My elder brother

«Дорогой дневник, всю ночь я не могла заснуть. Я думала, снова и снова, на этот раз навязчивые мысли просто не давали мне покоя. Я не могу просто избежать их, они осели в моей голове. В последнее время на меня столько всего навалилось: внезапное возвращение отца со службы, где он пробыл больше двух лет и с которым у нас не такие простые отношения. Старшая школа и новое чувство, которое я для себя открыла… Любовь. Это может показаться вполне обыденным: первая любовь, нежные чувства. Но не все так просто, как может показаться на первый взгляд. Ведь человек, к которому я испытываю столь сильные чувства… Я не вижу смысла писать о нем, не хочу, мне не становится легче от того, что я записываю здесь свои мысли. Но почему тогда я продолжаю это делать? Иногда я думаю, что лучше рассказать кому-то, тому, кому доверяешь, но я знаю, что даже самые близкие друзья не поймут… Никто не поймет.» Захлопываю ежедневник в кожаном переплете, куда записываю свои мысли уже несколько месяцев, и кладу на нижнюю полку письменного стола. Даже не помню, как и когда это началось, — раньше я не страдала такими сентиментальными вещами. Просто однажды я взяла лист бумаги, начала записывать всё, что накопилось у меня на душе. И знаете, что? Это не помогает — мысли и переживания всё же остаются с тобой. Они не уходят, не исчезают с тем сожжёным листком бумаги, который ты писал и бросил в огонь, в надежде, что станет лучше. Как я выразилась раньше, я не знаю, почему продолжаю записывать. Наверное, это просто вошло в привычку. Открываю окно, вдыхаю прохладный утренний ветер, который тут же распространяется по комнате. Яркое солнце уже освещает улицу, а слабый туман потихоньку рассеивается. Часы, стоящие на письменном столе, показывают, что времени без двадцати семи, и пора собираться в школу, начиная всё заново. Порою мне кажется, что я живу в одном дне, всё повторяется, день изо дня, и это выматывает. В школу я надеваю вполне обычную одежду: чёрные джинсы, тёмную лёгкую блузку, поверх которой накидываю клетчатую тёмно-синюю рубашку. В последнее время я отдаю предпочтение тёмным цветам: они подходят под моё настроение и под мои лёгкие мешки под глазами. <Спускаясь со второго этажа, я замечаю отца, сидящего за обеденным столом, и маму, которая с утра волочится у плиты. — Доброе утро, — здороваюсь я с присутствующими, спустившись по лестнице. — Привет, милая, — Звучит чуткий голос матери. — Алекс что, уже уехал? — спрашиваю я, надевая свои берцы со шнуровкой. — Твой брат даже не возвращался, — слышится упрекающий голос Дэвида, который с недовольным видом читал газету. Я молчу, лишь вздохнув и пожав плечами. И он опять не ночевал дома, что, наверняка, явилось новым поводом для беспокойств мамы, у которой в последнее время возникают проблемы с сердцем, и поводом для новых скандалов, которые устроит отец по возвращению брата, ведь он не терпит такого поведения. — Можно тогда я возьму твою машину? — спрашиваю, подходя к матери, которая нарезает овощи. — О, нет, детка, она в ремонте, — с прискорбием сообщает мама, которая всё еще жарит что-то на сковороде. Я кидаю мимолетный взгляд на отца, который так же бесстрастно читает утренний номер газеты, но затем понимаю, что выпросить его машину практически невозможно, и понимающе киваю матери. — Хорошо, я пойду пешком, — говорю, удаляясь, — Пока, — бросаю напоследок я, прежде чем выйти из кухни. Дорога до школы отнюдь не близкая, поэтому пешком я иду только тогда, когда хочется прогуляться и освободиться от лишних мыслей в голове. Зайдя в учебное заведение, я замечаю, что оно только начинает кипеть жизнью: слышится гул разговоров и смех учеников. Старшая школа. Я здесь