Мгновение

      Что есть жизнь? Жизнь — это всего лишь мгновение перед смертью. Часто и в фильмах, и в кино, да даже в реальной жизни можно услышать фразу: «Вся жизнь пролетела перед глазами». И ведь это правда. Всё то, что мы чувствуем, всё то, чем живём и дышим, всё то, что нам дорого, всё то, что нас гложет или же придаёт нам сил — всё это не более чем мгновенный миг пред неизбежным концом. Все мы там будем, не так ли?

***

      Глубокие порезы. Глубже, чем до этого. Кровь сочится из них, стекая по руке и капая на белый кафель. Ещё один порез. Ещё. Глубже. Сильнее. С каждым движением, с каждой вспышкой острой боли её грудь разрывалась от переполнявших её чувств. Наверное, текли слёзы. Они должны течь? Или нет? Она не понимала. Не помнила. Не хотела знать. Не хотела видеть. Чувствовать. Всё достало. Она просто устала. Ещё одно резкое движение. Скоро всё кончится. Не будет этой пульсирующей боли в руках. Не будет этой острой боли в груди. Не будет ничего. Ровным счётом ни-че-го. Она не боялась. Она хотела спать. Глаза сами закрывались. Она медленно опустилась на изукрашенный кровавыми узорами пол. Голова устало прислонилась к стене. Кровавые узоры всё прибавлялись, причудливо смешиваясь, рождая новые завитки. Слёзы разбивались с глухим звуком, разрушая причудливые узоры на мокром кафеле.

***

      Мгновение жизни. Мгновение смерти. И ещё одно мгновение между ними. И это мгновение, когда наступает состояние погружения в воспоминания. Лишь одно мгновение. Мгновение бесконечной боли от того, что хочется забыть, от того, что уже было забыто. Мгновение вечной радости от того, что не хочется забывать, от того, что хочется помнить. Мгновение погружения в пучину собственных страхов, опасений, комплексов, переживаний, разрушенных надежд. Но это лишь мгновение. Одно бесконечное мгновение, за которым наступает смерть. Такие желанные объятия смерти, такие близкие, но столь далёкие. Нужно лишь пережить это мгновение, пережить это самое настоящее Чистилище… Лишь только… суметь… пережить…       А слёзы катятся… А кровь стекает…       

***

       Жизнь и так не баловала её щедрыми подарками. Внешность, характер… Ничего из этого не было сахаром. Она ненавидела каждую частичку себя. И сколько бы раз не твердили ей, она не верила не единому слову.       Время шло, она подросла. Школа, первые друзья, первые влюблённости… Всё так ново, необычно. Но в глубине души всё зрела эта ненависти и неприязнь самой себя. Ей слишком рано пришлось примеривать различные маски. Слишком рано пришлось учиться врать. Слишком рано пришлось научиться скрывать своё истинное «я» глубоко внутри, не давая свободу, не выпуская его.       Но однажды, она осмелилась и открыла своё сердце другу. Близкому другу, как она считала. В тот момент она ощущала себя столь… счастливой? Она чувствовала, как каменная оболочка вокруг её сердца, вокруг её самой, её настоящей начинает рушиться. И в тот момент, когда защита частично пала, оставив спину открытой, нож ударил её. Она не ожидала. Она была разбита, её сердце было разбито, а души были потеряны осколки, что помогал видеть в людях то немногое хорошее, что могло быть в них.       Но удар нанесён, и кровь пролита. Слёзы выплаканы в подушку, а сердце вновь заледенело, но уже, кажется, навсегда. Мгновение было, и оно прошло. Теперь всё по-другому. Она стала сильнее. Она стала умнее. Она не будет совершать таких ошибок более. А зерно ненависти к себе всё разрасталось внутри, превращаясь в опухоль, что медленно отравляет душу и тело.       

***

      Прошло время, она отреклась от прошлого. В её жизни появились новые люди, знакомые, отношения. Всё искуснее становилась актёрская игра, всё качественней становились носимые маски, всё сильнее разрасталась опухоль внутри. Всё чаще эта опухоль брала вверх над сознанием, всё чаще она заявляла свои права, всё чаще она указывала девушке на её место. Место в самом низу, на дне. И девушка мирилась с этим, считая, что действительно должна быть там. И охотно туда шла, ведь всё было таким знакомым и привычным. Никакие слова не могли переубедить её, никакие поступки не внушали ей доверия, никакие доводы не могли заставить её подняться вверх.       А время шло. И потихоньку, сама того не замечая, она начала оттаивать. Опухоль ненависти, что столько много лет концентрировалась в её искорёженной душе, всё реже стала подавать голос, всё слабее давить на горло и сдавливать сердце. Сама того не замечая, она стала понемногу открываться тем немногим знакомым, с которыми она уже прошла многое. Потихоньку она превращалась в обычную девушку. Сердце начало биться, а душа, конечно не без помощи близких друзей, начала потихоньку собираться в одно целое. Пока…       

***

      Он был глупцом. Он не понимал чувств других.       Он был жесток. Он не знал, что другим может быть больно.       Он был груб. Он не знал, что его слова режут будто тупой ржавый нож.       Он не знал. Но он делал.       

***

      И снова, снова удар в спину. Но по прошествии лет, когда вся боль была забыта, а раны почти зажили, удар был намного сильнее и больнее, нежели когда-то давно. Она была разбита полностью. Слёзы лились, а в груди зияла огромная дыра, где раньше было сердце. Но она никогда не позволит увидеть им, ему, как ей больно. Дежурная маска, пара лживых фраз. Никто ничего даже не заметил. Она решила не плакать. Не плакать до самого конца. Опухоль затрезвонила с новой силой. Теперь она не была чем-то бесформенным. Это неожиданное предательство, эта боль, эта ложь — всё это раскрыло истоки опухоли. Девушка посмотрела в зеркало, но увидела там не своё отражение. Лишь нечто отдаленно похожее. Это отражение говорило с ней, кричало на неё, обвиняло её. Она выдирала волосы на голове от этих криков, что, казалось, раздавались прямо у неё в голове. Она расцарапывала своё лицо, пытаясь содрать кожу. Она сама кричала, пытаясь унять дикую боль в пустой груди.       Прошло мгновение. Прошла вечность. Она стояла перед разбитым зеркалом. Почему оно было разбито? Она не помнила. Осколки наполнили раковину, будто вода. В них отражался свет, бегая по всей комнате. Такие острые углы… Она берёт один и проводит по запястью. Крошечная вспышка боли, укол булавкой по сравнению с той, что она уже испытала. Кровь сочится из раны и стекает по руке, в конце концов падая на белый кафель…       

***

      Мгновение было. Мгновение прошло. Объятия Смерти взяли её. Она стояла рядом со своим холодным телом и не чувствовала ничего. Ни отвращения, ни грусти. Лишь облегчение. Бросив последний взгляд на причудливые кровавые узоры, она развернулась и ушла, оставив всё позади.