My Daddy

Углубляясь в прошлое, мы можем многое извлечь оттуда. Многие события, случившиеся в определенный момент однажды помогают нам избежать прежних ошибок в будущем, найти объяснение своему поведению или просто поразмышлять в дороге, не замечая перед собой ничего и пропуская мимо ушей все, что говорят. – Мика! Ты что, вообще не слушаешь меня? Блондинка щёлкает пальцами перед глазами старшей, останавливаясь на месте и складывая на груди руки, таким образом наблюдая, заметит ли её Эла, или же продолжит думать о своём и не смотреть под ноги. Наверняка, каждый раз по дороге Мика тонет в своих мыслях. Удивительно, как она ещё не попала под машину, или не врезалась в кого-то. Может быть, она всё-таки следит за тем, что происходит вокруг неё, но просто не подаёт вида. Звук удара, и девушка валится с ног. Нет, она не следит ни за чем вообще, и как после этого можно оставлять её одну, это же полная безответственность со стороны Элы, она вообще бережёт жизнь, или только делает вид? Смачно ударившись об столб, Мика наконец обращает внимание на внешний мир, оглядывается, шипя глядит на подругу и тянет руку, прося таким образом помощи. Поднимаясь на ноги, опирается спиной о злополучный столб и трет ушиб, на месте которого, вероятно, образуется приличная такая шишка. – Айщ, чёрт. – Ю Микаэла, ты пугаешь меня с каждым днём всё больше. Дай гляну, убери руку! Мигу сама, намеренно убирает чужую руку, приподнимается на носочки, ибо ростом чуть отстаёт от старшей, и, закусив нижнюю губу, рассматривает лоб Ю, проводя подушечками пальцев максимально аккуратно, чтобы не сделать больно. – Надо холодное приложить, не то шишка тебе гарантирована. Чёрт, ты вообще смотришь под ноги, а? Айщ, чудо ты. Недовольно надув губы, Мика лишь вздыхает и разводит руками. Впрочем, как обычно. Словом, за Микой может следить только старший брат, сводный, правда, но после смерти родителей вся ответственность за мелкую сестрёнку перешла к нему. На самом же деле, оба живут своей жизнью и сильно не заботятся друг о друге, даже элементарно не могут пожелать друг другу доброго утра или спокойной ночи, что говорить о слежке. Мигу, с горя пополам, следит за старшей, как может. Иногда помогает по дому на выходных, остаётся с ней на ночь, ибо той часто сняться кошмары, что не удивительно. Мин для Элы - вторая мама и, конечно, лучшая подруга. – Да ладно, все будет окей. Приду домой и найду что-нибудь в морозилке. – Дуреха. Ты пока дойдешь до дома, ещё успеешь нахвататься синяков, да ссадин. Может зайдешь ко мне, м? – Ну.. Неоднозначные ответы с её стороны всегда побуждают Мин потянуть подругу за руку и против её же воли, завести к себе в дом. – Расслабься, родителей все равно дома нет, у них сложная операция. Как уехали ночью, так до сих пор не вернулись, надеюсь, всё пройдёт отлично. Родители Мигу владеют своей клиникой в центре Сеула. На сегодняшний день она считается самой успешной среди бесплатных, и даже частные уступают ей. Такого положения отец и мать девушки достигли не быстро, когда Мин была малышкой, мужчина подрабатывал хирургом в одной бесплатной клинике за копейки, стараясь хоть как-то вытащить семью, а мама следила за юной Мигу. Спустя же несколько лет упорной работы, семья Мин поднялась из грязи в князи. – Да, я тоже надеюсь на это. Слабо улыбнувшись, Ю нехотя зашагала за подругой по направлению к двухэтажному коттеджу. Этот дом казался ей роднее собственного, здесь девушка проводила много времени как после учебы, так и в выходные дни. Пожалуй, Микаэла и Мигу были слишком родны друг другу. – Ну ты конечно чудо, Мика. Ничему тебя жизнь не учит! – Почему это не учит? Очень даже учит.. С этим можно было ещё как поспорить, ведь может жизнь-то и учит Мику, но та эти уроки пропускает мимо. Неудивительно, что она частенько наступает на те же грабли. Не человек, а, действительно, чудо с небес свалившееся. – Ну да, ну да. Пару раз прокрутив ключ, Мигу справляется с дверью и открывает её, пропуская Элу вперёд, заходя следом и кидая портфель куда-то вглубь дома. Девушка устало садится на пуфик в прихожей и шумно выдыхает, прикрывая глаза, в ожидании того, пока старшая снимет обувь. – Хэй, а ты не слышала, что в пятницу у кого-то туса? – Хм.. нет. Почему об этом всегда знают все, кроме меня? Это дискриминация! – Ха-ха, Мика, не драматизируй. У тебя, в любом случае, есть я, а у меня, соответственно, приглашение с правом взять кого-то с собой. Переглянувшись, обе улыбаются исподлобья, после