только недавно, но уже понимаю, что она ничем не отличается от средней, — всё те же скучные предметы, те же учителя и одноклассники. В общем, ничего особенного и загадочного. Около школьных шкафчиков я встречаюсь с Грейс, моей ближайшей подругой, с которой я веду дружбу с самого детства. — Привет, — Незаметно подхожу к ней и пугаю девушку, когда та возится со школьными принадлежностями, запихивая их в свой шкафчик. — Амели! — Притворно хмурится она, затем улыбается, и на чуть пухленьких щеках девушки появляются заметные ямочки, — Ты сегодня рано, — справившись с вещами, хлопает дверцей шкафчика, после чего закрывает его за замок. — Рано встала, — вру я, смотря вниз, не желая говорить о своей бессоннице, из-за которой мне не удалось сомкнуть глаз всю прошлую ночь. — Не выспалась? — спрашивает Грейс. Я не успеваю ответить на её вопрос, как около неё появляется Джесси Райен, кудрявый брюнет с миловидной улыбкой и красивыми щенячьими глазами, который наряду с Грейс является моим близкий другом, с ним я тоже знакома с детских лет. Рядом с Джесси я вижу Дилана, с обыденной для него взлохмаченной прической «ёжика», смотрящего на меня внимательным взглядом светло-карих глаз. — Привет, девчонки, — улыбаясь, здоровается Джесси, протягивая мне руку. — Джесси, — Улыбаюсь я ему и по- дружески пожимаю протянутую им руку. Вижу, как взгляд голубых глаз Грейс мимолетно скользит по Джесси. — Привет, — так же здоровается Дилан, улыбаясь уголками губ, вероятно, всё ещё чувствуя какую-то напрягающую дистанцию между нами. После его неосторожного признания в чувствах ко мне Дилан пытается всячески избегать меня, иногда даже проходит по коридору, не здороваясь. — Слышали, что сегодня вечеринка у Донована? — С этими словами к нам подходит высокая блондинка с мелированными волосами, которые она в этот раз крупно завила. — И тебе привет, Малия, — произносит Джесси, глядя на блондинку, — Лично я собираюсь пойти, а вы, ребята? — спрашивает зеленоглазый, смотря на нас. — Думаю, да, — недолго подумав, отвечает Грейс, затем переводит взгляд на меня — За компанию с вами, — пожимая плечами, отвечаю, посмотрев на Грейс и Джесси. — А ты? — спрашивает блондинка Дилана, с заскучавшим видом крутя локон волос в пальцах. — Я ещё подумаю, — отвечает парень, поджав губы, смотря себе под ноги. Такое чувство, будто бы он сейчас убежал, лишь бы не стоять со мной рядом, если бы Джесси не придерживал бы его за плечи. — Смотрите-ка, кто идет, — протягивает Малия, хищным взглядом глядя нам с Грейс за спины. «Вероятно, по коридору проходит очередной красивый мальчик» — усмехнувшись, подумала я. И в тот момент мы с Грейс одновременно оборачиваемся, и я вижу его… Он идет по коридору легкой походкой, такой красивый и высокий, с довольной ухмылкой на губах, что ему так свойственна. Его темно каштановые волосы зачёсаны назад гелем, а его глаза скрыты за солнцезащитными очками в темной оправе. Рядом с ними идут несколько парней и Кая, его девушка, с которой он встречается уже месяц, что кажется мне долгим сроком для Алекса. — Твой брат как всегда шикарен, — произносит блондинка, всё еще глядя вслед уходящему парню. — Замолвишь за меня словечко, — произносит она, с улыбкой посмотрев на меня. — Вообще, у него есть девушка, — отвечаю я, слегка удивившись сказанным моей подругой словами. — Серьёзно? — усмехается она. — Надолго ли? — произносит блондинка, приподнимая брови. Я молча соглашаюсь с девушкой, которая так некстати оказалась права. Не стоит переживать насчёт очередной девушки Алекса, на смену ей придет другая, они обычно надолго не задерживаются. Через несколько секунд звенит звонок на урок, после чего мы направляемся в кабинет истории.

