу увидеть твои глаза. Пожалуйста, посмотри на меня… — слишком нежно просит Чонгук, и Тэ сдаётся. — Хорошо, я посмотрю, только… только один раз, ладно? — Чуть не плачет Ким и медленно, очень медленно приоткрывает глаза. И у него, и у Чонгука в этот момент, кажется, замирает сердце и останавливается дыхание. Тэхён фокусирует взгляд на чужом лице, ощущая неимоверный восторг в душе от того, что, наконец, решился сделать это. Смотрит, и его глаза увеличиваются в размерах, — ты… такой красивый, — выдыхает он, жадно рассматривая идеальные черты лица Чона: острые скулы, аккуратный нос, красивая форма губ, глубокие чёрные глаза, высокий лоб и родинка под нижней губой. И-де-аль-ный, — очень красивый, — не сдерживается он и протягивает руку к Чонгуку. — Ты намного красивее, Тэхён, — улыбается Гук, и Тэ всерьёз хочет заплакать. Он всё это время упускал такую прекрасную улыбку! Идиот. Чон чувствует не меньший восторг в душе от того, что, наконец, увидел глаза этого парня. Шоколадные. Безумно красиво. Ким прикасается пальцами к щеке Чона и плавно очерчивает контур его скулы. Его взгляд сменяет тысячи эмоций за несколько секунд, но всё это время на дне его глаз плещется одна конкретная. Что это, Гук не до конца понимает. — Чёрт, если бы я знал, — шепчет Тэхён, не отлипая от лица Чона, пальцами переходя уже на его губы. Тот напрягается, но не отстраняется, позволяя этому парню делать, всё, что он захочет. — Теперь знаешь, что дальше? — Усмехается он, перемещая руки на его талию. Без задних мыслей. — Понятия не имею, — честно признаётся Тэ, всё ещё наслаждаясь красотой Чонгука. — Это нормально, что я хочу поцеловать тебя? — Внезапно спрашивает тот, и щёки Кима краснеют окончательно. — Н-нет, но… Я почему-то тоже этого хочу, — еле слышно отвечает он, опуская взгляд. — Смотри на меня, — почти командует Гук, и Тэхён просто не может не послушаться. Возвращает взгляд на место и сразу же хочет закрыть глаза. Потому что Чонгук наклоняется слишком близко и прикасается своими губами к его. Мягко, осторожно, на пробу целует, проводя языком по нижней губе Тэ, затем чуть отстраняется, смотря на его реакцию и, не встретив отказа, целует снова, но уже глубже и напористей. Врывается языком в рот парня, очерчивая его дёсны и зубы, специально зацепляя его язык, а руками плавно задирает его майку и прикасается к впалому животу. Тэхён теряется в ощущениях и не успевает сдержать глубокий гортанный стон, сжимая пальцами плечи Чона и запрокидывая голову назад, подставляя шею. Чонгук пользуется этим и целует уже адамово яблоко парня, проводя по нему языком. Тэ напрягается и закусывает губу, чтобы не застонать в голос. Гук прикусывает кожу на его шее, опуская руки на его пояс, и медленно стягивает с него пижамные штаны. — Чонгук, подожди, остановись, — паникует тот, вцепляясь руками в его плечи и стараясь отстранить от себя. — Не бойся, я не сделаю ничего плохого, — улыбается Чон, откровенно кайфуя с вида Тэхёна: встрёпанные волосы, бегающий взгляд, дрожащие губы и ноги, а главное — отчётливое возбуждение и желание во всём этом. — Не надо, Чонгук, пожалуйста, не трогай меня, — испуганно шепчет Ким, и Гук, наконец, понимает причину его поведения и страха. — Говорю же, не бойся, я не сделаю тебе больно, наоборот, — мягко шепчет он, осторожно кладя руку на давно вставший член парня через боксеры, — просто смотри на меня, хорошо? Тебе будет приятно, обещаю, — на ухо Тэ произносит он и опускается на колени. Тэхён давится