Академия стихий Folemento

04.12.       Эмма лежала на кровати Руби, раскинувшись звёздочкой, и смотрела на свои карты. Она смогла научить подругу играть, но проблема в том, что сама начала проигрывать. И ей это не особо нравилось. — Зай, признай, туз у тебя? — со смехом пыталась выпытать у неё Эмма. На что Руби лишь загадочно хихикала и прикрывала карты. — Как можно за один вечер научиться так блистательно играть, чтоб обыгрывать меня. Это же нереально! — в шутку возмущалась девушка. — Нереально, потому что туз всегда в твоём рукаве? — тоже смеялась Руби. — Аргх, давай сделаем перерыв на чай, я устала проигрывать, — сдалась девушка, бросив карты. После чего поднялась и направилась к чайнику. — Что сегодня? Зелёный? Каркаде? — Есть что-то клубничное? Зима навевает тоску, я соскучилась по ягодкам, — объяснила свой выбор Томпсон. Она была уверена, что у Эммы есть всё. — Ради тебя, Любимая, — даже клубнику в декабре, — она достала нужный пакетик с чаем и потрясла рукой, показывая его. — А я люблю всю эту новогоднюю атмосферу, — её взгляд скользнул по сияющей гирлянде, что висела на окне. — Снега не хватает. Может, сходим как-то на Айрис? Я слышала, что весь остров — это горная заснеженная долина. Наверное, там красиво… — Тебе правда хочется нарушить правило просто ради прогулки? — Руби хохотнула. — Давай такие вопросы лучше с Джеком решать.       Она старалась не показывать того, что ей всё ещё немножко страшно нарушать правила ради забав, но… Руби могла признать, что это весело. И энтузиазм Эммы всегда передавался и ей, заставляя соглашаться на любые шалости, что задумали эти двое.       Рыжая тем временем старательно заваривала чай. Руби всегда казалось, будто она над ним колдует, пусть ничего волшебного в этом напитке и не было. Но Джонсон его обожала. Хотя зимой, наверное, больше хочется пить тёплое какао с зефирками, завернувшись в дурацкий новогодний свитер. — Готово! — довольно воскликнула Эмма и протянула подруге напиток. — Ой, точно, он ещё слишком горячий для тебя, — и она с помощью палочки левитировала кружку на столик рядом с кроватью. — Лис, беспалочковая всё никак не получается? — тоскливо спросила Руби.       Все знали, что их Академия единственная, кто так рано учит юных волшебников беспалочковой магии, и уж тем более стихийной магии. В других заведениях этим почти не пользуются, а беспалочковой магией начинают владеть уже в более зрелом возрасте. Многие волшебники вообще считают, что стихийная магия уже мертва.       Но дети, которые учатся здесь — доказательство того, что это не так. Это древняя магия, и она сильнее, чем многие думают. Их поколение ещё возродит её. — Я… работаю над этим, — слегка растерялась Эмма. — Хочу владеть огнём.       Руби улыбнулась. Земля является самой сложной, но раз к ней она предрасположена больше всего… Тоже нужно тренироваться. Хотя пока что с воздухом она отлично нашла общий язык. — Я конечно не Джек, но… — она слегка взмахнула рукой, с помощью воздуха призывая к себе чашку. — Может смогу как-то тебе с этим помочь?       Эмма чуть замялась. Её походы в библиотеку в последнее время стали реже, но лишь из-за того, что им начали задавать больше домашки, а они с Джеком по вечерам сидят над зельем невидимости. А ещё нужно готовиться к шоу талантов. Но её стремление к тому, чтоб овладеть стихийной магией, никуда не исчезло.       То, как у Руби с лёгкостью получилось взять воздух под контроль, вызывало у Эммы восторг и искреннее восхищение. Но ей не хотелось напрягать подругу, к тому же, как они с Джеком выяснили, у Джонсон должны быть собственные методы обучения для того, чтоб всё получалось, как надо. — Ох, нет, Зайка, только не на нашей ночёвке! Если бы я хотела заняться обучением, мы бы сейчас сидели в библиотеке. От Джека тоже нужно отдыхать, — захохотала рыжая. — Только вспомни его лицо «а почему мне нельзя на вашу ночёвку», бу-бу-бу, потому что это женское пространство веселья и обсуждения романов! — Он просто переживает и… ну не знаю, это мило, — она слегка улыбнулась. — После того, как Роза тебя отравила, он глаз с тебя не спускает. — Мы с тобой, Любимая, сильные волшебницы! И сможем постоять за себя, — Эмма со смехом навалилась на Руби, обнимая её. — Ну что, ещё одну партию в карты? Я отыграюсь! — Да… хотела бы я иметь хоть каплю того внимания, что он оказывает тебе… — еле слышно пробормотала она в ответ.       