Нервотрепный вальс

      Почти весь его класс ввалился в спортивный зал и поднял уровень шума на такой уровень, что у всей школы руки чесались любым способом прекратить этот беспредел. Например, разнести бомбой к чертовой матери. Или устроить массовое убийство.       Ребята распались на группы, каждая галдела о своем, но одинаково громко.       Леон потер пальцами виски. Черт бы побрал этот гребанный вальс на гребанный выпускной! Нет, парень любил танцевать, он с детства занимался этим. И у него получалось! Не зря ни раз и ни два он ловил восхищенные взгляды одноклассниц и завистливые взгляды парней. Но одно дело — танцевать, другое — обучать тридцать одну тупицу, что могло вывести из себя даже Леона, который, как он сам считал, обладает большим терпением. Конечно, некоторые быстро схватывают, но, к сожалению, таких единицы. Большинство же — неуклюжие, тупоголовые придурки.       Леон громко свистнул, прерывая гам и заставляя всех обратить на него внимание.       — Так! — секунда на размышление и представление плана дальнейших действий. — Пройдем все от начала до конца; все, что знаем! Каждый раз, когда кто-то лажает — начинаем сначала!       Ох, эти недовольные лица, раздраженные взгляды и заунывные фразы с протянутыми гласными и щедро обогащенные нецензурной лексикой. Движения усталые, будто они танцевали без малого восемь часов без перерывов-отдыха.       Леон не был глупым мальчиком и любил доказывать свое превосходство.       — И это пока без музыки, — жирный намек, но нет уверенности, что одноклассники поняли.       Кто-то громко выругался.       Леон подавил раздражение.       Не его идея ставить танец, он просто единственный, кто идеально подходит на роль преподавателя танцев.       Знаем и уважаем своими одноклассниками. Высок (хотя Дэн выше его на пару сантиметров, но кого это волнует?). Умен (единственный из парней, кто почти отличник). Смахивает на аристократа, или на немца, или на того и на другого одновременно (подслушано в разговоре девчонок). Красив (из того же источника).       А еще он невероятно харизматичен, офигенно танцует и обладает талантом учить баранов.       Ребята разошлись на стартовые позиции — два ряда по краям зала, по восемь пар в каждом. По крайней мере, так должно быть, но вечно кого-то не было. Леон уж и не припоминал, когда все тридцать два человека присутствовали на репетиции.       Юноша отошел и занял выгодную позицию, где никому не мешал физически и откуда будут видны все промахи горетанцоров. Встряхнув руку с часами, парень посмотрел на время. Скоро должна придти Эля — его партнерша (милейшая девушка, однако, хотя и со своими тараканами в голове).       Леон глубоко вздохнул и начал отсчет:       — И раз, два, три!..       Одноклассники пришли в движение.       — Два, два, три!..       Зоркий взгляд, придирчивый и всезамечающий, перепрыгивал с одной пары на другую. У некоторых (удивительно!) получалось. А некоторые путались.       — Стоп!..

***

      Вальс прерывался уже восемь раз. Восемь раз кто-то запарывал какой-то элемент. И Леон объяснял, что за ошибка и как ее исправить. Но с каждым новой попыткой юноша распалялся все больше и больше, и последней паре очень неповезло.       Попахивало революцией против Леона. Но Леон был неумолим, непоколебим, непобедим и страшен в гневе. Но вот дверь зала хлопнула: Эля соизволила появиться. И народ как-то притих, утихомирился. «Ведьма, ­­— решил парень, — зато симпатичная».       Леон снова взглянул на часы. Что ж, еще одна попытка.       «Господи, дай мне терпения,» — подумал юноша, становясь с Элей в пару и окинув чуть более свежим и спокойным взглядом одноклассников.

