Одна жертва на двоих

— Я спросил: что здесь происходит? — вопрос прозвучал приглушённо из-за маски, но это не помешало мне содрогнуться от невероятной злобы в голосе и запаниковать. Я отчаянно замычала, раз за разом ударяя руку злодея, но тщетно. Хватка была непоколебима. — Не желаешь ответить на вопрос? — холодные пальцы сомкнулись сильнее, лишая меня последней возможности дышать. — Н-ни-ич…е-ег-го… — просипела я. Должно быть, парень остался доволен моим ответом, раз уже в следующую секунду я имела счастье стоять на твёрдой земле и выравнивать сбившееся дыхание, оперившись одной рукой о подоконник, а вторую прижимая к груди. — М-м-м… — он извлёк из кармана толстовки какой-то плоский ножик без рукояти и принялся с удивительной ловкостью крутить между пальцами левой руки. Правая же отправилась в карман джинов. — Я не помню, как именовать тебя. На букву Ка, что ли? Я кивнула. А потом, немного подумав, добавила неуверенно: — Д-да. Кейси. — М-хм. Кейси. Ладно. — Парень слегка кивнул. — Можешь звать меня Джек. — Ладно. — Я быстро облизнула губы и оперлась о подоконник. Джек всё ещё стоял напротив меня, что постепенно начало меня пугать и наводить на кое-какие размышления. Сколько ещё тут людей? Нет, даже не так. Сколько ещё тут убийц? И каждый ли горит желанием прибить меня? Вот Синяя Маска, кажется, не очень… Синяя Маска… Синяя Борода… Детская сказочка про людоеда. Надеюсь, это всего лишь глупая ассоциация, приведённая моим ещё не до конца восстановившимся сознанием в попытке успокоить меня. — Джейн сказала, когда намеревается вернуться? — голос Джека вывел меня из раздумий. — Д-да-а, утром. — Спешно сообщила я. — Хм-м… Довольно рискованно для неё. Она не подумала, что к тому времени ты можешь быть уже мертва, м? — Джек неожиданно направил к моему лицу свою безделушку. Я оцепенела. Остриё было в нескольких миллиметрах от моего лица. Кажется, я немного поспешила с выводами касательно этого человека. Он, по всей видимости, тоже имеет виды на меня. — Как по-твоему, Кесси? — ножик плавно начертал некий крест перед моим лицом. Я даже не стала исправлять Джека. Пусть зовёт Кесси, я не буду возражать, если он не убьёт меня сразу. — Я жду ответа. Как ты считаешь, чем руководствовалась Джейн, когда оставила тебя тут на произвол судьбы? Что ответить? Сказать правду — что я понятия не имею? Или… Или… — Тут — это где? — выдохнула я. Лучшая защита — это нападение. Будем лелеять надежду, что эта поговорка сработает и в моём случае. Джек коротко усмехнулся и отстранился от меня. Я же, получив некую свободу, смогла наконец-то почти радостно выдохнуть. Однако моё торжество испарилось, стоило мне взглянуть на свои ладони. Через бинты опять проступала кровь. Какая всё же я невезучая. Совсем недавно Джейн перебинтовала. А теперь — снова… Но, кажется, на этот раз придётся мне самой. Джек же развалился на пуфике и смотрел в никуда, всем своим видом показывая, что ему глубоко фиолетово на мою судьбу. Не просить же его о содействии? Тем более он до сих пор не ответил мне. Видно, не очень хочет болтать со мной. Я и не настаиваю. Больно пугает он меня. Я сдержанно вздохнула и, прихрамывая на левую ногу, прошла к шкафу, по памяти достала из одной из закрытых полок бинты и аккуратно присела на кровати, вытянув больную ногу вперёд. Я осторожно стянула с левой руки обагрённые бинты и какую-то тонкую бумажку цвета янтаря. Видимо именно благодаря ней марля так и не прилипла к коже. Тем временем я имела счастье рассмотреть свои ладошки. Перед моими глазами предстали раны: не особо