5.
14 января 2018 г., 21:11
***
Тэхен лежал на полу собственной комнаты и бездумно залипал в потолок. С осознания своей ужасной участи прошло несколько недель, почти месяц. И с каждым днем он все больше понимал, что вляпался в то еще дерьмо. Чонгук полностью оправился после своей простуды спустя неделю. В этом он благодарит Тэхена, который через день приходил к нему и даже немного ухаживал. Ви, в свою очередь, снова позволил Чонгуку посещать свою квартиру и даже хозяйничать в ней. Нередко парень, переходя через порог квартиры, ворчал на счет беспорядка в каждой комнате и помогал убираться. Иногда он готовил Тэхену, потому что смотреть, как друг питается только лапшой быстрого приготовления, он уже не мог. В процессе приготовления он всегда немного пританцовывал в такт какой-то музыки из наушников, напевая слова песни. Ким отметил для себя, что у него очень нежный голос. Еда выглядела аппетитно, а на вкус была просто отменной. Однажды Тэхен в шутку назвал Чонгука «Женушкой», за что получил подзатыльник и тихое шипение, что это не так. Но порозовевшие щеки выдавали мальчишку с поличным. Вот и сейчас Чонгук колдовал над плитой на кухне, а Ви лежал на полу и бездельничал. Он, конечно, пытался предложить свою помощь, но шатен лишь сказал, что справится сам, и отправил юношу тухнуть в собственную комнату. Делать было совершенно нечего, потому Ким прикрыл глаза, погружаясь в легкую дрему. Но не успел он завидеть первые сновидения, когда услышал, как со стороны кухни что-то вдребезги разбилось, а после последовала тихая ругань. Он быстро вскочил на ноги, направляясь в сторону кухни. Когда Тэхен вошел в комнату, то увидел, как Чонгук сидел на корточках, собирая осколки с пола. Завидев юношу, он прикусил губу и виновато посмотрел в глаза. — Хён, прости, я нечаянно разбил тарелку… — Ничего, — Ким присел перед парнем, помогая собирать голубые осколки бывшей тарелки, — Не поранился? В ответ Чонгук лишь помотал головой, продолжая собирать мелкие осколки. А через две секунду он ойкнул, отдергивая руку и смотря на пальцы. Из небольшой ранки на указательном пальце начала сочиться кровь, и шатен сунул кончик пальца в рот, зажимая его зубами. — Гуки, ты как всегда, — Тэхен встал с места, собрав последние осколки с пола и забрав часть из них из рук парня, и выбросил в урну, — Пойдем, надо хоть пластырь налепить. — Это же всего лишь царапина… — Не спорь, — Ким поднял парня за локоть, затем взял за запястье и повел за собой в ванную комнату. За спиной лишь послышался тихий смех. — Чего ты смеешься? — Мне это напомнило нашу первую встречу, — а ведь правда, чем-то эта ситуация была похожа на ту, что произошла, когда они впервые встретились. Опять же Чонгук пострадавший, а Тэхен ведет его за собой, чтобы помочь. В ванной комнате Ви нашел аптечку. Достав оттуда ватку и лейкопластырь, он присел на край ванной и притянул чужую руку к себе. Ким прижал к кровоточащей ранке кусочек ваты. Подождав пару минут до полной остановки кровотечения, он осторожно налепил самый обычный тонкий белый пластырь, после чего слегка сжал чонгукову руку в своей. Он посмотрел на лицо шатена и заметил умилительную улыбку на его. — Что тут-то смешного? — Ничего. Просто ты так усердно проводил все эти манипуляции, словно я был смертельно ранен. А это же просто обычная царапина. — Ты мог получить заражение крови. — Однако ты даже не попытался продезинфицировать ее банальной перекисью, — на его лице появилась хитрая самодовольная улыбка. — Чёрт, точно… — Тэхен снова посмотрел на чужую руку, слегка улыбнувшись своей глупости. Он провел большим пальцем по нежной коже на тыльной стороне ладони, по слегка выпирающим