Отпуская тебя

Переговоры проведены. Условия оговорены. Согласие дано. Договор заключен, хотя и только устно. Значит надо выполнять обязательство перед деловым партнером. Хм… На самом деле Анна, согласившись на предложение Топольского, после его отъезда стала подумывать о нерациональности своего решения. И чем ближе был день его возвращения, тем чаще ее посещали мысли о побеге. Останавливало одно: она никак не могла бросить в такой сложной ситуации «Золотую Середину», особенно зная, как дорожит фирмой Станислав Михайлович. В день приезда Роберта девушка вся была на нервах. С утра ей пришлось трижды переодеваться перед выходом на работу. Сначала она опрокинула кофе, задумавшись и неловко дернув рукой. А потом уже, на выходе, нервно теребя замок на сапоге, зажала молнией ткань капрона на ноге, вырвав небольшой клок, из-за чего вверх потянулась быстрая стрелка. Выйдя из дома, девушка поняла, что забыла переложить из другой сумки ключи от офиса и машины, поэтому пришлось, тихо матерясь на собственную «девичью» память, вернуться в квартиру, а так же забрав ключи из сумки, дойти до гаража и вспомнить, что не выключила утюг. Она вернулась домой, где осознала, что утюг отключен, после чего спустилась вниз и уже в машине вспомнила, что ноутбук стоит на кухонном столе. Выматерилась и поехала на работу без ноутбука. Офис-менеджер Ольга уже с порога поняла, что Краснова не в духе, и срочно оповестила об этом всех, кто мог попасть под горячую руку. Не помогло… Попало всем, кому не попадя… И за все, за что только можно. И когда ожидание приближающейся встречи уже практически довело ее до нервного срыва, раздался запуганный и дрожащий голос Ольги по внутренней связи: - Анна Александровна, Роберт Станиславович просит Вас зайти в его кабинет! Брюнетка, как на казнь, шла навстречу с директором, едва способная передвигаться на ватных ногах. Едва собравшись с силами, удерживая саму себя от глупого побега у его двери, шумно выдохнув, постучала и резко открыла дверь. Все ее страхи оказались напрасны. Директор встретил девушку беспристрастным, немного уставшим взглядом, и, в первую очередь, начал спрашивать про дела на работе. Анна, не подав вида, заликовала внутри и быстро, но подробно отрапортовала начальнику всю необходимую информацию. Роберт внимательно и сосредоточено слушал, делая пометки в рабочем блокноте, задавал вопросы и, выслушав ответы, делал свои замечания. Затем он попросил организовать планерку с руководителями отделов, и рабочий день закрутился. Шеф ни словом, ни взглядом, ни жестом не проявлял никаких намерений, о которых у них была договоренность, ведя себя как обычно. Даже когда они оставались одни в кабинете, разговоры были только о работе. Вечером, как всегда засидевшись в офисе и не заметив за делами, что стрелка на часах уже давно перевалила за восемь, Аня оторвалась от монитора лишь, когда услышала тихий стук. Приоткрыв дверь в помещение, шеф, прислонившись к косяку, строго приказал. - Хватит работать, госпожа Краснова. Выключайте компьютер, мы едем ужинать! – и, пресекая возможный отказ. – Я расскажу, как устроился отец! Анна согласно кивнула и засуетилась, закрывая папки и документы на рабочем столе. По дороге поговорить не удалось, так как каждый из них ехал в «Корону» на своей машине. В этом, довольно доступном по ценнику, ресторане подавали самую вкусную пасту в городе. Ожидая заказ, Анна слушала рассказ Роберта о поездке, о том, как они долетели и добрались до клиники, результат переговоров Топольского – младшего с лечащим врачом отца, о палате старика и о квартирке Светланы Николаевны, которая осталась с хозяином на время его лечения в Германии. Светская беседа продолжилась и после того как принесли пасту, сопровождаемая довольными возгласами обоих качеству заказанных блюд. Говорили о работе, снова возвращались к поездке, обсуждая Германию, о погоде, о новостях из жизни города. Расплатившись за ужин, Роберт помог Анне надеть пальто и, уже у выхода спокойно и деловито, как бы