Загадка в действии

Лан ехала домой с угрюмым таксистом, все думая, как себя вести с родителями. Но, оказавшись перед домом, девушка вспомнила, что они на работе. Поэтому она глубоко вздохнула, стоя перед дверью, не представляя, чем будет заниматься до вечера. Облокотившись на дверь, девушка задержала руки у висков и посмотрела в сторону. Рядом наконец достроили дом и взялись за новые. В новое здание уже заезжают люди, и похоже, там будет какое-то предприятие. Окраина города понемногу обживается, что не очень радовало Ким. Она любила это тихое место, хоть и путь до центра занимал уйму времени. Из дома напротив вышла пожилая женщина с тростью и в нежно-розовом костюме. Девушка узнала свою добрую соседку. Хоть семья Ким и жила здесь не больше года, они хорошо общались с соседями, в частности, с одинокой старушкой из дома напротив. Девушка хотела бы подойти, спросить, как дела, но не могла, хоть и не видела никого, кто бы мог следить за ней и не чувствовала на себе чужого пристального взгляда. Пожилая женщина подошла сначала к деревьям, что росли поодаль дорожки, ведущей от самого крыльца к дороге, потом к клумбам с цветами. Лан никогда не понимала, как та справляется с этим садом. Ведь ей трудно даже ходить, как она каждый год сажает цветы и ухаживает за деревьями? Ким Лан обожала двор соседки, она и сейчас была не прочь в нем побывать. Словно услышав её мысли, старушка заметила девушку и позвала её. Та медленно выпрямилась, сомневаясь, идти или нет, но в конце концов все-таки решилась. – Здравствуй, Лан, – произнесла старушка, когда девушка оказалась во дворе. И продолжила, выслушав приветствие. – Давненько ты не была у меня. Ким стояла молча, думая о словах О. Разве можно не доверять такой милой женщине? Девушка чувствует, что доверять можно. Вести себя так, будто ничего не помнит или же нет? И пока она усердно решала у себя в голове "да или нет", хмурясь и заламывая пальцы, соседка это заметила. – Не переживай ты так! – улыбнулась она, – Я знаю, ты не помнишь, но мы с тобой знакомы. – Да? Могу я узнать ваше имя? – пытаясь понять, как бы она повела себя совсем недавно, когда ничего не помнила, спросила девушка. – Ли Джису, – ответила женщина. – Давай-ка идем в дом. Попьем чай. Как я поняла, домой ты попасть не можешь. – Ким согласно кивнула. – И стоять долго ты тоже не должна, поэтому идем.