Эмма в этот момент уже тянулась за колодой, чтоб перетасовать её, но от услышанного выронила её и едва ли не засмеялась. Подавившись смехом, чтоб не обидеть подругу тем, что её рассмешили эти слова, она забыла о картах и взволнованно взглянула на неё. — Что такое, Зая? Мы ведь друзья… Втроём… Он хорошо к тебе относится, может, просто плохо это показывает, он такой, да… — залепетала рыжая. — Но он ценит тебя. Мы одна команда!       Руби хихикнула, но как-то нервно, и опустила взгляд вниз, чтоб не показывать грусти. Но её эмоции были, как открытая книга. Эмма подползла к ней и снова обняла. — Ты чего? — Лиса, ты правда не понимаешь или так хорошо притворяешься? — глухим голосом спросила Томпсон, всё ещё не поднимая на неё взгляд. — Эм… — Джонсон правда не знала, что ответить подруге. Особенно когда не до конца понимаешь, что с ней. — Мерлин, Эмма, ты правда невероятна. Джек влюблён в тебя до безумия, а ты этого действительно не видишь? — на выдохе проговорила терратеовка.       Эмма дёрнулась от Руби в сторону и нахмурилась. Её слова застали рыжую врасплох. Она не понимала, зачем вообще сейчас говорить о дурацкой любви, если они собрались просто повеселиться. Джонсон тупым взглядом впилась в девушку, пытаясь найти какие-то слова, как-то отшутиться, перевести тему, как она делала всегда, когда разговор заходил в это русло. Но у неё не получалось. — Черт, Руби… — она вся сжалась, пытаясь найти ответ, которого не было. — Ты что, влюбилась в него?       Руби наконец-то подняла на неё взгляд. Глаза были на мокром месте, а губы слегка дрожали. Эмма не знала, стоит ли снова обнимать её, и не сделает ли она этим хуже. — Мерлин, Лиса, за ним бегает пол Фолементо. А он никого, кроме тебя, не видит. Он словно сошёл со страниц романа, конечно, он мне нравится! — с отчаяньем в голосе проговорила Томпсон. — Но это всё так бессмысленно. Мы друзья и… Я не хочу потерять ни тебя, ни его, поэтому я просто… Подавлю эти чувства…       Терратеовка начала заламывать пальцы рук от нервов. Эмма поняла, что дело плохо. Она ласково взяла её за руки и посмотрела ей прямо в глаза, пытаясь найти в них понимание. — Зая, если ты любишь его, то я сделаю всё возможное для того, чтоб помочь тебе в этом, слышишь? — тихо проговорила она. — Ох, Лиса… — она заморгала, пытаясь спрятать слезы, после чего от сильных эмоций просто обняла подругу.       Такое признание от Руби стало большим потрясением для Эммы. Теперь она не могла думать ни о чём другом, и, возможно, их ночевка была испорчена. Чувства? Влюблённость? Джонсон не понимала этого. Они ведь ещё дети. Почему Руби об этом говорит? Это всё влияние прочитанных книг? И правда ли то, что Джек испытывает к ней, это?..       Эмма задумчиво потянулась к чашке с чаем, всё ещё пребывая в своих мыслях. Она каждый раз избегала этого разговора, потому что боялась услышать это? Где-то в своём подсознании Джонсон знала. Просто старательно игнорировала. — Лиса, — шмыгнула носом Томпсон. — Предложение поиграть в карты ещё в силе? — попыталась улыбнуться. — Да, конечно… — слегка неуверенно ответила Эмма, сёрбая чай. Уже не хотелось ничего. Ни играть в карты, ни обсуждать книги. Просто лечь спать и проснуться в новом мире. Где нет никаких драм из-за чувств, где они просто весело проводят время, придумывая шалости.       Руби кивнула и вытерла рукавом свитера глаза, окончательно избавляясь от следов их разговора. Больше никаких слез. Она ведь всё должна встречать с улыбкой. Даже смерть, разве не так?       Эмма тасовала колоду, стараясь думать о том, что ей нужно отыграться и снова стать королевой азартных игр. Но чёртовы мысли сейчас были далеко от игры. *** 06.12.       