хихикая над друг другом. Наконец, когда Ю удается справиться со шнуровкой кед, девушки проходят на кухню. Как обычно, приятная атмосфера, аромат кофе. Кажется, даже ужасно яркий свет в этой кухне кажется не столь ужасным. Не кухня, а сплошная эстетика, что, в принципе, и характерно для семьи с подобным социальным статусом. – А как там твой брат поживает? Микаэла пару секунд крутит у виска и на выдохе выдает. – Да что ему, домой приходит чуть ли не под утро, потом спит два часа, принимает душ и идёт на работу бодрячком. Видите ли, он ещё молодой и имеет право отдыхать в компании друзей. С одной стороны можно с ним согласится, ему ведь всего двадцать один. – А с другой? – А с другой, он уже, по сути, должен быть ответственным и не вести себя подобным образом! – Какая же ты зануда, Мика. – Знаю. Мигу, вспомнив про недавний поцелуй старшей со столбом, достаёт лёд из морозилки, прикладывает к месту ушиба и просит девушку удерживать саму. – Ми, так что насчёт тусовки? Неизвестно у кого? А что по времени? – Ну.. как мне известно, у О Сехуна, помнишь его? Начало в полночь, можно приносить свой алкоголь. – О Сехун? Это не один из друзей Бэкхёна? Рыжий такой и высокий, не он? – В точку. Эла задумывается, прокручивает в голове все планы на день, в который назначена тусовка, взвешивает все за и против, в попытке найти в мыслях хоть единый аргумент не идти туда, ведь знает - ловушка. Ни раз она слышала истории о том, как на вписках, напившись, парни творили с девушками немыслимые вещи, да и некоторое время по лицею бродил слушок, что старшеклассницам подсыпают снотворное в коктейль, а потом и.. – Я иду. – О, отлично. Хоть какой-то отдых за целый месяц. И, к тому же, тебе бы расслабиться, а то каждый день, как на иголках. «И что она только нашла в этом лапухе..» - думает Мин и тяжело вздыхает. И опять Мика думает. О чём думает, о ком думает, что вообще происходит с ней.. неизвестно. Едва ли Мигу удаётся разговорить её, как та снова уходит в себя, не обращая внимания на внешний мир. Увидев необходимым оставить старшую наедине с собой, Мин решает приготовить любимый кофе Ю. Достаёт все необходимое и, что-то напевая под нос, готовит, не отрываясь от процесса, но на старшую, все же, иногда поглядывая, вдруг что. Эла медленно перебирает в руках край юбки и покусывает нижнюю губу, не замечая, как она начинает кровоточить. Приятный железный привкус чувствуется, когда девушка проводит языком по губам. Воспроизводит в голове его образ, проходит взглядом по воображаемому силуэту и пребывает вне себя от эйфории. Неизвестно, в какой миг случился внезапный скачок, и её сердце стало стучать быстрее. Любовь ли это? Даже если и не она, то Мика яро убеждена в том, что это самое настоящее проявление любви. Неужели слишком быстро стучащее сердечко - признак болезни, а приятно расплывающееся по телу тепло - сумасшествие? – Эла, может быть, тебе добавить маршмеллоу в кофе? – Да, конечно. Отвечает быстро и улыбается младшей, пугая её таким образом. Поднимается со стула и подходит к Мигу сзади, располагая голову на её плече. Обнимает её за талию и внимательно наблюдает за процессом приготовления. – Ну, чего ты, Мика? – Я хочу, чтобы он заметил меня, Ми. Потом вспоминаю, что он и имени моего никогда не запомнит, что я не его типаж.. – Хэй, завязывай с этим. Хватит втаптывать себя в землю из-за какого-то индюка! Он не достоин тебя, Мика. – Наоборот. – Ты неисправима. Мигу так тяжело нести на себе чужой груз, но это её обязанность. К тому же, она в жизни не захочет сбросить с себя тяжесть чужой обиды, насколько бы больно не было. Мин слишком дорожит старшей, чтобы просто так пускать её. Она первая, кто не позволит Эле унывать и заниматься самоуничтожением. – Возможно и так. Ми слабо улыбается и заканчивает с кофе, аккуратно выбираясь из объятий Ю и вручая ей кружку. – Не хочешь остаться у меня сегодня? – Твои родители, верно, очень устанут после операции, поэтому мне лучше пойти домой, чтобы не доставлять вам неудобств. – Ну, как знаешь. В таком случае я провожу тебя до дома, не дай бог снова впечатаешься в столб. Пару часов посидев в компании друг друга, девушки собираются и, крепко сцепившись за руки, прогулочным шагом идут до Мики. Последний раз обнимаются и расходятся на этом. Гу стремительно, почти бегом отстраняется от дома старшей, чтобы скорее добраться до своего, ведь уже темнеет, а Эла медленно заходит в дом, падает на полу и лежит до тех пор, пока не оказывается в объятиях сна.