Под покровом небес

Вместо своих положенных восьми часов Чуя, кажется, проспал меньше шести. Этого бы и не случилось, если бы Хи не позвонила в два чертовых часа и не попросила забрать ее. Да и ладно бы только это, это он и сам принял нормально, но вот зато в каком состоянии ее пришлось домой везти, это уже совсем другое дело. У рыжего вопросов лишь прибавлялось и их количество все никак не хотело уменьшаться. ...и даже забив на это, он бы с удовольствием провалялся в кровати еще пару часиков, но проблемы была лишь в том, что даже в свой выходной у него было полно дел. Не это ли самое ужасное? — Хи? — Чуя дернул ее за плечо. Девушка сначала тянет долгое «м-м», потом открывает глаза, улыбается. К наклонившемуся к ней Накахаре, она начинает тянуть руки. — По моему, Мори с дозой перебрал, — по расширившимся зрачкам понимает, что действие того «лекарства» еще ни шиша не прошло. Никак не реагируя на протянутые руки, Чуя направляется прямиком на кухню. Себе за кофе, а ей за крепким чаем, чтобы хоть как-то ее «протрезвить». — ...ну, Чуя... — совсем по-детски тянет Хи, когда он уходит в другую комнату и переворачивается на другой бок, чтобы продолжить спать. Чистить зубы до принятия кофе и вовсе не принципиально, поскольку после него изо рта несет так, как будто бы туда кошки насрали. Собственно, только из-за этого все водные процедуры переносятся минут на пятнадцать позже. А за пятнадцать минут уже и можно выполнить один маленький пунктик дел, запланированных на сегодня. Включив кофеварку, он возвращается в спальню только ради телефона, а затем же возвращается обратно. Подложив под ухо телефон, Накахара начал запариваться еще и с приготовлением чая. — Ты только легла, или до сих пор спишь? — интересуется у подопечной. — Давай, Юко, как договаривались. Выкладывай что и как... Слушай, я твой отчет спрашиваю, а не «как твои дела». Ответы «все нормально» не принимаются. Ты работаешь в мафии, а не в ясельном саду за конфеты, — после начинает «наиувлекательнейший» рассказ о том, как Юко пересматривала 5 часов любимое аниме. — Юко. Я повторюсь. Отчет, а не сочинение на тему «как я провела свои увлекательные выходные впустую». В кружку, где был пакетик чая, Накахара бросает половину чайной ложки сахара, место излюбленных трех. По крайней мере, она уж точно свои три ложки не заслужила. Парень надеется, что это хотя бы сработает. — Юко, каждый мужик, который бросает в твою сторону косой взгляд или пытается флиртовать, может оказаться серийным маньяком. Уж поверь мне, я в этом толк знаю. Если не маньяком, то, в крайнем случае, педофилом... — и в этот момент Чуя жалеет, что вообще про это заикнулся, поскольку из-за одного только сравнения, над ним уже шутить начали. — НЕТ. ЮКО, ТВОЮ МАТЬ. ЕДИНСТВЕННЫЙ ПЕДОФИЛ ЗДЕСЬ ТЫ И САМА ЗНАЕШЬ КТО, НО НЕ Я. На той линии слышно лишь то, как этот чудный четырнадцатилетний ребенок ржет во весь голос. Вот же маленькая пар... Чудная девочка. ЧуднАя, если уж на то пошло. — Постарайся обращать больше внимания на мелкие детали, окей? То, что ты так беззаботно ко всему относишься, может тебе жизни стоить, Юко. Еще раз назовешь меня «мамочкой» и разговаривать со мной ты будешь уже на своем старом месте, поняла? Как жаль, что его угрозы на нее и вовсе не подействовали. Накахара глаза закатывает. Это же еще и уметь надо быть такой бессовестной! Допивая свой горячий кофе, глядя в нараспашку открытое окно, парень и вовсе забывает о приклеившейся кличке. Споласкивает под потоком воды кружку, кладет обратно в шкафчик и идет в ванную. Один маленький пунктик сделан. Осталось еще большая часть. Чистив зубы, парень только в самый последний момент замечает плеск в ванной. Оборачивается, несколько секунд пялится и только потом отводит взгляд в сторону. — Твою мать, Хи... — тянет он, краснея. У девушки все тело закрывает пена, кроме, разве что коленок. Даже на голове у нее болтается приличный комочек