Джокер

— Точно всё хорошо? Ты стал сильно уставать последний месяц… — взволновано спросила Детка, трогая мой лоб.       Желание отдохнуть — не признак болезни. Вот вялость — да. Потребность в отдыхе есть следствие усталости. Она всегда накапливается у меня после длительного сдерживания эмоций, даже тренировки так не выматывают…       Я полностью расслабил тело: глаза закрылись и дыхание восстановилось. Напряжение исчезло, тело обмякло, на лице исчезла моя козырная карта — «улыбка Джокера». Всё! Устал, надо отдохнуть. — Ещё не привык? Нельзя же бодрствовать ночью. — Почему нельзя? — Все нормальные люди ночью спят! — Это я то нормальный? — засмеялся я. Верно, врачи диагностировали мне нарушение режима сна. У меня никтофилия, для работы нормально, но я же теперь буду «учиться».       Может всё скинуть на Герми?       Опять ты за своё… Она должна быть зависимой от тебя, а не наоборот.       Это верно. Как я буду её контролировать, если не смогу ничего сделать без её вмешательства? Я уже и так скинул на неё ведение моего режима работы и отдыха, питания, даже бухгалтерию. Блядство! Надо будет вернуть доминирование…       Пока я размышлял на эту тему, не заметил как уснул.

* * *

       И потом.       Я проснулся, обнаружив, что детка исчезла. Я так понимаю, что ушла она совсем недавно — подлокотник ещё тёплый, эта её привычка во время чтения — держаться за него.        Но любопытно, куда она могла пойти? Да ещё и без меня…       Видишь! Она уже выходит без твоего разрешения.        Это накручивание, конечно, но он прав. Выйти без моего ведома в её состоянии весьма странно. Неужели восстанавливаться начала после изнасилования? Дерьмо. Я злился на дядю Эрнеста, но теперь мне кажется, что инцидент должен повториться. А то…       Поток моих мыслей прервала Гермиона, зашедшая в купе. — О! Уже проснулся. А я только хотела тебя разбудить.        На ней был какой-то балахон, и зачем она это на себя нацепила?.. Так она выходила переодеваться? — Ещё стесняешься переодеваться передо мной? — она покраснела. — Милая, где только я тебя не касался, а ты до сих пор не можешь привыкнуть к моему взгляду? — ухмыльнулся я. — Он слишком пристальный! — И что? — И то! Тебе тоже надо переодеться, нам скоро выходить. — она дала мне комплект этих лохмотий и хотела уйти. — И куда это мы? — я успел придержать дверь. У неё такое удивленное лицо! Аж на смех пробирает! — Ты же переодеваться будешь? — И когда тебя это волновало?       Она хотела что-то сказать, но резко прикусила язык. Лицо её нахмурилось. Что произошло пока я спал? Она молча вышла, и мне ничего не оставалось как переодеться.       Надо будет потом узнать — что произошло с моей Деткой. До этого ведь не обращала внимание на «половую принадлежность». Кто-то запудрил моей девочке мозги. Вот же моралисты, всё то вам нужно плести в чужое дело, нос бы спиливал каждому такому. Кстати, можно попробовать на этом болване…

* * *

Мы остановились в лесу. Это нельзя было назвать станцией! Просто деревянная платформа, чтобы мы сошли с поезда. И ничего вокруг. Температура была заметно ниже, чем утром. Изменение климата, наверное… Что злило меня ещё больше — а сказать, что будет холодно нельзя? И вообще куда идти? Я нихера вокруг не вижу!        Я увидел, как другие направлялись к каретам. Надеюсь у них там есть подогрев.        Но меня остановила Гермиона. — Сказали, что нам туда. — и показала в лес. — Это что за разница в сервисе?! Заранее надо было это обговаривать? Так почему никто не сказал об этом заранее?! В какое дерьмовое место мы попали?! — Пошли, а то мы их из виду потеряем.        Мы шли по скользкой глинистой дороге. С каждым шагом я ощущал влагу в моих ботинках. И злился все сильнее. — Они что, не имеют более комфортного пути?        Да ещё и привели куда! Тут запросто можно труп спрятать — никто не найдёт. Может зарыть тут где-нибудь недоделанного проводника? Или волкам скормить?       Наконец мы вышли к озеру. Замок завладел вниманием всех. Кроме меня. — Они же не хотят, чтобы я сел в лодку?..        А если кто-нибудь упадёт с неё? Достанут ли они его? А если и достанут, ему мокрым идти что ли?       Но больше меня пугал взгляд Герми, буквально прикованный к каменному зданию. Только не говори мне, что ты повелась на это дерьмо! — Интересно, этот замок отапливается? Скоро ведь зима…        Да ты ж моя хорошая. Всё-таки есть у тебя здравый смысл… — Не более четырёх человек в лодку! — Щас!        Я сразу же сел в лодку с Герми и оттолкнулся от берега. Ещё чего! Делиться с кем-то местом — найдут где сесть…        Мы плыли долго. Очень долго. Ученики, заворожённые замком, не заметили, но прошло уже дохера времени, а мы до сих пор не в замке!        Я ещё даже порог этой злосчастной школы не перешёл, а уже жалею о своём решении. Да и Герми уже поубивала энтузиазм…        Мы вышли прямо к большим деревянным дверям. Я чуть не ебнулся в воду, пока вылезал из лодки, что Гермиону пробило на смех. Великан постучал и к нам вышла какая-то старуха. А впустить нельзя было?! — Хагрид, все на месте. — Он нас даже ни разу не считал… — прошипела моя девочка. — Подумаешь — одним больше, двумя меньше.        Меня очень повеселил призрак с висящей головой. Держалась она правда на соплях, но крики ребят меня повеселили. Хоть что-то веселое в этом паршивом месте.        Мы зашли в Большой зал, как я понял, где уже сидели другие ученики. Ну не падлы? Добрались с комфортом, а нам идти через озёра и леса? — Да начнётся распределение!        То есть нам даже сесть нельзя?!