Zeroing

Шибадзаки на пару с коллегой наведался в дом Аоки, человека, занимавшегося отбором детей 10 лет назад. Двери открыл старик с неприятной внешностью и с ещё более неприятным взглядом. Однако погода не позволяла долго стоять на пороге. — Шибадзаки из столичного управления, — представился следователь. — Разрешите отнять немного времени. Не дождавшись, пока они предъявят значок, он пригласил мужчин войти, но очень не хотя. Будто всегда ждал кого-то подобного, но вовсе не хотел этой встречи. — К сожалению, в мои-то годы не часто приходится принимать гостей. После смерти жены совсем никто не заходит. Впрочем, я догадывался, что однажды ко мне заявятся люди вроде вас. — Нам бы хотелось… узнать подробности плана Афина. Вы забирали одаренных детей из приютов и полностью стирали следы их существования. Всё так? — Вы знаете, кто такой Сигеро Ямамамото? — Бывший зам министра народного благосостояния, — без промедления ответил Шибадзаки. — Умер 3 года назад, если не изменяет память. — Всё так. Он хотел сообщить властям, что произошло на проекте. Если не хотите трястись за свою жизнь — лучше уходите. Время ещё есть. — Хомура, иди, — велел следователь. — Как это так? Я уже зашёл слишком далеко! — он неуверенно достал диктофон и поставил его перед стариком. — Не слышали про синдром Саватто? — Слышали. Это состояние при котором личность наделена невероятными способностями, но только в одной сфере. — Зачастую люди с этим синдромом обладают отличной памятью, способностями к вычислениям, даром к музыке или любым другим. Но это означает, что в чем-то другом природа их значительно обделила. Например, в умении общаться. Воспроизвести синдром Саватто и создать людей, умения которых выходят за пределы человеческих рамок — такова цель плана Афины. В эксперименте участвовало 26 детей, все они были подопытными. Целью эксперимента был один препарат. Его случайно открыла одна японская фармацевтическая компания во время исследования функций мозга одной женщины. Школа нового мира занялась этим исследованием и запустила план Афина. Мы назвали это место поселением. На щедро финансируемый проект отправились лучшие ученые. Но оказалось, что новое лекарство действует только на детей младше пяти лет. К тому же, в ходе эксперимента выяснилось, что обычному человеку это лекарство противопоказано. Рассудки и тела большинства подопытных не выдержали. Многие дети попросту умерли. — Хватит! — не выдержал Хомура. — Вы говорите об этом так спокойно?! — Хомура! — урезонил его Шибадзаки. — В конце концов, — продолжил старик, — план Афина обернулся провалом. Правительство США, узнав о нем, вмешалось, и 7 лет назад эксперимент был прекращён. — Почему вы решили рассказать нам об этом? — Вы бы не пришли, и тайна отправилась бы со мной на тот свет. Хотя… пожалуй, от тех юнцов я так легко не отделаюсь. Рассказав вам об этом, я и свою жизнь поставил под угрозу. Однако мне в любом случае осталось жить каких-то несколько лет, стар я уже. — Что случилось с детьми потом? — К концу эксперимента в живых остался лишь один ребенок. Американское агентство забрало его под свою опеку. И ещё… двум детям удалось сбежать из поселения. — Вам известны их имена? — У подопытных не было имен, только личные номера. Один из сбежавших был девятым, а другой двенадцатым. Во время побега они устроили пожар и отключили охранные системы. — Когда это произошло? — Восемь лет назад. Если они ещё живы, им, должно быть, лет 17. Мне… остаётся лишь надеяться, что они ещё бродят по свету. Пусть им и не дано прожить долгую жизнь. — Не верю своим ушам! — подскочивший Хомура разлил свою чашку с чаем. — Дети как лабораторные крысы! Вы… вы просто не человек! — Всё верно, я не человек. Я пешка. Мне не по силам ослушаться приказов. — Те, кто отправляли детей в Аушветц, говорили так же. И кто отдавал приказы? — Доктор Мамия. Шибадзаки хорошо знал эту личность, для него она являлась роковой. Тот самый политик, угробивший его карьеру. Тот самый, бросившийся из балкона девятиэтажки. Два полицейских шли под зонтами и обдумывали череду не случайных событий. Тем временем Твелв