Я Пожиратель, глупая ты девчонка! II

Элен очнулась и осмотрела лица детей, которые с любопытством разглядывали её. Дерек обнял Элен, ложась на её грудь. Она же в свою очередь крепко обняла сына и погладила по спине. — С тобой всё хорошо? — прошептала Элен. — Да, мам. Всё отлично. — ответил Дерек и отстранился от матери. — Дети? — все сомнительно кивнули и помогли Элен встать на ноги. Девушка осмотрела детей и посчитала их. Детей было одиннадцать. — Где ещё двое? Где Тео? — Его отвели на процедуру... — промямлила маленькая девочка с двумя косичками и показала свою окровавленную ногу. — Господь Всемогущий, что они тут с вами делают? И где мы вообще? — дрогнув голосом, спросила Элен и выглянула за пределы их тюрьмы. — Мы в святом месте, где должны делаться благие дела, но творится убийство и насилие. — отозвалась девчушка лет десяти. — Пожиратели убивают ни в чём неповинных прихожан, пытают монашек... мы слышим крики людей практически каждые три часа, слышим безумный смех, непростительные заклинания. — Нам страшно. — из угла вышел мальчик, ровесник Дерека. — Для чего мы здесь? Это из-за того, что мы особенны? — Боюсь, что да. Я не хочу вас пугать, но будет лучше, если я сразу скажу вам о вашей участи. Вас принесут в жертву, чтобы освободить Того-кого-нельзя-называть. Проще говоря... мы умрём. Я не знаю для чего им нужна я, но явно не для благих дел. — Элен старалась говорить спокойно и поэтому опустила голову, чтобы никто из присутствующих не видел её огорчённого лица. Некоторые из детей начали плакать. К Элен неуклюжими шажками подошла девочка, с которой она водилась в Министерстве, и улыбнулась ей. Хэрмент тоже грустно улыбнулась в ответ и потрепала девчушку по волосам, заставляя ту рассмеяться. К камере подошёл силуэт. В полумраке было нереально сложно рассмотреть лицо. Дети разбежались по углам и замолкли. Элен подошла ближе к силуэту и рассмотрела знакомые холодные карие глаза. — За кем ты пришёл на этот раз, Долохов? — грубо спросила Элен и взялась руками за решетку. — Во-первых, за тобой, а, во-вторых, не фамильничай, мы не в ЗАГСЕ. — холодно ответил Антонин и открыл дверь, вытаскивая за руку Элен из тюрьмы. Антонин повёл Элен за собой по тёмному каменному коридору, взяв под руку. — Куда ты меня ведёшь? — спокойно спросила девушка. — К Льюису. Он поинтересуется, что тебе нужно для обряда. Ты же уже знаешь, что принесёшь себя в жертву? — запинаясь спросил мужчина. Он хотел казаться безразличным, но Элен видела его насквозь. Девушка буквально вчера вспомнила всю свою жизнь. Она решила воспользоваться своим положением в душе и сердце пожирателя. — И ты так просто отдашь меня? — грустно прошептала Хэрмент, поджав нижнюю губу. — Выбора нет. Я должен это сделать. Я должен был давно уже убить тебя. Это всё из-за тебя... ты делаешь меня лучше, давишь на совесть. — прошипел Антонин. — Это ужасно. Я сожалею, что была слишком глупой и наивной. Я думала, что смогу сделать из тебя нормального человека, но я очень сильно ошиблась. Мне жаль, что я помешала тебе быть собой, что я постепенно ломала тебя настоящего. Это всё моя вина. Когда я умру, тебе будет намного легче, поверь. На тебе не будет ответственности. — Элен, заткнись. — Долохов резко остановился и взял лицо Элен в свои руки. — Просто заткнись, я прошу тебя. Не надо разыгрывать сцен. Ты думаешь мне так легко? Ты та, которая породила меня заново. Ты как будто приколдовала меня к себе, я до сих пор люблю тебя, а ты, глупая дура, понять этого никак не можешь! Ведёшь себя, как Снежная Королева. Холодная и бесчувственная. Где та Элен, с которой я провёл свою лучшую ночь? — Ты сказал, что ничего не помнишь... — губы Элен задрожали. — Я помню всё, я просто не хотел, чтобы ты наложила на меня чёртово заклинание! — Антонин крепко обнял Элен. — Я хотел, чтобы это навсегда осталось в моей памяти. Ты была так нежна и легка... я отчётливо отличил твою любовь от алкогольного опьянения. А то, что ты устроила утром, это была защитная реакция. Ты не хотела, чтобы я видел, что ты чувствуешь ко мне. — Иди к чёрту, Долохов! — сказала девушка и вырвалась из объятий пожирателя. — Ты пользуешься мной и моей добротой. Ты жалкое подобие мужчины. Я не виновата, что я такая неудачница и влюбляюсь в сумасшедших, понимаешь? Я не виновата, что притягиваю к себе ненормальных! И ты меня не любишь, не ври мне! — Согласно психологии, влюбленность длится всего 4 месяца. Если это чувство продолжается, то это уже любовь. Я люблю тебя уже шесть лет! Я не смогу жить без тебя, а тем более без Дерека. — Поздно. Я умру завтра на рассвете. Ты промудил. — фыркнула Элен, — Веди меня к Льюису! — приказала девушка. Долохов завёл Элен в комнату, где за столом восседал Льюис. Мужчина кивнул, тем самым намекая Долохову, чтобы он вышел. Антонин послушно выполнил приказ. Льюис кивнул на стул, Элен села и осмотрелась. Она была здесь раньше. — Тебе уже всё рассказали? Ну, о твоей судьбе? — поинтересовался мужчина, сложив руки в замок. — Да, я знаю обо всём. — кивнула Элен. — Это очень хорошо. Насколько я знаю, ты изучала не только программу Хогвартса, но и программы других школ, таких как Думстранг и Ильвермони. Следовательно, ты должна знать заклинания и обряды из Книги Мёртвых. — Я знаю. Полагаю, что ты хочешь узнать, что мне нужно для обряда? — холодно спросила девушка, выгибая бровь. — Да. Напиши все ингредиенты на пергаменте и не медли. Не люблю, когда мямлят, а ты очень любишь это делать. — Льюис протянул ей кусок пергамента и перо. Хэрмент напряглась и начала записывать нужные ингредиенты. Через минуту, она закончила и отдала пергамент обратно в руки Льюиса. Тот перечитал список и улыбнулся. — Не думал, что мы когда-нибудь будем союзничать. Но во мне по-прежнему есть желание убить тебя. — прошептал мужчина, немного наклоняясь вперёд. Выдержав пристальный взгляд на Элен, Льюис разрешил ей идти, говоря, что на выходе её встретят. Но в следующую секунду мужчина опомнился и встал с места, останавливая Элен, — И кстати, твоя связь с потусторонним миром состоится сегодня в шесть вечера. За тобой придут. Льюис махнул рукой, приказывая выйти. Девушка вышла из комнаты, где её уже ждала Астрид. Элен осмотрела тёмный коридор. — А где?... Где Антонин? — растерявшись, спросила она. — Он попросил меня подменить его. Сказал, что ему резко стало плохо. Я согласилась и теперь как видишь... — Астрид взяла Элен под руку и медленным шагом повела через коридор. — Тео уже привели с "процедуры"? — Откуда... ай, точно! Ты же в одной камере с детьми. — Астрид стукнула себя ладонью по лбу. — Да, его уже отпустили. Я надеюсь, что ты придумала что-нибудь? Ты собираешься выбираться отсюда? — Я ничего не придумала. Почему ты спрашиваешь меня об этом? — Элен вопросительно посмотрела на женщину. — Я думала, что если всё закончится и дети будут живы... — Астрид тяжело вздохнула, — в общем я хочу усыновить Тео, если меня в Азкабан опять не упекут. Ты не против этого? — Нет, конечно же нет! Ему нужна мать. Настоящая. Я думаю, что это хорошая идея, но почему ты решила усыновить именно его? — Хоть он и некрасив снаружи, он очень красив внутри. Он постоянно так смотрит на меня... Он называет меня по имени! Это прогресс. Я даже отказалась приходить на такие процедуры. Я не могу смотреть на это, видимо, дети плохо влияют на меня, как считаешь? — Я думаю, что они действительно, плохо на тебя влияют, но благодаря им ты становишься настоящей женщиной. В тебе просыпается справедливость, настоящая ответственность, беспокойство за кого-то кроме себя, истинная любовь. Все эти чувства пробуждают именно дети. Они и отдают немало. Дети платят тебе той же монетой, что и ты им, только вот у них все эти чувства намного сильнее. — Ну, всё, хватит. Ты хочешь, чтобы я разрыдалась перед тобой? — усмехнулась Астрид, подводя Хэрмент к камере. — Нет, Астрид, я хочу, чтобы ты стала ещё мудрее. — серьёзно сказала девушка. Астрид открыла дверь, запустила туда Элен и, закрыв дверь на ключ, ушла. К Элен кинулся Тео и крепко обнял её. Девушка улыбнулась и поцеловала мальчика в макушку головы.

