Телохранитель с сюрпризом.

Стайлз Стилински вошел в свою комнату и шумно вздохнул. Он бросил спортивную сумку на кровать и плюхнулся в кресло перед огромной плазмой. Несколько часов тут — это как целый день в Лондоне, откуда он только что приехал. В его родном городке было непривычно тихо, улицы не оглашали гудки клаксонов и шум толпы людей, как это всегда бывает в большом городе, и Стайлзу каждый раз по-новому приходилось привыкать к тишине и неспешному темпу жизни. Его отец, будучи мэром маленького городка Бэйкон Хиллз, вполне мог позволить себе отправить сына на несколько лет учиться в Англию, в специализированную школу при Институте английского языка и культуры. Что он и сделал. Сын с готовностью отправился изучать незнакомую страну, и отец с улыбкой читал присланные им на электронную почту письма с восхищениями. На каникулы Стайлз обычно неохотно возвращался в родной городок и старался не терять связь со старыми друзьями. Однако большинство из них уже разъехались — кто в колледж, кто куда-то отдыхать перед новым учебным годом, поэтому Стилински изо всех сил упирался и не хотел никуда уезжать из Лондона. Он даже поругался по телефону с отцом, и в итоге тот выдвинул ультиматум — либо Стайлз едет домой, либо он заблокирует кредитку. Таких потерь не привыкший в чем-то себе отказывать Стайлз позволить себе никак не мог, поэтому пришлось собираться и ближайшим рейсом после последнего дня занятий вылетать из Лондона. Дома подросток откровенно скучал. Клубов было мало, развлекательных центров тоже. Стояла жара, хотелось просто лечь под кондиционер и уснуть, но Стайлзу как назло не спалось. Он лениво щелкал пультом, закинув ноги на подлокотник кресла. Можно было бы позвонить Скотту и по доброй памяти погонять мяч, как раньше, но тот, как выяснилось, нашел себе объект обожания — недавно переехавшую в городок Эллисон — и теперь большую часть времени проводил с ней. Он, правда, и Стайлзу предлагал как-нибудь сходить погулять с ними, но Стилински справедливо рассудил, что он на свидании будет в роли пятого колеса. Была у Стайлза еще одна страсть. Это машины. В подземном гараже под особняком выстроились в ряд несколько шикарных тачек, над которыми подросток чах, как Кощей над сундуком с драгоценностями. На всех из них он катался, и не по одному разу. Только вот каждый раз он оказывался на заднем сидении, а за руль садился личный водитель. Мэр, зная, как от скуки может разойтись его сын, строго-настрого запрещал Стилински садиться за руль самому. Мальчишка только хмыкал в ответ и пытался возражать — он, в конце концов, уже достаточно взрослый и ответственный, чтобы ему можно было доверять такую машину! Но отец не желал ничего слышать. И на пятое утро своего пребывания в особняке у Стайлза лопнуло терпение. Ночью ему в очередной раз снилось, как он сидит за рулем роскошного кабриолета, как солнце ослепительно бликует на черной лаковой поверхности и мягко отсвечивает от обитой мягкой светлой кожей сидений, а ветер свистит в ушах... Дождавшись, когда мистер Стилински запрется в своем кабинете, чтобы разобрать накопившиеся бумаги и сделать пару важных звонков, Стайлз спустился в гараж. Обошел машину, которая ему снилась, провел кончиками пальцев по дверце. Она была самой старой в этом гараже. Стайлз помнил ее еще ребенком. Они катались на ней всей семьей в парк аттракционов, ездили по городу, и тогда мама еще была жива. Он закрыл глаза на минуту, вспоминая то время, затем проглотил две таблетки аддерола и сел за руль. По его расчетам, отец как раз сейчас должен был быть занят настолько, что у него не будет времени смотреть в окно, которое выходит на дорогу перед домом, поэтому нельзя терять время. Стайлз нажал кнопку, дверь гаража бесшумно приподнялась, впуская в помещение яркий солнечный свет — подросток даже зажмурился. Он завел кабриолет и, стараясь выглядеть как можно увереннее, нацепил на нос солнечные очки. Мобильник он оставил в своей комнате — не хотел, чтобы что-то могло помешать ему сегодня. Благополучно выехав на дорогу, он прибавил газу и направился по гладкой дороге — хотелось поскорее вырваться за черту города и в полной мере насладиться так легко добытым сокровищем. Ощущения были как во сне. Машина чутко реагировала на каждое прикосновение к рулю, мягко и плавно останавливалась на светофорах и развивала огромную скорость, чем приводила Стайлза в неописуемый восторг. Он добрался до окраины города, привстал, высовываясь из-за лобового стекла и чувствуя, как ветер ударил ему в лицо жаркой волной, и издал победный клич. Пусть ему потом достанется от отца и он посадит его под домашний арест и отнимет кредитку. Несколько часов за рулем того стоят. Стайлз действительно прокатался беззаботно несколько часов по дорогам вокруг Бэйкон Хиллз. Бензина было много, времени тоже, настойчивыми звонками никто не донимал, над головой было бескрайнее чистое небо, под ногами — педали одной из лучших, по мнению Стилински, машин, зеркало заднего вида сверкает, отражая солнце и уже как минимум полчаса едущий за ним черный джип... Стоп! Какой еще джип?! Стайлз встрепенулся и повернул голову, чтобы заметить боковым зрением не отстающую от него машину. За ним действительно был хвост. Подросток свернул на другую дорогу — джип свернул за ним. Стайлз сделал еще один бесполезный круг — незнакомец за рулем не отставал. Стилински тихо запаниковал. Мобильника нет, никакого оружия с собой, чтобы защититься — тоже. Он повернул на главную дорогу, направляясь к дому. Машина обогнала его и, взвизгнув тормозами, встала поперек дороги. Стайлз остановился, сжимая мгновенно вспотевшими ладонями руль. Из джипа вылезли несколько довольно крупных, накачанных парней явно старше его. - Выходи из машины, - грозный оклик заставил Стайлза едва заметно вздрогнуть и он, путаясь в ставшими вдруг ватными ногах, под гогот остальных вышел из машины. - Вы кто? Чего надо? - осведомился Стилински, стараясь не показывать своего страха. - Что, папаша дал крутую тачку своему избалованному сынку? - парень в белой футболке оскалился и подошел ближе. - Чуваки, я не понимаю, чего вам надо, - Стайлз сложил руки на груди. - Деньги?.. Взрыв хохота заставил его окончательно растеряться. Он хотел уже под шумок сесть обратно и дать задний ход, как его бесцеремонно цапнули за шкирку и бросили на дорогу, легко, как будто он ничего не весил. Стайлзу стало по-настоящему страшно. Четверо таких бугаев против подростка, который не злоупотребляет занятиями в тренажерном зале... Он попытался вскочить на ноги, но тут же осел обратно — следующий удар пришелся точно в челюсть. Остальное он помнил смутно. Помнил только резкую боль. Кажется, его били ногами. Или это была бейсбольная бита?.. Он, определенно, пытался защищаться и, наверное, даже успел чувствительно заехать кому-то в живот кулаком. После этого он получил по голове и окончательно перестал что-то соображать. Перед тем, как потерять сознание, он услышал визг тормозов и тихий угрожающий рык. Потом его уронили — значит, куда-то несли? Последняя мысль, которая промелькнула в мозгу, была о том, что теперь его бросили где-то в лесу на растерзание тому, что так свирепо рычало.