пены. — М? — слегка не понимает она. — Если ты думаешь, что я считаю тебя извращенцем из-за этого, то это не так. После этих слов она до подбородка погружается в воду и начинает сдувать с ладоней пену. Что б ее... И нет бы, что-нибудь другое вякнуть или хотя бы сделать. Совсем как пятилетняя с пеной сидит, играется, хорошо хоть, что не ест. Такими темпами ванная освободится совсем не скоро, а эта мысль Чую и вовсе не радовала. Они так совсем ничего не успеют. — Хи, ты можешь поторопиться? — рыжий упирается руками в бортик ванной. Она смотрит на него несколько секунд, а затем же, подставив ладони с пеной ко рту, начинает сдувать ее прямо на него. Не получилось. — Значит, это придется сделать мне. Из душа он брызнул холодной водой ей прямо в лицо, от такой резкости та начала визжать. — Если сопротивляться будешь, тебе только хуже. На это она показывает язык. Чуя вздыхает. Да что за детский сад-то?! Между тем он берет первый, попавшийся в руки шампунь, наливает в ладонь, как ему показалось, нужное количество и наносит на волосы девушки. Начал намыливать. Хи лишь глаза зажмурила и моментами тянула свое «м-м», как знак того, что она против всего этого. Это было намного лучше того, что пошло дальше. — А-А! Рыжая хватается протирать глаза. — Что? — в полном недоумении Накахара. — Глаза щиплет! — Руки убери от глаз, Хи. — ..мхм... — Ты делаешь себе только хуже. Но она его и вовсе не слушает. — Кецудо, твою мать, просто убери хреновы руки от глаз, — и вместе с этим, он пытается сделать это за нее. — НЕТ! В ответ на такой «жест» она начинает брыкаться и всячески сопротивляться. Когда Накахара тянется к душу это и вовсе оборачивается против него, поскольку большая часть воды в итоге выливается на него. Вопрос в том, случайно ли у нее получается злить его, либо же она это специально делает. Чуя глубоко вздыхает, чтобы успокоится. — Кецудо, если ты будешь продолжать это делать, то я не знаю, что с тобой сделаю, — говорит. — По крайней мере, на нормальном питании, я уж точно не остановлюсь. И только после этих слов он замечает, что у девушки ребра выпирает больше обычного. — ...м-м, — она чуть ли не хнычет. Чуе уже не терпится влить в нее того самого крепкого чая, ради которого он так старался. С такими приятными мыслями, парень смывает с волос Хи шампунь. Благо то, что она сама себя в полотенце укутала. Выпроводив ее за дверь и закрывшись, Накахаре наконец-то удается расслабиться. ...и когда этот детский сад закончиться? — Хи? В ответ на это она показывает язык. Чуе как будто бы и Юко мало с ее замашками, так еще и Хи понесло абсолютно не в ту степь, в которую должно было... А должно было вообще? Что-то он в этом сильно сомневается. — Пойдешь со мной в магазин, — это утверждение. — Одевайся. Одета она, конечно же, была, но вряд ли было бы удобно щеголять по городу в пижаме. Однако Кецудо делает вид, будто бы его и вовсе не слышала. Если она обиделась на то, что чай был с малым количеством сахара, то это уже ее проблемы. — Не будешь слушаться, отдам на перевоспитание Рюноске. Девушка подскакивает и тут же убегает в другую комнату переодеваться. — Да неужели? Чуя действительно был удивлен тем, что угроза с Акутагавой сработала. Накахара подозревал, что Рюноске может решить все возникающие проблемы, но не воспринимал это ТАК буквально. Надо будет это запомнить, и потом попытаться повторить еще раз. А вдруг сработает? На ней розовая юбка и его черная футболка. На это парень и вовсе не реагирует. То, что она сама оделась, это уже хорошо было. Не очень то и сильно ему хотелось мучиться со всем этим, как в ванной. Это было всего час назад, но ему уже хочется забыть это, как страшный сон. — Чуя? Хи внимательно на него смотрит, ровно до тех пор, пока он не начинает смотреть на нее. Девушка тут же отводит взгляд, начинает краснеть. — Что? Она начинает мять свою юбку. Как-то уж чересчур ей неловко. Когда она закрывает покрасневшее лицо руками, Чуя полностью теряет надежду услышать хоть что-нибудь. — Может, ты уже скажешь хоть что-то? И вот Накахара уже хотел было взять ее за плечи и выпытывать все самостоятельно, как она выскальзывает прямо из рук и отходит на пару шагов в сторону. Это будет немного труднее, чем показалось на первый взгляд. — ...