***

— Лучше надень фиолетовое, — произносит Джесси, лёжа на моей кровати и листая мой старый альбом с фотографиями. — Думаешь? — сомнительно спрашиваю я, глядя в зеркало и держа в руках тёмно-фиолетовое и тёмно-бордовое платье. — Не слушай его, бордовое красивее, — говорит Грейс, сидя около зеркала, надевая крупные голубые серьги. — Оно слишком вызывающее, — произносит снова парень, листая страницы, временами поднимая на меня свой взгляд. Вздохнув, я, чтобы остаться на границе крайностей, решаю надеть чёрное платье. Смотрю в окно, вижу лишь мимо проезжающие машины, отец с матерью уехали на несколько дней, о чём я узнала по записке, прикреплённой к холодильнику. Но Алекса всё еще нет, последний раз я видела его в столовой, после испанского, и с тех пор он так и не заявился домой. — Ну, как мы выглядим? — спрашивает Грейс, стоя рядом со мной у большого зеркала. Её синее платье великолепно подходит её ярко-синим глазам и чёрным длинным волосам, которые она скрепила заколкой, а я, наоборот, решила распустить. — Круто, — кратко отвечает брюнет, поджав губы, — Если бы я был натуралом… — с усмешкой начинает он, но Грейс тут же перебивает его, заливаясь смехом. До дома Донован мы доезжаем на машине Джесси, дверь нам открывает светловолосый парень, который сперва оглядывает нас недоверчивым взглядом, но затем, как только Джесси достаёт ящик пива, тут же меняется в лице и начинает с нами разговор на дружелюбную тему, будто мы с ним знакомы сто лет. В доме громко звучит одна из песен Кэти Перри, которая поёт о том, что поцеловала девушку и ей это понравилось, которой подпевают молодые люди, стоящие рядом с диджеем. Подойдя к столу, на котором стоят угощения, я наливаю себе пунш в пластиковый стакан. — Привет, — Раздаётся голос сзади, от неожиданности я чуть ли роняю стакан. — Дилан? — Я слегка приподнимаю брови, пытаясь при этом не выглядеть удивлённой тому факту, что тот со мной заговорил. — Мы можем поговорить? — произносит тот, с опаской глядя на меня. Он выглядит как-то по-другому, его глаза нервно блестят. — Конечно, о чём? — спрашиваю я, беря стакан в руки и кидая на Дилана мимолетный взгляд — О нас… — медленно произносит он, кладя свою руку на мою, отчего я непонимающе смотрю на него. — По-моему, мы уже поговорили, — произношу, пытаясь убрать его руку, но тот сжимает мое запястье. — Я не знаю, чем я тебе так не нравлюсь, но… — начинает он, не отпуская мою руку, — Или у тебя есть другой? — спрашивает он, смотря на меня. Заметно, что Дилан нервничает, слышно по его голосу. — Нет у меня никого, и тебе до этого есть дело? — спрашиваю я, удивленная его вопросам, — Я не должна перед тобой отчитываться! — пытаюсь вырвать руку я, но тот держит её мертвой хваткой. — Просто скажи, почему ты все время отвергаешь меня? — В голосе Дилана появиляются нотки злобы, какой-то агрессии, а его лицо приобретае безумное выражение, потому я начинаю испытывать испуг. — Отпусти меня, — Поражённая его состоянием, я пытаюсь вырвать свою руку из его, при этом не привлекать внимание людей. Тихий и добрый мальчишка Дилан ночью превращается в одержимого маньяка… Что ж, чудненько. Дилан всё еще смотрит на меня тем же взглядом, ожидая от меня ответа, почему я отказала ему в общении. — Ты не слышал, что она сказала? — Раздается знакомый голос за спиной Дилана. — Отпусти её, — приподняв брови, указывая на мою руку, произносит Алекс, и я мысленно благодарю Бога за то, что тот оказался здесь в