***

Стайлз очнулся в больнице. Он открыл глаза, тут же зажмурился и схватился за голову, чуть не вырвав иглу капельницы. - Тише, - послышался тихий женский голос — Сейчас подойдет врач. Звук удаляющихся шагов. Медсестра. Стайлз осторожно приоткрыл глаза. Снежно-белый цвет стен частной клиники неприятно «давил» на глаза, светящийся зелеными показателями прибор тихонько жужжал. Подросток снова закрыл глаза и осторожно ощупал руками голову. Повязка. Кажется, просто ушиб. Руки целы, если не считать вывихнутого пальца, кажется, еще что-то с ногой... И дышать больно. Но все могло сложиться куда хуже. В палату вошел врач. Ласковым негромким голосом он расспрашивал Стайлза о его самочувствии, черканул несколько строк в блокноте и аккуратно осмотрел его, рассказывая, что с ним случилось. Три треснувших ребра, повреждение в ноге, сотрясение мозга, что-то еще — Стайлзу было трудно сосредоточиться, смысл разговора постоянно ускользал от него. Тянуло в сон. Когда врач наконец ушел, он закрыл глаза и провалился в объятия Морфея. Ему снова снился тихий рык. Как будто какое-то животное сидело рядом с кроватью и рычало... - Стайлз... - знакомый голос вырвал его из дремоты. Легкое прикосновение к плечу заставило распахнуть глаза. На койке сидел мэр Стилински и беспокойно разглядывал бледное лицо сына, вертя в руке ключ от палаты. - Папа, - голос ужасно охрип. Зато чувствовал он себя сейчас куда лучше. Спать не хотелось. Голова почти прошла, а дышать стало значительно легче. - Как самочувствие? - Живой местами, - Стайлз слегка улыбнулся. Мэр кивнул: раз улыбается, уже идет на поправку. - Ты расскажешь все шерифу. Опишешь внешность, что говорили... ты помнишь хоть что-то? - Да...помню... не очень много. - Теперь у тебя будет телохранитель. - Что?.. - Стайлз приподнялся. - Мне не нужен телохранитель! - Не обсуждается, Стайлз! Тебя чуть не убили! - За мной будет таскаться качок с пистолетом? - подросток тихо простонал. - Ты помнишь, что было в прошлый раз? Нет, чтобы просто отправить меня обратно... Это была не первая попытка мистера Стилински обезопасить от недругов единственного отпрыска. Прошлый телохранитель — Джон — убежал от Стайлза через неделю: подросток показал себя во всей свой избалованной красе, а отец не стал сильно настаивать. - Нет, Стайлз. Без телохранителя ты никуда больше не выйдешь. Понятно? Подросток только закатил глаза. Спорить с отцом было бесполезно. Особенно сейчас, когда у Стайлза начала снова болеть голова. Он закрыл глаза и откинулся обратно на подушки с твердым намерением отправить эту новую «няньку» вслед за Джоном.