Минни, постой! Уже слишком поздно....

      Пак Чимин — милая булочка, что всегда улыбается и дарит радость. Каждый день он светиться. Юноша очень любит улыбается. У него смуглая бронзовая кожа и милые щечки. Пак прикольный и до жути милый рисовый пирожок. Его все любят. С ним дружит пол группы. Он — сама невинность. Но эта невинность до сих пор ходит без соулмейта, что очень странно.       В очередной раз Пак просыпается всего после двух часов неспокойного сна. Он собирается и уходит в школу. Чонгук уже целую неделю пытается ему дозвониться.       — Чимин, блять! — Гук влетает в квартиру рыжего, стоит ему открыть дверь. Юноша растрепанный, запыхавшийся. Видно, что он бежал. Брюнет хватает рыжего за ворот рубашки и поднимает, треся.       Но у Чимина нет сил отвечать. Он знает, от чего проснулся ещё позавчера Гук. Он знает, но будет делать вид, что не замечает никого вокруг. У Пака и своих проблем хватает. Точнее… У него одна единственная проблема. По имени Мин Юнги. Две недели назад.       Радостный, в приподнятом настроении, к Чимину приходит его лучший друг — Тэхен. Он прыгает вокруг Пака, который делает себе на ужин салатик.       — Не мельтеши. Что такое? — Чимин смеётся. Тэхен уж больно радостный.       — Я… Юнги помнишь? — Тэхен довольный, как кот.       Чимин улыбнулся и кивнул. Пару дней назад Тэхен припоминал какого-то Мин Юнги, который ему нравится, кажется, взаимно.       — Ну, — Пак садится за стол и начинает кушать.       — Смотри! — Тэхен показал ему запястье, на котором было выведено курсивом аккуратное «Мин Юнги».       — Я очень рад за тебя, Тэхен-и, — Улыбается Пак — Познакомишь? — рыжему и правда было бы интересно познакомиться со соулмейтом своего друга.       — Конечно! — фирменная квадратная улыбка Тэхена заставляет и рыжего улыбаться. Но вскоре Ким уходит, так как ему написал Юн и попросил быстрее возвращаться домой. Эти двое уже и живут вместе.       После ухода друга, Чимину сразу становится одиноко. Он смотрит на свое запястье, где совершенно не чего не написано. Конечно, соулмейт же появляется лишь тогда, когда ему вздумается. И ведь это может быть абсолютно любой человек. Шесть дней назад.       Прошло достаточно много времени, но Тэхен так и не познакомил Пака со своим парнем. И вот, наконец, Ким звонит Чиму и приглашает его в кафе, дабы познакомить с этим Юнги.       Пак приходит раньше, но замечает только довольного, как никогда, Тэ.       — Ну и где твой избранный? — Пак садится за стол.       Тэхен вздрагивает. Видимо, он опять витал в облаках и думал о Мине, поэтому совершенно не заметил Чимина.       — Ну… Я… — Ким потер глаза — Он отошёл, сейчас будет, — После этих слов, спустя буквально пару минут, появляется тот самый Юнги.       И у Чимина сперает дыхание… Перед ним стоит мужчина, несколько старше его и Тэхена с высветленными волосами, которые выкрашены в непонятный платиново-голубой. Пак охает кланяясь.       — Здравствуйте, — а сам взгляда от Юнги отвести не может, уж настолько мужчина прекрасен.       — Привет, — Юнги улыбнулся краешком губ.       Тэхен аж брови вздернул.       — Чимин-ши, что ты творишь с ним? — с усмешкой, спрашивает парень — Он даже при мне не улыбался! — Ким обнимает своего предназначенного, от чего Чимину, почему-то становится не по себе.       Он вежливо улыбается. Кажется, эта встреча не понесет на собой ничего хорошего.       Ресторан они покидают в разном расположении духа. Чимин понурый. Ему неестественно сильно хочется оказаться в объятиях Юнги, что так посчаливилось сделать Тэхену. Юнги тоже какой-то не такой. Он обычно не разговорчивый и злой, но вот с Чимином разговаривает наудивление долго.       Пак прощается с ними, ибо больше не может терпеть то, насколько у них милая пара. Юноша понимает, что это очень глупо так себя вести, но ничего поделать не может. Парень возвращается домой и сразу ложится спать. Настроения совершенно нет. Три дня назад.       Чимин сидит на скучной паре. После той встречи, он каждый день ходил гулять с Тэхеном и Юнги. Чимин с удовольствием проводил с ними время, но, кажется, начинал ненавидеть своего друга. Слишком больно ему было видеть то, как его целует в щеку Юнги, либо хотя бы просто дотрагивается до него.       