Вот же попала!

— Я… — на мгновение я задумалась, а что, если у меня ничего не получится, что, если я только все испорчу, но думаю, если он доверяет мне, то стоит рискнуть. — Я согласна. — ответила я. — Тогда тебе пора, Рина. — проговорил он и помахал рукой, как обычно машут, когда прощаются. Я начала светиться, но тоже помахала ему в ответ. В следующее мгновение я уже лечу высоко над землей.    Мать твою! Расставляю руки в сторону, как птица крылья. Это не поможет, конечно, но… Черт! Умирать не хочу. Пролетев несколько метров, я жестко приземлилась на землю почувствовав во рту солоноватый привкус крови из прокушенного языка. Свет померк в глазах. Не знаю, в какой именно момент я очнулась. Хотя, сказать очнулась, это перебор, я вроде пришла в себя. Все тело изнывало от боли, и такая дикая слабость, что я не могу заставить себя даже глаза открыть.  Вокруг балаган, я слышу свое имя, произносимое удивленными и даже шокированными голосами. Они говорят, я жива. Ну, конечно, жива. Что вообще может случиться со мной? Впрочем, очевидно, что-то все-таки случилось, вот только не могу припомнить что. — Все вон отсюда. — послышался гневный женский голос, а после топот и недовольное ворчание, но тем не менее минуты не прошло, и шум стих. То ли тишина, то ли мысль о том, что я в безопасности, но скорее и то и другое позволили мне окончательно расслабиться. Я еще какое-то время слышала как переговариваются двое, женщина хлопотавшая надо мной, наверное, и еще какой-то парень с приятным мягким голосом, кажется, он из наших, но в смысл их слов я уже не вникала, и вскоре вновь отключилась. Во-втор­ой раз очнулась уже «по-настоящему». Смогла открыть глаза и заставить себя шевелиться. Хватило нескольких секунд, чтобы понять, что нахожусь я в лазарете, впрочем, где еще я могу быть. Мастер неспешно прохаживался вдоль окон, как вдруг заметил, что я очнулась. Он посмотрел на меня таким странным взглядом, полным печали и радости одновременно. Мастер будто постарел лет на десять, видно, я заставила его понервничать, даже стыдно немного. — Ох, непутевая. — пробормотал Мастер. — Прости, дед. — улыбнулась я. Черт. Все тело ноет, левая нога особенно сильно. Да, и бинтов на меня не пожалели. Что все-таки случилось? Никак не могу собрать мысли воедино, и главная тому причина, что ни одной мысли нет, я даже предположить не могу, кто или что могло меня так изувечить. — Что произошло? Как я здесь оказалась? Ты в курсе, дедуль? — спросила я, пытаясь сесть. — Тебя принес Нацу. Разве ты сама ничего не помнишь? — нахмурился Макаров. Нацу, но, как он здесь оказался? Странно только, почему его не было здесь, когда я очнулась в первый раз? А может, он тоже ранен? Так стоп, Рин! Успокойся, будь он ранен, валялся бы на соседней койке. – Может ты помнишь, что произошло вчера или, быть может, раньше? Я попыталась вспомнить, но ничего. Я не помнила абсолютно ничего. Ни единого момента своей жизни. Меня охватила паника. Я хотела встать, но головная боль видимо была против этого. Она будто всё это время искала повод, чтобы снова напомнить о себе. Мастер аккуратно взял меня за плечо. — В том-то и беда, совершенно ничего. — вздохнула я. — Все нормально дедуль, просто дай мне побыть одной. — пробормотала я, потухшим голосом. Мастер не стал спорить. Пройдя к выходу он открыл дверь и вышел на улицу, оставив меня, я за это благодарна. Для меня это стало хорошей возможностью побыть наедине с собой. Погруженная в свои мысли, я не заметила, как начало смеркаться. Я лежала до тех пор, пока эта тишина не начала прилично меня раздражать. Я решила не думать об этом сегодня, но о чём ещё может думать человек, который единственное, что помнит, – это то, что он ничего не помнит?