воздухом, моральными принципами и удивлением. Чонгук собирается сейчас… Серьёзно? Но да, Чон освобождает его орган и осторожно целует головку. Тэ во все глаза смотрит на его действия, боясь даже сделать вдох. — Н-не надо, Чон… — хочет остановить его Ким, но тот даже не думает прекращать. Проводит языком от основания до кончика, а затем и вовсе берёт в рот до середины длины, привыкая к новым ощущениям. К своему удивлению, понимает, что ему не так уж и неприятно, как казалось. Напротив, хочется доставить как можно больше удовольствия этому парню, чтобы он хоть немного расслабился. Тэхён кусает губы и неосознанно хватает Чона за волосы, продолжая смотреть на него и думать, что, скорее всего, это сон. Но Чонгук заглатывает до основания, цепляет зубами, то вынимает изо рта, то берёт снова, вызывая стаи мурашек и приближающуюся разрядку, и это не так уж и похоже на сон. Ещё несколько движений его головы, и Тэ уже готов отправиться в мир звёздочек и искр, — Чонгук… — рычит он, стараясь отстранить парня, чтобы не излиться в него, но тот не позволяет ему этого сделать и проглатывает всё до последней капли. Встаёт и, придерживая разомлевшего Кима за талию, снова целует его, но уже тягуче и как-то лениво, — ты не должен был, — шепчет тот, когда Чон отстраняется. — Ну, это мне было решать, — усмехается Гук, — пойдём спать? — Предлагает, переплетая пальцы с пальцами Тэ. Ким кивает и безмолвно следует за Чонгуком, как ни странно, в свою спальню. — Зачем ты это делаешь? — Спрашивает он, когда они вместе ложатся на его кровать. — Делаю что? — Не понимает Чон, придвигаясь ближе. — Всё это, — уклончиво отвечает Тэхён, неосознанно отодвигаясь назад. — Потому, что хочу? — Предполагает Гук и, схватив его за руку, притягивает к себе. — Не верю, — усмехается Тэ, позволяя Чону обнять себя за талию. — Окей, я скажу, почему, только если ты мне сейчас расскажешь обо всём, что с тобой происходило в детстве и почему ты сейчас боишься людей, идёт? — Ухмыляется Чонгук, перемещает руку на голову Тэхёна и принимается мягко перебирать его волосы. — Нет! — Резко выпаливает тот, снова предпринимая попытку отползти, но он не учитывает того, что Гук намного сильнее, поэтому его спокойно возвращают обратно. — Тогда и я ничего не скажу, а завтра молча уйду, и ты никогда меня больше не увидишь, — обиженно заявляет Чонгук, и Тэхён действительно пугается. Он не хочет, чтобы этот парень уходил и бросал его, он уже не сможет без него. За это короткое время он слишком сильно привязался к нему. Только не предательство. — Не делай этого, пожалуйста, — тихо произносит Тэ и поднимает глаза, встречая добрый взгляд Чона, — я расскажу, — сдаётся он и рассказывает. О том, что в его первой школе над ним издевались, прикалывались и подшучивали, но однажды это заметил его классный руководитель — молодой на тот момент парень, только приступивший к работе — и пообещал помогать ему. Тэхён повёлся тогда, веря в то, что в мире полно добрых людей и получил то, что навсегда изменило его жизнь, — сначала он был очень милым, интересовался моей учёбой, делами, отношениями с классом, следил за тем, чтобы меня никто не трогал, а потом… Потом у нас был урок химии, он пришёл, чтобы провести какой-то инструктаж, но внезапно объявили учебную тревогу, и весь класс ринулся на выход. Он остановил меня прямо перед дверью и молча запихнул в подсобку. Господи, я никогда ещё так не боялся, как тогда. Казалось бы, он был моим другом и всё такое, но, видимо, подсознательно