***

      Кажется, Леон вспотел.       Он чувствовал одинокую капельку пота, медленно скатывающуюся с виска. Он видел, как Эля пытается скрыть испуг, колыхавшийся в ее глазах. Он замечал яростный взгляд Яна, наполненный ревностью, когда челкастый смотрел на Отто с Линой (все бы ничего, но Ян ревновал Отто к Лине). Он готов был дать денег на похороны Артика и Дэвида, которые пытались убить друг друга методом тыканья в ребра. Он сочувствовал Дезу, партнерша которого утонула в болтовне с подругами и вновь ничего не поймет из объяснений движений, а потом парням мучаться: одному учить, другому — терпеть. Он чувствовал каждую отдавленную ногу. Он чувствовал, как все задолбались.       Леон тоже задолбался. Все это выматывало похлеще, чем нахождение на уроках Галины Георгиевны.       Юноша сбился со счета, сколько раз они попытались станцевать вальс. Их было точно больше четырнадцати. Дальше знания математики подвели, возможно, Зинаида Ивановна мстит за то, что Леон всунул учебник по алгебре между Витой и Ником, дабы эти двое держались поближе друг к другу и своими телами поддерживали священную книгу? Тогда преподаватель танцев отправил пару в другой конец зала тренировать повороты.       Но зато последние три раза все станцевали без заминок, потому что глаза Леона замылились от неуклюжих движений инвалидов-одноклассников.       Но юноша сдаваться не собирался. Раз уж повальсировать с музыкой сегодня не получается из-за ограниченного времени и из-за обострившегося желания девятого класса убивать, то у Леона в запасе был еще один козырь.       — А теперь, любые четыре пары, встаньте в ряд, в позу, как на начале куплета!       По толпе никогданичегонепонимающих одноклассников прокатились недовольные шепотки. Но делать нечего, восемь измученных рабов выполнили просьбу. Леон принялся поправлять стойки. Все поголовно старались стоять как можно дальше от партнера, и даже удерживание учебников без помощи рук, лишь путем прижимания к друг другу.       Язык Леона начал заплетаться на третьей паре, когда свободные и отдыхавшие одноклассники засмеялись так, что можно переименовывать в «ржач».       Причина была выявлена быстро. Леон был выше практически всех на голову, да и танцующих Яна и Отто заключили в ровный круг, дававший двум друзьям места для поворотов. Парни довольно резво кружились, перемещаясь по пьяной прямой и не обращая внимания на жадных до зрелищ ребят вокруг. Леон буквально чувствовал восторг, исходящий от Дэвида и Виты. Как они себя называют? Шипперы? Юноша мысленно перекрестился. Но отрицать не мог: эти двое придурков определенно смахивали на пару. Пару геев. «Че, ребята, ЛГБТ?» И глядя на абсолютно счастливого Яна, Леон мог понять этих… шипперов. Отто выглядел довольным чуть насмешливым по отношению к другу, который, кстати, занимал место партнерши в паре. Ну, то, что Ян — пидор, это все знали.       Вошедшие в раж парни, пару раз чуть не упав, докружились до конца зала, но их энтузиазм был настолько велик, что ничто, даже состоящее из кирпичей, не могло остановить их вальс. И Отто нечаянно при повороте впечатал Яна в стену.       И все взорвалось от хохота, которому даже гиены позавидовали бы. Отто аж согнуло так, что он треснулся головой об турник. Смех Яна перекрыл хохот остальных, но смех Отто громко вторил ему.       Где-то в толпе Вали истерично хихикала-всхлипывала, создавая впечатление задыхающейся.       Смотря на всеобщее веселье, Леон не удержался и выдавил из себя улыбку.

***

      С трудом собрав разбежавшихся одноклассников, Леон вернулся к своим обязанностям, бодрый, отдохнувший и готовый приносить страдания людям. К сожалению, охота свернуть кому-нибудь шею набирала обороты, когда до Артика с Дэвидом все не доходило, что в паре нужно стоять близко в друг другу. Поставишь их так, чтобы между ними было два сантиметра, моргнешь или на миллисекунду отвернешься, и, черт побери, между ними снова сантиметров двадцать. Да Ник с Витой так не тупят!       Леон задумчиво почесал подбородок и пришел к решению, что нужно показать пример. Юноша протянул руку и за плечо притянул к себе первую… неа, первого попавшегося. Ник испуганно моргнул. Леон не растерялся и быстренько встал с ним в пару, словно вместо Ника была Эля. Долговязый парень офигевал от жизни, тупо пялясь в грудь Леона и судорожно набрасывал завещание. Эля, видя сие безобразие, бесилась и думала, как удавить своего партнера несмотря на разницу в росте.       Леон строго посмотрел на Артика и Дэвида, давая понять, что дальше в ход пойдут не только учебники и напуганные друзья, а веревки или скотч. Он прямо так и сказал. И пара тугодумов поняла, что они не мазохисты, и с горем-печалью пополам прижались к друг другу.       С чувством выполненного долга Леон пошел мучать и мучаться дальше.

