Предрождественские будни, или Верните мне деньги!

      Ино готова была начать изрыгать пламя, потому что негодование достигло апогея. Две пары глаз обратились на нее: голубые-удивленные и разномастные-меланхоличные. Наруто тут же поднялся с колен, отряхивая штаны от снега. — Я смотрю, ты время не теряешь. То букетики покупаешь для всяких… — блондинка решила не произносить ругательство вслух, надеясь, что парень ее достаточно хорошо поймет. — Теперь, значит, тренируешься, видимо, делать предложение. И все это у Хинаты за спиной? Тебе не кажется, что это свинство?! — И-ино, успокойся, — Наруто поднял руки в мирном жесте, — Все совсем не так, как ты подумала. Скажи же, Саске, — он пихнул друга в бок. — Не впутывай меня в это, — Учиха развернулся в сторону бара, куда они и направлялись ранее, оставляя Наруто на съедение голубоглазой бестии. — Я не знаю, что ты там удумал, но сейчас у меня свидание и мне совсем не до разборок с тобой. Но будь добр, зайди к Хинате завтра утром и будь милым, а то натравлю Сакуру и будешь знать, — фыркнув, Ино смахнула белёсые пряди с лица, поправляя пальто, и направилась в заведение. — Вот ведь, — Наруто понуро повел плечами и догнал Саске, — Эй, меня подожди! — Как ты умудрился снова во что-то вляпаться? — Саске не питал особый интерес к личной жизни лучшего друга, но события, связанные с этим оранжевым ураганом, проносились слишком ярко и сметали все барьеры Учихи. — Да я же как лучше хотел! И вообще. Как думаешь, если я скажу Хинате все, что сказал тебе, она примет предложение? — Откуда мне знать, — отмахнулся Саске. — Лучше иди к Сакуре с такими вопросами. — Да какой же ты друг после этого? Вечно от меня избавиться хочешь. Вот погоди, будет у тебя девушка, придешь за советом, а я перед твоим носом дверью хлопну, — Наруто надулся и скрестил руки на груди. Его обида продлится не долго, еще до того, как они дойдут до места. — Ты последний, у кого я попрошу совета по части отношений.       Они добрались до бара с неоновой вывеской и сели за самый уединенный столик. Настроение у обоих было не очень, поэтому алкоголь слишком просто вливался в горло. Охмелев, Саске все же решился выдать то, что крутилось у него на уме. — Сакура сделала мне подарок на Рождество. Должен ли я подарить что-то взамен?       Его действительно волновал этот вопрос. Она была не последним человеком в его жизни. И ему приходилось думать о ней хоть иногда, даже если мысли приходили сами по себе. Например, когда он видел сакуру в цвету, или когда рыбки в пруду поблескивали розоватой чешуей, или когда кто-нибудь ел данго с таким же аппетитом как она. Все это вызывало в нем странный трепет и волнение, будто он упускает что-то важное, теряет время и моменты, которые мог бы впустить в свою одинокую жизнь, но бессмысленно, совершенно упрямо противился. — Только если сам хочешь этого. Не нужно делать ей одолжение, — Наруто вещал лениво, но слишком уж серьезно. Сакура для него являлась семьей, о которой он хотел заботиться. Его чувства переросли в что-то более сильное и стойкое, чем влюбленность. И Саске это понимал. Самое плохое, что мог сделать для нее Саске, это показать, что испытывает жалость или вину за ее чувства, будто имел для этого основания. — Но я даже не могу представить, что должен подарить ей. Я понятия не имею, что любят девушки ее возраста. — Говоришь так, будто ей пять лет. Она же куноичи. Как насчет оружия? — Узумаки уже начал заваливаться на поверхность стола, еле волоча язык. — Слишком банально. Хотя. Я еще не открывал ее подарок. — О, так посмотри, что там. Мне тоже интересно, — Наруто по-лисьи прищурился и вытянулся, едва не перевалившись через стол. — Нет. Я сделаю это дома, — Саске дернулся, будто от огня, напоминая больше дикого зверька. Если он еще не видел содержимого, то и посторонние не могли иметь к этому доступа. Вдруг Сакура положила туда что-то важное и сокровенное? Он будет дураком, если выставит ее чувства на всеобщее обозрение.       Для него что-то подобное имело более… Интимное значение. Если Сакура приготовила это специально для него, почему кто-то другой должен знать об этом? — Ну ты и зануда.       Пусть Наруто и прикинулся обиженным, на деле был несказанно счастлив, что Саске обрел какие-то новые ценности в жизни, в своей ревностной и собственнической манере.