***

Сидя длинным столом, Элен готовилась вызвать из Преисподней души умерших родственников. За столом сидело пятнадцать пожирателей, каждый из них добровольно дал часть своей крови. Элен смешала кровь каждого и... выпила её из серебряной чаши. Было противно, но делать нечего. Также ей было нужно выпить несколько настоек и произнести сложное заклинание на языке мёртвых. Все взялись за руки и закрыли глаза. Элен начала произносить заклинание, постепенно повышая голос практически до крика. В комнате стало чертовски холодно, всё свечи погасли. Элен продолжала заклинание. Теперь на улице громко завывала вьюга. Через несколько секунд Элен открыла глаза вместе со всеми. В течение нескольких секунд её глаза оставались белыми, некоторые из пожирателей даже испугались. На улице всё стихло. Повисла тишина, но ненадолго. Прозвучал довольный смех. Элен сглотнула и посмотрела в тёмный угол. — Ни в коем случае не разъединяйте руки! — сказала Элен. — Оу, наша мисс Хэрмент теперь серьёзная личность? — из тёмного угла вышла девушка-подросток. У неё были короткие каштановые волосы, зелёные глаза и смуглая кожа. На ней была мантия, на которой был значок Слизерина. Она начала медленно подходить к Хэрмент. — Грета? — тихо произнесла Элен. На глазах наворачивались слёзы. — Ты меня помнишь? Я польщена, а хотя... это же ты меня убила, ты должна помнить своих жертв и по совместительству подруг. — Но я не убивала тебя... — Верно, я повесилась. Я совершила самоубийство из-за тебя. Ты сломала мою жизнь! Ты увела у меня Кита! Ты пользовалась им, а потом выкинула! Это ты виновата в моей смерти! — девушка перешла на крик. Элен зажмурилась и девушка исчезла. — Слава Мерлину, она исчезла... — прошептала Элен и шмыгнула носом. — Не расслабляйся, Элен, нас ещё много. — из тени вышел высокий тёмнокожий мужчина с улыбнулся Элен, вслед за ним начали выходить ещё души. Та боязливо посмотрела на них.