между прочим, спросил: - Так к тебе или ко мне? Брюнетка, на секунду застыв от неожиданного поворота событий и пытаясь не выдавать своего волнения, максимально равнодушно ответила: - К тебе. Роберт, кивнув головой, открыл перед девушкой дверь, выпуская ее на улицу, где они разошлись - каждый к своей машине. По дороге Анна несколько раз ловила себя на мысли, что ищет возможность сбежать. Но тут же саму себя отговаривала от столь абсурдного поведения. Ну, во-первых, есть договоренность, на которую она сама согласилась, а во-вторых, секс был жутко необходим, за его полным отсутствием несколько недель. Роберт же напротив, казался совершенно невозмутимым и, помогая девушке загнать машину в гараж, закрывая его и идя к дому, держался на расстоянии от брюнетки, говоря о каких-то абстрактных и не касающихся предстоящего события вещах. Зайдя домой, Роберт, закрыв за собой дверь, поспешно сняв ботинки и скинув пальто, медленно подошел к девушке, едва вставшей с пуфика у входа, сидя на котором снимала сапоги. Он аккуратно потянул за лацканы ее пальто, помогая снять его, но остановился, едва опустив руки ниже плеч. Слегка надавив пальцами, мужчина заставил девушку чуть откинуться назад, чтобы оказаться прижатой спиной к его груди. Анна, чуть слышно, резко выдохнула, а шатен, наклонившись к ее шее и обдав жаром кожу, легонько коснулся губами. Еще несколько поцелуев, все более напористых и страстных, и брюнетка, простонав, разворачивается и впивается во влажные губы Роберта. Руки и губы партнеров начинают шумное и горячее приключение, дрожа, хватая и лаская уста и тела друг друга. До спальни и кровати в ней они добирались, не отрываясь от тел любовника, целуя и лаская руками, куда могли дотянуться, бросая вещи там, где снимали, оставляя за собой след своей накопившейся страсти и вожделения. Секс был невероятным - просто сногсшибательным. Разгоряченные тела и головы полностью отдавались нахлынувшему желанию, пока потные и уставшие, оба не повалились на кровать, пытаясь отдышаться, кажется, после третьего оргазма. Немного придя в себя, Анна засобиралась, разыскивая и надевая вещи. Роберт, снова надевший маску невозмутимости, спокойно помог девушке, одновременно натягивая одежду и на себя. Сопроводив брюнетку на своей машине до подъезда и дождавшись, пока она откроет дверь в подъезд, на прощание лишь мигнул фарами черного Camaro. Уже лежа в кровати после душа, расслабленная и обессиленная, с дрожащими ногами и горящим от поцелуев телом, в голове, затуманенной усталостью, понеслись мысли, заставляющие ее вернуться к разговорам, которые и привели ее к решению стать любовницей Роберта. - Прошу Вас, Анна Александровна, не делайте необдуманных поступков, давайте просто поговорим! – настаивал мужчина, удерживая руку девушки, после того, как в машине, стоящей около подъезда брюнетки, предложил ей стать его любовницей. Аня пыталась очнуться и заставить себя, наконец, успокоиться и сделать то, о чем просит ее мужчина. Едва справившись с нахлынувшим на нее шоком, она повернулась к Роберту и неожиданно для самой себя спросила: - А как же Ваша жена? - Жена? - шатен удивленно вскинул брови. - Ну да! – со спокойствием к Анне вернулся и ее привычный сарказм. – Ну, помните? Свадьба? Торт? Ну, тот, который опрокинула моя сестра, – девушка разглядывала недоуменное лицо директора. – Я конечно не ханжа, господин Топольский, и мне в принципе не важно женат или свободен мой любовник! Просто интересно. - Жены нет! – ухмыльнулся Роберт. – Я развелся еще до отъезда из города. - Ммм… - понимающе потянула Анна, отворачивая лицо к окну и глядя на темный двор, тихо проговорила. – Хорошо, я слушаю Вас. - Может поднимемся к Вам? – спокойно спросил мужчина. - Нет! – резко ответила девушка. – Поговорим здесь - в машине. - Ок! – проговорил мужчина, откидываясь на сиденье и выдыхая. Несколько секунд он молчал, подбирая слова, после чего начал. - Мы с Вами оба деловые люди, Анна Александровна. И оба давно и глубоко женаты на своей