Как все было на самом деле, или Дурдом на прогулке.

Санлайт или что-то напутала с порталом, или у неё очень странные понятия о Волшебных Странах, но наши герои попали не куда-то, а в Россию. Это был среднестатистический аэропорт, большой, шумный, самолетики туда-сюда катаются, садятся и взлетают, машут крыльями… вот только не надо стоять на взлетно-посадочной полосе! Наша компания сначала даже не поняла, где они находятся, но тут Дарика повернула голову и совершенно спокойно сказала: – Мы все умрем. Другие посмотрели в ту же сторону. На них мчался только что коснувшийся земли «Boeing 747», большой, красивый, блестящий на солнышке, в иллюминаторах отражался свет… но не стоит засматриваться. Эта штука гудела так, что звенело в ушах, огромные крылья рассекали воздух, но самое страшное было в колёсах-шасси. Одно такое колесо было, наверное, высотой с Грелля на шпильках и шириной как две Санлайт. Шасси вращались, неся самолет с бешеной скоростью на компанию. Но никто не мог сдвинуться с места. Все молча смотрели на огромную летающую машину. И теперь наверняка лежали бы они все в узких заколоченных деревянных гробиках в сырой земле, если бы не Себастьян. Нет, он не остановил самолет руками и ногами, как останавливал машины, поезда, людей и прочее, он начал танцевать лезгинку. На носу «Боинга». Шокированный летчик, глядя на мужчину во фраке, танцующего лезгинку на носу самолета и чудом никуда не улетающего, начал рулить во все стороны, в результате чего вырулил на травку рядом с полосой, а Себастьян спрыгнул на асфальт и благополучно отвел всю компанию на другую травку, а оттуда они прошмыгнули за пределы взлетно-посадочных полос. Пробежав чудом через весь аэропорт и выбравшись за его пределы, наши герои оказались в поле. Там трава жухлая, тут что-то колосится… тут из зарослей показался он. Пионер. Откуда в XXI веке взялся пионер, никто не понял. Пионер вел за собой трактор на веревочке, в котором сидел медведь в шапке-ушанке. У Дарики при виде трактора, пионера и медведя челюсть отвисла, а пионер что-то заговорил по-русски. Но, увы, наши герои за время жизни в Англии и параллельной вселенной подзабыли великий русский язык и почти не понимали, что говорит этот красавчик в красном галстуке. На помощь пришла сообразительность Гробовщика. Он, как старший и, несомненно, главный, вышел вперед и гордо выдал: – Моя твоя не понимать! Но пионер тоже не дурак был. Оказалось, что он знает язык жестов и азбуку Морзе. Своими умениями он и воспользовался, изображая разные значки руками. Тут умным оказался Себастьян. Он долго говорил с пионером на языке жестов, после чего обернулся к компании. – Он говорит, что его ручной медведь захотел поводить трактор, а он держит трактор за веревочку, чтобы он не уехал вместе с медведем. – сказал дворецкий. – А еще он спрашивает, кто мы и куда идем. – Передай ему, что мы убегаем от пони и самолетов, и спроси, далеко ли отсюда до Волшебной Страны. – приказал Сиэль. Себастьян все это передал, пионер в ответ знаками показал идти за собой, развернулся спиной, развернул трактор и пошел-поехал через поле. Долго-долго шли наши герои вслед за пионером, пока не пришли. А пришли они не куда-то там, а в Москву. Москва началась как-то сразу, раз – и Красная площадь! В Москве был Новый год, несмотря на то, что везде было лето в разгаре. Наверное, в центре этой Москвы всегда Новый год. Наши герои разбрелись по новогодней ярмарке, Рональд тут же познакомился сразу с тремя очаровательными россиянками и сел с ними в кафе, сестры побежали смотреть новогодние игрушки, Сиэль же видел в разрисованных шариках конкуренцию для своей компании, Гробовщик думал, насколько хороши будут гробы из новогодних елок, Грелль приставал к Себастьяну, Дарика тусовалась рядом с отцом, подумывая о теплом свитере, оставшемся дома, словом, все были при деле. Но тут Легендарный увидел дерево своей мечты. Это была Елка перед Кремлем. Наверное, своей макушкой она доставала до облаков, а ветви её раскинулись на пол-площади, а ствол