О людях и кроличьих шубах

В Хижине Тайн в кои-то веки царила безмятежная тишина. Поток туристов иссяк, и обитатели Хижины разбрелись кто куда. Первым исчез в неизвестном направлении Стэн, за ним, не преминув убедиться, что внезапное возвращение работодателя не намечается, - Венди; вместе с ней убежала и Мейбл. Только работящий Зус остался намывать полы, мурлыча себе под нос очередной навязчивый мотивчик и пребывая в полной гармонии с собой и миром. Диппер тоже остался в Хижине, хотя все, наверняка, были убеждены, что он давно уже ушел. В лес Пайнса пока не тянуло, в город с Венди и ее друзьями – тоже, да и составлять компанию сестре или Зусу, как бы он их не любил, в данный момент не хотелось. Поэтому он выбрался на крышу, прихватив с собой дневник, чтобы в тишине и покое предаться излюбленному занятию: изучению записей о тайнах Гравити Фоллз. Он давно уже знал все эти тексты практически наизусть, но его не покидало чувство, что он видел далеко не все, что содержит в себе эта рукопись. - Привет, Сосенка! Скучал? От раздавшегося прямо над ухом неприятного голоска Диппер подскочил и едва не выронил дневник. - Билл? Опять ты?! Чего тебе надо? - Эй, я что, не могу заскочить поздороваться? Ты все еще дуешься на меня за то, что я тогда захватил твое тело? Да брось, Сосенка, я бы его потом сам вернул! - Ага, ври больше, - скептически фыркнул мальчик. - Обижаешь, Сосенка. Когда это я тебе врал? Я не виноват, если ты сам меня неправильно понимаешь. Что до тела… После того, как я убедился, насколько оно слабо и неприспособлено к полнофункциональному использованию, думаешь, я бы оставил себе такую физическую оболочку? - Это ты меня оскорбить хочешь, называя слабаком? – насупился Диппер. Зависший на уровне его лица одноглазый треугольник пару раз моргнул и рассмеялся. - Что? Нет конечно, Сосенка. Это не оскорбление, это констатация факта. Вот если я назову тебя тупоумным мясным мешком, это будет оскорбление. Хотя, дай-ка подумать… - ехидство из него так и сочилось. - О, просто заткнись и проваливай отсюда, - мальчик попытался заслониться от Билла дневником, демонстрируя, что занят, но это не помогло. - Ну чего ты такой обидчивый, Сосенка? – тонкая черная рука с неожиданной для такой хлипкой конечности силой опустила дневник, и перед Диппером снова замаячил глаз с вертикальным зрачком. – Я не тебя лично имею в виду. Люди все такие. Мне хотелось побыть человеком, не скрою. И в этом даже есть свои плюсы и удовольствия. Еда, например. Или боль. Мне понравилось. Диппер машинально потер руку, на которой еще оставались синяки и следы от зубцов вилки. Он думал, что Билл нарочно издевался над его телом, однако ему и в голову не приходило, что чокнутый треугольник действительно наслаждался болью, которой, очевидно, прежде никогда не испытывал. - Но мой собственный облик куда более совершенен, чем ваш. Я бы не променял его на вот это, - Сайфер небрежно обвел рукой фигуру собеседника. – Слишком много недостатков, несовершенств, ограничений. Вы нуждаетесь в регулярном сне и питании, любая случайность может вывести вас из строя. Это ужасно неудобно. Но, знаешь, если бы не это, я бы действительно хотел стать человеком. Вы восхищаете меня. - Сарказм? - Ни в коем случае. Сосенка, ты ведь считаешь меня подлым и жестоким, верно? Но во всем этом я и в подметки не гожусь некоторым представителям твоего вида. - Люди вовсе не такие! - О, я изучал вас… Думаешь, откуда я беру идеи, которые тебя так пугают? Очень хотелось бы сказать, что это «мое собственное изобретение»,* но на самом-то деле я просто пользуюсь тем, что придумали люди. Вы так изобретательны! Демоны иных измерений могут быть сильнее вас, но лиши людей всех физических ограничений, а также моральных, которые вы себе придумываете с непонятной мне целью, и демоны сами падут на колени перед людьми. Вот тебе отличный пример: ни в одном из известных мне измерений, не контактировавших с вашим миром, ни одно существо не додумалось сдирать шкуры с других существ, чтобы носить их на себе. У вас же это возведено в ранг искусства! - Что? Ты о мехе? Но… Люди начали носить шкуры, потому что им нужна была одежда, иначе они все вымерли бы, еще когда наступили первые холода… - неуверенно попытался поспорить мальчик. Рассуждения демона сбивали его с толку. Сам он меховую одежду не носил, и всегда полагал разведение животных ради меха жестокостью, однако… Разве не так устроен мир? В смысле, люди всегда носили одежду из меха и кожи, с тех пор, как поселились в пещерах. - Вот-вот. Как думаешь, почему так сложилось? Да потому, что физически ваш вид не был предназначен для выживания. Но извращенный человеческий