***

Девушка сидела за столом на кухне соседки и маленькими глотками пила горячий чай, пока хозяйка дома вытаскивала вкусности, кладя их на стол. – Ты пей, пей, – произнесла женщина, открывая дверцу шкафчика. – У меня еще тут конфеты есть, – она вынула большую темную коробку. Лан сразу узнала её - это были одни из самых популярных шоколадных конфет в Сеуле. – Обычно твой отец приезжает в 2 часа дня, скорее всего, на обед. Поэтому подождешь его у меня. Хозяйка присела напротив гостьи, отхлебнув чай. Девушку озадачили ее слова. Откуда она знает, во сколько именно отец приезжает на обед? – Я каждый день в это время выхожу посидеть на скамейку, и поэтому вижу много всего, – пояснила соседка, видя выражение лица Ким. Она смотрела так, будто знает про девушку все. – У вас очень красивые цветы, - решилась сказать Лан, ибо не представляла, о чем еще можно поговорить, а сидеть в молчании было неловко. Женщина улыбнулась уголком губ, вспоминая что-то очень давнее из своей жизни: – Мой муж очень любил их. Девушка сделала большой глоток чая. – Кстати, я не знала, что у тебя есть ухажер, – добродушно улыбнулась Джису. Лан, чуть не подавившись конфетой, подняла удивленные глаза: – Простите? – Ой, да не смущайся! – все также улыбалась женщина. – В твоем возрасте это же нормально. Или ты не говорила родителям? Девушка все так же смотрела на соседку, не понимая, о ком она говорит. – Ой, прости! – спохватилась Ли Джису. – Забыла, что ты ничего не помнишь. Прости. – А-а.. Почему же вы решили... Как вы узнали... – пыталась сформировать мысль Ким. – Как-то я прогуливалась возле дома, тогда еще тут было так много людей... Стройка, все дела, сама понимаешь. Хотела пожить на старости лет в тишине и покое, но не особо получается... Так вот, увидела одного парня. Рыженький такой, – женщина дотронулась рукой до волос, вспоминая необычный вид незнакомца. Она почти незаметно подошла к нему - из-за шума машин был плохо слышен звук трости. Парень чуть шарахнулся от пожилой женщины. Её это позабавило. Она глубоко вздохнула. Каждый день быть в одиночестве, ни с кем не разговаривать - все это когда-нибудь даже не болтливой женщине надоест. – Бедная девчонка... Такая молодая... Живешь, живешь, строишь планы на будущее, веселишься, а потом на тебе! И такая неудача. И непонятно, что теперь будет. Парень заинтересовался: – А что с ней случилось? Ли Джису пристально на него посмотрела. Незнакомец сначала испугался, но быстро пришел в себя. – Потеряла память... Неизвестно, вернется ли... Женщина заметила удивленные глаза парня. Через минуту он уже скрылся за поворотом. Пожилая женщина закончила свой рассказ, съев конфету, и выжидающе посмотрела на девушку. Та по-прежнему не понимала, чего соседка хочет. – К сожалению, я ничего не помню.. Не знаю, о ком вы говорите, – произнесла Лан. Она действительно не знала, кого описывала женщина. Ее охватило легкое волнение. Почему она не заметила его в тот момент?