тебе не понравится, — выдает, стараясь не смотреть ему в глаза. — Что ты сделала? Да Чуя уже все что угодно простить готов, лишь бы они уже вышли из дома, и пошли по магазинам, а не тратили время в пустую. — Не я. На этих словах Накахара полностью недоумевает. — ...а кто? Хи делает небольшой шажок назад, приоткрывает рот, дабы уже сказать причину, из-за которой она так долго время тянула, но... Запинается об собственную ногу и падает. Точнее, точно бы упала и со стопроцентной вероятностью ударилась макушкой об угол стены, если бы не была подхвачена способностью Накахары. — ТЫ МОЖЕШЬ БЫТЬ АККУРАТНЕЕ? От крика девушка зажмурилась. Чуя глубоко вздыхает, чтобы успокоиться. — Гребанное издевательство, — бурчит себе под нос, а затем наклоняется к рыжей. — Ты как? Заглядывая в ее глаза, до него наконец-то доходит кое-что. Некоторые воспоминания о детстве, которые уже успели покрыться горсткой пыли. Хи с самого начала дня ведет себя в точности так же, как и в свои одиннадцать. Кажется, прямо сейчас, ее сознанию и есть всего одиннадцать, если не меньше. У рыжей глаза на мокром месте. — Даже будучи ребенком, эмоции всегда было очень трудно скрывать. Правда, Хи? — на губах совсем теплая улыбка. Чуя ее обнимает.

* * *

Сегодня был выходной, впервые за долгое время. И сегодня Чуя впервые вышел не в своей привычной рабочей форме, что не могло не радовать. Против нее он, конечно, ничего не имеет, но даже от обыденного успеваешь изрядно вымотаться. До ближайшего магазина было достаточно, чтобы задать пару интересующих вопросов. Может быть, хоть на них сегодня Хи сможет ответить? Чуя в этом как-то сомневался, однако, ему оставалось только верить в лучшее. — Ответишь на пару вопросов? Хи всю дорогу идет, обхватив его руку своими. Это было даже хорошо, в крайнем случае, Чуя бы никак не смог потерять эту невинную десятилетку в теле двадцатилетней садистки. На его слова она лишь улыбается. Начало хорошее. — Нахрена ты вообще нужна была Дазаю? Девушка резко останавливается, начинает смотреть себе в ноги. — Я что-то не то сказал? Она говорит совсем не то, что должна была сказать изначально. — Мы... — тянет Хи, начиная краснеть. — Что «мы»? Отводит взгляд в сторону и прикрывает покрасневшее лицо руками. — ...встречались раньше. Несколько секунд Чуя никак не реагирует на услышанное. — Чо? Стоп... чо? Ты... Чего? Парень вообще не понимает, как ему нужно реагировать на услышанное. От такого ответа, у него создается еще больше вопросов, чем вообще должно было. Чуя берет ее за плечи и слегка встряхивает. — ВСМЫСЛЕ ВЫ ВСТРЕЧАЛИСЬ?! Хи жмурится. Отчего-то она знала, что он так реагировать будет. — ПОЧЕМУ Я УЗНАЮ ОБ ЭТОМ ТОЛЬКО СЕЙЧАС?! КОГДА ОН УСПЕЛ ВООБЩЕ? ...и Накахара все же никак не может сдержать поток нахлынувших чувств. Девушку из рук он выпускает и начинает говорить, активно жестикулируя руками. — ДА В КАКОЙ ВООБЩЕ ПЕРИОД ВРЕМЕНИ ЭТО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ДОЛЖНО БЫЛО ПРОИЗОЙТИ, ЧТО ДО МЕНЯ ДАЖЕ СЛУХОВ ОБ ЭТОМ НЕ ДОХОДИЛО?! И ВООБЩЕ, КАКОГО ХРЕНА ТЫ СКАЗАЛА МНЕ ОБ ЭТОМ ТОЛЬКО СЕЙЧАС? СТОП, А КАКОГО ХРЕНА ОН К ТЕБЕ ЛЕЗ ВООБЩЕ? Когда Чуя оборачивается в сторону девушки, той даже на месте нет. Он оглядывается по сторонам. Смылась под шумок. Однако не нужно было забывать, что ей сейчас не больше двенадцати. Его косяк. — Блять. Она идет быстрым шагом, совсем не смотря по сторонам. В конце концов, когда она заворачивает за угол, то сталкивается с кем-то, из-за чего не удерживает равновесие и приземляется на попу. — С Вами все в порядке, леди? — знакомый голос. Хи потирает ушибленный лоб. Между тем, Дазай протягивает руку, чтобы помочь подняться. — Не думал тебя здесь сегодня увидеть, — говорит. — Ээ. Поднявшись, она сразу же обнимает его. Дазай не знает, как реагировать. — Тебе Мори двойную дозу что ли дал? — догадывается. — Хотя, не удивительно. Хм. Погоди, а ты случаем не одна? От стыда она краснеет. — ...