нужное время, иначе было не так далеко от того, что я завизжала бы, глядя на бордовое лицо Дилана. Услышав голос сзади, Дилан оборачивается, при этом не отпуская мою руку, но заметно ослабив хватку. — Тебя не учили, что влезать в чужие разговоры — невежливо? — произносит Дилан, глядя на Алекса, который выше на голову самого Дилана. Парни, стоящие рядом, удивиляюсь, услышав такое от Дилана, да к тому же в адрес моего брата. — А ты не слышал, что обижать мою сестру опасно для здоровья? — усмехнувшись, произносит брюнет, подходя ближе к Дилану, — Или же ты хочешь проблем? — произнес тот, смотря ему в глаза. — И что мне за это будет? Ты изобьешь меня, да? — нервно усмехается Дилан, еще ближе подходя к брату. «А, может, он пьян?» — проносится в моей голове, что вполне может быть вероятным. Ведь, будь он трезвым, я не думаю, что он так разговаривал бы с Алексом. — Похоже, ты пьян, лучше пойди проветрись, — произносит уже мягче Алекс, замечая, что Дилан действительно пьян и говорит в нём алкоголь. — Лучше бы за своей сестрой бы так следил, — произносит Дилан, усмехнувшись и посмотрев на меня, и тут же, развернувшись, начинает отходить Алекса. — Что ты имеешь в виду? — Непонимающе хмурит брови Алекс, останавливая Дилана за плечо. — То, что твоя сестренка, самая настоящая… — начинает Дилан, как в тот же момент Алекс бьёт его носу, и тот падает, держась за лицо. Это происходит так быстро, что я даже толком не успеваю сообразить, что только что произошло. Все тут же мигом разворачиваются к нам, танцующие останавливаются и в непонимании смотрят в нашу сторону, но никто не вмешиваться. — Всё хорошо, веселитесь дальше, — Звучит голос Доннована, который стоит рядом с диджеем. Друзья Алекса тут же поднимают Дилана с земли, наверное, надеясь на продолжение, и я не знаю, что было бы дальше, наверное, Алекс ударил бы Дилана ещё несколько раз. — Не надо, Алекс, — Быстро подхожу я к нему. — Ты же видишь, что он пьян и не соображает ничего? — Я гляжу на брата, тот искоса смотрит на меня, а затем на Дилана, который одной рукой держится за нос, который у него сильно кровоточит. Алекс ничего не говорит, а взгляд Дилана скользит по мне, словно обвиняя в произошедшем, а затем он медленно направляется к двери, всё ещё держась за нос. — Какого чёрта это было? — спрашивает меня Алекс, наливая в стакан стоящее рядом спиртное. — Это долгая и нудная история, — произношу я, глядя вниз, думая, сказать мне ему или нет. — Я не тороплюсь, — Он поднимает на меня взгляд карьих глаз, что при таком освежении казались темнее обычного. — В общем… — начинаю я. — Он признался мне в чувствах и предложил встречаться. — А ты что? — спрашивает он, отпивая из стакана напиток. — Я его почти не знаю, в смысле, как человека, и я отказалась, — не совсем честно призналась я, опуская взгляд на свои руки, чувствуя себя неловко за то, что произошло с Диланом. — Видимо, после этого парню снесло крышу, — усмехается Алекс, бертя в руках полупустой стеклянный стакан. — Что тут было? — Подбегает к нам Джесс, смотря то на Алекса, то на меня, ибо, вероятно, кто-то уже распространил слух о несостоявшейся драке. — Я слышала, что тут была потасовка, — произносит Кая, подойдя сзади к Алексу, голос её схож с мурчанием. « Только тебя тут не хватало, » — произношу мысленно я, глядя на то, как Кая прижимается к Алексу. Сказать честно, мне трудно не закатить глаза в этот момент, но я сдерживаюсь. — Там завезли травку, она просто