***

О Сехун почти выбежал из учебного корпуса и спустился по ступенькам, пребывая в нервном состоянии. Сегодняшняя встреча выбила его из колеи. Впереди стояла довольно большая темная машина, в которой на водительском сидении сидел рыжеволосый парень. Сехун удивился такому эффектному прибытию друга. – Чья тачка? – спросил он, сев в машину. – Отца. Чья еще? Парень промолчал. Они выехали со двора института и свернули направо, к дому О. – Фотографии готовы, – сказал Мингю. – Получились просто отличные! – улыбнулся он. – В рюкзаке у тебя в ногах. – Ты долбанулся?! – ужаснулся друг, взяв в руки рюкзак. – А если кто-нибудь увидит?! У тебя будут проблемы, Мингю, – он достал конверт и вынул пару фотографий, на которых было видно четко то, за чем они наблюдали вчера. Тот в ответ усмехнулся. Почему-то он не видел в этом никакой опасности. Сехун всматривался в лица людей и уже представлял, что будет с ними в ближайшем будущем. Он надеялся, что все пройдет по плану. – Я сделал множество копий, – произнес рыжий. – В общем, в любом случае фотки будут там, где надо. О быстро спрятал все в рюкзак, подальше от себя. – Ты все еще уверен в этом менте? – серьезно спросил Мингю, притормаживая и пропуская пешеходов. Се опустил голову. – Это наш единственный путь. Парень постоянно вспоминал тот день, когда к нему подошел незнакомый мужчина в форме. Сехуна допрашивали в небольшом душном кабинете, задавая одни и те же вопросы и получая одни и те же ответы. "Вы запомнили номер машины?" "С кем у вас были конфликты? Кто бы мог умышленно причинить вам вред?" "Вы точно говорите нам все, что знаете?" Парень прекрасно знал, что видеокамеры в том районе в те дни не работали. Так что даже если он ответит, кто это мог сделать, его не найдут. И он прекрасно понимал, что тут каждый куплен. Сказать, с кем у него был конфликт - никто и пальцем не поведет. Во-первых, из-за нехватки доказательств, во-вторых, потому, что "тараканы" есть и в полиции. Следователь сидел напротив и тяжело смотрел ему в глаза, пытаясь хоть что-нибудь узнать. В кабинете было довольно жарко, что действовало на нервы вместе с тупиковой ситуацией. – Даже если я предположительно знаю, кто мог подстроить мою аварию, какой от этого толк? – О посмотрел на следователя, понимая, что, если он расскажет про тараканов, ему от этого ничего не будет. Он все еще не верил в местную полицию и считал каждого здесь предателем закона. И перед ним сидел как раз один из них. Мужчина, забиравший какие-то документы за соседним столом, напрягся. – Что ты имеешь в виду? – вполголоса спросил следователь. – Сомневаешься в стражах порядка? – как и подобает человеку в таком положении. – Если честно, – произнес О, явно играя, – да. Как много людей в этом здании подчиняются одному закону? И явно не тому, которому клянутся перед государством. Может быть, настоящие законы для некоторых, как надоедливые насекомые? Летающие, ползающие, мешающие нормально, в достатке жить... Мужчина резко встал, смотря на парня безумным взглядом. – Замолчи! – ему казалось, что этот потерпевший видит его насквозь. Ему и так тяжело было жить, зная, что он предал закон. Сдался. Давление, что на него оказывали, оказалось сильнее. О прожигал его взглядом, радуясь такой реакции. Значит, он не прогадал. Перед ним "таракан". – Если нечего сказать, можете идти, – мужчина в форме демонстративно поднял руку. Его разрывала совесть, и, когда в кабинете никого не осталось, он взялся за голову. Он предал закон, покрывая преступника. Но что он мог сделать, когда угрожали его семье? О с радостью согласился с таким предложением, поэтому, не теряя ни минуты, он поставил костыли и, облокотившись на них, поднялся. Его правая нога совершенно не работала, а левая отдавала тупой болью. Мужчина, забравший свои документы, помог Сехуну выйти. Осмотревшись и не увидев никого, он повернулся к парню, который заметил осмотрительность незнакомца. Он слегка наклонил голову в сторону, показывая, что им нужно отойти. Парень напрягся, но последовал за мужчиной. Неужели он сейчас получит за свои слова? Остановившись следователь, повернулся к О и посмотрел прямо в глаза. Так, чтобы от него ничего не ускользнуло. Тот тоже смотрел, не зная, чего ожидать. – Парень... – вполголоса произнес мужчина так, чтобы его никто больше не услышал. – Как я понял, мы на одной стороне. Предлагаю сотрудничество, – голос был довольно хриплый. – С чего вы взяли, что мы на одной стороне? Мужчина вздохнул. Его немного раздражало то, что он должен все расставлять по полочкам, но он старался быть как можно спокойнее: – Слушай, тут небезопасно говорить. В любую минуту может кто-то прийти, поэтому слушай и внимай. У тебя проблемы с "тараканами", и, как я вижу, ты хочешь им отомстить. Я занимаюсь именно этим и буду благодарен любой помощи, любым сведениям. Мы можем помочь друг другу, – заявил он. Парень молча смотрел на следователя, ища на его лице хоть каплю вранья. Но её не было. – Как я могу вам верить? – довольно спокойно спросил он. – Ты прав. У меня нет доказательств моей правоты. Поэтому ты должен просто поверить мне, – произнес тот и посмотрел в глаза. – Ты не представляешь, как я хочу отправить их за решетку, но у меня нет весомых доказательств. У Сехуна с небывалой скоростью заработал мозг, тщательно обдумывая предоставленное предложение. Но тут послышались чьи-то шаги, которые стремительно приближались. Мужчина, чертыхнувшись, достал из кармана визитку и сунул в руку парню. – Хорошенько подумай над этим. Вижу, ты толковый парень, – напоследок сказал он и ушел. О по инерции проводил того взглядом, а когда увидел движущуюся тень из-за угла, быстро повернул голову в противоположную сторону и, взявшись за костыли, пошел к выходу. После парень все-таки позвонил по номеру на визитке и вскоре наблюдал за перевозкой наркотиков на обувном заводе. – Мингю... – произнес Сехун, который хотел рассказать про то, что произошло сегодня. Сейчас он испытывал приятное чувство вперемешку с растерянностью. Он по-дружески обожал этого парня. Сейчас он понял это. Именно рыжеволосый всегда выслушивает и помогает. Именно он пошел с ним на довольно опасное место, не сказав ни слова, кроме как "Бро, я иду с тобой. Возьму свой лучший фотик!" Тот повернул голову, показывая, что ждет продолжения. – Она все вспомнила, – тихо проговорил О, ощущая тяжесть в душе. Возможно, страх за одного очень дорогого человека. Мингю сидел, ничем не выдавая свое взволнованное состояние. Только глаза чуть раскрылись от услышанного, только по ним можно было прочитать, что он испытывает. – Ты как об этом узнал?! Тараканы знают?! Ты её видел?! – от парня посыпались вопросы. – Я не в курсе, знают ли тараканы, – последовал ответ только на один вопрос. – Сехун, надо быстро все решать. Думаю, в скором времени и они об этом узнают, – затараторил друг. О вкратце рассказал о встрече, борясь с собой: он хотел сказать, как сильно желает видеть перед собой Ким Лан. – Понимаешь, я даже не спросил, как она! – Ничего. Главное то, что ты ей сказал. У нас еще есть время, – ответил Мингю. – Она ведь не сможет долго притворяться.

