Новогодняя ночь

      Новогодняя ёлка, зелёная, украшенная всяческими игрушками и гирляндами, которые так красиво подчеркивают всю атмосферу. Эдд и Мэтт накрывали на стол всяческие салатики и еду, приготовленную ранее, а вот Торд стоял и выбирал, какой для начала выпить коньяк. Или всё-таки лучше шампанское? А может попытаться заманить черноглазого за праздничный стол его любимой водкой? Хм. Возможно сработает. Тогда он поставит сразу и шампанское, и водку.       Спустя час наконец и комната была празднично украшена, и сам стол был накрыт. Свет Гулд специально выключил, чтобы было удобнее любоваться ёлкой. Гирлянды, как огоньки светились, а Эдд держал в руке маленький пультик, схожий на коробочку, и переключал цвета и функции, нажимая на маленькую кнопочку. Мэтт же сидел с ним, скрестив ноги и наблюдая за своим отражением на стеклянном, голубомкак и ориентация всех четверых шару. Они оба дожидались Тома и Торда. Торд на самом деле ушёл куда-то около получаса назад, а Том продолжал сидеть на крыше, пытаясь не обращать внимание на холод и медленно попивая из своей верной фляги водку, держа при этом гарпун. Он каждый год высматривал этого чёртового Санту, который, как и ожидалось, не появлялся. По крайней мере, на глаза Риджуэллу. Но именно сейчас он подумал. Какого черта он вообще забыл на этой гребаной крыше? Зачем ему гарпун, если каждый год Том лишь зря потом лежит в постели из-за простуды..? Он осмотрел свои красные от холода руки, слегка шатаясь из-за выпитого алкоголя, а сам он уже совсем скоро отморозит себе что-товозможно даже хуй, а этого, думаю, он бы и сам не хотел. Он как-то обреченно выдыхает, бросая свой "набор гарпунов для ловли мифических существ" в кучу снега, от чего Том цокает, решаясь не лезть туда лишь в синей худи и одних, к слову любимых, кедах в чёрно-белую клеточку, а также пожалеть своё и до того слабое здоровье. Том и сам спрыгивает с крыши, хоть и долго смотрел вниз, думая при этом, мол, какого черта лестнице нужно было свалиться. Выдохнув, парень зажмурил глаза и спрыгнул с крыши, уже ожидая переломы и ссадины. -ТОМ, КАКОГО ХУЯ ТЫ ТВОРИШЬ!?- послышался знакомый голос, от которого сам черноглазый зажмурился только сильнее, но несколько мгновений, и он чувствует, будто его кто-то крепко обнимает, тяжело дыша в шею и совершенно не собираясь отпускать -чт.. -ЕСЛИ ЭТО ИЗ-ЗА НАШИХ ССОР, ТО ПРОСТИ МЕНЯ, ДОЛБАЁБА, НУ Я ВЁЛ СЕБЯ КАК НАСТОЯЩИЙ ДАУН.. А ЕСЛИ ИЗ-ЗА НЕНАВИСТИ К РОЖДЕСТВУ, ТАК МЫ МОЖЕМ ЕГО БОЛЬШЕ НЕ ПРАЗДНОВАТЬ.. Просто... Я..- косо оглядев лицо норвежца, что было перед самим Томом, он заливается лёгким румянцем, немного смущаясь словам "спасителя". Стоп, а какого черта вообще произошло? -но я... - снова Томаса перебиваю слова Ларссона, которые звучали уже более подавленно, будто тот сейчас расплачется -Том... Пожалуйста, не пытайся покончить суицидом, я тебя прошу.. Пожалуйста..- Торд уже не сдерживал слёзы, вжимаясь в синюю толстовку черноглазого, которая успела пропитаться влагой от снегопада. Том задумывается над словами рогатого, не понимая, с чего тот вообще решил, что Том собирается кончать с собой, у него ведь просто лестница свалилась из-за сильного ветра... Том вздыхает, кладя руку на волосы норвежца и медленно, аккуратно поглаживая их, убирая белоснежные снежинки с его русых волос. -А вообще, что произошло? - Том говорит это с неким недопонимаем, пытаясь понять, какого черта Ларссон до сих пор прижимает черноглазого к себе, будто боясь, что с ним что-то случится. -Я... Шёл домой и увидел, что ты спрыгнул с крыши, испугался за тебя и попытался словить...- Том и вправду нигде не ударился и не пострадал, смирно лежа на норвежце, что тот только сейчас и осознал, оглядев их обоих.-ты ведь нигде не ударился?- с некой надеждой в голосе спрашивает Ларссон, открывая заплаканные глаза, а Том положительно кивает.-ну хорошо...-черноглазый ещё более удивляется, ведь Торд опять прижимается к нему и утыкается в шею. Ему сейчас казалось, будто выпил слишком много, от того такие приятные галлюцинации. Но Том лишь наслаждался этим, будто давно мечтал о таком. -Но я не пытался покончить с собой.- совершенно спокойно, даже с теплотой в голосе, говорит черноглазый. Торд медленно поднимает на него голову, хлопая глазами.-Просто лестница упала, а другого выхода нет- Том пожимает плечами. -Но... Ты ведь мог просто позвать Эдда или Мэтта- во взгляде Ларссона явно было недопонимание. А может тот уже стал жалеть о сделанном. -Вряд ли бы они услышали.- Том глупо усмехается. Ещё минут пять они смотрят друг на друга, пытаясь понять мысли друг друга. Но тут Торд опоминается, что он лежит на холодном снегу, а на нём мёрзнет Том, поэтому он поднимается, беря Риджуэлла на руки и таща его в дом. Сам же Том был даже не против такого, но всё-таки засмущался, просто смерившись и вздохнув.       Ребятки сидят за столом и поедают еду, приготовленную Эддом, даже радуясь тем, что хоть одно Рождество у них пройдёт без каких-то причуд черноглазого. И можно даже сказать, что всё благодаря Торду, хотя Эдд и Мэтт ещё не знают всего. К трём часам Эдд и Мэтт отрубились прямо за столом, а вот Том ещё был бодрячком, хотя его пьяное состояние таковым не назовёшь, а Торд сидел и пытался не засыпать. Проще говоря, праздник у них прошёл на ура, но только пьяный Том задумывает что-то очень неестественное для себя. Он поднимается из-за стола, медленно подходит к Ларссону и садится к нему на колени, прикусывая губу начинает ёрзать, поглаживая партнёра по макушке. -То-ом.. мм..- Ларссон явно не осознавал произошедшего, хотя ему это вполне нравилось. Разум буквально затуманивался алкоголем и возбуждением. Торд притягивает Риджуэлла к себе за подбородок, робко целуя его в губы, но тот явно хотел большего, из-за чего поцелуй сразу же углубился. Ларссон поднимает на руки Томаса, придерживая того за задницу и направляясь в свою комнату.