костяшкам, по тонким длинным пальцам. И его взгляд зацепился за мизинец. Самый маленький палец, который оплетала тонкая нить. И почему-то Тэхен видел ее намного яснее, чем, например, нить, которая связывала Намджуна и Хосока. И почему он раньше ее не замечал? Она была синего цвета, почти сапфирового. И она была крайне похожа на когда-то бывшую у Кима. Ви медленно проследил её взглядом по всей длинне. А потом он забыл, как дышать. Нить заканчивалась не так, как у всех обычных людей. Она не испарялась, медленно перетекая в воздух. Она заканчивалась так же, как и нить Тэхена. Рваный обтрепанный кончик. — Хён, все нормально? — тихо поинтересовался Чон, вытаскивая Ви из своих мыслей. — Да… Все отлично, — он слегка улыбнулся, заглядывая в темные глаза напротив. Чонгук улыбнулся в ответ, но вскоре выражение его лица переменилось. Он выдернул свою руку из чужой хватки и умчался на кухню со словами, что, скорей всего, вся еда уже успела подгореть. А Тэхен все так же остался сидеть на холодном бортике в ванной. В голове было множество мыслей, биение сердца отдавало в ушах, а в душе начала расцветать и греть крошечная вспышка надежды.***
Увиденное не покидало голову Тэхена ни через день и даже не через неделю. Чонгук был такой же, как и Тэхен: обреченный на одинокую погибель. И Ви начал надеяться на то, что он поможет этому мальчишке, сможет стать ему маленьким светодиодным огоньком, который озарит все темные пространства вокруг него. И что Чонгук не оттолкнет его. Если всё пойдет иначе, тогда это будет очень печально и больно. Скорее всего, как и сказал Хосок, его сердце будет стерто в пыль. Поэтому он решил повременить с признанием. Терять такого близкого сердцу человека хотелось меньше всего. Ви никому не рассказывал об этом. Даже самому Чонгуку. Он решил скрыть это на первое время, но потом когда-нибудь он обязательно спросит у него, когда это произошло и при каких условиях. Но сейчас лучше не поднимать эту тему в его присутствии. Видеть его понурое лицо тоже не очень-то хотелось. Тэхен решил подступать к мальчишке издалека, с осторожностью, чтобы не спугнуть ненароком. Сначала это были уже привычные прогулки и встречи в тэхеновой квартире. Все это разбавлялось походом в кинотеатры и в какие-нибудь небольшие кафешки. Во время таких прогулок Ким нередко шёл чересчур близко к Чонгуку, иногда соприкасаясь с чужой ладонью своей, якобы нечайно. Но шатен даже не обращал на это внимание, лишь слегка напрягался и сжимал руку в кулак. Однако он сам нередко хватал холодную ладонь Тэхена и тянул за собой, когда видел что-нибудь необычайно интересное. А потом долго отчитывал старшего за то, что тот не взял перчатки. Вскоре Ви, как бы по-дружески, начал приобнимать Чонгука за плечи, порой даже висел на его шее, за что получал безобидные тычки в бок и слышал тихий смех. Но Чон никогда не скидывал старшего со своих плеч, потому что не имел ничего против такого внимания к своей персоне. Особенно если это внимание проявлял Тэхен. Ви нередко притягивал парня к себе и терся лбом о его волосы, из-за чего каштановые волосы стояли дыбом и выглядели запутанными. За это Чонгук мстил своему хёну, делая шухер на его голове еще более плачевным, чем у него самого. Между ними стало больше телесного контакта. Но Чонгук по-прежнему не замечал самого главного: взгляда, которым Тэхен одаривает парня по нескольку раз на дню. Зато это замечали их друзья, особенно Хосок, который с некой грустью поглядывал на своего друга, в глазах которого бушевал шторм из любви, пока он игрался с длинными пальцами Чонгука. А тот, в свою очередь, не обращал внимания на прикосновения своего друга, продолжая весело улыбаться и рассказывать какую-то интересную историю. Хоуп нередко ловил себя на мысли, что эти двое действительно выглядят, как пара, и если бы он не знал, что их сердца не связаны тонкой нитью, он бы обязательно подумал, что они предназначенные. Но, увы, в мире все намного сложнее.***