глубокие или большие, просто тонкие, с припухшими краями. Кровь сочилась не изо всех ранений, а только из побеспокоенных мною ранее. Я опасливо дотронулась пальцем до одной из царапин, провела по кромке. Кожа была горячей. Гноя вроде нет. Не вижу. Идиотская дальнозоркость вступила в свои права. — Эй? Что ты делаешь? — окликнул меня вдруг Джек. Очевидно, его насторожили мои рваные выдохи и шорохи. Услышав его грубый голос, я вздрогнула. Подняла взгляд на него. Он уже стоял напротив меня, уперев руки в бока. Как только он успел переместиться сюда? Я бы услышала, как он встаёт с пуфика. Да и армейские ботинки выглядят тяжёлыми. А Джек ходит в них неслышно и легко, как… как… Как балерина. Балерина-убийца. Чудесно. Я всё ещё могу шутить, хотя ситуация юмора не рассматривает. — Бинты меняю. — Сообщила я. Разве есть смысл скрывать правду? — Где? — На ладонях. В доказательство я довольно громко распаковала одну-единственную упаковку бинтов и выудила на свет небольшой рулончик белой материи. Джек, наклонив голову, наблюдал за мною. Или слушал, что я делала. Не определилась ещё. В общем, я прижала к левой ладони бумажку цвета янтаря, чьего названия я ну никак не могла вспомнить, и задумалась. Как бы мне провернуть эту операцию? Раннее я с таким не сталкивалась, но нутром чую, что самостоятельно это сделать будет проблематично. Я неуверенно покосилась на Джека. Тот по-прежнему стоял передо мной, сложив руки на груди. Совсем как гора, которая может вот-вот упасть на меня…. — Чего затихла? — возмутился тем временем мой сторож. Я прикусила губу. — Мне… Мне, кажется, нужная ваша помощь, — быстро произнесла я. «Тыкаться» я пока что не хотела. Слышала где-то такой анекдот: к человеку с ножом надо обращаться на Вы. А скальпель — я наконец-то вспомнила название этого хирургического аппарата — в его руках выглядел довольно-таки внушительно и опасно. — Тебе кажется, — уверил меня Джек. Я разочаровано выдохнула. Что, ну разумеется, не скрылось от парня в синей маске. Не успела и я моргнуть, как поняла, что я оказалась в довольно странной ситуации: Джек легко опрокинул меня на кровать, а сам навис надо мной, сжимая моё горло одной рукой. Я чуть не задохнулась от внезапно нахлынувшего чувства безысходности. Но инстинкт самосохранения заставил меня предпринять попытку спастись: я на миг расслабилась, перестала дёргаться, и когда хватка ослабилась самую чуточку, я попыталась оттолкнуть Джека. Однако за подобную вольность я мгновенно схватила крепкую пощёчину и снова оказалась грубо прижата к матрацу. — Нормальная частота дыхательных движений варьируется в пределах 16-20 вдохов-выдохов в минуту, — шипел Джек, пригнувшись к моему лицу. Я же из последний сил старалась не задохнуться. К горлу подступала тошнота по двум причинам: парень давил на глотку, что не могло не вызвать рвотного инстинкта, а также запашок, который шёл от него. Не знаю, как я раньше не учуяла этот аромат гнилой и спёртой плоти. Но сейчас он вкупе с ужасающим запахом пота пытался довести меня до потери сознания. — Ты знала эти цифры? Скорее всего, нет. Но сейчас ты дышишь со скоростью не более десяти. Нормальная частота сердцебиения равна 70-72 ударам в минуту. Но ты превосходишь это значение на десяток, а то и два. Вопрос: от чего ты умрёшь скорее — от удушья или от инфаркта? — парень лязгнул зубами. Я в панике замотала головой. Голова отказывалась работать, мысли порхали беспорядочно. Я уже чувствовала, что Джек вот-вот ответит на свой вопрос. Но… Внезапно рука с неестественно серой кожей убралась с