Но неожиданно у рыжего начинает вибрировать телефон. Пак незаметно достает устройство и смотрит, кто может его беспокоить.       Незнакомый номер 13:48:             Чимин, привет, это Юнги. У вас же последняя пара? В любом случае, я буду ждать тебя на этой перемене у входа. Отклонения не принимаются.       Пак не понимает. Не понимает, зачем ему написал парень Тэхена. А ещё больше не понимает, почему от этого так ускорялся его пульс и в горле становится предельно сухо.       Конец пары объявляют через пятнадцать минут. А так как она действительно последняя, юноша спешит выйти из здания. Недалеко от входа стоит Юнги. Рыжий сглатывает и идет к старшему.       — Здра…       Юнги не даёт договорить, обнимая. Пак резко выдыхает и обнимает в ответ.       — Ю. Юнги-ши, что вы…       — Минни, я тебя умоляю, заткнись.       Это звучит немного грубо. Но голос у Юнги безумно приятный. С лёгкой хрипотцой и шепелявостью. А когда этот голос так близко.       И только после этих слов Пак осознает, что влюбился. Влюбился в соулмейта лучшего друга. Поздравляю, Чимин, ты идиот.       Через какое-то время Мин отпускает рыжеволосого и только тогда он видит, что на запястье Юнги абсолютно пусто. Пак приоткрывает рот.       — Ю… Юнги, ваше запястье, — Чимин слабо хмурится. Он не понимает, что происходит.       — Да. Такое бывает. У меня чуть позже проявится имя Тэхена, это не суть, — Юнги вздохнул — Я хотел бы поговорить о том, как ведешь себя ты, — Юн вздыхает — Ты уж больно остро реагируешь на нас с ТэТэ.       От этих слов сердце Чимина болезненно сжимается. Неужели, Юнги все понял? Неужели, он догадался?       — Я к тому, что тебе больше не придётся ревновать. Потому что мы с Тэхеном улетаем. Навсегда.       Эти слова, подобно ножу, режут по сердцу юноши. Слишком больно. Слишком завистно. А Чимин — слишком идиот. Пак убегает, ничего не сказав. Слыша в ответ громкое «Минни, стой!», но продолжая бежать: уже слишком поздно.       Пак запирается в комнате и не выходит оттуда. Ему не хочется. Совершенно не хочется. Он просто лежит на кровати и плачет. Все эти три дня он плачет. Потому что остальное абсолютно пропало желание делать. И Пак Чимин больше не милая булочка. Он больше не радует никого своей улыбкой. У него под глазами теперь синяки, а кожа — бледная-бледная. Скулы немного выступают. А под вечер того дня на запястье выводится красиво курсивом «Чон Чонгук». Наше время.       Пак падает на колени, громко плача. Он закрывает лицо руками.       — Что случилось? — Чонгук кидается к нему — Минни, что.       — Не называй меня так! — Чимин кричит сквозь слезы. Он не позволит. Не позволит так себя называть никому, кроме Юнги. А с Юнги они больше не увидятся.       — Хорошо-хорошо, только…       Чонгук вздыхает. Он не будет ничего говорить. Он понимает. Понимает, что совсем не нужен тому, чьё имя так красиво выведено курсивом на его запястье.       — Уходи, хорошо? — просит Чимин, пытаясь улыбнулся — Уходи…       И Чонгук уходит. Он же настолько идиот, что уходит, оставляя Чимина в таком состоянии.       Пак поднимается. Он идет к балкону. Юноша единственный раз радуется, что живёт на пятнадцатом этаже.       Любовь… А что такое любовь? Это ведь сладко, приторно сладко. Но только в том случае, если это взаимно. А если нет. То это горько. Безумно горько. А на душе так пусто и одиноко.       Это как состояние аффекта. А в этом состоянии можно сделать всё что угодно. Именно поэтому Пак стоит на самом краю обрыва. Стоит смотря вниз. Красивое «Мин Юнги» выведено на запястье его лучшего друга. «Чон Чонгук» — красуется на его собственном. И это слишком несправедливо.       Рыжий делает шаг. Шаг в пропасть, шаг в никуда. Закрывая глаза и шепча тихое «Юнги», Чимин уже через несколько секунд разбивается.       Пак Чимин — он был милой булочкой, что всегда улыбался и дарил радость. Каждый день он светился. Юноша очень любил улыбаться. Его все любили. С ним дружило пол группы. Он был чистой невинностью, а то, что у него был соулмейт — досадная ошибка. Его все любили. Однако… Больше нет этой милой и радостной булочки, этого рисового пирожка.       Его все любили. Однако, никто не узнает, что он любил. Что он так сильно любил. И что это чувство убило его.       Однако, никто не знает, что на запястье Мин Юнги через пару дней расцвело красивым курсивом «Пак Чимин».