— Хён, я хочу признаться ему, — Тэхен лежал на уже полюбившемся ему диване в квартире Хоупа, подложив руку под голову. Он перевел взгляд с белого потолка на лучшего друга, который был крайне удивлен решением друга. — Тэ, ты уверен? Ты же понимаешь, чем это может закончиться? — Я понимаю, что получу отказ и морально я уже настроил себя на подобный поворот событий. Но я не думаю, что он решит оборвать нашу с ним дружбу. Да, может она станет не такой, каковой является сейчас… Но я уже не могу держать это все в себе, понимаешь? — Хосок присел на свободный край собственного дивана и положил свою горячую ладонь на коленку Ви. — Тэ, если что, то ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью, ты же знаешь. Да и не только ко мне. У тебя есть еще Юнги и Намджун. Мы всегда рядом и поможем тебе, в какую бы задницу ты не вляпался. — Вот именно! — где-то из другой комнаты послышался голос блондина, который заставил друзей громко рассмеяться. — Да, я знаю, Хосок-хён. Спасибо, — Ви посмотрел на рыжеволосого полуприкрытыми глазами и мягко улыбнулся. Ну, а Хоуп уже привычно стиснул лежащего Ви в крепких дружеских объятьях, тихо посмеиваясь. — Обращайся, друг. Ну, а теперь дерзай в сторону своей цели! — Ты говоришь прям как моя мама! — Ну, что поделать, сынок? Ты здесь уже освоился, будто это твой второй дом, — со смехом проговорил Хоуп, уворачиваясь от подзатыльника. — Спасибо, горе-мамочка.***
Тэхен и Чонгук сидели на диване в комнате старшего. На телевизоре сменялась картинка с каким-то боевиком, а парни сидели в паре сантиметрах друг от друга. Сегодня Ким был настроен на самый рискованный шаг в своей жизни. Он планировал выложил все чувства мальчишке, который практически соприкасался своим плечом с плечом старшего. Сейчас он сидел, прижав колени к груди руками, и немного отрешенно смотрел на экран телевизора. Казалось, что сейчас он был погружен в великие думы, пока его глаза бегали по цветной картинке, рассматривая мелкие детали. А Тэхен смотрел на Чонгука. Он осматривал уже такие знакомые черты лица в профиле, прилипающую ко лбу челку, черную упавшую ресничку на щеке, тонкую шею, слегка выпирающий кадык, в меру широкие плечи. И сейчас все в нем казалось таким красивым и идеальным, что Ви каждый раз забывал о таком понятии, как «дыхание». Сердце заходилось в бешенном темпе, а бабочки порхали в желудке быстрее. Хотелось растянуть этот момент подольше, лишь бы парень посидел тут еще немного. Но фильм подходил к концу, за окном уже был поздний вечер, а Чону уже будет скоро пора собираться домой. А Тэхен все еще не высказался в своих чувствах. Честно признать, у него даже не было плана, когда и при каких условиях он бы признался своему другу. Он просто решил, что это произойдет в этот вечер, однако он уже подходил к концу, а Ким даже легкого намека на свои чувства не сделал. Сегодня они контактировали крайне мало. Наверное, это потому, что Ви не хотел спугнуть парня. Погрузившись свои мимолетные мысли, Тэхен даже не заметил, как на экране белыми буквами по черному фону двигались титры, а Чонгук пристально поглядывал на него, потому что он все еще зависал взглядом на упавшей ресничке на бледной щеке. — Хён, у меня что-то на лице? — Чон немного наклонил голову, всматриваясь в нечитаемый взгляд напротив, а Ви лишь поднял руку и ткнул пальцем в собственную щеку. — Ресничка, — пробормотал он, пока