работе. Мы проводим в офисе по двенадцать – четырнадцать часов, порой приходя туда и в выходные. Мы работаем в машине, стоя в пробках, в ресторанах и кафешках за едой, дома в халате и тапках. Практически круглосуточно! – мужчина сделал паузу, вглядываясь в заинтересованное лицо брюнетки. – Но работа есть работа. - Удовлетворение потребностей еще никто не отменял. Все-таки мы с Вами не механические роботы и иногда нуждаемся кое в чем, кроме сна для подзарядки и еды, как топлива. Нам также жизненно необходим и секс - так сказать для здоровья! – он хитро улыбнулся в ответ ухмыльнувшейся девушке. – Так вот, перейду к объяснению причин по которым, как я считаю, мы идеально подходим друг другу как любовники. Роберт замолчал на несколько секунд, ожидая, пока заерзавшая девушка слегка развернулась в его сторону и приготовилась слушать: – То, что мы работаем вместе, одновременно может служить как плюсом, так и минусом. Плюсы – это то, что нам не надо заранее договариваться, созваниваться, так как мы прекрасно осведомлены о планах друг друга. Минусы - то, что это может сказаться на работе. Но… Не в нашем случае. Мы оба достаточно умные люди, способные понимать опасность эмоций на работе и, думаю, довольно спокойно справимся с этим неблагоприятным фактором. - Второе. Вы и сами знаете, Анна Александровна, насколько Вы красивы и сексуально привлекательны, – мужчина восхищенно вскинул бровь, заставляя девушку довольно улыбнуться. - Что касается меня, то я тоже достаточно привлекателен, – на этот раз он нагло улыбнулся. – Двое привлекательных людей, чем не партнеры в постели? Особенно, если им обоим понравился их общий сексуальный опыт. - Ведь понравился? – Роберт хитро вглядывался в глаза девушки, в которых ему увиделось, мелькнуло смущение. Получив утвердительный кивок головой, шатен продолжил: - Приступаем к следующему пункту. Мужчина выдохнул, собираясь с мыслями: - Я, конечно, не Ваш психолог и не Ваш духовник, чтобы дотошно знать состояние Вашей души. И, честно признаюсь, некоторые Ваши поступки вводят меня в легкий ступор, так как я не понимаю их смысл, но общая картина мне ясна. Вы, так же как и я, ярая противница несвободы в любом его проявлении. Вы не желаете находиться в статусе «состоит в серьезных отношениях». Это странно для девушки Вашего возраста, но это факт. - Или я не прав? – Роберт тщательно вглядывался в лицо собеседницы, пытаясь понять ее мысли. - Допустим, – холодно бросила Анна. - Хм… - мужчина довольно улыбнулся и продолжил: – Я не знаю, что Вас к этому привело. Но я Вас прекрасно понимаю, так как моя короткая и несчастная семейная жизнь показала мне всю «прелесть» серьезных отношений, к коим я больше не намерен возвращаться никогда! - Вам меня не понять, господин Топольский, – горько усмехнулась в ответ девушка. – Моя семейная жизнь, в отличие от Вашей, была очень счастливой. -Ха… - мужчина задумчиво взглянул в лицо девушки, убеждаясь в том, что она говорит правду. – Я повторюсь, я не психолог и не духовник, чтобы знать истинные причины Вашего нежелания снова стать мужнею женою. Я только говорю то, что вижу. В воздухе повисла неловкая пауза: каждый из собеседников думал о чем-то своем, пока, наконец, Роберт не решил продолжить: - Так вот, если мы оба не претендуем на руку и на страницу в паспорте, ключи от дома и сердца, почему бы нам не быть любовниками? С нашей занятостью и в силу возраста шастать по клубам в поисках сексуальных партнеров - это нелепо и лишняя трата времени. К тому же, эти контакты бывают чреваты последствиями. - Для меня, я думаю, Вы понимаете, что я себе сейчас не льщу, эти бесконечные «невесты» - охотницы на обеспеченного холостяка - для нашего города очень обеспеченного. Они ведь, как пиявки: стоит допустить до тела - отцепить практически невозможно. - А Вы, Анна, как и любая уважающая себя женщина не можете снимать мужчину на одну ночь, Вам нужен постоянный любовник. Но увы, Вы слишком хороши собой и приятны в общении, что ведет за собой их быструю