с ума сводит, — восторженно мурлычет Кая, закатив свои большие, прижимаясь к брюнету. — Хочешь попробовать? — спрашивает она поднимая свой взгляд к Алексу. Кая была не такой уж и низкой, ростом примерно с Дилана, может, чуть меньше, но всё равно выглядела низенькой на фоне Алекса. — Ещё как, — бархатным голосом произносит Алекс, смотря на свою подругу, но затем переводит взгляд на меня, а я, в свою очередь, отвожу взгляд, чтобы Алекс не заметил, как я пялюсь на них всё это время. — Сделай одолжение, — обращается он к Джесси, который стоит около меня. — Не своди глаз с Амели, — он переводит взгляд на меня. — Конечно, о чём речь, — Качает головой Джесси. — Я за ней присмотрю. Наверное, Джесси был единственным человеком, с которым Алекс мог отпустить меня куда угодно, при этом не беспокоясь за меня. И дело не только в том, что Джесси другой ориентации и девушки его совсем не интересуют, а в том, что Алекс давно знает его, — в детстве они были лучшими друзьями, вместе ходили в школу, вместе оттуда возвращались, Джесси нередко оставался у нас на ночь, но потом Алекс перешёл в среднюю школу, завёл новый круг друзей, оказался на верхушке школьной иерархии, когда Джесси остался всё тем же простым парнем-заучкой, хотя он был хорош собой, но, вероятнее всего, не тянулся к славе. Когда дружеские отношения Алекса с Джесси стали медленно угасать, я увидела в Джесси человека, нуждающегося в друге, коим и была сама, и совсем скоро мы стали с ним не разлей вода, совсем как они с Алексом раньше. Я до сих пор не знаю, что изменилось в Алексе такого, что он решил перейти на «тёмную сторону», возвести вокруг себя стену недоверия и эгоизма, завести подозрительные связи, отгородиться от прежних друзей. Меня, думаю и остальных людей привлекают в нем многие вещи, начиная от того, как он закидывает голову назад, когда смеется, заканчивая его привычкой ухмыляться уголками губ. Его гипнотический взгляд темно карьих глаз, обрамленных длинными ресницами, ряд ровных зубов с заостренными клыками, которые он оголяет, когда смеется, то как он держит осанку, даже то, как он пахнет, — запах дорогих духов, смешанный с табачным дымом сигарет, которые он часто курит в последнее время, наверное, из-за возвращения отца, который строит в доме новые порядки, к которым мы так не привыкли. «И что он в ней нашел?» — думаю я, смотря на то, как Алекс удаляется с голубоглазой, придерживая ту за талию. — И что он в ней нашел? — озвучивает мою мысль друг, стоящий рядом, от его я перевожу на него взгляд, Джесс лишь усмехается. — Понятия не имею, — выдыхаю я, покачав головой. Конечно же, я имею понятие, что мой брат в ней нашел, — красивое кукольное лицо и красивая фигура. — Идёмте танцевать, — С счастливой улыбкой к нам подбегает Грейс, которой, видимо, вечеринка пришлась по душе. Я качаю головой. — Ну же, идём, — не унимается девушка, отчего я сдаюсь и иду танцевать, при этом тяну Джесси с собой за руку. Вечер проходит в таком темпе, мы танцуем, одна песня сменяется другой, народу становится всё больше, а напитки становятся всё крепче. Я почти ничего не пью, кроме пунша, которым весь оставшийся вечер спаивает нас Малия. После случая с Диланом настроения веселиться всё равно нету, хотя приходится поддаться друзьям и за компанию побыть с ними. Я не виню Дилана, он разнервничался, был пьян и всё, что он говорил, было воздействием алкоголя. По крайней мере, мне хочется в это верить, и, придя в школу, хочется