А все так просто начиналось....

             — Знаешь, ты, как была стервой, так ей и осталась, — сказал парень, подходя к Хартфилии. — Я, конечно, понимаю, что аристократка должна быть такой, но чуть помягче что-ли будь.              — Не твоего ума дела, — гордо вздернув подбородок, ответила Люси. — Я стерва только для тебя, так что радуйся.              Рин пораженно уставился на девушку. Боже, это выскочке уже 13, а такое ощущение, что все 20. В ее годах никто так себя не ведет, а судя потому, что сейчас они часто выезжали с родителями на различные встречи, часто высказывали про девушку разные думы.              — Я сбегу из дома, — сказала Люси. — Я сбегу от отца. Он решает все за меня. Мама умерла уже давно, а он даже не подумал о том, как я себя чувствую.              — Он тебя все равно найдет, — кивая собственным словам, сказал Рин.              Блондинка отмахнулась, снимая с ног туфли на каблуках. Она сделает то, что задумала. Не сейчас, так через несколько лет. Она сбежит о того, кому она совершенно не нужна. Сейчас же она просто садится на диван и мгновенно засыпает, так как ее все достало. Рин лишь садится рядом и, принимая точно такое же положение, засыпает. А что им еще делать?              

***

             Крики людей эхом раздавались на улице. Люси выбежала, смотря на полыхающий огонь в доме Лайтвудов. Она сейчас как раз гостила у них. В глазах испуг. Она бежит будить Рина, так как они заснули в летней беседке.              Состояние обоих не самое лучшее. Хартфилия на скорую руку призывает Водолей, надеясь, что она сможет помочь. И помогает, вот только помощь уже, казалось бы, и не нужна. Рин залетает в самое пекло, в надежде спасти своих родителей, но не выходит.              — Нет! Рин, стой! — кричала блондинка, смотря на скрывающегося парня в столбе огня и дыма.              — Я вернусь! — кричит парень. — Мы обязательно встретимся. А сейчас уезжай отсюда!              Сколько лет прошло? Сколько лет они уже вместе и идут рука об руку? Он единственная причина, почему она до сих пор не сбежала от отца. Ее вера в их совместное будущее просто увенчалась полным крахом.              Уже потух огонь в доме, когда Хартфилия поехала на повозке мимо поместья. В глазах слезы, ведь он так и не вышел из огня…              — А я ведь так и не сказала, — в пустоту шепчет девушка, смотря из окна повозки.              End Flashback              Люси утыкается носом в плечо блондина. Так же тепло, как и всегда. Так же уютно и на сердце остается какой-то приятный осадок. Боль утихает, а старые шрамы затягиваются. Она смотрит на него, и в груди полыхает, невозможно стоять.              Первая любовь действительно настолько сильная, что не смогла забыться даже спустя несколько лет…              — Я ведь говорил, что мы встретимся, — улыбаясь, сказал парень, усаживая девушку на кровать. — А ты глупая, никогда мне не верила.              — Я, знаешь ли, как была для тебя стервой, так и осталась, — вновь сказала Хартфилия, чувствуя как его касания вызывают дрожь в коленках.              Рин лишь закатил глаза и сложил руки перед грудью. А что он ожидал увидеть, встретив старую знакомую? Теплых объятий и слов радости? Только не от этой особы, что всегда вела себя с ним дерзко. Всегда хамила, поэтому он часто называл ее последней стервой.              — Когда ты ушел в огонь, я перепугалась, — произнесла Люси. — Думала, сердце разорвется от боли, если ты оттуда не выйдешь…              — Ну как я вижу, ты жива и здорова, — пробормотал парень. — Вполне в расцвете сил.              — Ага, я тебе еще тогда про свою безудержную влюбленность так и не сказала, хотя должна была, — кивая собственным словам, отозвалась Хартфилия. — Но тебе видимо это сейчас уже не нужно…              Блондин пораженно раскрыл глаза и смотрел на девушку, которая от сказанного ни капли не покраснела. Обычно от таких рода слов блондинка уже пылала не хуже цвета помидора. Даже до ушей доходило, а тут на тебе и практически никакой реакции.              — Ты любила меня, или до сих пор любишь? — наклоняя голову в бок, прошептал Рин.              — Скорее до сих пор, — сказала Хартфилия, не понимая собственных слов.              Совершенно недавно она сказала, что любит огненного убийцу драконов, Нацу Драгнила. А сейчас, как бы отказывается от своих слов, смотря влюбленными глазами совершенно на другого. И она не знает, как понимать то, что творится в ее сердце.              — Скажи, а ты знаешь великого заклинателя духов, у которого есть ключи драконов? — спросил блондин, сгребая девушку в объятия и буквально душа в них.              — Та, что одним заклинанием убила Клер? — пробормотала Хартфилия. — Так это я… — чуть тише добавила девушка.              — Да, — кивая, сказал Рин. — Стоп, что? Я сейчас не ослышался?              — Это я, — как можно более безразлично ответила Люси. — Она посмела тронуть мою сестру, и я ее убила.              — Ну, тогда, я должен тебя убить, — ухмыльнувшись, ответил парень, кидая девушку на кровать.              — Жду с нетерпением, — ехидно процедила сквозь зубы блондинка, смотря на парня.              Рин навис сверху, облизывая пересохшие губы. Слишком давно он мечтал о том, что сделает сейчас. Блондин придавил девушку к кровати, смотря на алые губы и уже давно желая в них впиться.              — Только моя, — зачем-то шепчет Рин.              Люси лишь фыркает, руками притягивая к себе парня. Она уже не знает, что точно руководило ей в тот момент. Желание обладать любимым или же просто обычное похотливое желание девушки, совершенно недавно перешедшей грань.              Рин рывком поднимает Хартфилию, усаживая на своих коленях, и впивается в губы требовательным поцелуем. Удивленная таким поворотом, Люси не сразу осознает, что произошло, однако отвечает и даже углубляет поцелуй.              Только ближе, только чувственней. Только вдвоем и только сейчас. — Ты уверена, что хочешь это сделать? — шепчет Нацу, смотря на лежащую под ним златовласую особу. — Да, — лишь произносит девушка, обнимая розоволосого. — Только с тобой и только сейчас…