моей шеи. Я отчаянно раскашлялась. Воздух наконец-то поступил в лёгкие. Джек же, дождавшись, когда я приду в норму, продолжил, игриво подкидывая скальпель: — Пока что ты не сдохла. Не от моей руки. Хочешь знать, почему? Мне всё равно, хочешь ты или нет. — Джек схватил меня за руки и завёл их за голову. Я затаила дыхание. — Раз уж я тут, тебе придётся меня слушать. Знаешь, обычно я не веду философские беседы с теми, кого хочу убить или планирую расчленить. Это лишь пустая трата времени. Всё равно после разговора жертва будет убита, и слова потратятся напрасно. Однако ты, Кесси, уникальный случай. Я не могу убить тебя. Не хочу. Ты для меня не представляешь интереса. Поэтому я вполне в силах немного пообщаться с тобой. — Джек неожиданно отпустил мои руки. Но не успела я обрадоваться, как мои руки опять потеряли независимость. Видимо, парень решил не тратить время понапрасну, и принялся перебинтовывать мои ладони. Я по-прежнему лежала на спине, исподлобья наблюдая за действиями Джека. Не сказать, что моё положение было удобным. Скорее наоборот. Мне было чертовски несподручно лежать так — когда таз находится выше плеч, и рана начинает побаливать. — Ты, наверное, думаешь: какого чёрта я тут делаю? Ты же вроде сидела тише воды, ниже травы. Что ж, ты ошибаешься. — Джек грубо разорвал бинты на две части. В тишине мне звук показался просто душераздирающим. — В этой чёртовой больнице очень плохая звукоизоляция: громкие звуки распространяются весьма быстро. — Парень ловко связал концы материи в бантик, скорее напоминающий изощрённый морской узел. Получив освобождение, я сию же секунду прижала руку к груди. Вторая же пока что не покинула оккупацию, а движения Джека, его голос и слова становились всё более резкими и раздражёнными. — Должно быть, вы не считаете таких, как нас, простыми людьми. Оно и понятно. В наших моральных устоях можно сомневаться сколько угодно. Но в плане жизнеобеспечения мы не отличаемся. О да, ты, наверное, и подумать не могла, что мы — вау! — живые существа и также нуждаемся в питании и отдыхе. Но знаешь, услыхав мерзкий хохот этой мерзкой скотины, — Джек уж слишком туго затянул бинты, и я невольно прогнулась, чуть зашипев. Однако этот доморощенный, странно многословный убийцы нисколько не отреагировал на это. Он просто закончил свою работы и отпустил мою руку. Я чуть не заплакала от облегчения. Я уже была согласна на более-менее человеческие прикосновения Джейн, а не его касания, от которых по коже табунами скачут мурашки, — я просто не смог успокоить себя. Бывало ли у тебя такое, что ты постоянно слышишь некий звук, который до умопомрачения раздражает тебя, но прекратить это ты не можешь, м? Джек чуть наклонил голову. Я попыталась отползти от него, но серокожая лапища тут же схватила меня за щиколотку и не дала отдалиться. Горестно вздохнув, я решила дать ответ: — Н-не думаю. — Тогда тебе чудовищно повезло, — в тоне проскользнул призрачный оттенок зависти. — Так вот. Этот голос, чёртова песенка из чёртовой шарманки, чьего обладателя я никак не могу поймать… — До меня начало постепенно доходить, что, кажется, речь шла о Вирусе. Выходит, он терроризирует Джека? — Он слышался отсюда. Он был тут, не так ли? — с нажимом спросил Джек. Я спешно закивала. — Д-да. Он назвался Вирусом. — У него есть имя, — буркнул Джек. — А вирус — только классификация. Ублюдок. Я удивлённо моргнула. Ублюдок — это имя Вируса, или просто Джек отводит пар? Скорее, второе. Ведь есть ещё и тот клоун. Того Джейн прозвала Смеющейся Блядиной. — А теперь к самому