***

Когда отец наконец приехал, Лан поспешила домой, хотя с большим удовольствием не делала бы этого. Но соседка все время задавала такие провокационные вопросы, что девушка боялась просто не выдержать. Либо женщина видела ту насквозь, либо... Ким не могла понять, что "либо". Поздоровавшись, "каштанка" направилась к себе в комнату, оставив отца без ответов на его обыденные вопросы: "Как дела?", "Как вечеринка?" и т.д. Первое, что почувствовала девушка, войдя в свою комнату, это тоску. Она вспомнила, как хотела вернуться в старую спальню совершенно в другом городе. Там остались теплые воспоминания с самого детства. А этот дом и комната были ей чужими. Хотя только в спальне она могла скрыться от всего мира. Ким Лан, сняв пальто и положив его на кровать, подошла к столу, на котором был ноутбук и какие-то книги, и выдвинула верхний ящик. В нем лежали мелкие вещи: старые ластики, точилка, цветные булавки, пара линеек, милые, давно купленные брелки и те самые, новые кисти. Тело сразу напряглось. Видимо, Ким Джунг выкинула только рисунки, потому что их Лан найти не смогла. Только в пластиковом мусорном ведре одиноко лежали кусочки разорванной бумаги. Ким Сунан позвал дочь обедать, и она неохотно пошла, стараясь делать непринужденный вид. Несколько минут они молча ели вчерашний приготовленный ужин, потом мужчина задал вопрос: – У тебя телефон вчера сел? Мы никак не могли дозвониться. Лан на секунду задумалась: сказать, что он сел или что потеряла его? Ведь телефона нет, и когда-нибудь родители узнают об этом. – Он разбился, – ответила девушка, не отводя глаз от тарелки. – Вышла на улицу, чтобы позвонить вам, а меня случайно толкнули, и он выпал. Ким странно посмотрел на дочь: – Что-то случилось? Голос у тебя какой-то не такой, – то, что он такой же, как пару месяцев назад, мужчина промолчал. Просто отметил для себя. – Не знаю, – произнесла "каштанка", посмотрев на отца. – Я плохо спала. И еще очень хочу принять горячий душ... – пыталась оправдаться она. И отец поверил. – Доедай и иди, – сказал Сунан. – Я сейчас уже уеду обратно на работу, так что не грусти тут одна, – он улыбнулся. Лан безумно хотелось остаться одной. Залезть под одеяла и не высовываться, пока все не решится. Пока в её жизнь не пробьется тот самый лучик, который наконец подарит ей всё, чего она так хочет, всё, чего ей не хватает. Но кто знает, может, он уже здесь? Дарит ли он то, что так нужно девушке? Или, чтобы обрести счастье, нужно чем-то жертвовать? Или кому-то вообще не суждена та жизнь, какую он хочет?