Доверие

Жнец был возмущен. После судьбоносного дня, когда он принес в окровавленных руках Рааста, ему казалось, что Зед совсем перестал посвящать его в дела Ордена. То, что Шида узнал о захвате алтаря дикой магии самым последним… Возмущало. Но уважение к Зеду останавливало его от пылкой речи, он взвешивал в голове каждое слово, продумывая разговор. Хотя смысла особого в этом не было – мастер непредсказуем всегда, и читать себя никогда не позволит даже самому преданному адепту. - Почему ты не сказал мне об этом сразу? – Каин сидел на привычном, как всегда положенном для него месте в виде уютной подушки на полу, скрестив ноги. Выглядел таким расстроенным и растерянным – но намного лучше того запуганного и грязного нечто, что было пару дней назад. Зед на его вопрос только слабо нахмурил брови. Уж не теневому мастеру отчитываться перед нерадивым учеником. - Я имею в виду… Это ведь война а не игры, черт возьми. - Что изменилось бы, сказав я тебе? Увидел бы это несчастное лицо на день раньше? - Но ведь… Мне казалось что мы доверяем друг-другу, нет? - Доверяем. Но это совсем не то. Это просто бессмысленная информация, - Он снова нахмурился. – Прошлое никак не изменишь сожалениями. - Знаю… - И молчание. Мастер теней пожал плечами, налив себе очередную чашку чая. Они недавно вернулись с поля битвы – и дрались с вастайи, где жнец и узнал новые подробности в виде поражения в храме Пласидиума. Быть может, ему просто было обидно, что эти вести он не узнал от своего учителя, но что поделать? Он давно уже не ребенок. И Зед, пусть даже как и его наставник, ничего ему не должен. Поняв, что разговор ни к чему толковому не приведет, он поднялся, беря с книжного шкафа любимую книгу, и умостился на кровати, намереваясь провести оставшееся время в тишине и расслабленности. Однако Шида остался, и теперь просто сидел, спокойно и без какого-либо выражения за ним наблюдал. Так продолжалось два часа, быть может больше – иногда, чисто ради спортивного интереса, ассасин поглядывал на него, проверяя, не заснул ли тот – однако тот все так же сидел, почти не меняясь. Да и Зед почти не двигался. В конце концов он не выдержал, и, громко сомкнув книгу, направился к ученику. Тот с любопытством поднял на него взгляд. - Каин, - Обратился к нему он, резко наклонившись и затем заглядывая в разноцветные глаза. Тот явно не был к такому готов. – Чего тебе не хватает? - Чего мне… - Он почему-то непривычно покраснел от вопроса. Зед изогнул бровь. - ..не хватает? Мастер теней замер, ожидая ответа. Однако отчего-то его ученик мялся, чего за ним никогда не было заметно прежде. Неужели из-за этой гадости на руке уже и говорить разучился?.. Но в какой-то момент его осенило, и он не давая каких-либо шансов отреагировать, быстро уложил ему руку на сердце. Каин хотел было отстраниться, но Зед не дал ему, удержав за плечо. - Каин… - Он широко раскрыл алые глаза, чувствуя, как и без того быстрое сердцебиение под ладонью учащается от сказанного им имени. – Ты… - Я тебя люблю, Зед. – Он отвел от него взгляд. - Оу, как мило. Я тоже тебя лю… - Нет, - Перебил его жнец, резко поднимаясь на ноги и отталкивая немного подальше, дабы тот перестал вести себя с ним как с ребенком и посмотрел в глаза. Зед в этот момент даже слегка его испугался. Он выглядел серьезно. Даже чересчур. – Это не та любовь. Не братская. Не семейная. Другая… Он говорил с придыханием, прерываясь после каждого слова, смущенный до невозможности. Ему было тяжело. Это далеко не шутка… В какой-то момент Каин не выдерживает – сжимает руки в кулаки, у него ярко светится синяя метка на правой руке, и он собирается тактически бежать сквозь предметы, как обычно делает – однако Зед не дает ему это сделать, и, делая резкий шаг, хватает за косу, останавливая столь перепуганный побег. - Послушай меня, - Мастер развернул его к себе и тяжело вздохнул, и взглянул в эти прекрасные, даже слегка влажные от волнения, глаза. Ученик тяжело дышал, у него периодически дрожали плечи, упрямо поджаты губы. Каин смотрел на него как и всегда, но было в этом взгляде что-то еще, такое наивное, исполненное надежд, и, боги, любви. Как он раньше не замечал этого? Это ведь теперь видно так ярко. – Все эти чувства – полная чушь. Это то, что делает тебя слабее, понимаешь? Оно только мешает жить. Ты еще слишком молод, это бывает, оно пройдет. - Нет. Не чушь. Нет, не пройдет! – Рыкнул на него