интересному и, пожалуй, поразительному. Что я тут делаю? Зачем я покинул свою обитель и пришёл сюда? Знаешь? — остриё скальпеля вдруг оказалось у моей груди. Я втянула живот. Хирургический ножик плавно опустился вниз, едва касаясь ткани свитера, описал полукруг внизу живота и остановился на левой части таза, где уже несколько минут невыносимо саднила и жгла рана. — Н-нет…? — Не удивительно. Я хочу спать. Понимаешь? — Джек шумно выдохнул. Я прикусила губу. Не говорить же ему, я чувствую себя бодрой, пусть и немного ошалевшей из-за событий последних нескольких минут? — Сон — это необходимая вещь для всего живого. В том числе и для меня. Но из-за одной персоналии я лишился всякой возможности спокойно набраться сил. Догоняешь, о ком я? И понимать нечего. О Вирусе. О ком же ещё? — О тебе. О… ошибочка вышла. Но ведь Джек в последние три минуты распинался именно о Вирусе, чьего имени я даже не знаю, но ни в коем случае не обо мне! Парадокс получается. — Джейн уломала меня некоторое время последить за тобой. — О, понятно. Человек, который, по словам чёрноволосой убийцы, будет довольно часто составлять мне компанию, это также убийца, но со странной пугающей маской на лице. Отличная перспектива. Просто превосходная. — Поэтому сделаю вид, что мне действительно хоть какое-то дело до тебя. — Это необязательно. — Неуверенно качнула головой я. — Извини, твоё мнение не учитывается. — Отмахнулся Джек. — Я выполню свой долг: прослежу, что ты не на грани жизни и смерти и подыхать пока не собираешься, и потом даже не заговаривай со мной. Убью на месте. Я ясно выразился? — Джек чуть-чуть надавил на скальпель. Я судорожно закивала: — Хорошо. — Дай мне осмотреть рану. Я неуверенно пожевала губы. Подчиняться не хотелось до безумия. Я что, ненормальная, что ли? У Джека же скальпель. Ему ничего не стоит убить меня. Джейн тут нет. А ещё она говорила не доверять этому человеку. Тут появляется вопрос на засыпку: кому я доверяю больше — Джейн или Джеку? Как расставить приоритеты? Джейн я знаю более или менее, она же меня спасла. А Джек… А Джек уже два раза пытался придушить меня. — Я жду, — напомнил тем временем о своём существовании парень. Раздражение в его голосе прозвучало злым накалом. Меня словно холодной водой окатили. Итак, походу, я малость поспешила с самодеятельностью. Джек, кажется, действительно моё мнение учитывать не собирался. С огромным нежеланием я всё-таки приняла решение закатить свитер. В лучшем случае Джек не переступит через порог своих «должностных обязанностей», в худшем — ему придётся познакомиться с моей пяткой. Джек легко разрезал бинты и выкинул их куда-то на пол. Я скосила взгляд на свой бок. Зрелище ничуть меня не порадовало. Наоборот, вызвало острый приступ паники. Несмотря на мои проблемы со зрением, я смогла разглядеть строчку небольших ровных стежков белыми нитками. Джек осторожно дотронулся до воспалённой кожи. Я, с силой прикусив губу, тихо зашипела. — Заткнись! — прикрикнул на меня парень. — Больно ты резвая. Если будешь ещё вести активный образ жизни, швы вообще разойдутся. Понятно тебе? — Да. — Я решила ограничиться лаконичными ответами. Не стоит раздражать Джека. И вообще — он предупредил, что мне лучше вообще молчать в тряпочку. Поэтому, почему бы мне не подчиниться во второй раз человеку, который пытался задушить меня?.. — Вот и отлично! — Джек резко поднялся с кровати. Он, пошатываясь, прошёл к пуфику, грохнулся на него и уронил голову на левое плечо. — Спи. Сказки на ночь не будет. Я только вздохнула в ответ. Ночь обещает быть долгой.