шатен, словно зеркальное отражение, повторил действие друга и провел тонкими пальцами под глазом. — Всё? — Нет, на другой щеке, — Чон закатил глаза и проделал те же манипуляции с другой щекой. — А теперь? — Не вытер. — Ну вытри тогда сам, — парень убрал руку от лица и закрыл глаза в ожидании. Ви протянул подрагивающие холодные пальцы к лицу мальчишки и аккуратно провел ими по нежной коже на щеке. — Хё-о-он, у тебя снова холодные руки, — протяжно проговорил Чон, вновь открывая свои темные глаза, — Ты замерз что ли? — Нет, они всегда холодные. — Кровь у тебя плохо циркулирует. Чаще бы двигался, и руки были бы теплыми, — парень перехватил чужую руку, сжимая ледяные пальцы в своей обжигающе горячей ладони. — О, нет. Ещё и третью мамочку себе нашел, — Ким откинулся на спинку дивана, театрально прикрывая глаза рукой. — А вторая кто? — Да, Хосок-хён. Он, пока помогал мне с… одним делом, говорил прям как мамочка. — С каким делом, хён? — Меньше знаешь — крепче спишь, — Тэхен щелкнул парня по носу, от чего тот недовольно поморщился и тихо пробурчал себе что-то под нос. Но эту тему он больше не поднимал.***
Через пол часа Чонгук в спешке натягивал на ноги ботинки в прихожей. Парни немного засиделись на кухне под предлогом Тэхена попить чай. И все же он позволил себе продлить немного времяпрепровождение с Чоном и оттянуть момент признания. Ви стоял, прислонившись к дверному косяку, и наблюдал за действиями парня. Вот он завязывает шнурки, натягивает шапку на волосы и заправляет торчащую челку под нее, натягивает куртку и завязывает вокруг шеи теплый шарф. — Спасибо за вечер, хён. До завтра, — шатен мило улыбнулся и развернулся к двери, собираясь открыть дверь. — Гуки, подожди, — Тэхен и сам не сразу понял, что именно он сказал, да и, собственно, зачем. — М? — Чонгук повернулся к Ви, с интересом заглядывая в глаза. А старший лишь глубоко вздохнул и медленно выдохнул, пытаясь угомонить бешеное сердцебиение. — Я… Ты… Ты мне нравишься, — тихо проговорил Ким, опуская взгляд в пол. В воздухе повисла угнетающая тишина, которая длилась около минуты. А потом ее разрушил тихий смех. — Хён, ты тоже мне нравишься. Мы же друзья, — и на этом моменте стоило бы сказать, что да, он абсолютно прав, но Кима такой вариант не устраивал. — Нет, ты не понял. Ты мне нравишься не как друг, — Тэхен неуверенно поднял голову, заглядывая в чужие глаза. И это было его самой худшей ошибкой. В темных глазах словно происходила бойня. Различные чувства, словно в бешенном танце, кружились и сталкивались друг с другом. Удивление, страх, капля раздражения и… нежность? Нет, это бред. — Хён… Это очень плохая шутка… — Чонгук мигом вылетел за дверь, не давая старшему ничего объяснить. Ким был готов к такому повороту событий. Он знал, что все будет именно так. Но почему-то в груди заныло сильной тянущей болью сердце, что хотелось вскрыть грудную клетку и вырвать плачущее сердце оттуда. Лишь бы оно не страдало. Лишь бы не страдал сам юноша.***
Ночью Чонгук не ответил на сообщение с извинениями, на следующее утро не ответил на звонок, а через день и вовсе, кажется, забыл о существовании Ви. Ким же пытался с ним связаться и через Чимина, который лишь развел руками, когда и его звонок был отклонен, и даже приходил к нему домой, где заставал лишь его маму, которая говорила, что он ушел час назад. Тэхен не мог поверить, что его действительно отшили таким вот жестоким образом, не дав шанса остаться друзьями. Внутри, кажется, извергались вулканы. С каждым днем, с каждым часом боль в душе усиливалась до такой степени, что хотелось выть и вцепиться короткими ногтями в ребра. Но Ви сдерживал себя, позволяя лишь до