***

      Когда все почти разошлись, к Леону подошли Вита и многострадавший Ник. Их просьба помочь им с танцем заставила голову несчастного преподавателя танцев пульсировать болью. Но послать лучших друзей юноша не смог.       — С чем у вас проблемы? — устало спросил он.       — С поворотами! — хором ответили ему.       «Другого и не ожидал».       — Вставайте.       Они встали. Неужели обойдутся без учебника и скотча?       — Ближе, — попросил Леон. — Ближе, мать твою! — выкрикнул он со злостью, за что удостоился воображаемого подзатыльника от Эли. Зато результат оправдал себя: Ник и Вита прижались друг к другу.       — Валяйте повороты, — Леон махнул рукой, но когда ребята совершали третий поворот, юноша остановил их. — Ник, смотри. Во-первых, не отходите друг от друга во время поворота. Физика, сами понимаете, — «нет, блин, не понимаете», — чем ближе два тела находятся, тем легче им вертеться, рычаги, эээ… — он замялся, но потом он встряхнул головой и продолжил: — Во-вторых, идущий назад, не начинает движение, движение начинает идущий вперед, он как бы толкает идущего назад партнера, понимаете? Ведомых лишь отставляет ногу и ждет, пока ведущий его толкнет его и начнет поворот, — свою речь Леон сопровождал активной жестикуляцией. — Потом партнеры меняются и ролями, и местами, и новый поворот.       Ник и Вита внимательно слушали. Шестеренки отчаянно скрипели в из головах. У девушки потише, у парня — погромче. Леон страдальчески вздохнул и произнес.       — Танцуйте.       Вита отставила ногу, Ник начал и легонько толкнул партнершу. Поменявшись ролями, Вита толкнула партнера. У ребят повороты стали получаться лучше, но все же далеко не идеально. Леон вновь остановил их.       — Короче, смотрите. Один поворот состоит из трех шагов, — каждый из этапов парень старательно показал. — Попробуйте. И не отходите друг от друга, ради Бога!       Они попробовали.       — Уже лучше. Но что-то не то, и я не могу понять, что именно. Вита, иди-ка сюда.       Ах, коварная разница в росте!       Под счет Леона они вместе станцевали семь поворотов. Вита часто запиналась, было очевидно, что танцевать с такой… скалой (хотя скалой был вообще-то Дэн), девушке было непривычно и неудобно.       Леон мельком взглянул на Элю и увидел себя в гробу. Взгляд ее, конечно, был не таким убивающим, как у Яна, но то, что так смотрела Эля, а не злобный крашенный чих-гомогей! Это все меняло.       — Думаю, вы оба лажаете, — Леон отстранился от подруги с невозмутимым видом. — Практика и еще раз практика, друзья мои. Прямо сейчас.       И вновь Ник с Витой закружились. Леон старался понять, где они ошибаются, и его, наконец, осенило. Дрыщавый парень слишком сильно выворачивал ногу.       — Стоп!       Пара мгновенно замерла. Леон подошел поближе, прожигаемый суровыми и непрощающими очами Эли, он хотел рассказал решение проблемы, но взгляд его партнерши лишил его способности выражать свои мысли речью.       И вот Леон мнется, заставляя Ника злорадствовать. И не только Ника, но и Отто и Яна, которые с интересом наблюдали за немой сценой.       Преодолев психологический барьер, Леон замахал руками и выкрикнул:       — Да между ног ты ей ногу ставь! И не выворачивай ногу ты так, как упырь!       Вита захихикала. Ник сверкнул глазами, в душе угорая над другом.       Выматерившись про себя, как не матерились сапожники в свое время, парень отдал приказ:       — В наказание танцуете еще полкруга до того пакета.       Этим пакетом оказалась спортивная форма Леона.       Преподаватель танцев в два шага приблизился к Эле, потому что с ней было спокойнее. Учить вальсу полудурков с дерьмом вместо мозгов — занятие с сомнительным удовольствием. Но если откинуть нервотрепку, то это тешило самолюбие, как-никак, власть с руках!       — Тебе бы выпить ведро валерианки, — мстительно улыбнулась Эля, — как говорит тобою многоуважаемая Галина Георгиевна.       — Я утоплюсь в этом ведре.