Шида в ответку. У него забавно торчали выбившиеся из общей прически прядки - так похож на котенка. – Ты лжешь самому себе этими словами. Но знаешь что? У тебя есть полное право забыть об этом и просто сделать вид, что ничего не было, как обычно. Мне хватает просто того, что ты находишься рядом и с тобой все в порядке, и еще более того, мне не нужна твоя ебаная жалость! Пусти и катись к черту! Зед таки отпустил его, Каин с облегчением вздохнул. Он хотел было развернуться и уйти, но тени были быстрее – два силуэта мгновенно и резко прижали его к стене, а через мгновение на их месте оказался сам мастер. Жнец поморщился от удара и фыркнул, но ничего не сказал. Знал ведь, что язык распускать с таким непредсказуемым зверем опасно. - Ты вообще понимаешь, о чем говоришь? – Рыкнул он ему на ухо. Этот мальчик, этот ребенок, этот чертов Каин… Они были чересчур близко к друг-другу. Зед поддался искушению и втянул в свои легкие его запах – это было большой ошибкой, как и множество других вещей, которые они совершат. Его запах был похож на лепестки черного чая, те, что не терпкие, совсем свежие, едва зрелые; от него пахло кровью, едва уловимым возбуждением, прохладой и чем-то непременно мужским. Каин замер, то ли от шока, то ли от непонимания – ведь, по сути, у него не было никого от слова совсем. Убийца сделал шаг вперед, прижав его еще сильнее, и прислонился носом к его шее, вновь улавливая обонянием ту самую нотку возбуждения. В какой-то момент Зед выдохнул, щекоча кожу дыханием, и Шида дрогнул, прерывисто выдохнув. Он вообще понимает, насколько сильно сводит с ума подобное? - Скажи, - Мастер выпрямился немного, начиная шептать ему на ухо. – Ты действительно хочешь этого?.. Ты пожалеешь об этом. - Знаю. – Соврал он. Ведь знал, что пожалеют они оба. – Хочу. Чертовски сильно хочу. - И что на это скажет даркин? - К черту даркина. Зед ухмыляется, и просовывает колено между ног Каина, от чего тот начинает неуверенно метаться. Он схватил его за подбородок, и спустился ниже к шее, сжал, но не стал душить, и лишь вынудил сильно откинуть голову. Обычно буйный ученик не стал противиться. Мастер теней знал об отсутствии опыта у него. Логично было бы просто перейти к главному, но что-то внутри чертовски сильно желало помучить его. Он коснулся кончиком носа под его ухом, провел нежно-нежно, горячо выдыхая и вызывая у жнеца тонны мурашек, мягко коснулся, оставляя едва ощутимые поцелуи, а затем резко впился в кожу, грубо кусая, оставляя яркий фиолетовый засос – Каин в этот момент громко простонал, вцепившись руками в чужой доспех и царапая себе ладони. В ход затем пошел и язык, хаотически сменяясь на новые поцелуи и затем снова возвращаясь к грубым укусам. Сам такого не замечая, он в какой-то момент слегка передавил ему шею, и расслабил хватку, позволяя ученику встретиться с ним взглядом. Тот посмотрел на него затуманенным возбуждением взглядом и приоткрыл рот, возбужденно выдыхая прозрачной теневой дымкой – как же Зед ненавидел, когда с тенями играются просто так, но почему-то сейчас это показалось ему таким сексуальным… Он рыкнул, впиваясь в соблазняющие его губы, грубо сминая чужой язык и толкаясь своим вглубь его рта. Никогда не целовавшийся до этого Каин растерялся – но мастер помог ему, уложив его руки себе на грудь. - Сними. – Прошептал он ему в рот, на секунду прерывая поцелуй. Затем впился с двойной силой, кусая ему губы, и наконец встретил ожидаемое сопротивление. Ученик быстро привык к такого рода ласкам, но борьбу языками явно проигрывал, хоть множественно дерзил и кусался, умудрился даже прокусить своему мастеру губу – но в конце-концов он простонал, окончательно сдавая позиции. Ощущалось так, будто Зед просто тягуче-бесстыдно трахал его рот своим языком. Это сводило с ума. Наконец пальцам удалось найти застежки, и стащить с убийцы броню, оставляя его теперь только лишь в одежде – в награду он получил передышку и возможность глотнуть немного воздуха. Каин отзывался на каждые ласки, даже на мимолетные выдохи в его адрес, это было прекрасно. Зеду хотелось впиться в него, разорвать в клочья, вытащить из него душу раньше, чем это сделает даркин – выросший в весьма жестких условиях, не знающий какой-либо нежности, любовь теневого убийцы была весьма грубой и острой, без каких-либо приправ ласками. Но с этим мальчиком хотелось вести себя немного по-другому – ведь, если подумать, он