Эмма с Джеком сидели в гостиной Фламмеуса. Вокруг было разбросано много пергамента и книг. Студенты, проходящие мимо, обходили их десятой дорогой, а особо любопытные были посланы к чёрту с просьбой не мешать им готовиться к Зельеварению. Ну как к Зельеварению… — Над чем страдаете? — к ним подошла Рэйчел. Эмма вспомнила о том, что они обещали подумать над тем, принимать ли её в J’E. Но она никак не вписывается в их компанию… — Ты вряд ли сможешь нам помочь, — фыркнул Джек, захлопывая книгу. — Да, но… Вы ничего не хотите мне сказать? — с надеждой спросила она. — Отношения между сами-знаете-кем всё больше нарастают напряжением. В один день мы можем проснуться и увидеть нечто ужасное. — Рэйч, не будь такой приставучей, — с усмешкой ответила Эмма, стараясь сгладить её тревогу. — Я решаю этот вопрос. Потому что это начинает касаться лично меня. И это мне не нравится. Дай нам время. — Главное, чтоб не было слишком поздно, — хмыкнула фламмеусовка и ушла в сторону спален.       Эмма и Джек переглянулись и пожали плечами. Они не понимали страха перед компашкой Морган. Вероятно потому, что сами не сталкивались с этим напрямую. Заклинание, что сбило Эмму с ног, не было чем-то из ряда вон выходящим. Не поубивают же они друг друга?       В спальню ворвалась Элис, снова отвлекая Джека и Эмму от работы. Рыжая шумно вздохнула, проклиная всех вокруг. — Нам сегодня вообще дадут поработать в спокойствии? — прорычала она. — Волк, в следующий раз остаёмся в нашем месте, работать в гостиной нереально. — Эмма! — воскликнула Элис, уверенным шагом приближаясь к сокурснице. — Тебя-то я и искала! — Что опять? — недовольно спросила Джонсон.       Скин подозрительно осмотрелась по сторонам, после чего кивнула сама себе и взглянула на Эмму. Рыжая отметила про себя, что девушка выглядит уставшей. Гнездо на голове и круги под глазами темнее обычного. Не спала что ли? — Поговорить нужно, — тихо произнесла она. После чего наклонилась к ней и прошептала практически ей в лицо. — Не здесь.       Эмма взглянула на Джека, будто мысленно советуясь с ним. Парень сжал монетку для связи в кармане, и Джонсон поняла, что в случае чего подмога подоспеет. Успокоила свою внутреннюю агрессию и поднялась с подушек. — Клянусь, Элис, если это какая-то ловушка...       Скин крепко держала Эмму за руку, ведя её к выходу из гостиной. Когда девушки выбрались из вулкана на побережье, Джонсон слегка затормозила. — Что происходит? — Нужно, чтоб нам никто не помешал, — коротко объяснила Элис, чтоб сокурсница поняла всю важность разговора.       Эмма кивнула и теперь её очередь была тащить сокурсницу. Они пошли вдоль берега, обходя вулкан, что занимал большую часть острова, после чего пришли к озеру, что было спрятано от чужих глаз. Рыжая остановилась и взглянула на Элис, как бы спрашивая, подходит ли им это место. Скин выглядела действительно взволнованно. Она отпустила руку Эммы и начала ходить из стороны в сторону. — Не хочешь объяснить, что происходит? — вздёрнула брови Джонсон. — Да, — вздохнула Элис. — Мы окончательно распались. Я и Морган были лидерами. Сначала отдалилась она. Теперь я тоже не имею к ним никакого отношения, — это прозвучало до боли тоскливо. — И я не знаю, что у них в головах. Нужно действовать первыми. Ты мне поможешь? — Почему я? — лишь спросила Эмма. — Потому что ты им не нравишься, всё просто, — пожала плечами Элис. — Я могу и сама. Это наши разборки. Но с твоей помощью я бы справилась быстрее. — Есть план?       Элис кивнула. Казалось, её совершенно не смущает сотрудничество с Эммой и то, что у той есть J’E. А ещё странное поведение Морган. Эмма не понимала, почему Элис с такой добротой относится к ней. — Да. Сегодня ближе к комендантскому часу, в коридорах. Ты меня найдёшь, — коротко ответила Скин. — До встречи, — она уже собралась уходить, чтоб не вызывать лишний подозрений, но Эмма окликнула её. — Стой, — она на автомате схватила её за руку. — А то что Морган… Она, ну, пытается сблизиться со мной. Это нормально? — Она вольна общаться с кем захочет, — с грустью ответила Элис и пожала плечами. — Мне её не хватает… Но. Уже ничего не сделаешь. Всё отлично, жизнь продолжается, — натянутая улыбка.       «Ещё одна вечная оптимистка на мою голову…» — подумала Эмма, после чего их пути с Элис разошлись. Скин отправилась к канатной дороге, вероятно, чтоб отправиться на Логосмадже. А Эмма свернула к вулкану, в гостиную, где её уже заждался Джек.       Что-то происходит. Вокруг Эммы всё нагнетается — Рэйчел, Элис, их компания. Тревожность растёт, однако ты лишь наблюдатель в этой истории и никак не можешь повлиять на её ход. Джонсон этого не любила. В центре внимания должна быть она. События, которые происходят за её спиной, о которых она ничегошеньки не знает, действительно напрягали. Возможно, сегодня она узнает чуть больше от Элис. Возможно, они положат этому конец.       Зайдя в гостиную, она словно бы вернулась обратно в свою жизнь. Постоянно нахмуренный Джек просиял, увидев её, и тут же вопросительно изогнул бровь. Эмма махнула рукой и направилась к нему. — Всё хорошо? — тут же взволнованно спросил он. — О чём вы разговаривали?       Рыжая не могла врать Джеку, но была не уверена в том, что хочет объяснять ему всю ситуацию. Она сама до конца не понимала всего, поэтому не знала, как это изложить другу. — Мы разговаривали… — Джонсон задумалась. — Ну, знаешь. Морган, их компания. Решали некоторые вопросы. — Лиса, я же вижу, что ты темнишь, — нахмурился Паркер. — Ты ничего не задумала? — Без вас? Пфф, я не самоубийца, — фыркнула Эмма.       Она знала, что Джек не верит ей. И ей не хотелось чувствовать себя так, будто она их предаёт, идя на дело без них. Но того требовали обстоятельства, ведь в случае опасности ей понадобится помощь. Может, оставить какую-то записку? Эмма не думала, что всё зайдет настолько далеко, что ей придется звать Джека на помощь, но… Паранойя давала о себе знать. — Вернёмся к зелью невидимости? — ухмыльнулась Джонсон, переводя тему. Сегодня это зелье ей бы пригодилось. — Да, конечно. Я подозреваю, что скоро нужно будет ещё выбраться за ингредиентами, — кивнул Джек.       Вечером Эмма сбежала на Логосмадже. Не предупредив Джека и даже не оставив записку. Ею двигало безумство. Для этой вылазки она даже сменила свою привычную одежду, чтоб быть менее заметной — вместо рубашки на ней была чёрная толстовка с капюшоном, что прикрывал ярко-рыжие волосы.       Девушка тихо кралась по острову, своим видом действительно напоминая лису. Для неё не впервые нарушать правила, к тому же — Элис староста. Главное — не наткнуться на других старост — кого-то с Акварио или Айриса, например.       Джонсон вошла в особняк академии и осмотрелась. Ничерта не видно, как всегда, за столько лет можно и привыкнуть, что со своим зрением ты ничего не увидишь в темноте. — Люмос, — тихо, резко. И мгновенно оглянулась, нет ли кого-то поблизости, кто мог её увидеть.       Рыжая продолжала идти коридорами Академии с зажжённой палочкой в поисках Элис. Если в итоге всё это окажется каким-то дурацким розыгрышем… В Эмме закипала злость. Она уже представляла, как набрасывается на сокурсницу и мстит за это.       Но, к счастью Элис, она не шутила над Эммой. А действительно ждала её на одном из подоконников. — Привет, — тихий шёпот. Эмма тут же дёрнулась в сторону звука и нахмурилась. Элис сидела, как обычно, с лёгкой улыбкой и болтала ножками. Только гитары не хватало. С усмешкой рыжая отметила, что на сокурснице была школьная форма — дурацкий оранжевый сарафан. — Наконец-то я тебя нашла, — фыркнула она. — Наконец-то ты пришла, — хихикнула Элис и хитро потёрла руки. — Мы идём грабить кабинет Зельеварения.       Сначала Эмма подавилась смехом от того, что подумала, что речь идёт о их подвале. Когда до неё дошло, что Элис говорит об обычном кабинете, где проводятся уроки, ей стало ещё смешнее, потому что она буквально несколько часов назад обсуждала с Джеком, что нужно туда наведаться. С тех пор, как они занялись зельем невидимости, они стали частенькими гостями в этом месте. Ну, как гостями. Лёгкими воришками.       