разум нашел выход из положения, честь ему и хвала! Убивать, чтобы выжить – это прекрасно. Диппер попытался что-то возразить, но маленький черный палец прижался к его губам. - Тссс. Я не закончил. Да, сначала люди убивали для выживания. Убивали слабых животных – чтобы обеспечить себя пищей. Убивали сильных – чтобы не стать пищей для них. Убивали себе подобных – потому что пищи и одежды все равно на всех не хватало. Но в какой-то момент необходимость в убийстве отпала, а что сделали люди? Прекратили убивать? О нет, они стали убивать еще больше. Ради удовольствия. Самооправдываемость убийства давно заложена в человеческом разуме, вы даже не замечаете, что окружены смертью и трупами. Хочешь, покажу, как я это вижу? Дипперу совершенно этого не хотелось: он уже успел убедиться, что взгляды Сайфера на мир отличаются крайней извращенностью. Но Билл щелкнул пальцами, и в воздухе повисла новенькая кроличья шуба, наверняка позаимствованная им из какого-нибудь магазина, а то и из чьего-то шкафа. - Красивый мех, правда? Так и хочется потрогать, примерить… - голосом змея-искусителя протянул треугольник. – Правда ведь? Эта вещь стоит кругленькую сумму ваших нелепых человеческих денег, и многие без сомнений выложили бы за нее эту сумму, да и бОльшую, пожалуй. Потому что видят только то, что хотят видеть. А вот, что вам следовало бы видеть на самом деле. Шуба начала расползаться по швам, разваливаться, падая бесформенными кусками под ноги вскочившему со своего места мальчику. Мех исчезал, воздух наполнился отвратительной вонью разложения. Через несколько секунд на крыше лежала куча ободранных кроличьих тушек. Против воли Диппер задержал на них взгляд, и тут же поспешно метнулся прочь, падая на четвереньки на краю, где его и стошнило: многие зверьки еще шевелились, несмотря на то, что никак не могли выжить. - Убери это! – прохрипел Диппер, стараясь больше не смотреть в ту сторону. - Не нравится? Но ведь эти зверюшки такие замечательные и полезные для человека. - Убери! – возглас перешел в невнятное бульканье, мальчика снова стошнило. - Не хочешь оставить себе парочку? – продолжал издеваться демон. – Или ты не любишь кроликов? Хочешь, я подарю тебе лисью шапку? Ответом ему послужили более чем красноречивые звуки. Билл рассмеялся. - Все, расслабься, Сосенка, я вернул это на место, можешь посмотреть. С отвращением утирая рот рукой, Диппер осторожно повернул голову, и с облегчением убедился, что на крыше не осталось никаких следов этого ужаса. Впрочем, можно было не сомневаться, что это зрелище еще долго будет преследовать его в ночных кошмарах, даже без «помощи» Сайфера. - Зачем ты мне это показал? Тебе так нравится надо мной издеваться? - Ну… Ты забавный, да. И ты мне нравишься, Сосенка. Твоя любознательность выделяет тебя из человеческой массы. Я знал лишь одного человека, похожего на тебя, однако он отверг мою дружбу, оттолкнул протянутую ему руку помощи. Возможно, ты окажешься менее похож на него, и поступишь иначе? Я мог бы еще многое рассказать тебе о мире. И о людях. История вашей цивилизации проходила перед моим глазом, она похожа на похлебку из крови и трупов, бурно кипящую и ежеминутно готовую загасить огонь, без которого ее бы не существовало вообще. Люди, подобные тебе, способны контролировать кипение этой похлебки, и даже способны превратить ее в совершенно другое блюдо. Поразмысли об этом на досуге, Сосенка. Ты же не хочешь оставаться маленькой перчинкой, которую выбросят из кастрюли, как только она всплывет? Ты все еще гордишься тем, что ты человек? Мясной мешок с костями, наделенный правом лишать жизни другие мясные мешки с костями, ради своих целей. Это правда, что «человек» - звучит гордо? Знаешь, Сосенка, я уничтожил свое родное измерение вместе со всеми его обитателями, но это было долго и мучительно лишь для одного. Для меня. Показалось Дипперу, или в насмешливом голосе треугольного демона действительно прозвучали горькие и тоскливые нотки? В любом случае, уже в следующую секунду Билл вновь был полон энергии. - Ну, заболтался я тут с тобой, пора и честь знать, как говорится. До встречи, Сосенка! Сайфер исчез мгновенно, будто его и не было. Мальчик вздрогнул и обвел взглядом окружающий пейзаж, с легким изумлением обнаруживая себя на прежнем месте, прислонившимся к окну, через которое выбрался сюда, с раскрытым дневником в руках. Очередной не-сон, подстроенный Биллом. Проведя рукой по лицу, словно стирая невидимую паутину, которой опутал его демон, Пайнс решительно захлопнул дневник и полез через окно обратно в дом: общество Зуса, Мейбл и прочих показалось ему желанным, как никогда. Стоило убедиться, что Билл неправ.