[nightmare' in you]

Я задыхаюсь! Четкая мысль и яркий свет фар пробудили меня. Где я? Господи, где я?! Как я здесь оказался? Быстро окинув взглядом открывшийся ландшафт, пытаюсь усмирить дыхание. Я в лесу. Или это парк? Подошел к какому-то ограждению – да, парк. Черт. Как вообще так угораздило? И тут я понял: на губах таял слащаво-горький вкус транквилизатора, руки только-только отошли от больного онемения. Что же за злая шутка… Дернул ворота – они не поддавались. … Черт возьми, что это?! Я не паникую. Я не паникую. Пошарив по карманам, нашел только фонарик, свет которого еле поддерживал какой-то дух во мне. Так. Собраться. Я должен найти либо другой выход, либо ключ. Тут краем уха я уловил какой-то шорох справа. Мгновенно среагировав повернулся, освещая кусты – там никого, но в нос ударил какой-то могильный запах. Потянуло холодом, по спине пробежали мурашки. Что за дьявольщина… Но вот, вроде свет я увидел сквозь деревья на втором этаже какого-то здания. Вряд ли сторожка, но, может, дом… Испуг все никак не хотел проходить. Страх окутывал, как этот молочный туман, из-за которого практически ничего не было видно даже на расстоянии пяти метров. Он стлался под ноги, ластился нежно к земле, обволакивая даже сердце мертвецким льдом. Все это вызывало только одно желание – бежать. Бежать без оглядки. Ведь я боялся этой вязкой и липкой тишины – она только еще больше сковывала, лишала кислорода, наполняя легкие гнилым эфиром. Но и бежать я уже не мог – дыхание срывалось, я на миг остановился и склонился, переводя дух. В голове раздалось какое-то шипение. Давление? Ох, черт!! Справа я увидел ненормальное свечение, медленно попятившись назад, споткнулся и упал о какой-то блядский камень, а ведь сияние приобретало формы. Человеческие формы. Высокую фигуру уже обтягивал черный костюм, но его лицо я все еще никак не мог различить. Еле собравшись, я выпалил: - Кто ты?? Незнакомец начал медленно приближаться ко мне. И тут в голове бешено застучала кровь… У него и не было лица! Кажется, вся сила перешла в ноги. Быстро встав на колени, что есть мочи я побежал к дому, теперь казавшимся таким далеким. Сколько бы я ни пытался сохранить ясность сознания и не пьянеть от ужаса, я знал, он догонял меня. Я чувствовал его за своей спиной. Цепкая темнота так и тянула вниз. Спотыкаясь, падая, я бежал к свету. Но тут меня дернуло посмотреть влево и вновь меня бросило в крепкий, отнюдь не отрезвляющий озноб – он стоял там! - Нет! – резкий вскрик сотряс окружающее марево. Я уже бежал на пределе своих возможностей, глядя в землю. Я больше не хочу этого видеть! Я сойду с ума! И тут еле успел заметить свечение его контура – он стоял прямо передо мной!! Я точно помешался… Казалось, тени распустились за его спиной, причудливыми и стремительными линиями обращаясь ко мне, так и норовя сжать в своих смертельных объятиях. Едва мирясь со своим разумом, уже за дюймы до него ощущая жуткое дыхание, будто за долю секунды развернувшись, припустил по другой дорожке, но он был везде, он съедал мой рассудок. Его призрак мерещился мне за каждым углом и стволом так, что я одновременно и боялся, и мечтал свернуть с намеченного пути. Но вот спасительная берлога – чуть себя помня, лихо взобрался по шаткой скрипучей лестнице на второй этаж и проник в смежную с освещенной комнату. Случайно взгляд упал на стену: в лунном свете, пробивающемся в битое засаленное оконце, я увидел листок, прикрепленный к стене… Кровь кипела в жилах… Сердце выпрыгивало из груди. Два слова, нелепо начерканные карандашом, что уже почти выцвели на желтой бумаге, я различил: «CAN’T RUN» Внезапно я будто омертвел: позади меня послышался скрип половицы… Только успел обернуться, как мощные пальцы вжали меня за плечи в стену, выбивая хрип. В этот момент я взглянул самому Ужасу в лицо. Точнее, отсутствие его. Безжизненное дыхание заскользило по уху, по шее, ледяная рука закрадывалась под футболку, словно железными ногтями впиваясь в кожу – он приблизился ко мне вплотную. По торсу, вернувшей еле теплившееся в глубине выдохшегося тела сознание, поползла горячая струйка крови. А ему, пожалуй, нравилось ощущать ставшее недосягаемым и запретным тепло живого – медленно погружаясь в мясо глубже, размазывал по дрожащему животу киноварь. Шипя и рыча, стараясь вырваться из его когтей, вовремя подобрав момент, ударил его в острую скулу фонариком. Остается только убежать – и я уже рвусь к выходу!.. Но сзади кисти оплетают коварные тени до алых жгучих полос и скручивают руки до дешевого крика боли. И терпеть невозможно! Стискивая зубы, прикусывая язык, жмурясь чуть не до потери сознания, из последних сил стараюсь взять под контроль свое же тело. Но оно никак не хочет слушать угасающую душу и падает под давлением плетей на колени. Вжимают в пол. Так сильно, что согнившие доски гнутся под грудью. - Сто… - оплетая шею, одно из его щупалец зажало рот. И внезапно я почувствовал, как другое лезет снимать джинсы, расстегнув и ремень, и молнию. Отчаянно дрыгнувшись, только ускорил эту пытку. Когда он спустил брюки, пара конечностей жестко проникнув меж ног расставили колени на пыльном полу, царапая кожу; заставляя прогнуться еще глубже, до хруста костей. Вновь его безжизненные ладони коснулись тела, теперь уже оглаживая спину, тогда как шелковое касание обвивало напряженный член – неужто он дрочил мне? Тесно сжимая плоть, мягко, медленно, мучительно двигаясь сверху вниз, заставил раскрыть меня рот, проникая в его нежный жар, глубже, почти до глотки. И дальше, заставляя вновь задыхаться и содрогаться в невозможности кашлять. Тело пробила нездоровая дрожь. Как только я начал терять сознание, не щадя, он вошел сзади, пробиваясь до предела и вызывая последний, преисполненный всем страхом, полустон-полусип. *** Очнулся. Сквозь щели, сквозь грязное стекло тлели уже лучи солнца. Я увидел его, сидящего в кресле в углу. Наклонившись, он положил голову на сомкнутые руки, видимо, ожидая моего пробуждения. Но… Очень странно… Я ничего не чувствовал. Ни боли, ни изнеможения. Что это. Когда я нашелся, чтобы подняться, он взял меня под локоть и подвел к затянутому паутиной старинному зеркалу в причудливой деревянной раме… И то, что я увидел, было самым жутким кошмаром. На меня смотрело существо без лица и в том же костюме. Я, было, хотел обернуться, но уже почувствовал у головы змеиный, щекочущий и кожу, и нутро, шепот: - Ну, здравствуй. Я Слендер Мэн.