я ждал от него подобного. В общем, он толкнул меня на стоящий там стол и начал раздевать, — Тэ останавливается на пару секунд, как будто снова переживая весь тот ужас, и Чон берёт его за руку, успокаивающе поглаживая. Тэхёну действительно это немного помогает, — мне было так страшно, Чонгук, я знал, что вокруг нет никого, кто мог бы помочь, он — взрослый мужчина, а я — подросток, не способный постоять за себя. Когда он попытался поцеловать меня, я увернулся и всё-таки закричал. Он закрыл мне рот рукой и говорил такие вещи, от которых мне хотелось умереть прямо там, лишь бы не слышать этого. Мне правда было очень страшно. Мне было уже пятнадцать, и я понимал, к чему всё идёт, и секс с ним — было не то, чего я тогда хотел, — Тэхён горько усмехается и садится на кровати. — Подожди, так он… — Гук чисто физически не может закончить предложение, смотря на него с немой мольбой в глазах и с нарастающей злостью в груди. — Нет, успокойся, — смеётся Тэ, и он облегчённо выдыхает, — он попытался это сделать, но эвакуация быстро закончилась, и, буквально, через десять минут все вернулись в класс. Это были самые дерьмовые десять минут в моей жизни, — усмехнувшись, заканчивает он и ложится обратно, уже самостоятельно придвигаясь к Чонгуку. — Господи, если бы я знал об этом, ни за что бы не стал доставать тебя в школе. Прости, Тэхён-а, — с искренней жалостью в голосе произносит Гук, обнимая парня и притягивая ближе к себе, — этот ублюдок сломал тебе жизнь, я убью его, — решительно произносит он, похоже, пытаясь вжать Тэхёна в себя. — Эй, хватку ослабь, а то убьёшь ты сейчас меня, — хрипит Тэ, укладывая ладони на спину Чона. — Ой, прости, — смеётся тот, — но я серьёзно. — Не надо никого убивать, это уже позади, и тем, что в мире станет на одного выродка меньше ты ничего не изменишь, — спокойно произносит Тэхён, утыкаясь носом парню в шею. Невольно вдыхает приятный запах его тела и незаметно целует ключицу, — и ты нарушаешь наш уговор, — замечает он, поднимая взгляд. — А, точно, ну со мной-то всё как раз просто, — усмехается Чон и, смотря в ответ, продолжает, — я, похоже, люблю тебя, — добавляет и целует Тэ в нос. — Ч-что? — Теряется тот, ошарашенно глядя на довольного парня. — С первой встречи, Тэ, — говорит Чон, и у Кима непроизвольно открывается рот. Серьёзно? Чонгук его любит? С первой встречи? Что? — Не веришь? — Понимающе хмыкает тот, прищуривая глаза и думая, как будет доказывать это. — Почему-то верю, — неожиданно для него отвечает Тэ, — ты единственный, кто не отвернулся от меня и остался рядом, несмотря ни на что. И ты единственный, о ком я думал всё это время и думаю сейчас, — улыбается он, понимая, что от души так влюбился в этого чёрноволосого красавчика. — Я могу считать это ответным признанием? — Улыбается Чон, заваливая Тэхёна на спину. — Ага, — кивает тот, беря его лицо в руки, — спасибо тебе, Гукки, за всё, — шепчет он и сам притягивает его для поцелуя. Чонгука ведёт конкретно, и он едва сдерживает себя от того, чтобы не разложить здесь это податливое тело. — Вот видишь, только ты можешь меня так называть, — улыбается Чон, отстраняясь. — Здорово, — смеётся Ким, — мне кажется, тебе нужно кое с чем разобраться, — хихикает он, кивая на его ширинку. — Ага, я бы воспользовался тобой, но ещё не время, так что ты пока спи, а я скоро вернусь, — отвечает Чонгук и уходит в ванную. Тэхён тихо ржёт с этого и, закутавшись в одеяло, думает о том, что все его страдания стоили того, чтобы этот парень сейчас был рядом с ним. Такой красивый, добрый, умный и смелый. И-де-ал. Когда Чон возвращается, Тэ уже спит, уткнувшись в подушку. Гук устраивается рядом, обнимая его, и через несколько минут тоже засыпает, мысленно хваля себя за правильно выбранный подход к этому чуду. Пусть и не своевременный, но всё же./…\