влюбленность и желание провести с Вами остаток своих дней, – с усмешкой проговорил Роберт. – По этим всем вышеперечисленным причинам я и считаю нас идеальной парой. Только секс, никаких эмоций и обязательств. Просто удовлетворение потребности организма. Он, выдохнув, закончил. Через некоторое время выдохнула, прикусывающая нижнюю губу, раздумывающая девушка. - Анна Александровна, прошу Вас тщательно все обдумать и взвесить, – настойчиво продолжал Роберт. – И не принимать поспешных решений. Я беспрекословно приму любой Ваш ответ и больше никогда не подниму эту тему. И я буду ждать от Вас ответ столько времени, сколько Вам потребуется, и ни при каких обстоятельствах не напомню Вам об этом разговоре. - Прошу от Вас только одного: согласия подумать! – мужчина, затаив дыхание, в упор смотрел на брюнетку в ожидании ответа. Анна, еще немного потеребив зубами несчастную губу и сверля глазами лобовое стекло автомобиля, тихо прошептала: - Хорошо, Роберт Станиславович, я подумаю. И она думала. Постоянно. Дома, на работе. Всегда и везде. И сомневалась. Последние сомнения развеял, как это не странно, Топольский – старший. Когда девушка была в доме отца и сына, она достаточно долго беседовала со стариком. Он ей поведал тогда, что у Роберта есть более крупный бизнес, нежели «Золотая середина». И предприятие это находилось в двух часах лета на самолете, в городе N. Конечно, этот город был гораздо крупнее и гораздо интереснее в плане развития бизнеса. Полтора миллиона жителей против шестисот тысяч. Две пересекающихся ветки метро. Молодой, быстро развивающийся и растущий город. У Топольского там была фирма, занимающаяся строительством, продажей и потом обслуживанием домов. Бизнес стабильный и очень денежный. Практически весь оборот он пускал в развитие. Вот куда он периодически пропадал и откуда приезжал измученный и усталый. Вести дела на расстоянии довольно сложно, поэтому приходится решать накопившиеся вопросы наскоками, во время поездок. Но любопытнее всего была история о его браке, хотя Аня, конечно, старалась быть максимально беспристрастной слушая рассказ старика, заранее зная, что невестка окажется злой мегерой, обидевшей дорого сыночка. Старик сам начал тему, показывая фотоальбом и наткнувшись на единственную фотографию, где можно было увидеть семейную пару - Ирину и Роберта Топольских. На отпечатке они были изображены в кругу любящих родственников - родителей со стороны невесты и жениха. Ирина Королева была одноклассницей Роберта, в которую он был влюблен с незапамятных времен, как и половина класса, параллели, да и классов старше и младше их. Девушка действительно невероятно красива. Тонкая, изящная, но не приторная красота. Высокая, стройная, фигуристая натуральная блондинка с невероятно большими, окруженными пышными, черными ресницами, голубыми, как небо, глазами. Тонкий носик, и аккуратные, чуть пухлые губы. От нее, даже с фотографии, шел запах невероятного, сногсшибательного шарма. В школе она не замечала ни Роберта, ни других ребят, предпочитая встречаться с мужчинами постарше. Но когда «Золотая Середина» пошла в гору, она сама нашла Топольского, и закрутился бешеный любовный роман, закончившийся пышной свадьбой с трехэтажным злосчастным тортом, тремя сменными свадебными платьями, полностью арендованной для празднования гостиницей, лимузинами, фейерверками, приглашенными звездами городского масштаба и полуторамесячным свадебным путешествием по Европе. Роберт осыпал любимую подарками, находясь в эйфории только оттого, что она стала его женой. Шубы, драгоценности, наряды, гаджеты – все, чего бы она не пожелала и на что бы не указала своим тоненьким прелестным пальчиком. Но счастье продлилось недолго. Конечно, Топольский был готов дать жене все, что она захочет, но в рамках разумного. Ирина же не знала границ. Она ураганом проносилась по магазинам, за день скупая в элитных бутиках столько одежды, сколько хватит на год, а то и больше, причем так ни разу и не надев большую часть этих шмоток. Магазины