25 декабря. Утро понедельника.

      Саске ненавидел утро. Его дом был слишком пуст, чтобы наслаждаться тишиной, нарушаемой лишь пением птиц. К тому же, на поверхности всей мебели осел тонкий слой пыли, который лишь усугублял состояние хозяина жилища. Здесь определенно не хватало женской руки. Да хоть какой-нибудь другой руки здесь не хватало.       Его внимание привлек ящик, оставленный на письменном столе. Саске некоторое время посверлил его взглядом, не решаясь подойти. Но все же нашел в себе силы провести подушечкой пальцев по деревянной крышке. Что там могло быть? Он не мог даже предположить. Возможно, Сакура, в силу своей женской натуры, подарила ему что-нибудь романтичное или сентиментальное, может и интимное. — Могла бы просто прийти ко мне в своей более короткой версии больничного халата.       Замок щелкнул, и Саске взглянул на свое отражение в начисто отполированном лезвии кинжала. Что ж, это не самый бесполезный подарок. Он мог бы использовать его как дополнительное оружие. Сакура оказалась более предусмотрительной и не стала дарить ему какую-нибудь безделушку, которую он непременно закинет в дальний угол. Он оценил боевые характеристики оружия, делая вывод, что его вполне можно использовать в бою.       Саске был… Доволен? — И что же мне подарить тебе, Сакура? — он часто говорил вслух, так как знал, что никого поблизости быть не могло. Это вошло в привычку. От произнесения ее имени сразу же в мыслях проплыли воспоминания вчерашнего дня. Ее чуть отросшие волосы перестали торчать, делая линии более плавными; в глазах проскакивали янтарные вкрапления, светящиеся на зимнем ярком солнце. Слишком теплая и красивая, — Черт! — Саске выронил кинжал, когда почувствовал сильное жжение в ладони. — Какого хрена? — на грубой коже остался внушительный ожог.       Переведя взгляд вновь на кинжал, смиренно лежащий на полу, Саске цыкнул. Дело явно было в нем. Что ж, ожог служил весомым поводом для того, чтобы увидеть Сакуру. А еще спросить, что это за сюрпризы с жалящими подарками. Какой-то слишком явный повод пригласить его на приватный медицинский осмотр!       Он вылетел буквально через пять минут, обмотав руку бинтом и накинув плащ. Когда на стойке администрации ему сказали, что Харуно взяла положенный выходной, он хотел разнести все это несчастное здание, чтобы остудить пыл. Благо, в коридоре ему повстречалась Шизуне. — Саске-кун, что случилось? — женщина была к нему приветлива, даже слишком, учитывая то, что ее наставница ненавидела Учиху всем сердцем. — Ты знаешь, где живет Сакура? — Саске был встревожен и несколько растрепан. Внутри оставалось такое же буйство. — На окраине. Там речка рядом, — Тон-тон на ее руках хрюкнула, заставив брюнетку вздрогнуть. — Вы ведь близки. Странно, что ты не знаешь, — узрев повязку на руке, она спросила: — Что у тебя с рукой? Тебе нужна помощь? — Н-нет, обойдусь. Спасибо.       Саске пристыдил себя за то, что узнал дом напарницы по чулочным изделиям на бельевой веревке. Запрыгнув на балкон, он как-то неопределенно хмыкнул, когда седзи свободно поддались, позволяя ему проникнуть в дом. Ну что за беспечность? Хотя, какой смертный решится ворваться в жилище Харуно Сакуры?       Комната, в которую он попал, оказалась кухней и по совместительству гостиной. Сакура никогда не могла похвастаться высокими навыками хозяйки, поэтому спинка дивана была увешана вещами, в раковине ждали своей очереди тарелки и чашки, а на столешнице одиноко стояла полураспитая бутылка из-под вина. В воздухе витал очень знакомый запах травяных настоек и чего-то фруктового. По звукам, доносящимся из ванной комнаты, Саске понял, что девушка, похоже, принимает душ. Что ж, он никуда не торопится.       