побеления костяшек сжимать свободную футболку напротив ноющего сердца. Через неделю Ким и вовсе отчаялся на возвращение прежних отношений. Перед выходом из квартиры он выкуривал сигарету, запивая едкий дым алкоголем, по пути к знакомому зданию выкуривал еще одну, а в жилище Хосока выкуривал ещё две подряд, после чего полупустая пачка было отобрана Намджуном по просьбе его Пары. Теперь Тэхен лежал на холодном полу, сжимая в руках свой мобильный практически до треска. Он надеялся, что телефон начнет привычно вибрировать в руке, а на дисплее высветится такое уже родное имя парня. Но все его мечты каждый вечер проваливались с треском. Рядом с ним всегда сидел Хосок и ласково перебирал чужие платиновые пряди волос. Каждый раз он настаивал, чтобы Ви съел хоть что-нибудь, но тот лишь в вежливой форме отклонял предложение и снова утыкался носом в мягкий желтоватый ковер. Иногда рядом с ними садился Намджун и пытался начать какой-нибудь разговор, который хоть немного отвлечет убитого горем друга. И порой это помогало. Но ненадолго. Иногда рядом ошивался Юнги, который всегда заявлялся с бутылкой какого-нибудь не слишком дорогого алкоголя. Он постоянно говорил, что его лучший друг поступил, как последний идиот, за что получал тычки от блондина и иногда от Хоупа. Ви же был полностью согласен со мнением Шуги.***
Когда Тэхен поднялся по бесконечно длинной лестнице на собственный этаж, то буквально впал в ступор. Около двери в его квартиру, прямо на холодном полу сидел Чонгук. Он обнимал собственные колени, смотрел на стену, а практически на глаза была натянута черная тэхенова шапка, которую младший благополучно забыл вернуть. Чон медленно поднял пустой взгляд на Тэхена, так же медленно поднимаясь с пола. — Хён, можно с тобой поговорить? Конечно же, Ви не мог просто так взять и прогнать мальчишку. Он сам долго гонялся за ним, пытаясь найти и объясниться. Но Ким слишком быстро потерял веру на счастливый конец, хотя где-то в глубине души все еще теплилась надежда. — Ты не подумай, что я избегал тебя, — тихим хриплым шепотом начал Чонгук, — Я просто… Да, я избегал тебя. Я просто хотел собраться с мыслями, хорошенько подумать, — мальчишка нервно закусил красную губу, прикрывая глаза, — И теперь я решил поговорить с тобой. Не знаю, знаешь ли ты, но практически год назад я попал в аварию. Просто автокатастрофа, из которой мои родители вышли лишь с парой царапин, а я… чуть не умер. Я был на грани смерти, и, как многие говорят, даже видел «свет в конце туннеля», — он хрипло посмеялся, опуская взгляд на свои ботинки, — Но врачи спасли меня. Я долгое время пролежал без сознания. А когда очнулся, то понял, что лучше бы умер. Долгое время моей мечтой было встретить свою пару. Но после этого случая… — Чон поднял правую руку, немного протягивая ее в сторону Ви, — Присмотрись к нити, если вообще видишь ее, — а Тэхен видел. Видел четко, так же, как и свою. Видел сапфировое свечение и рваный кончик, — Когда я очнулся, то она была уже порвана. Я знал, что такое может произойти, когда Пара умирает. Но тогда она еще и чернела. А тут смерть чуть не забрала меня. Наверное, поэтому моя нить все еще осталась цветной. Тем не менее, это очень сильно ударило по мне, и я понимал, что сейчас где-то ходит мой предназначенный и думает, что я умер. Не думаю, что когда-нибудь я встречу его, но в таком случае я бы непременно попросил у него прощения, — парень опустил в руку, заглядывая в пораженные глаза напротив, — Я избегал тебя, потому что мне стало страшно. Я не знаю ничего о твоей судьбе и с кем ты связан. Может быть ты и вовсе захотел поиграть моими чувствами… — Это не так! — хрипло перебил юноша монолог