внизу был такой толстый, что даже толпа детей, водившая вокруг этого воистину Королевского Дерева хороводы, с трудом обхватывала его и поставленные ограждения. Но Жнецу были не страшны никакие ограждения, ведь мысли о гробах из новогодних ёлок прочно укрепились в его голове. Наверное, для всякого рода шальных мыслишек эта седая голова в странном цилиндре была вроде цитадели, куда они все дружно стекались и укрепляли свои позиции против целого мира. Итак, и сейчас именно новогодние гробы захватили сознание Гробовщика. Он быстро достал из одного из множества карманов в балахоне топор, убрал поближе к рукам и уверенным шагом направился к Кремлёвской Елке. Дочь пыталась предостеречь, остановить отца, но он уже был одержим своей безумной (а какая она еще может быть?) идеей. Главной Елке страны угрожала смерть, а Смерти – уголовная ответственность по УК РФ, который он никогда в глаза не видел и в уши не слышал… но Ель сама спасла свое положение. Когда Гробовщик уже разогнал от елки детей и перелез через ограждение, когда он уже собрался рубить Елку, она наклонилась к нему и сказала так жалобно: – Не руби меня, мне же больно будет. Гробовщик несколько опешил от слов Елки, никакие деревья до этого не то что пощады не просили, они вообще молчали. Но, подумав, что ему показалось, он размахнулся топором и со всей своей гигантской дури ударил по стволу Ели. – Ай! – крикнула Елка и дала Жнецу веткой по лицу. Решив больше не экспериментировать с Елью, Гробовщик поспешил ретироваться подальше и затеряться в толпе, ведь уже подоспели МЧСники! Они обследовали обиженную Елку, наши неслабый след от топора Гробовщика (который наверняка был еще одной Косой Смерти), и поспешили искать преступника. Но седовласого уже и след простыл, как и всей нашей компании. Они шли по Арбату и мерзли. Метель обнимала их своими ледяными ладонями, и от её объятий наши герои ёжились, ёжились, ёжились… и тут пришли ежи. Их было много, больше, чем поней, самолетов, ментов и всех остальных! Ежи носились туда-сюда по всем поверхностям: по стенам домов, фонарям, снегу, крышам и головам людей. При виде этой колючей массы у Китиланы случилось что-то. Это что-то случилось резко и неожиданно, она улыбнулась, как будто испытывала крайнюю степень удовольствия, и упала, благо, ежи успели разбежаться в стороны. Гробовщик быстро поставил диагноз, что девочка «упала в обморок от передоза кавая». О, передоз кавая был очень страшным диагнозом! Таким страшным, что, услышав о нем, наши герои, разумеется, кроме Гробовщика, попрятались по углам, чтоб случайно не откинуть коньки от этого кавая. Седовласый попытался успокоить их тем, что «смерть от передоза кавая безболезненна, а иногда даже приятна», но их это еще больше напугало. Они просто не хотели умирать. И тут появился необыкновенный человек. Тот, кто все знает, все умеет, но приходит слишком поздно. Патологоанатом. Данная персона просто прогуливалась себе по Арбату, возможно, после смены на работе. Когда он увидел наших героев, а конкретно – Китилану, его глаза просто загорелись синим пламенем. О, это был человек, действительно любящий свою работу! Стараясь скрыть блеск в зрачках, он подошел к телу девочки и сидящему рядом Гробовщику. – Если не ошибаюсь, эта девочка мертва? – учтиво спросил патологоанатом. – У тебя потрясное чувство юмора. А ты не видишь? – ответ Гробовщика чуть смутил молодого человека. – Может, мертва а, может, и нет… хочешь печеньку? – Нет, спасибо. Позвольте… И тут все поняли что все может пойти совсем не так, как надо. Гробовщик выудил из складок балахона колбу с сердцем, любовно посмотрел на один из ценнейших экземпляров своей коллекции человеческих органов. И разбил сердце патологоанатому… об лоб. О, такого хода молодой человек ожидать не мог. Спирт разлился по асфальту, сердце лежало на лбу у упавшего в обморок патологоанатома. Гробовщик же закинул Китилану на плечо а-ля «мешок Санты», и все наши герои поспешили ретироваться ещё куда-нибудь. Киша потом долго тосковала по селфи с Ёлкой…