Сакура почувствовала присутствие посторонней чакры, владелец которой слишком по-хозяйски передвигался по ее дому. Она не спешила со своими водными процедурами, спокойно продолжая чистить зубы. Девушка воинственно взглянула в зеркало, хмурясь, и раздвинула рваную челку, спадающую на глаза. Ее не смущал тот факт, что ей придется выйти к одному герою прямо в ее ночной одежде, а именно — майке и шортах, больше походящих на трусы. — Я не знаю, кто ты, шиноби, но сейчас ты получишь, — Сакура неспешно шоркала босыми ногами по деревянному полу, направляясь в сторону гостиной. — Уже, знаешь, получил, — Саске беспристрастно взглянул на ее слишком домашний образ, едва ли дернув уголками губ. Его перебинтованная ладонь легла на подлокотник мягкого кресла, на котором он вольготно устроился. — Саске? Что ты здесь делаешь? — она была крайне возмущена его вероломным проникновением в свою собственность. Хотя, чего еще ожидать от человека, который как домушник входит через окно на постоянной основе? — Меня бы здесь не было, если бы твои подарки не оказались опасными для здоровья. — Ой, — Сакура глупо моргнула, приоткрыв рот. До нее только что дошел смысл его слов. Прорыдав всю ночь в подушку, она совершенно выбросила из головы мысль о кинжале с сюрпризом. И что же это получается, Саске ненавидит ее, поэтому обжёгся? — Ой? И это все, что ты можешь мне сказать, Сакура? — она должна была признать, что злой Саске выглядел сексуально. Но от этого не менее опасно. — Мне очень жаль, — ему так надоело смотреть на то, как она переминается на месте, жмется. И ведь знает, что виновата, поэтому еще не спешит подойти поближе со своей навязчивой заботой. — Иди сюда.       Сакура вдруг почувствовала себя такой ничтожной и несуразной как в детстве, когда мать ругала ее за очередную шалость. Только в этот раз над ее задницей не нависал ремень, хотя ей, признаться, очень бы этого хотелось. — Ты меня слышала?       Полотенце скользнуло по спине вниз, падая на пол. Но Сакура не обратила на это никакого внимания, мелкими шажками приближаясь к Саске. Она не знала, чего от него ожидать и боялась нарваться на неприятности. — Не хочешь ничего с этим сделать? — он кивнул на свою руку. — Давай я посмотрю, — Сакура ойкнула, когда ее схватили за бок другой рукой и усадили на колени. Было очень сложно не отвлекаться на тепло, исходящее от мужского тела, но инстинкты медика пересилили. Она бережно размотала небрежно намотанный бинт, стараясь действовать осторожно, ведь не знала, насколько ожог расползся по ладони. След был характерным для вертикального предмета, потому что полоса с четкими границами пересекла огрубевшую кожу, ярко выделяясь алым цветом. — Где ты вообще взяла это кинжал? — Саске чуть остыл, наблюдая за зелеными вспышками чакры, исходящими от женских рук. — Купила в одной лавке, — ее голос был похож на бурчание с примесью вины и напряженности. — А тебе не сказали, что он жжется? — Саске пытался заглянуть ей в ее понурое лицо, чтобы точно удостовериться в том, что эта лиса испытывает вину по-настоящему и не подстроила это специально. — Сказали, но я не думала, что это сработает, — Сакура закончила с лечением, критически оценивая проделанную работу.       Учиха замолчал на мгновение, думая, стоит ли проучить ее или пустить все на самотек. — То есть ты сделала это намеренно? — Не совсем. Скажи, когда ты взял его в руки, о чем ты подумал? — Сакура выглядела настолько серьезной и взволнованной одновременно, что ему хотелось рассмеяться. Да что же здесь происходит? Одно дело, когда Наруто ведет себя странно, и совершенно другое, когда стабильная и совершенно степенная Сакура вносит суматоху в его жизнь. — О тебе, о чем еще должен был?       