Проснувшись утром, Тэ хочет запищать от страха, когда обнаруживает чьё-то лицо в паре сантиметров от своего, но вовремя всё вспоминает и тихо выдыхает, принимаясь рассматривать сонного парня. Чуть надутые губки, нахмуренные брови, мягкие черты лица — дитё, одним словом. «Такой милый» — сквозит в сознании, и Ким осторожно прикасается к его щеке, нежно поглаживая по ней. — Доброе утро, — улыбается Чон, не открывая глаз. Тэхён хочет одёрнуть руку, но его ловят за запястье и целуют в ладошку. Румянец не заставляет себя ждать. — Доброе, Гукки, — улыбается он, выдерживая пристальный взгляд Чонгука на своём лице. — С этого дня я переезжаю к тебе, — заявляет тот, — если я каждое утро буду видеть такую красоту, то день автоматически будет прекрасным, — смеётся он, ещё сильнее смущая бедного парня. — Хорошо, только сначала уточни статус наших отношений, — усмехается Тэ, совладав с эмоциями. — А ты до сих пор не понял? — Удивляется Чон, — ты мой муж теперь, — ржёт он, получая слабый удар по плечу, — нет, правда, смысл говорить, что ты мой парень, если я буду жить у тебя, спать с тобой и вообще, — заявляет он, нависая над Тэхёном. — Ладно, ладно, я понял, — смеётся тот, пытаясь отстранить его от себя — он ещё слишком в шоке, чтобы спокойно воспринимать такие отношения, — насчёт «спать» даже не мечтай. Пока не заслужишь полного моего доверия — ничего не получишь, — улыбается он, оставив попытки спихнуть этого качка с себя. — А я думал, что уже заслужил, — наигранно-обиженно говорит Чон, надувая губы, — хорошо, я понимаю, — уже серьёзно произносит он, наклоняясь слишком близко, — но хотя бы поцелуи разрешены? — Да, — тихим голосом отзывается Ким и чувствует тёплые губы на своих губах. Чонгук целует невесомо и почти сразу отстраняется. — Пойдём гулять сегодня, — говорит он в утвердительной форме и слазит с постели, — будем учиться жить, как все, — поясняет он на вопрос в глазах Тэхёна и направляется к ванной. Тэ сидит в ступоре около пяти минут, а затем срывается за ним. — Эй, что ты о себе возомнил? Я не буду ни на кого смотреть, не заставишь, мне тебя хватило, — выпаливает он, распахивая дверь. — Да не бойся ты так, люди, конечно, бывают стрёмные, но их не так много, — смеётся Чон, выдавливая зубную пасту на щётку. — Нет, Чонгук, даже не думай, — испуганно говорит Ким, опираясь на дверь. — Я не думаю, я знаю, — ухмыляется тот, — я буду с тобой, солнце, и в обиду ни за что не дам, не волнуйся, — мягко добавляет он, и Тэхён алеет щеками от этого «солнце». — Ладно, может быть, — ведёт плечами он, думая, что, возможно, Чонгук прав и действительно поможет ему справиться с детской травмой. И да, Чонгук прав. Он всегда прав. И он не просто поможет справиться, он заставит забыть, пережить и отпустить. Докажет, что он — единственный, кто достоин быть рядом с хрупким и ранимым Тэхёном, кто всегда поможет и поддержит, кто всегда похвалит или поругает, если нужно, кто никогда и ни за что не обидит и не бросит. Он тот, кто всегда будет рядом и тот, кто по-настоящему любит его. Тот, кому доказывать уже ничего не нужно, потому что Тэхён любит его также сильно, если не больше......The…End.....