с косметикой закрывали на ключ и выгоняли всех покупателей, завидев Топольскую, готовые крутиться вокруг нее одной и ублажать, так как она могла скупить практически весь ассортимент самого дорогого товара. Отчеты о покупках очередной шубы или драгоценности заставляли Роберта вздрагивать. Он с ужасом сравнивал отчет о дневной выручке магазинов и отчет с банковской карты жены, где явный перевес был на последней. Начались ссоры. Он упрекал ее в транжирстве, а она его в жадности. Роберт ругался, умолял, просил, и Ирина на некоторое время сокращала расходы, но спустя пару недель все начиналось сначала, набирая большие обороты. Однажды Роберту на телефон пришло известие об оплате в автосалоне. Позвонив туда, парень пришел в неописуемую ярость. Ирина внесла залог на покупку нового автомобиля стоимостью свыше трех миллионов рублей. Дело ведь даже не в сумме покупке, а в том, что ей на свадьбу был подарен не менее дешевый автомобиль. Разразился страшный скандал. Дом стоял на ушах. Роберт, всегда сдержанный, брызгал от злости слюной, а Ирина рыдала в истерике и кидала в него все, что попадалось под руку, пока ее не скрутила резкая боль в животе. Скорая… Больница… Выкидыш… Роберт был в ужасе от того, что натворил. Он довел горячо любимую жену до такого состояния, что она потеряла такого долгожданного и желанного ребенка. Он умолял жену о прощении, и она простила. За новую машину. За поездку на Ибицу. С Ибица Топольская вернулась тихая, скромно тратя только половину того, что раньше. Роберт скрипел зубами, но терпел, чувствуя за собой вину и все еще оплакивая не рожденного ребенка. После очередного похода к врачу Ира опрометчиво оставила карточку на тумбе у входа. Зачем Роберт открыл ее, он уже и сейчас не помнит. Не надо было обладать знаниями в медицине, чтобы понять, что в последней выписке идет речь о какой-то операции. Откопировав листок, он на следующий же день пошел к своему приятелю пластическому хирургу. Если сказать, что он пришел в ужас от того, что он узнал – это ничего не сказать. Едва придя в себя, он набрал номер банка и потребовал заблокировать карту жены, после чего поехал домой ждать ее. Ирина не заставила себя долго мешкать и залетела домой со злобными криками и гневно сверкающими голубыми глазами. Роберт, сидя в кресле и глядя в упор на нее, четко, спокойно и холодно спросил только одно: зачем она сделала себе операцию, после которой невозможно иметь детей. Сначала девушка опешила, но потом, придя в себя и поняв, что ее раскрыли, выложила карты на стол. - А что ты думал?! – визжала она. – Я тебе что, инкубатор для твоих выродков? Ты хочешь, чтобы я потеряла свою фигуру, рожая тебе сопливых, вечно орущих, обоссаных и обосранных ублюдков? Я не для этого за тебя замуж выходила! Вот так… Роберт хотел иметь детей от любимой женщины, а она хотела только денег. Был развод. Чтобы не доводить до суда и последующего скандала, Роберту удалось договориться с Ириной о мирном разводе, пообещав ей откуп. Пришлось продать большую часть магазинов и изъять практически все деньги из оборота, чтобы рассчитаться с ней. Семейные проблемы сына и трудности в бизнесе подкосили и Любовь Ивановну Топольскую, и через полгода мать скончалась. Роберт так и не смог прийти в себя после предательства жены. Он до сих пор носит в себе отпечаток этого происшествия, перестав совершенно доверять женщинам. - Вот так… - грустно потирая переносицу, проговорил старик. – Мы с женой мечтали о внуках. Хотели, чтобы этот дом наполнился их звонкими голосами и разбросанными повсюду игрушками. Теперь мне не увидеть внуков. Роберт зарекся, что больше никогда не подпустит ни одну женщину к своему сердцу. И видит Бог, он исполнит свое обещание. Наверное, именно эти слова старика тогда и заставили Анну поверить, что ее союз с Топольским – младшим возможен. А вот сейчас, практически провалившись в сон, она думала, правильно ли поступила, но тут же улыбнулась в ответ самой себе: - Да к черту все!!! Зато секс был классный!