Элис зажала рукой рот Эммы, чтоб та не смеялась, и зло шикнула. Рыжая быстро успокоилась, хоть чёртики в глазах всё ещё плясали. — Что смешного? — Ты не поймёшь, — ухмыльнулась Джонсон. — А что нам нужно? — Приманка, — коротко пояснила Элис. Они начали идти в нужную сторону. — Для чудовища. Они любят яйца докси. Их должно быть полно в кабинете Зельеварения. Что ж… Я, конечно, сомневаюсь, что мы его так откроем, но… Алохомора!       К удивлению Элис, дверь нужного им кабинета скрипнула и открылась. Она с восторгом посмотрела на Эмму — Эмма знала, что большая часть кабинетов не были защищены, и не разделяла её восторга. Манящим движением завлёкши подругу внутрь, Скин стала шарить глазами в поисках нужной им банки. — По-моему, они должны быть крупнее лягушачьей икры и быть светлого пастельного тона… — нахмурилась Элис, осматриваясь. — Я, конечно, не уверена, но в учебниках они были тёмного цвета, — пробормотала рыженькая. — Темно, хоть очки снимай, такими темпами поиски будут долгими. Люмос Солем!       После того, как кабинет наконец-то был нормально освещён, Элис не сдержала ругательств. Эмма просто застыла в недоумении. Некоторые банки были разбиты, котлы опрокинуты, ящики высунуты из столов. По всему кабинету валялись осколки, безоаровые камни, которые купались в разноцветных лужах. — Какого чёрта?! — выдохнула Эмма. — Как мы найдём нужную банку? — То есть тебя совсем не интересует, кто устроил этот погром? — возмутилась Элис, держа палочку наготове. — Меня интересует то, что если нас здесь найдут, то виноватыми будем мы, — фыркнула Джонсон. — Поэтому ищем нужную банку и выметаемся. — Джон, смотри! — воскликнула Скин, показывая пальцем на одну из полок. Эмма присвистнула.       Рядом с банкой, полной тёмных жемчужин, сидело существо, похожее на карликовую собачку, только с большим носом. Оно встало на задние лапки, пытаясь заглянуть в банку, и опрокинуло ее. На падающие и с громким всхлипом бьющиеся шарики сбежались ещё такие существа. Элис стала на лету ловить эти «жемчуженки». — Эмма, это они!       У Лисы правда была хорошая реакция на такие вещи. Она рывком оказалась рядом с Элис и начала ловить «жемчуженки», распихивая их по карманам толстовки и джинсов. — Фух… — выдохнула Скин, понимая, что хаос закончился. — Это было неожиданно. Репаро! — она дотронулась до разбитой банки, возвращая её первоначальное состояние. — Лучше сложить их в банку, иначе произойдёт бум.       Эмма кивнула и начала складывать яйца по банкам. Она не знала, сколько их нужно, но чем больше, тем лучше? Если останутся, их можно использовать во многих зельях. — Готово. Возвращаемся на Фламмеус. В следующие события я не очень хочу тебя вмешивать… — честно ответила Элис. — Спасибо за помощь. Но я припугну их сама. — Ты хочешь сказать, что просто воспользовалась мной? — свела тонкие брови Джонсон. — Нет! — воскликнула Скин. — Ты мне очень помогла, правда. И я тебе отплачу тем же, когда попросишь. А сейчас мне нужно закрыть одну главу моей жизни. Я осознала, что просто была в нужном месте, но с ненужными людьми.       Звучало по-детски наивно, но Эмма понимала Элис. Сама такой была. — Ладно, — смирилась со своей участью Джонсон. — Идём. Только так, чтоб нас не увидели.       Элис улыбнулась и кивнула, после чего они покинули разгромленный кабинет. Обе знали, что вариантов того, кто мог сделать это, было два — Морган или её компания. А какой вариант был хуже... Они даже предположить не могли. Потому что не знали, что именно было украдено. — Это точно поможет? — тихо спросила рыжая. — Да, я уверена. Я их припугну, и они вспомнят, кто в этом доме главный, — усмехнулась Элис.       Они отправились на Фламмеус. После этой вылазки Эмма даже как-то прониклась к Скин. По крайней мере, она казалась самой адекватной из всей компании.