единственный, кто смог настолько открыто сказать про свою любовь Зеду, еще и прямо в лицо. Руки жадно исследовали чужое тело, изучая, пока еще аккуратно и настороженно, ибо он еще не знал, как и где именно Каину нравится больше всего. Немного смуглая кожа была неожиданно холодной, в то время как тело даркина – чертовски горячее, будто пульсирующее теплом. Последнее казалось в два раза чувствительнее обычного человеческого, ибо он томно вздыхал даже от совсем легких сжиманий. Наверное удары туда будут самыми болезненными… Шида протянул руки к мастеру, намереваясь стянуть с него кофту – однако тот быстро пересек попытки его раздеть, с ухмылкой прижав его ладони к стене. Тогда тот фыркнул обиженно, и, сомкнув губы, потянулся за поцелуем, но ответ Зеда был по прежнему нет. Они замерли, впившись взглядом в друг-друга – Каин смотрел на него с вызовом, пытался показать, что во всем сугубо уверен – но его глаза были полны страха перед неизвестностью и незнанием того, что будет дальше. А еще обидой, что ему совсем не позволяют ничего сделать самому. Ладони Зеда мягко прошлись по его животу, огладили ребра и совсем немного пощекотали, от чего тот дрогнул, нездорово хихикнув. Затем руки пошли ниже, аккуратно расстегивая и освобождая жнеца от лишней одежды, оставляя лишь только в одном белье. Ассасин опустил на него взгляд, и слегка приподнял брови – под этими мешковатыми штанами скрывались вполне себе соблазнительные ноги, да такие длинные и изящные... видимо, такую одежду он выбрал как раз-таки для того, чтобы укоротить их визуально и выглядеть более мужественно. Каин затаил дыхание, когда чужие руки нащупали его ягодицы – Зед явно получал удовольствие от растерянного лица своего ученика, но поначалу гладил осторожно, жамкая и легонько щипая. Они по ощущениям были приятно упругими, но не чересчур твердые – это неудивительно, ведь, из-за своей теневой походки ему приходится постоянно бегать. Он медленно просунул палец меж ягодиц, из-за чего Каин резко вывернулся и матернулся – мастер шумно выдохнул и прижал его к себе за бедра совсем близко, пах к паху, давая почувствовать свое возбуждение. Шида, немного помявшись, запустил руки под кофту учителя, от чего тот слабо улыбнулся, и, наклонившись к его шее, вновь начал осыпать ее поцелуями, и постепенно спускаться ниже. Каин резко поддел его кофту и потянул вверх, но Зед сжалился над его желаниями, и, подняв руки, позволил себя раздеть. Поцелуями он дошел до груди, и, оставив очередной грубый засос, обхватил губами чувствительный сосок, слегка прикусил, от чего жнец дернулся и блаженно простонал. Теневой убийца продолжал играть с ним, все больше раззадоривая неизведанное до этого удовольствие, вылизывал его всего и оставлял на нем свои следы – когда жнец совсем обмяк в его руках, он решил, что хватит с него ласк. Зед подхватил его под бедра, и, сделав пару шагов назад, присел вместе с ним, а затем опрокинул его на низкий стол, где они обычно обедали, животом книзу. Каин уперся о него локтями, а мастер заботливо подложил подушки под его коленки, дабы не было никаких травм в процессе. Ассасин легким движением зацепил резинку на обычно заплетенных волосах, и ловким движением распустил его длинные угольные пряди. Они красиво распластались по его обнаженной спине, и Зед, не сдержавшись, запустил в них руку, отмечая, насколько они поразительно мягкие. Он ласково массировал ему голову, а Каин же, прикрыв глаза, на это лишь тихо мурчал. Губы мастера легонько коснулись загривка, руки начали шарить по его телу, очерчивая талию, а затем, на мгновение задержавшись на привлекательной заднице, стянули с ученика белье. - Расставь ноги. – Шепчет ему Зед приказным тоном на ушко, а затем слабо кусает за мочку. Шида тяжело выдыхает и подчиняется – однако открывается недостаточно для того, чтобы им было комфортно, поэтому пришлось отодвинуть одну из подушек самостоятельно. – Расслабься… Рука прошлась вдоль позвонка, гладя кожу. Зед подпер его колени своими, дабы тот вдруг не сжался и не сделал себе больнее – Каин почувствовал это и запаниковал уже заранее, но поглаживания его кое-как успокаивали. Он смочил слюной два пальца, раздвинул ягодицы свободной рукой и с трудом протолкнул внутрь тугого колечка мышц два пальца. Ученик в этот момент заскулил, сжав губы от боли – он пытался сомкнуть ноги скорее даже рефлекторно, но Зед не давал ему, и постепенно