пока Чуя орал, я сбежала. Первую секунду Дазай переваривает полученную информацию, другие три представляет то, как все это было, а затем не сдерживается от смеха. — От Чуи всегда все девушки убегали, — шатен вытирает подступившие от смеха слезы. — Хи, а пойдем-ка, прогуляемся, пока это чудо в шляпе тебя не нашло. Дазай, улыбаясь, берет ее за запястье и тянет вперед. Она и не сопротивляется. Чуя минут десять ходил по прохожим и спрашивал, не видели ли они такую-то девушку, на что лишь получал отрицательные ответы. В итоге он понимает, что пошел вовсе не по той стороне, поэтому пришлось возвращаться на «начальную» точку и идти уже по другой стороне. Все так же опрашивая прохожих. Про себя лишь только и говорит про то, что больше никогда в жизни ее по магазинам брать с собой не будет. Они сидят на одной из множества скамеек в парке. — Куникида-сан будет против, — говорит Хи, надув щеки. — Он привык, — лишь отмахивается Осаму, купив на деньги напарника блинчики. — Не привередничай. Она же язык на это показывает. Дазай смеется. — Совсем как в старые добрые, да? — говорит, протянув ее порцию. Хи продолжает дуться, из-за его выходок. — ...не так все было, — выдает. Дазай слегка призадумывается. И вправду, все было совсем наоборот. В те далекие года, когда им было по двенадцать, это она его заставляла есть пирожки с карри, в то самое время, когда он специально голодал. Да и сидели они вот так в основном неподалеку от какого-нибудь склада, если не в нем самом за запыленными коробками. — Да, но все же. Похоже, да? Этого Хи отрицать не может. — Так беззаботно ведешь себя, хотя чуть не убил меня вчера, — скрещивает руки на груди и отводит взгляд. Дазай слегка нервно смеется. — Ты так мило дуешься, прямо как типичная лоля-цундере. Погодите-ка... Ах, точно... Хи краснеет, пихает его в плечо. — Я. НЕ милая. Однако, ее видок сейчас доказывает абсолютно обратное. — Хах, в любом случае, — Дазай пожимает плечами. — Ты же прекрасно знаешь то, что у нас обещание, да? Пока я жив, я не могу позволить тебе умереть. Десять лет прошло, а никто из них так и не забыл про это обещание. — ...ты так долго тянешь с этим. Не думаю, что ты вообще выполнишь свою часть уговора. Шатен улыбается. — Если у тебя будет все прекрасно, то зачем мне вообще будет хоть что-то делать. Проще будет дождаться удобного момента, не думаешь? А, кстати про момент, — из кармана плаща достает небольшой пакетик и отдает рыжей. — Меня заставили вернуть это тебе. Ее любимое печенье, купленное Чуей. Так вот от чего у нее было это странное чувство, будто бы она что-то забыла. — Он так старательно спрятал все записки, которые там были, что я не удержался, — ухмылка. — Д-дурак, — это предназначалось Дазаю, а сама же девушка краснела от тех самых записок. Неужто Чуя и вправду старался спрятать их всех в одном маленьком подарочном пакете? Тоже тот еще дурак. Милый дурак. Он конечно много орет и довольно легко может разозлиться, но это все происходит только из-за того, что он пытается проявить заботу. Даже не пытается, а просто проявляет ее по-своему. Да и злится он только тогда, когда волнуется. Дазай закатывает глаза. Неужто какие-то никчемные бумажки и вправду могут сделать что-то такое? Да и в принципе удивляться чему-то «милому», когда за спиной столько трупов и крови, как-то, может быть...странно? Хи вообще всегда на такое вот так реагировала, или только в свои «двенадцать»?.. Не важно. — Ой, — неподалеку Дазай замечает Куникиду, который очень старательно ищет его взглядом. — Хи, подожди-ка здесь, а? Мне нужно ненадолго залечь на дно. — ...