Возможно он сказал это слишком категорично, будто кроме нее и вовсе ни о чем не думал, но его это особо не волновало. Пусть думает себе, что хочет. — Так ты ненавидишь меня? — ее нижняя губа дрогнула, а пальцы перестали касаться его кожи. Она всем телом будто отстранилась от него, пытаясь сжаться. — Сакура, что за бред ты несешь?! — это был первый раз за долгое время, когда Саске действительно повысил на кого-то голос. Это значило лишь то, что его распалила ситуация до того предела, когда терпение начинает дребезжать кружащейся монеткой по столу. — Потому что если остался ожог, ты должен был испытывать ко мне что-то сильное! — розовые пряди взметнулись вверх, а ее курносый нос причудливо дернулся. Ресницы уже начинали слипаться от соленой влаги, и Сакура поспешила отстраниться от него подальше, чтобы снова не назвал ее жалкой плаксой. — Почему это обязательно должны быть отрицательные эмоции? Я такой же человек как и ты, — Саске посмотрел на нее с укором и легкой снисходительностью. Пусть и ситуация с кинжалом оставалась для него такой же частично загадочной, завеса чуть-чуть приоткрылась. Сакура его… Проверяла? Вот смех. — Я не понимаю… — она тупо уставилась на него, моргнув. Слеза юрко скользнула по горячей щеке, за что Сакура пристыдила себя еще сильнее. — Когда я пришел к тебе вчера, то хотел кое-что сказать. Но ты меня выгнала. — Н-не правда! — Так и было. Сунула то, что могло меня потенциально убить, и прогнала, — Саске поклялся Наруто, что больше не будет издеваться над Сакурой или делать ей больно, но этот диалог и правда был забавным. Она вела себя как нашкодивший ребенок, который понятия не имел, как же исправить ситуацию. — Прекрати, — она шлепнула ладошкой ему по груди, насупившись. Это был первый раз, когда она действительно разозлилась на него настолько, чтобы «ударить». Обычно все тумаки и подзатыльники перепадали Наруто, но не в этот раз. А Саске, казалось, и бровью не повел, продолжая чувствовать себя столь же уверенно. — И вообще, ты вечером так и не явился, так говори сейчас! — Не знал, что ты такая злючка, — было странно осознавать, насколько она ему доверяла, не обращая внимания на свой внешний вид. Пусть Саске и подвергался нападкам собственных гормонов, он никогда не смел использовать Сакуру в качестве буфера. Но то, что она позволяла касаться ее голых бедер, вызвало у него ностальгические позывы защитить ее. Возможно, от себя самого. — Я скучала, — сменив гнев на милость, Сакура скользнула руками за его шею и уткнулась носом в плечо. Его одежда пахла воском для полировки и деревом. Она постаралась запомнить этот новый для нее запах.       Уголки губ вновь потянулись вниз. Саске на своей шкуре познал гнилую сущность одиночества. Он потянулся к ее мокрым вьющимся волосам, наматывая прядь на палец. Во влажном состоянии волосы казались длиннее, но все также открывали бугорок позвоночника на шее. Каждый раз она брала с него обещание вернуться, потому что боялась… И ей ведь было совсем неважно, какими вещами он занимается, будет ли это добром или злом. Потому что это она была той, кто хотел пойти с ним в Звук без видимых на то причин, в место, куда стекается сброд ненужных деревням шиноби и прочая падаль. Он ни капли не пожалел, что оставил ее в парке. Она осталась дома. — Я хотел попросить тебя… — он выдержал паузу, пока она поднимет голову, чтобы посмотреть своими встревоженными зелеными глазами, — Когда происходила резня, не весь клан находился в деревне. Я долго пытался найти кого-нибудь даже в очень маленьких селениях. И несколько недель назад мне это удалось. — Саске-кун, это же замечательно! — Сакура замерла от нетерпения, желая поскорее познакомиться с этим человеком. — Это девушка, ее мать была Учиха. И я хотел бы, чтобы она жила в Конохе, где ей и место. — Так почему ты не привёл ее с собой? Я была бы рада помочь вам устроиться в вашем квартале. — Она беременна, и я сомневаюсь, что она сможет выдержать долгий путь. Но если бы ты следила за ее состоянием, мы могли бы вернуться уже через три недели. — Я… Я согласна! Почему ты не сказал мне раньше, Саске-кун? Ты мог отправить ястреба, и я сама бы отправилась к вам.       Сакура искрилась наивностью и позитивом, заставив и его испытать чувство радости. — Я не хотел, чтобы ты отправлялась одна, а отряд Анбу на обратном пути стал бы головной болью, — Саске нахмурился, стараясь подавить неприязнь, растущую с каждой секундой лицезрения глупой маски кота. — Тогда мне нужно предупредить госпожу Цунаде и начинать собирать вещи.       Саске не успел ничего сказать, как она уже скрылась за дверью спальни.