растягивал. Жнец под ним метался, страдальчески выдыхая, цеплялся за все, что под руку попадалось, дабы хоть как-то усмирить боль, - когда у Зеда освободилась рука, он аккуратно скользнул ею между его ног, начиная ласкать член. Это было чертовски неудобно, но, похоже, значительно облегчило ему страдания – ассасин протолкнул в него и третий палец, дабы во время соития не было такого уж сильного дискомфорта, и ласки в какой-то степени заглушали ему боль. Пальцы в какой-то момент коснулись чувствительной точки где-то внутри, и Каин мгновенно зацепился за это удовольствие, постанывая и слабо насаживаясь ему на пальцы. Однако, долго наслаждаться этим ему не дали – Зед вынул пальцы и спустил штаны с бельем, столь неприятно его стесняющие, и подставил член ко входу, с усмешкой наблюдая за тем, как жнец мгновенно притих. Ведь он был намно-ого больше тех пальцев… Зед завалился на него, прижимаясь разгоряченной грудью к его спине, и резко толкнулся, сходя с ума от того, как внутри было тесно и жарко. Из приоткрытых губ Каина вылетел болезненный вскрик – он весь сжался в плечах, наверное, ожидая последующих толчков, однако его учитель замер, давая ему привыкнуть к незнакомым ощущениям. Постепенно дискомфорт и остатки страха отступили, а боль заменила приятная тяга где-то внизу живота. Зед тяжело дышал ему на ухо, иногда даже рычал – ему было очень трудно сдерживаться и вести себя ласково, ведь ему, черт возьми, так сильно хотелось большего. Это рычание и осознание того, что его так же сильно хотят в ответ сводило Каина с ума, возбуждало до нестерпимой дрожи в ногах. Он хотел толкнуться убийце на встречу – но тот опередил его, и сделал еще толчок, вырывая у подчиненного очередной стон. - Тебе нравится чувствовать меня в себе? – Выдохнул он ему на ушко томно. - Даааа, - Простонал Каин, уже совсем плохо соображая. Этот стон был таким возбуждающим, дурманящим и сладким… Хотелось, чтобы он делал это снова и снова. – И я хочу еще, мастер… Удовлетворенный ответом, он начал двигаться, совершая рваные, непредсказуемые и сильные толчки, и постепенно наращивал темп. Тело под ним содрогалось от удовольствия, руки Каина схватились за край стола, дабы он смог удержаться на месте и не слететь под таким напором. Он стонал и кричал, привлекательно извивался, и иногда забывал, как дышать. Этот момент был восхитительным, и хотелось, чтобы это для них двоих никогда не заканчивалось. Зед выпрямился, намотав восхитительные вороные волосы на кулак, и грубо потянул его на себя, вынудив гибко, сильно и изящно выгнуться, откинув голову. Каин зашипел, ибо это было не особо приятно, и громко, особенно возбужденно простонал, когда Зед впился ему в шею. Второй рукой он начал томно ласкать его снизу, следуя заданному ритму – Каин, уже совсем потеряв какой-либо контроль над собой, начал толкаться бедрами ему навстречу, насаживаясь даже глубже, чем Зед сам мог предложить ему в этой позе. Скорость и резкость их движений в этот момент уже достигла предела – они были будто два зверя, стремящихся доставить удовольствие друг-другу. Шида уже откровенно кричал, не в силах сдерживаться, и был близок к тому чтобы сорвать себе голос; малейший звук из влажных губ ученика возбуждал до невозможности, и он все больше и больше налегал на него, чувствуя, что скоро достигнет пика. Зед рыкнул, больно вцепившись руками ученику в плечи, кончив внутрь него – Каина пришлось поласкать еще немного, прежде чем он протяжно простонал и кончил ему в ладонь. Его тело мгновенно расслабилось, податливо обмякнув у ассасина в руках. - О чем именно я должен был пожалеть? – Нарушил тишину Каин, все еще неровно и сбито дышащий. – Не думал, что ты такой извращенец. - Это я еще и извращенец? – Спросил он, усмехнувшись и приподнимая брови. Он аккуратно вытащил обмякшую плоть из него, и встал на ноги, натягивая на бедра штаны. На него смотрели с легким недопониманием – еще бы, ведь он не знает, что теперь между ними. Более того – даже сам Зед не знал. Ровно до тех пор, пока Каин не поднялся на ноги, начиная собирать по всей комнате свои вещи с очень печальным личиком – боги, да он ведь очень вредное, невысокое и удивительное совершенство. - Останься, Каин, - Прошептал ему Зед, аккуратно обнимая его сзади, когда тот уже оделся и почти вышел с комнаты. Даже при объятиях чувствовалось это волнительное сердцебиение… – Нам нужно обсудить еще многое.