О Рождественских традициях

      Локи сидел под замком в башне Мстителей несколько недель кряду. Любимый братец Тор решил, что так будет безопаснее для всех, если етун проведет время в компании Старка и остальных Мстителей. Под присмотром, так сказать. Лафейсон надеялся, что сможет позабавиться над дружками братца, позадирать Клинта и подразнить Наташу, сторониться Беннера. Но все оказалось не так радужно, как он предполагал.       Дни тянулись долго и мрачно. Все разбежались по своим делам, и в башне был лишь Тони, который был шибко завален работой и постоянно отмахивался от долгих разговоров. Он лишь изредка уделял Локи внимание, перекинувшись парой фраз за обедом или ужином, не более. Но даже этих коротких разговоров хватало, чтобы у Локи что-то щемило в груди, а по ночам снились сны непристойного содержания, от которых он просыпался в поту.       Поэтому проснувшись 23го декабря, Локи и не думал, что этот день будет хоть как-то отличаться от предыдущих, но Старк решил по-другому. Ничего не подозревающий етун вышел из своей комнаты и направился в гостиную с непреодолимым желанием что-нибудь съесть. Но стоило ему дойти до пункта назначения, как Лафейсон застыл на пороге, разинув рот и даже не в состоянии пошевелиться. — Что застрял, двигайся, ну! — за спиной раздался звонкий и настойчивый голос Тони. — Зачем тут это дерево? — озадаченно поинтересовался Локи, чувствуя, как Старк недовольно пыхтит и пытается толкнуть Лафейсона внутрь. — Ты двинешься или нет? — немного раздраженно проговорил Старк.       От этого тона, такого повелительного и настойчивого, по телу Локи побежали мурашки и во рту резко пересохло. Тяжело вздохнув, Локи хотел отступить на шаг и впустить Железного Человека, но ощущать ладонь Тони, хоть и сквозь одежду было так волнительно, почти утомительно прекрасно. — Все-таки, — с трудом выдавливая слова, — зачем здесь оно, — выдавил из себя Локи. — О, серьезно, ты не отстанешь. Рождество уже завтра! Соберется куча народу, и Тор тоже заглянет. Будет Клинт с семьей, Ванда, Наташа, Стив. Короче все, кто тебе так не нравятся! Ты рад? — Несказанно, — пробубнил Локи. — Но дерево! — Ты серьезно или стебешься надо мной?       Тони просочился мимо етуна, стоящего в дверях, слишком близко прижавшись к нему. От всего этого в глазах Локи потемнело и, когда зрение вернулось, Старк уже стоял напротив него, обмотанный какими-то лампочками и с коробкой в руках. Тони закатил глаза, увидев полное непонимание на лице собеседника. — Ладно, так уж и быть, принц Асгарда, я расскажу тебе все.       Локи фыркнул, демонстративно зашел в гостиную и сел в кресло. Как бы он и готов слушать, но эти ваши земные штучки меня не интересуют. Лафейсон заметил странный огонек в глазах Тони. Его обдало жаром. — Это елка, рождественская елка. Ее украшают и кладут под нее подарки. — Бред какой-то, зачем кому-то дарить подарки? — морщась, спросил Локи. — Что бы сделать приятное близкому. — То есть вы, земляне, в декабре занимаетесь такой ерундой, как думаете о других? — Ой-ой-ой, не надо тут мне. Я знаю, что подарок Тору ты приготовил, Пятница же тебя просветила об Рождестве хоть немного. — Совсем чуть-чуть, но Тор мой брат. Даже если я это упорно отрицаю. — Все, мне надоело, поднимай свою сексуальную задницу и вперед помогать мне.       Локи открыл рот, закрыл его, оторопел, мотнул головой. — Что ты сказал? — Тощую задницу свою поднимай и вперед, украшать дерево!       Лафейсон поспешно сглотнул и подскочил на ноги. Такого напора он не ожидал, но от властного тона Тони по телу вновь пробежала стадо мурашек. На секунду ему показалось, что он покраснел, и когда Старк бросил в сторону Локи насмешливый, чуть игривый взгляд, это все-таки произошло. — Давай, лезь, — Железный Человек пальцем показал на лестницу, которая была максимально близко приставлена к высоченной ели. — Я? — Ну не я же! — Но тебе то проще! Надел костюм и вперед. — Прошлый раз я так случайно сжег елку, даже странно как все остальное уцелело, — небрежно махнув рукой, ответил Тони. — Так что лезь.       Недовольный Локи все-таки поставил ногу на ступеньку и медленно начал подниматься вверх. Лестница под его весом опасно дрожала. Лафейсону на секунду показалось, что она под ним развалиться, но тряска прекратилась ровно в тот момент, когда Старк наступил ногой на первую ступеньку, перенося на нее вес. После около часа, Локи прыгал вокруг елки украшая ее. В процессе было разбито несколько шариков, звезда была повешена криво, но асгардец остался доволен. — Это последний, — спокойно проговорил Тони, протягивая мужчине шишку.       Локи ловко нацепил его на веточку и начал уже было спускать вниз, но понял, что Тони убрал ногу и теперь всю лестницу затрясло. Резко остановившись, мужчина понадеялся, что кости ему собирать не придется. Лестница встала ровно, замерла, как и сердце Локи. Он сделал еще шаг, скрип полет, ушиб. — Локи! Какой ты тяжелый!       Рухнув вниз, асгардец задел Старка и навалился на него сверху. Упершись руками в грудь Тони, Локи поспешно встал и отвернулся. Такая близость далась ему слишком тяжело. — Мог бы и прощения попросить, а то сшиб меня. — Прости, — буквально прохрипел Локи. — Пошли, у нас еще уйма работы! — Старк взял мужчину за руку и потянул за собой.

***

      Через несколько часов, Локи развешивал последние носки над камином. Вместо привычных гномиков, эльфов и Санта Клаусов, как сегодня узнал мужчина, на каждом из них красовались Мстители. Вот стешняшка Стив, а там знойная Наташа, спокойный Беннер, грозный Халк, улыбчивый Клинт, обаяшка Тор, горячий Старк. Даже Локи не мог думать о них по-другому. — Ты забыл еще один. — М? — Локи устало взглянул на Тони, который протягивал ему последний носок. — Он твой. Сюда твои подарки складывать будут.       Локи раз улыбался, как маленький ребенок, и Тони пришлось самому повесить носок рядом со своим. — Я хотел спросить, что это, — Лафейсон ткнул пальцем в веточку, весящую над аркой. — Это главная рождественская традиция, — спокойно проговорил Тони. — Пошли со мной.       Старк протянул свою ладонь асгардцу и тот принял ее. Они оказались под аркой, под веточкой, Тони все еще держал руку Локи в своей. — Это омела, Локи. Девушку, оказавшуюся под висящей веткой омелы, позволялось поцеловать любому. «Ветка поцелуев», так ее называют. — Но я не девушка. — Это не важно.       Легким прикосновением к губам Локи, Тони сбил все преграды, что строил Лафейсон слишком много времени.