увидеть всё того же тихого Дилана. — Ребята, а, может, домой? — предлагает Джесси, сидя на красном кресле, рядом с Грейс, которая, к удивлению, слишком много выпила. — Ты зануда, — медленно протягивает Грейс, переведя взгляд на сидящего рядом парня. — Я остаюсь, — Малия наливает себе в стакан что-то прозрачно-зелёное. Подхватив Грейс, Джесси выходит из комнаты, а я иду следом, покидая помещение, которое был пропитанно табачным дымом. Джесси выходит за дверь, придерживая Грейс за плечи. Я бы вышла следом за ним, но тут я вижу Алекса, сидящего на диване, в самом центре комнаты, и мне приходится вернуться. Мой брат сидит в окружении девушек — неудивительно. Алекс курит что-то, похожее на самодельно свёрнутую сигарету. Травка, ну, конечно. — Алекс? — зову я брата, в надежде, что он услышит мой голос среди других женских. — Амели, — произносит он, переведя на меня взгляд. — Мы уходим, ты сам доберешься или как? — спрашиваю я, подходя ближе к брюнету. — За руль я, наверное, уже сегодня не сяду, — оценивает своё состояние он, поднимается с дивана со второй попытки. Дойдя с моей помощью до машины Джесси, мы садимся туда. — Я бы ещё потанцевала, — произносит Грейс, засыпая, отчего мы с водителем смеёмся. Алекс сидит ко мне так близко, что я чувствую запах его духов, смешанный с запахом марихуаны, которую они весь вечер курили. Приехав домой, я выхожу из машины и помогаю выйти Алексу, который оказывается пьянее, чем я думала. Придерживая брата, открываю дверь ключом и захожу с ним в дом. К счастью, прислуги в доме сейчас нет, с возвращения отца тот начал распускать их по домам, хотя раньше они ночевали у нас, но, как оказалось, отец не терпит долгого пребывания чужих людей в доме. Подниматься по лестницам черезвычайно трудно, особенно, когда ты тащишь на себе не очень трезвого брата. Зайдя в его комнату, я тихо закрываю дверь и довожу его до кровати, что освещается лунным светом, который исходит из окна и является единственным освещением этой комнаты. Уложив Алекса на просторную кровать, я ложусь рядом для того, чтобы отдышаться. Повернув голову, замечаю, что он уже заснул, так быстро. При лунном свете, падающем на его идеально гладкую кожу, он кажется еще красивее, если это возможно. Его алые губы хорошо сочетаются с его светлой кожей и тёмными волосами. Глядя на него, я невольно улыбаюсь, мне хочется дотронуться до него, запустить свои руки в его шелковистые волосы, что так приятно пахнут. Я смотрю на часы, висящие на стене, — почти три часа ночи. Даже не знаю, каким образом Алекс будет оправдываться перед нашим отцом, ведь я почти полностью уверена, что в школу он завтра явиться не сможет. Встав с постели, я подхожу к двери, и, коснувшись дверной ручки, открываю её, а прежде, чем выйти, кидаю мимолетный взгляд на Алекса. Зайдя в свою комнату, я понимаю, что во мне нет никаких сил принимать душ, их хватило только на то, чтобы переодеться. Несмотря на то, что я ужасно вымоталась за этот день, сон так и не желает приходить. «Ну, почему я не могу уснуть как нормальные люди?» — думаю я, в сотый раз ворочась в своей постели. Проблемы со сном я обнаружила у себя в последние несколько месяцев, но это проблема не постоянная, обычно без какой-либо последовательности, бессонница у меня чередуется с нормальным сном, что странно. Где-то через полчаса я чувствую, как мои веки тяжелеют, и я проваливаюсь в царство Морфея, даже не догадываясь, что принесет мне завтрашний день…