шатена, — Я не хотел играть твоими чувствами. Я просто… — вместо ответа Тэхен лишь поднял свою руку с болтающейся на мизинце черной нитью, — Я такой же обреченный, как и ты. И мне кажется, что ты и есть мой предназначенный, потому что моя нить оборвалась как раз год назад, и… она была такого же цвета, как и твоя… Чонгук смотрел ошарашенно, недоверчиво, а в уголках его глаз начали скапливаться крошечные слезинки. Он дышал сквозь стиснутые зубы, бегая глазами по всему этажу. Лишь бы не смотреть на Ви. А Тэхен в два коротких шага преодолел расстояние между ними и взял теплую ладонь мальчишки в свою, переплетая тонкие пальцы. — Чонгук, поверь мне. Может судьба дает нам второй шанс на счастливую жизнь, погорячившись тогда, оборвав наши нити. Но, несмотря на это, мы… мы всё равно встретились, я полюбил тебя, и сейчас перед нами раскрываются все карты, благодаря которым мы можем вернуть все на круги своя, — Ким осторожно заглянул в чужие глаза, которые все еще смотрели куда-то в сторону, — Хей, посмотри на меня, я, вообще-то, пытаюсь уладить наши отношения. — Прости… прости меня, хён, — Чонгук осторожно вынул свою ладонь из руки Ви, чем ввел старшего в ступор. Неужели все его попытки оказались тщетными? Чон ещё с минуту смотрел в пол. Он нервно перебирал свои пальцы, заламывая их, и кусал губу практически до крови. А потом он дотронулся до своей нить. Она была приятной на ощупь. Мягкой, нежной и тёплой. Ему даже показалось, что она пульсировала в такт с быстрым биением сердца. Другой рукой он взял нить Тэхена. Она была твердой и холодной. Мёртвой. Шатен трясущимися пальцами соединил два конца нитей, завязывая их сначала на узел, а затем и на маленький бантик. — Чонгук… — одними губами прошептал Ви, завороженно наблюдая за действиями парня. Его сердце готово было выскочить из груди, когда крошечный черно-синий бантик плавной волной полностью окрашивался в сапфировый, а затем цвет начал заполнять собой и всю нить Тэхена. Это было похоже на волшебство, чудо, которое Ким ждал на протяжении всего того времени, пока нить, связывающая две души, не оборвалась. И вот сейчас он смотрел на на вновь цельную нить и переплетенные пальцы. И когда они только снова успели взяться за руки? — На самом деле, Ким Тэхен, ты мне тоже уже на протяжении долгого времени нравишься, — Чонгук ярко улыбнулся, крепче сжимая холодные пальцы в своих. Ви смотрел на своего человека, в глазах у которого сияло счастье. И он понял, что ни капли не жалеет, что в тот вечер все же сказал те самые заветные слова, потому сейчас он без проблем может стиснуть парня в крепких долгожданных объятиях и утонуть в этой любви с головой. Собственно, так он и поступил, обвивая тонкую мальчишескую талию своими руками. А потом он натянул свою собственную шапку, которая так органично смотрелась на волосах Чонгука, младшему на глаза и, не дав ему произнести упрекающего слова, коснулся таких желанных губ своими. Этот первый поцелуй казался таким невинным, но глубоким и чувственным. Он продлился всего пару секунд, но для парней они казались вечностью. — Хён, зачем ты мне шапку на глаза натянул? — Ты еще маленький, что смотреть на такое. — Хён, я не маленький! — но в ответ последовал тихий смешок и снова крепкие объятия. Они стояли на лестничной клетке минут пять. Все это время они они молча стояли в обнимку, глупо улыбаясь своим мыслям. Теперь их сердца снова были связаны между собой крепкой связью в виде сапфировой нити с крошечным бантиком посеридине. А Чонгук отметил для себя, что обязательно загладит свою вину в будущем любыми способами. Ну и, конечно, выведет этот едкий запах сигарет из платиновой шевелюры своего парня.