но тут же даже пруда нет, — фразу «залечь на дно» девушка воспринимает буквально, как и любой другой бы, знающий Дазая, на ее месте. — Не каждый пруд меня достоин, — говорит, а затем же сматывается, пока его не заметили. Девушка провожает его взглядом до ближайшего дерева, за которым он же и спрятался. Смотрит на его пустое место... Нет, не такое уж и пустое. На его месте остался, по-видимому, телефон. В голове что-то щелкнуло. — ...вот же клоун, — только и тянет она, взяв в руки телефон. Кажется, это был тот самый переключатель между цифрами «одиннадцать» и «двадцать два». Пока Осаму нет, она никак не может удержаться от возможности немного пошарить в телефоне, может быть, даже и в контактах. Пароля нет. — Хоть бы «1234» поставил, для виду, — закатывает глаза. Дазай просто так никогда вещи не теряет. Он это сделал либо специально, либо же чтобы потом поймать на этом и найти над чем пошутить. И вот фиг поймешь его, когда и зачем именно он что-то делает. Хи преспокойно смотрит в дисплей телефона, опираясь щекой о свободную руку. Слишком мало всего. Контакты видимо любит подчищать, из-за этого здесь только «кукарекида», «человек тигор» и «звонить только когда рядом нет никого». Так, стоп. Нахрена ему ее номер, да еще и с таким именем?! Вот клоун. — Да он же специально это сделал, смеха ради! Знал же, что я не удержусь, — фыркает. — Что б его. Совсем заскучав ждать его, Хи начинает рассматривать в его телефоне «галерею». Слишком мало всего, если не считать компромата. На Ацуши его было, как-то больше всего. Хи ожидала, что его будет больше на Куникиду. Кроме компрота и нескольких обычных фоточек, девушка не ожидает увидеть больше ничего, поэтому преспокойно листает дальше. Дойдя до самого конца, она замирает и отчего-то искренне верит в то, что ей кажется. Увы, это оказывается абсолютно не так. Телефон чуть не выпал из рук. Хи отключает его и делает вид, будто бы вообще даже и в мыслях не думала что-либо там делать. Ждать Дазая она даже и не хотела. Оставив недоеденный блинчик на скамейке, девушка идет в ту же сторону, куда убежал Дазай. Находит она его довольно быстро. Как Хи и ожидала, он даже возвращаться не думал. Он, не замечая ее, шел дальше по улице. Это...бесит? Нет, даже не бесит. Просто вымораживает из себя. — ТЕЛЕФОН СВОЙ ЗАБЕРИ, ПРИДУРОК! Его же телефон летит прямо в него. Прилетает прямо в спину. — Ну почему ты так жестока, Хи? — звучит «обидчивое» в ответ. Девушка фыркает. Та еще из него «обиженка». Мог бы придумать способы получше избавиться от своего телефона. Ей скорее просто обидно, нежели она злится на это. Теперь еще и Чую придется искать... Вспомнив этот момент, рыжая начинает нервно смеяться. Теперь ее посещают мысли спрятаться куда подальше, чем найти его. Чуя просто так ее не простит за то что она сбежала от него. — КЕЦУДО, МАТЬ ТВОЮ! — слышится позади. От неожиданности Хи вздрагивает. Уж никак не ожидала она встретить его так быстро. — Чу! — девушка напрыгивает на него и обхватывает руками шею. Прокатит ли? — Ээ, — приподнимает правую бровь Накахара, слегка не понимая, что происходит. — Если это снова твои способы избавится от проблемы, то не сегодня. Какого хрена, ты вообще свалила?! ...не прокатит. — Ну, Чу... — тянет она, стараясь сделать хоть какой-то вид виноватости на лице. — Хи, я за последние три часа от тебя такого натерпелся, что тебя уже ничего не спасет. — А? — она в полном недоумении. — О чем это ты?.. С момента, как она от него сбежала, Хи больше абсолютно ничего не помнила из этого дня. На лице Чуи появляется какая-то зловещая ухмылка, от чего девушке и вовсе становится как-то не по себе. — Тебе явно хочется, чтобы я рассказал тебе все в мельчайших деталях, да? От одного его вида рыжей уже становится понятно, что делала она явно что-то не очень хорошее. Глядя ему в глаза она и вовсе невольно начинает краснеть от стыда. Отчего-то...не хочется ей всего этого знать.