бросил свой мотоцикл недалеко от парка и вошел в зону слежки. — Это альфа-1, цель обнаружена, — услышала Файв по рации, но ещё раньше увидела его с камер наблюдения. Подросток вбежал по лестнице, ведущей к огромному колесу обозрения, самому большому в Токио. В самой крайней нижней кабинке он увидел силуэт девушки. — Лиза! — крикнул он в пустоту и ворвался в кабинку со спящей брюнеткой. Легкая тряска в кабинке разбудила её, и она жалостливо взглянула на Твелва. Он был ошарашен, смотря на неё, а она и не знала, что его так сильно удивляло. Затем перевела взгляд на пояс, и увидела ряды бомб на своём теле. Наручники не давали ей сдвинуться с места. — Б-бомбы?! — воскликнула она, и её пробрало до дрожжи в коленках. — Скажи.. ч-что делать?! — Успокойся, Лиза, — Твелв положил руки на её плечи, и в ту же минуту колесо засветилось праздничными огнями, перемещая кабинки по кругу. 8:30 — показал таймер на бомбе, и секунды стремительно угасали на глазах Лизы, вызывая ещё больший страх. — Что нам делать? — спросила девушка у озадаченного Твелва. — Погоди-ка. Парень осмотрел жилет, на котором покоились бомбы. Дело все больше принимало печальный оборот: по всему жилету пролегали провода, активирующие бомбу раньше срока. Ни намёка на детонатор. Достав свои инструменты, он осмотрел первую бомбу. На её дезактивацию ушло порядка минуты. Не медля, он принялся за вторую, но здравый смысл подсказывал, что ему ни за что не успеть. — Чего вы добиваетесь, Файв? — спросил приставленный к ней агент ФБР. — Даже профессионалу не по силам обезвредить столько бомб за такое короткое время. А если он умрёт, поиски объекта затруднятся. Неужели вы забыли о… — Заткнись! Кабинка поднималась всё выше, а на таймере осталось пять минут. Твелв делал все, что было в его силах. — Прости, — сказала Лиза. — Ушла от вас, потом угодила в ловушку. Только и знаю, что вам проблемы создавать. Лучше бы вместо меня осталась Серано. Она никогда не причинила бы столько проблем. Извини меня… Твелв взял её заплаканное лицо в ладони и заставил смотреть на себя. — Стой. Хватит просить прощения. Все хорошо, ты ни в чем не виновата. Извиняться нужно мне. Найн оказался прав. Не потащи я тебя в аэропорт, ничего бы этого не случилось. Наша встреча была ошибкой. Нет, я ошибся, когда заговорил с тобой. Знал ведь, что чем-то таким всё и закончится. И всё же я… Впервые Лиза поняла Твелва без слов. Она чувствовала то же самое, но недостаточно было просто сказать об этом. Не будь она прикована наручниками, то выпрыгнула из кабинки, чтобы хотя бы один из них смог выжить. Чем меньше оставалось времени, тем ближе к ним становилась полная луна. — Спасибо. Теперь всё хорошо. Беги. Один ты сможешь сбежать. — Но я не… — Тебя ждёт Найн. Я знаю, ты нужен ему. У вас ведь осталось незаконченное дело. Вы с Найном пришли покончить с ним, так? Твелв засмотрелся на безмятежное лицо девушки, а затем в новом порыве кинулся обезвреживать оставшиеся бомбы. Надежда медленно покидала его, как вдруг в кармане Лизы зазвонил телефон. — Ну как, весело? — поинтересовалась Файв. — Предлагаю сделку. Где атомная бомба? Вы ведь украли не Плутоний, а прототип атомной бомбы, которую тайно разрабатывала Япония. Скажешь, где она, и я обезврежу бомбы. Ну? Хорошая сделка, как ни крути. Да, Твелв, получается, что ты предаешь Найна. Но ты и так его уже предал. — Заткнись. — Ты выбрал её, а не ваш с Найном план. Неужто позволишь умереть женщине, ради которой его предал? Он тебя не простит, сам знаешь. Он тебя никогда не простит. Ты же гнусный предателишка. Но если не согласен, можешь молчать. Умрете вдвоем в один день, как возлюбленные. Ах, романтика так и витает в воздухе. Спокойной ночи, принц. — Она в школе, в шкафчике D12! — прокричал Твелв, когда до взрыва осталось всего 4 секунды. Лампы колеса погасли одновременно с таймером. — Умница, пупсик, — произнесла Файв и нажала отбой. Выехавший наряд за пять минут добрался до указанной школы. Опоздавший на несколько минут Найн, наблюдал, как патруль оккупировал школу. — Твелв… — с какой-то горечью произнес Найн и покинул территорию школы.